Очень жизненный монолог обычного мужчины, который, пожалуй, могла бы сказать и женщина...

Я уже не блаженствую, когда вхожу в тебя. Это уже – механика. Это то, что может дать любая случайная девушка, то, зачем идут к проституткам…

Так случилось. Факт. Я тебя не хочу. Конечно, я не разлюбил тебя. Так не бывает. Во всяком случае, не бывает так быстро. Особенно с мужчиной, который выбирал тебя долго, тщательно, очень внимательно, критично… выбирал из тысячи! Одну единственную. Самую-самую. И ты для меня такая. Была, есть и, надеюсь, будешь. Вот разве что…

Ты так же красива, а может, даже и лучше. Ухоженная, зрелая, уверенная в себе женщина. Ты умница, и я никогда не вижу тебя с жуткой зеленой маской на лице, в халате чудовищной расцветки, с немытой головой. И я тебе благодарен за то, что ты меня уважаешь и бережешь от этих удручающих картин. Однако на уважении не базируется страсть!

Что же с ней случилось? Ты зря плачешь, родная. Нет у меня любовницы, я не развлекаюсь в саунах, не забавляюсь со случайными девушками. Пойми, я перерос это, мне такое не интересно. Мне нужна ты. Нежная, чувственная, сладкая девочка, моя и только моя. Но где же она?! Ау, а-а-а-ау-у-у-у-у!

Меня встречает независимая, амбициозная, дерзкая красотка. Тянусь губами для совершенно естественного приветственного поцелуя. Ты, как всегда, успеваешь увернуться, и вместо мягких сочных губ я клюю тебя в щеку. Натыкаюсь на искусственный запах. На искусственный вкус.

«Как прошел день, любимая?» — спрашиваю, пока ты закидываешь в микроволновку полуфабрикаты. С тоской думаю, какой черт меня дернул купить этот адский агрегат и тем самым лишить нас прелести домашней кухни? Вижу по твоей напряженной спине, что ты раздражена, разгневана. Подхожу и обнимаю. Мои руки привычно скользят по бедрам, на живот, к груди. У тебя роскошная грудь! Хочу поцеловать твой затылок, зарыться в мягкие душистые волосы… Но что это?! В нос врывается смесь химии и парфюма, словно паутина из тонких металлических прутьев. Что с твоими волосами? Ах да. Извини. Прическа. Лак. Гель. Не продолжай…

Но все это еще можно было бы пережить. Ты следишь за собой, это похвально! Ты хороша. Но в тот момент, когда я ласкаю тебя, ледяным тоном произнести: «Ты опять забыл купить кошачий корм?» — это уже серьезная ошибка. Это вообще самая глобальная ошибка: почти ежедневно встречать меня претензиями. По мелочам. Ведь очевидно, что ты могла бы позвонить и напомнить. Но тебе гораздо приятнее меня упрекать. Возможно, тебя это удивит, но твое моральное «пиление» убивает меня — прежде всего как мужчину. Никто не любит чувствовать себя виноватым. И когда это превращается в систему, я начинаю сопротивляться. Не нужно пытаться меня воспитывать, как щенка! Я не мальчишка, я перерос ежедневное вычитывание матери. А ты теперь ассоциируешься именно с ней.

А позже… позже будет совсем поздно. Я перестану даже стараться тебе угодить. Смысл? Ведь ты обязательно найдешь причину меня укорить. Не вижу пыль на рабочем столе. Забыл купить хлеб. Но я мужчина! Я обязательно что-то забуду, чего-то не увижу. Я такой, какой есть. Я взрослый сформировавшийся человек. И либо ты меня принимаешь таким, либо…

Какое-то время я справлялся. Рутинно и скучно. Честно исполнял супружеский долг. И это вместо того, чтобы летать! Заниматься любовью! Я пытался таким образом примирить тебя со своими недостатками. Но теперь… прости. После того, как ты стала устраивать показательные выступления в виде отстранения меня от тела, что-то внутри меня оборвалось. Умерло. Потому что ты посмела всю нашу сумасшедшую страсть, весь потрясающий эротизм соития, гармонии наших душ и тел использовать в виде кнута и пряника! И ты словно перестала быть родной. И я уже не блаженствую. Это уже — механика. Это то, что может дать любая случайная девушка.

Возможно ли все реанимировать? Наверное, да. Ведь коль я еще до сих пор ищу слова для объяснений, значит, еще жажду понимания. Значит, еще что-то теплится внутри. Надежда и…