Я верчусь, как на раскаленной сковороде, судорожными движениями губ пытаюсь поймать спасительный глоток воздуха, но тщетно. Раскалённый диск солнца повсюду следует за мной. Жара. Зной. В такие минуты нет ничего желаннее спасительной прохлады и воды, но ничего подобного поблизости не видно. Отчаяние охватывает меня, измученная я обхватываю голову руками, с мольбой смотрю на побледневшее от горячего воздуха небо, и вижу пушистое, как густая львиная грива облако, которое плавно надвигается на солнечный диск. Через несколько мгновений спасительная грива закрыла пышущее жаром солнце. У меня открылось второе дыхание, я преодолела кажущийся до этого непреодолимым путь до сквера, в руках у меня уже бутылочка воды. Чудесное облако вернуло меня к жизни.

Маргарита ПРОШИНА

Шире шаг, выше голову! Час пик - пересадка с кольцевой линии на радиальную, толпа, как единый организм, едва заметно движется в сторону эскалатора. Люди сливаются в разнородную массу, двигающуюся терпеливо в одну сторону, но вот полоса препятствий пройдена и тут каждый продолжает движение своей походкой. Каких только походок не бывает: лёгкая, воздушная, парящая, изящно преодолевающая все препятствия, никого при этом, не задевая - радует глаз. Медлительная, неуклюжая, семенящая походка, как лежачий полицейский, создаёт пробки, мешает окружающим. Походка - одна из ярких красок, рассказывающая о личности. Походка твёрдая, уверенная, неторопливая соответствует чертам характера. Цепкая, танцующая, неслышная, расслабленная, элегантная, строевая каких только не бывает, главное не мешать друг другу, соблюдать простые правила мирного существования и взаимного уважения. А я иду задумчиво одна лесной тропинкой на краю оврага, в котором протекает жизнь моя, походкой охлаждающего шага.

Маргарита ПРОШИНА

Вот уже и паучки кое-где плетут свои прозрачные кружева, переливающиеся в солнечных лучах то небесной синевой, то золотом. Природа преображается, меняет палитру. Невольно на память приходят строки из стихотворения Бориса Пастернака «Август»:

Как обещало, не обманывая,
Проникло солнце утром рано
Косою полосой шафрановою
От занавеси до дивана.

Оно покрыло жаркой охрою
Соседний лес, дома поселка…

Печальный сон приснился поэту:

… Мне снилось, что ко мне на проводы
Шли по лесу вы друг за дружкой.

Вы шли толпою, врозь и парами,
Вдруг кто-то вспомнил, что сегодня
Шестое августа по старому,
Преображение Господне…

Стихотворение эту удивительным образом передает настроение этого праздника - блистательного и печального, поэт не просто пишет, он живописно показывает «свет без пламени», который обыкновенно «исходит в этот день с Фавора» и ясную осень:

…И осень, ясная, как знаменье,
К себе приковывает взоры.

Осень… Пора прекрасного угасания природы, захватывающего дух, но печальная пора. Поэт видит тех, кто пришёл проводить его в последний путь, как он тонко передаёт состояние, цвет и звуки:

…И вы прошли сквозь мелкий, нищенский,
Нагой, трепещущий ольшаник
В имбирно-красный лес кладбищенский,
Горевший, как печатный пряник.

С притихшими его вершинами
Соседствовало небо важно,
И голосами петушиными
Перекликалась даль протяжно…

Пред ликом смерти он поэт слышит свой голос провидческий из вечности:

«Прощай, лазурь преображенская
И золото второго Спаса
Смягчи последней лаской женскою
Мне горечь рокового часа.

Прощайте, годы безвременщины,
Простимся, бездне унижений
Бросающая вызов женщина!
Я - поле твоего сражения.

Прощай, размах крыла расправленный,
Полета вольное упорство,
И образ мира, в слове явленный,
И творчество, и чудотворство».

Гоненья, зависть, горечь, унижение - всё унесет река времени, а несмолкающий голос поэта звучит в его произведениях. Один миг отделяет середину лета от его последнего месяца. Я только моргнуть едва успела, а на календаре август. Грустный шелест сухих жёлтых листьев на выгоревших газонах и прощальный шёпот их друзей на деревьях напоминают нам об осени.

