suzemka

И у всех поголовно,включая автомобили, - неправильный прикус…

Часто в углу картины пририсована какая-нибудь спичечная коробка,в которую при желании можно упрятать всех персонажей полотна,включая технику и пейзаж.

Обычно таинственные авторы этих работ экспонируются в районных больницах,кладовках школьных завхозов,котельных и в кабинетах гражданской обороны.И,несмотря на то,что экспозиция,как правило,не имеет успеха у зрителя,сами выставки идут годами…

У него,у моего специалиста,висело в кабинете несколько таких работ.Глядя на них,он составлял радиационную карту района.

...Комары в то лето доорались до того,что потеряли голос.Вместо комаров звенели дозиметры.В трёхстах километрах от кабинета громыхнул Чернобыль,и теперь он пытался донести до народа и начальства мысль об опасности купаний и сбора плодов.

Начальство объявило информацию о Чернобыле секретной,поэтому народ продолжал купаться и баловаться плодами.

В конце концов,он не выдержал и публично обратился к народу с тревожными словами о купаниях и плодах.Начальство тоже не выдержало и взорвалось.Он спрятал карту,напился и два дня лежал ногами к центру взрыва.А потом уволился вместе со звенящим дозиметром. Дозиметр,как король Лир,сошёл с ума от горя и на всё говорил: «Фон в норме».Даже на двухметровые огурцы.Ему было по фигу.А специалист переживал.

…Последним местом его работы стала районная больница.Я до сих пор не могу понять,чем он там занимался.Он неплохо знал математику,владел двумя иностранными языками,умел стрелять из корабельных орудий главного и не очень главного калибров,хорошо плавал и, при случае,спокойно сидел на рифах,ожидая,пока его снимут.

Но,по-моему,все эти способности в больнице ни к чему.В больнице надо быть доктором и разбираться в таблетках.Он этого ничего не знал.Но его взяли.Наверно,у них до него были сплошные доктора и ни одного нормального человека.Поэтому его взяли с радостью.



А ему самому было всё равно,где работать и что делать.У меня вообще возникло впечатление,что когда на небесах ему выписывали путёвку в жизнь,то забыли в ней указать точку назначения и маршрут.Да и ему самому было наплевать,куда идёт поезд,в котором он одновременно был машинистом,кочегаром и пассажиром.В этом поезде он не был только кондуктором.Тот остался наверху: там,где выписывают такие путёвки.

***

Когда началась борьба с алкоголем,у него в доме сразу завелось несколько ящиков водки. Пока борьбы не было,водки не было тоже.Во всяком случае,никому не приходило в голову единовременно потратить кучу денег на водку.

А тут каждого обязали выкупать весь причитающийся на семью алкоголь одним махом.В реестры старались вписывать даже грудных младенцев и дальних родственников,отчего водки сразу оказалось у всех много,и все тут же начали ею меняться.Младенцы отрывались от материнских грудей и провожали бутылки ангельскими взглядами будущих потребителей.

Ему,чтоб напиться,достаточно было ста граммов.Остальное он менял на ценные вещи. Было великое время Большого Обмена.Или большое время Великого Обмана,сейчас уже не вспомнишь.

То,что ценным (в его представлении) вещам,с общечеловеческой точки зрения место было только на свалке,его только радовало.Погнутые самовары без кранов,старые велосипедные шины,медные детали неизвестного предназначения,утюги без ручек и спиралей — всё это вызывало его восхищение.Плюшкин по сравнению с ним был эстетом из Sotheby's и Соломоном Гугенхаймом одновременно.



Но помимо ржавого и кособокого винтажа,он тяготел к высоким технологиям и однажды приволок домой какой-то ящик.Потом второй,такой же.Потом ещё.На вопрос «а что это такое?»,восторженно цыкая языком,ответил:

- Стационарный ингаляционный аппарат! В больнице списали,я на водку выменял.
- Так а зачем он нужен списанный?
- Да вы не понимаете! Я ж специалист! Я его налажу,все вдыхать будем! Сто пятьдесят лет проживём!

Потом,естественно,выяснилось,что вдыхать не получится: для этого надо было еще пол-больницы вынести,на что и ста пятидесяти лет могло не хватить.Так что водка,как всегда,пропала даром.

Его жена расстроилась:

- Даже не знаю,что и почём он в следующий раз приволочёт.
- Может,гинекологическое кресло, - предположил я.
- Зачем? - насторожилась она.
- Откуда я знаю?Скажет,например,что лёжа на нём,удобно вон с той антоновки руками и ногами сбивать яблоки.Кто ж его поймёт...

Она покачала головой:

- Будем надеяться,время всё расставит по местам.

Я на это не надеялся.При чём тут время?Я уже всё понял про билет без точки назначения. На что я мог надеяться?

Она поджала губы и,достав ножницы,принялась за свои газетные вырезки.Я заглянул ей через плечо.В заголовке значилось - «Есть ли жизнь в кефире?»Видимо,с Марсом она уже успела разобраться.


 

Однажды он сказал:

- Видишь мозоль?Я средство нашел.В «Науке и Жизни».Надо смешать две таблетки аспирина и хозяйственное мыло...
- Почему ты решил,что это помогает от мозолей? - перебил я.
- Тибетский рецепт.
- Ты хоть представляешь,где Тибет,а где мыло с аспирином?

Он махнул рукой.По его жесту я понял,что все три составляющих находятся недалеко,за лесом,километрах в двадцати.Но возможно,он махнул рукой,чтоб я отстал.

Я не отстал,и тогда он показал мне аппарат для приготовления живой и мёртвой воды.

- В сказках всё правда, - сообщил он. - Нужна трехлитровая банка,два контакта и провода. Включаешь в розетку...
- А что,у Змея-Горыныча была тридевятая розетка?
- Но у меня же получилось! - сказал он,наливая в мой стакан мёртвой воды.

Мёртвая вода была желтой на вид,тёплой и отдавала каким-то старинным электричеством.Может,такая она и должна была быть.Живая на вкус оказалась ничем не лучше.

- Это ты просто не привык ещё.

Что и говорить,когда мне было привыкать к живой воде,сапогам-скороходам,скатертям-самобранкам и мечам-кладенцам! Да и от Бога у меня пока не было ни одного подарка с личной дарственной надписью.

***

- Дай покурить, - попросил он,протянув левую руку.Правая сторона тела уже не двигалась. Собственно,поэтому я в тот раз и приехал.

- Тебе нельзя курить, - сказал я.
- Ерунда! Мне всё можно.Я проживу сто пятьдесят лет.Надо выбрать время и наладить ингалятор.Помнишь те большие коробки?

Я кивнул и протянул ему сигарету.

- А теперь бери ручку и записывай.Там самое главное — индукционные входы...
- Не надо, - остановил его я. - Успеем.Сам же сказал,что времени у нас ещё много.



...Чёртово время всё расставило по каким-то неправильным местам.Восемь лет назад я его похоронил.Это был мой отец.

Неумелый,нескладный и неудачливый.Фантазёр и специалист.Человек с билетом без пункта назначения.После похорон мать сидела,опустив голову,и резала,резала ножницами по газете.Края выходили неровными.

P.S.  Я забыл,сколько было коробок.То ли две,то ли четыре,то ли восемь.Главное,найти их и понять,как настраивать ингалятор,и что такое индукционные входы.Дальше всё просто.Я буду жить сто пятьдесят лет.Мне бы только понять...