С Алексом, моим бывшим, я страдал сразу от двух сарториальных конундрумов. В то время он носил серый двубортный пиджак а-ля водитель Газели на свадьбу, и засовывал руки в карманы брюк, не расстёгивая пуговиц пиджака. Ну, знаете, как таджики, приехавшие в Москву и на радостях нажравшиеся Балтики-9. Шлицы разъезжаются, всё топорщится, и общий силуэт напоминает какой-то безумный ромбик. Разумеется, я рявкнул (а рявкать я умею), и объяснил, что если хочется засунуть руки в карманы брюк, то нужно расстегнуть пиджак, и полы сдвинуть руками назад — и тогда вместо таджика с Балтикой ты волшебным образом превращаешься в Алена Делона, лениво наезжающего на партнёров по криминальному бизнесу в фильме из 1970-х.

Подействовало.

Но Алекс был (и есть) злоебучий мальчик, и Алекс не был бы Алексом, если бы не наехал в ответ. Я тогда носил только костюмы с галстуком, но в свободное от работы время приспускал галстук, расстёгивал верхнюю пуговицу сорочки — в общем, такой снисходительно-развязный вид, который мне удавался, потому что костюмы и галстуки я носить умею, и это не то что нажравшиеся клерки в метро, а так, понимаете, лёгкая небрежность (на самом деле я просто ненавижу когда одежда душит горло).

И вот, Алекс нашёл на чём отыграться — шипит, как змея, "Застегни рубашку! Подтяни галстук! Рядом с тобой стыдно находиться!" — а я реально понимаю, что выгляжу нормально, и что в 10 вечера в московском метро совершенно необязательно душить себя воротничками, как на Нюрнбергском процессе. Поначалу я его слушался, с большой неохотой, а потом забил хуй. Как хочу, так и хожу — пока я не похож на таджика с Балтикой, разумеется. А нежный кайф расстёгнутой пуговицы и приспущенного галстука он так и не уловил, наверное. А может, он тогда просто не умел носить костюмы. Не знаю. Единственный раз, когда я видел его в костюме с галстуком, он был похож на ходячий манекен из романа Набокова.

А вообще, смешно было тогда — когда нужно было носить костюмы с галстуками, душу с них воротило. А когда не надо — наоборот, радует. Хлебом не корми, дай нагладить самую лучшую сорочку, аккуратно повязать галстук, небрежно надеть пиджак, и пойти гулять на Тверской бульвар. У меня даже остались тогдашние самые любимые брюки, которые я выглаживал, как Ромео Джульетту.

Это всё подсознание балуется, наверное.