Маргарита ПРОШИНА

Начинаю новый рассказ, и всё само идёт в руки. Она не от мира сего. Пишу о детских воспоминаниях героини, под музыку радио «Орфей», до меня доносятся божественные звуки арии Неморино из оперы Доницетти «Любовный напиток», - это как раз то, что нужно для моей героини, которая с трогательностью вспоминает своего отца, любившего эту арию и ставившего всегда эту пластинку.

Маргарита ПРОШИНА

Вот уже вторую тысячу лет (а может быть, миллион, но без названия) течет Москва-река по Москве, дарит жизнь всему живому вокруг. Небо отражается в ней, облака, проплывая, засматриваются на своё отражение, солнце, луна, звёзды вглядываются в воды её, порой ныряют даже, чтобы рассмотреть её до самого дна. Всё принимает в свои воды река: горе и радости, надежды и разочарования, признания и жалобы, а то и принимает безмолвно в воды свои отчаявшееся тело. Впитывает и уносит, очищает город, утоляет жажду его, приносит новые надежды. Сколько клятв, признаний, молитв она приняла в воды свои, никогда никто не узнает. Сколько перетерпела она за свою долгую жизнь от людей, которые всё никак не успокоятся - то провода по дну прокладывают, то трубы, реки, ручейки, питающие её, то в трубы уберут, то перенесут, а она наблюдает молча. Стою на Новоспасском мосту, смотрю на воду, течёт река. А как течёт река?

Маргарита ПРОШИНА

Выжить в диких джунглях лжи, лукавства, зависти, подлости, жадности, и сохранить добронравие, к сожалению, дано меньшинству. Добрый нрав, приветливость, выдержка вызывают у меня уважение, даже восхищение. Обидчивость, вспыльчивость, гневливость - качества, которые можно обуздать, было бы желание. Именно желание необходимо для того, чтобы научиться владеть собой, развить в себе добронравие. Как мне слово это нравится - «добронравие»! Доброта творит чудеса, я в этом убеждаюсь ежедневно. Как мне не просто пришлось сражаться со своей вспыльчивостью, необузданностью, обидчивостью, особенно в ранней юности! Помогли воспитанные, тактичные, мудрые, добрые окружающие меня люди. Конечно, очень важна самоирония и стремление понять, как меня воспринимают те, чьим мнением я дорожу.

Маргарита ПРОШИНА

Более 170-ти лет незлобивый Акакий Акакиевич Башмачкин оплакивает свою шинель, вызывая своей беззащитностью сочувствие, жалость, печальную улыбку. Образ его стал началом целой плеяды «маленького человека» не только великой нашей, но и мировой литературы. Для меня образ Акакия Акакиевича - неразгаданная тайна мастерства Гоголя, к которой я возвращаюсь вновь и вновь. Например, портрет Башмачкина, он содержит всего 28 слов, если же убрать предлоги и частицы, то, можно сказать, что Николай Васильевич нарисовал его из ничего, буквально из воздуха. Всего-то использовал уменьшительные определения - «низенького», трижды «несколько», «небольшой», а какой эффект, а затем уменьшительные «рябоват», «рыжеват», «подслеповат», и перед нами образ несчастного, убогого человека. Чего стоит определение цвета лица - «цветом лица что называется геморроидальным...», - этого достаточно, чтобы представить себе всю «великую Россию» и всё физиологическое бытие Акакия Акакиевича.

Маргарита ПРОШИНА

Перемена декораций в Москве. Вечер. Звуки становятся тише, лица прохожих разглаживаются, успокаиваются. Зажигаются фонари, появляется свет в окнах. Вечер так плавно переливается в ночь, что я не перестаю восхищаться тем, как это происходит. Мысль о том, что так было всегда, и каждый раз это происходит, непременно, но каждый новый вечер не может повториться, вызывает в душе моей бурю эмоций. Так было, Так есть. Так будет. Что в этих словах может быть непонятно?! Вечное движение, вращение. Как бы понятно всё, но завораживает. Вечер. Прохлада. Звёзды. Тихо, вкрадчиво приходит летний вечер в утомлённый шумом и спешкой город. Ослепительно яркий занавес уплывает за горизонт. Пушистые белые облака преображаются, наливаются цветом и сливаются с темнеющим небом.

