Он был спокойно-молчаливым,слова считая мишурой 
Она звала его шутливо угрюмый Тихий Домовой 
А он ее - Ледышка-Фея за то, что мерзла в дождь и снег 
И грел носки на батарее чтоб ей их тёплыми надеть 
Без слов и лишней суматохи с утра готовил сладкий чай 
Она кривилась: «Буду кофе и бутерброд – не заставляй! 
Я лучше съем с утра конфету!...» но под спокойный говорок 
Съедался как-то незаметно со сладким чаем бутерброд 
Он молча слушал о проблемах кивая только головой 
Сказав чуть позже : «Что за нервы? Решим! Не бойся! Я с тобой!» 
И как-то быстро все решалось как будто не было проблем… 
Ворчал под нос бывало малость шутя грозился взять ремень 
За то, что зонт забыла Фея . Промокла… Может заболеть… 
И грел носки на батарее чтоб ей их тёплыми надеть…… 
Однажды вдруг она спросила: «Меня ты любишь, Домовой? 
Скажи! Хочу я слов красивых , чтоб жгли как огненный огонь!!» 
Он нежно взял ее за плечи , спросил: «Зачем тебе слова? 
Я их сказал при первой встрече. Однажды… Раз и навсегда 
Ну, не люблю я пустословье… Ты ела что-нибудь, малыш? 
Давай я ужин приготовлю . Устала – вот ты и хандришь…» 
Она воскликнула: « Ну, хватит . Болото просто, а не жизнь! 
Живу в какой-то мягкой вате – «поешь, надень, поторопись» 
Достал твой чай и бутерброды . И эти теплые носки 
Хочу я кофе и свободы! Противно, слышишь? Уходи!» 
Он встал со взглядом потемневшим,влюбленный тихий Домовой 
Какой-то вдруг отяжелевший… Оделся молча…и ушёл……. 
Она проснулась в шесть с рассветом - в окне дождинок хоровод 
Сжевала нехотя конфету, припомнив вкусный бутерброд 
Хлебнула теплый горький кофе . Упрямо выпила до дна 
О нем подумала со вздохом , шепнув тихонько: «Ерунда…» 
Конечно, дома зонт забыла , замерзла, вымокла совсем 
Вернулась поздно в дом унылый с авоськой всяческих проблем 
Носок холодный натянула ... и вдруг подумала с тоской 
Что вот вчера на этом стуле сидел любимый Домовой 
Он был вчера такой уставший , но взгляд был теплым, как всегда 
Родной, заботливый… без фальши. «А я красивых слов ждала… 
Не словом – делом счастье мерял . Берег от холода и бед 
Носочки грел на батарее , чтоб мне их теплыми надеть…» 
В одном носке, беззвучно плача шепнула тихо в телефон 
«Люблю тебя, без всяких всячин, ты где, любимый Домовой!» 
Ворвался мокрый и холодный. В охапку сгреб ее: «Прости! 
Что я бежал к тебе так долго , там дождь, не мог поймать такси! 
Вчера я очень долго думал , о том, как мало говорил 
Тебе красивых слов безумных… Еще обиделся…Павлин!» 
Ему ладошкой рот прикрыла «Мне нужен ты, не нужно слов 
Потом с усмешкой, чуть ворчливо сказала строго: «Домовой! 
Промок! Замерз! Вдруг заболеешь!, - и всхлипнув тихо, обняла, - 
Возьми носки на батарее – я их согрела… для тебя…."