DIMAGUBIN Под бой курантов. Будущее
Через несколько часов на экранах почти всех российских телевизоров появится одинокий, несчастный, стареющий мужчина, никогда, похоже, не умевший любить, а с годами разучившийся доверять и улыбаться. У него - одиночество и, как нередко у таких стариков при власти бывает, прогрессирующая паранойя: мания преследования. В третьем томе акунинской "Истории..." при реконструкции личности Ивана IV Грозного даны мнения психиатров по поводу маний автократов с неограниченной властью. Он настолько боится удара, что не может, в отличие от американского или европейского президентов, канцлеров, премьер-министров сказать: "Вот мои дочери, а вот женщина, с которой мне хорошо, и пожалуйста, примите как факт, что эта женщина со мною".
Он один, и, что самое печальное для нас (и еще более печальное для него), что в этом одиночестве он всерьез считает, что он - это и есть 146-миллионная страна, которой он единственная скрепа, и все рухнет, если не он. А все враги вокруг (а все вокруг - враги) только и мечтают, чтобы рухнуло. Так что он - Атлант, несущий на себе шар земной в одиночку.
И нет ни одного человека в мире, который сказал бы ему, сочувствуя и любя: "Вовка, дурачок, да расслабьте, и в жопу гони косметолога, а то они обкололи тебя, как барабан. Я тебе дам телефон, позвони, там все сделают и правда хорошо".
Этот одинокий человек в своей бесконечной осени делает одно: напрягая все силы, заставляет одну седьмую часть суши никуда не двигаться в эпоху, когда стремительно, стремительно, стремительно меняется даже не мир, а парадигма жизни Homo sapiens.
Одинокий старик верит в прежние силы, то есть в силу насилия и денег, он верит в тайную полицию и commodities, он верит в то, что составляло основу уходящего века. Он создает арктические войска и ненавидит всех, кто не дает его стране, то есть ему, стиснув зубы, не шевелясь, дождаться времен, когда он снова будет диктовать миру условия, потому что будет ворочать в одиночку commodities - нефтью, газом, металлом, рудой, сырьем. Будущее для него - изменение набора commodities. Ему сказали, что в будущем супертоваром будет питьевая вода, например. Он услышал.
А будущее - вон оно, совсем другое. Компания Uber - всего-то создавшая платформу для функционирования такси без таксопарка, и всех с машинами превратившая в таксистов на час, а всех без машин превратившая в пассажиров - по капитализации стала стоить дороже "Газпрома". Биткоины, как не запрещай, становятся международной валютой, для эмиссии которой не нужен ЦБ. В Европе люди с ветряками и солнечными батареями сбрасывают излишки энергии в общую сеть, превращаясь из потребителей энергии в генерирующих агентов, так что производство энергии осуществляется совместно, по принципу торрентов, а не по принципу скачивания файла-гиганта по имени "Роснефть" или "Газпром" в условиях дурной, контролируемой одиноким, несчастным, боящимся заговора стариком.
Будущее - это материализация интеллекта и децентрализация ресурсов и обрабатывающих агентов. Распределенные усилия, объединяемые в сеть. Будущее - это отказ от системы индустриальных распределителей, как бы они ни назывались - "полиция", "минкульт", "государство". Думаю, довольно скоро мы увидим, как полицию заменяет "uber"-полиция, когда к месту преступления устремляется ближайший дрон или ближайший свободный мужчина с оружием и айфоном.
Старик пугается по делу: в будущем нет места тому государству, которое он знает и понимает, в будущем нет места старику и тем, кто молится на государство-мастодонта, неповоротливое и неэффективное, централизованное и толстожопое, которое много жрет и много срет, и которое не умеет реагировать на изменившийся мир, кроме как грозным рыком и ударами лап \.
Посмотрите на старика на телеэкране - несчастного ихтиозавра в парке индустриального периода Земли - и уберите звук. Неважно, что он рычит, или что он пытается выдать за грозный рык.
Что-то он в будущем году или будущих годах покрушит, но питательная база, как и территория обитания, будет все сокращаться, а мир вокруг будет превращать остатки ареала его обитания в безопасный для наблюдателей зоопарк.
Поднимите шампанское за будущее, в котором каждый создает общий мир и общую страну, - а не один, никак не подготовленный к власти и к задачам управления, незадачливый и неудачливый клерк (до 45 лет - вообще ничем, кроме провала избирательной кампании Собчака, не проявивший себя чиновник), поставленный другими охранять захваченное, которое он теперь искренне считает своим.
Будущее планеты, мира, людей не имеет отношения к этому несчастному ихтиозавру, который дал всем вокруг индульгенцию на превращение в рычащих нелюдей, и на том построивший свою власть.
Выпейте за будущее.
Выпейте за мир.
И выпейте за то, чтобы быть людьми, то есть обладателями ума и частью глобальному суперума, и выпейте за то, чтобы не расчеловечиваться.
Включите фоном к молчащему телеку, не знаю, Хампердинка, Земфиру или Леди Гагу - и используйте старика лишь как метку для отсчета большого исторического времени.
С новой эпохой!
Традиция готовить праздничную выпечку к Рождеству зародилась в Европе несколько веков назад. Причём в каждой стране пекли пирог, символизирующий определённый предмет, связанный с таинством рождения Спасителя. Так, во Франции и Германии хозяйки пекут торт в виде полена – горящее в ночь Рождества в камине полено символизировало победу света над тьмой, принося в дом процветание и счастье. А в Германии готовят штолен, заворачивая пласты теста особым образом – такая форма символизирует младенца в пелёнках. В нашей стране немного по-другому подходят к подготовке рождественского стола, у нас другие традиции. Но никто не мешает приготовить к православному Рождеству превкуснейший рождественский пирог по старинному английскому или немецкому рецепту.