Маргарита ПРОШИНА

Теперь-то я хорошо понимаю, что стремление постигать высочайшие вершины непостижимых текстов классиков, живущих вечной духовной жизнью, подаривших нам свои бескрайние неисчерпаемые миры, щедро и бескорыстно оставить своё Слово - истинное счастье жизни творческой личности! С годами под воздействием серьёзной художественной литературы поле моей жизни как бы невероятно расширилось. Мне хочется постоянно самой служить высокому и полезному для совершенствования окружения и моих читателей.

Маргарита ПРОШИНА

Бывает летом так ослепительно светло, что невозможно смотреть открытыми глазами. Глаза сами щурятся, защищаясь от слепящих солнечных лучей. Изображение утрачивает плавность, картинка приобретает резкую контрастность пятен света и тени. Светлый день проникает внутрь меня и высвечивает дремлющие в глубине души мысли. Жажда творчества и живительные родниковые силы охватывают меня, чтобы сохранить невероятный подъём, щедро подаренный мне летним светлым днём.

Маргарита ПРОШИНА

Летняя московская ночь, как ты коротка! Город едва успевает перевести дух, привести себя в порядок, очистится от потока раздражения, зла, зависти. Душа Москвы разговаривает с душами вечных жителей своих, которые с некоторым удивлением наблюдают нелепые, порой, перемены, а то и исчезновение уютных старинных уголков. Улицы, разогретые щедрым солнечным теплом, преображаются с наступлением ночи, мечтают умыться прохладной водой, прихорашиваются, переливаются разноцветными огнями. По просторным улицам мчусь с севера на юг через весь город, любуюсь невероятными деревьями, которые растерянно покачивают светящимися ветвям. Реклама, как бесстыжая девка, манит, завлекая в сети свои алчущих злата и развлечений. Душа же вечного города с лёгкой иронией наблюдает за ними, она знает секрет вечности.

Маргарита ПРОШИНА

Перегореть, значит - погубить, испортить что-то важное, к чему тщательно готовилась. Сколько раз со мной случалось подобное. Началось всё с концертов и экзаменов в музыкальной школе, там я поняла, как важно не то, сколько занималась накануне, а то, как настроена сейчас. Ни в коем случае мне нельзя стараться, наоборот нужно отвлечься перед ответственным моментом, а когда он наступит внутренне собраться, тогда результат частенько превосходит ожидание. Необходимо волноваться, если на душе покой - это катастрофа, ничего хорошего не получится. Беда в том, что волнение искусственно вызывать бессмысленно, всё должно происходить на уровне интуиции. Перед каждым значимым для меня событием я стремлюсь не расплескать силу чувств. Перегореть для меня означает провал.

Маргарита ПРОШИНА

Не реагировать на интонацию. Сила и тембр голоса имеют для меня определяющее значение при восприятии сказанного собеседником. Так было всегда. Я не воспринимала повелительный или повышенный тон, это всегда становилось причиной конфликта во время учёбы, на работе с друзьями и с мужчинами. Особенно я резко реагирую на грубость и надменность «начальников» и «чиновников», эта безобразная манера общаться с посетителями свидетельствует о глупости и ничтожестве подобных лиц, которые сами из себя ничего не представляют и само утверждаются на тех, кто вынужден к ним обращаться. В подобных случаях реагирую я мгновенно и очень эмоционально. Часто во вред себе, но я никак не могу с подобными манерами смириться. Когда ко мне обращаются доброжелательно, спокойно я всегда отвечаю так же. Одну и ту же фразу можно сказать по-разному, соответственно и результат будет аналогичен тону. Я всегда стараюсь быть максимально приветливой, доброжелательной, исходя из того, что жизнь у всех нас и так достаточно сложна, поэтому следует беречь и щадить друг друга. С близкими же людьми я стремлюсь быть предупредительной и ласковой и надеюсь на взаимность. Особенно мне больно и обидно, когда близкий человек повышает на меня голос, в таких случаях, я не воспринимаю смысл сказанного, для меня это равносильно удару, но я стараюсь изо всех сил промолчать. Каким тоном ко мне обращаются, таким я и отвечаю. Не реагировать я не могу, но учусь.

Маргарита ПРОШИНА

Он иногда бывает приятным, не шумным, далёким. Я ещё не пробудилась, и мне кажется, что я еду куда-то. Этот мелодичный шум превращается в гудение шмеля, который влетел в окно и кружит вокруг пушистых розовых пионов в огромной белой фарфоровой вазе. Потом я вижу себя совсем маленькой девочкой, бегающей с лейкой между цветочными грядками перед террасой. Над кустами жасмина парит в танце оранжевая бабочка с чёрным узором на крыльях. Я хочу дотронуться до неё, протягиваю руку, но роняю лейку и просыпаюсь. Солнечные лучи скользят по моему лицу. Тихо.

Маргарита ПРОШИНА

В старинном книжном шкафу в музее Фёдора Достоевского я увидела за стеклом не очень толстый том большого журнального формата в бумажной выгоревшей обложке романа «Игрок», изданный «кровопийцей» Стелловским. Сколько мук и испытаний выпало Достоевскому в дни работы над этим романом! В голове идея созрела, но расписать его в развернутом виде в тексте Достоевский никак не успевал, чтобы передать Стелловскому в срок, а это означало утрату авторских прав. Крах! Друзья советуют ему пригласить стенографистку в качестве технического помощника, и даже направляют к нему юную девушку Анну. Терзаемый сомнениями Фёдор Михайлович назначает ей встречу вечером, чтобы посмотреть, что из этого получиться. Когда же на следующий день юная девочка приносит ему аккуратно переписанный текст, записанный ей накануне под его диктовку стенографическими символами, у него открывается второе дыхание. Более того между ними вспыхивает страстная любовь, и это юное создание становится его ангелом хранителем.

Маргарита ПРОШИНА

Всё в жизни происходит незаметно, даже плавно. Не замечаешь, как из пятилетней девочки становишься пятидесятилетней женщиной. Смотришь на себя в зеркало и с изумлением задаёшь себе вопрос: «Ты кто?» Прошлые годы прессуются в миг, будущее растянуто до непостижимости. Именно поэтому незаметность понимается только тогда, когда уходит в прошлое. Будущее же давит грузом неизвестности. Долгая жизнь Тютчева спрессована до одного тома его стихотворений.

Маргарита ПРОШИНА

Всё, о чем бы я ни писала, касается не обычной жизни, а творчества. Ценнейшее качество в этом отношении я отвожу сосредоточенности, но понимание этого, приходит с годами. Прежде я легко переключалась с одного на другое. Годы моего взросления совпали с эпохой лживой двойной морали и имитацией деятельности. Я с легкостью научилась делать вид, что мне интересно то, что я выполняла на работе. Теперь-то я, вспоминая себя прежнюю, краснею - изображать мне никого не нужно, тем более, демонстрировать интенсивную деятельность. Я есть я, такая, какая есть. Писать невозможно без сосредоточенности. Для точности нужна среда. Я бы уточнила - среда настроения. И вот в этой среде я нахожу точное выражение своих мыслей. Сосредоточенность.

Маргарита ПРОШИНА

Человек родился, пожил, и вдруг его поймала старость. Он не ожидал, что и с ним это случится. У Германа Гессе нашла мысли о старости. Каждого человека ожидает старость, хотя некоторые и не доживают до неё. Старость, думаю я, надо принимать смиренно. Но я заговорила не о простой, конечно, старости, а о старости творческих людей. Тогда проще исполнять своё назначение, не разбрасываясь на пустяки, а изо дня в день исполнять свое предназначение: писателю писать еще интенсивнее, художнику подтверждать свой оригинальный почерк, композитору уходить ещё дальше в свой звучащий мир… Старости надо сказать «да», принимать её дары, и быть самим собой. В старости понятно, что быт и материальные ценности ничто, творчество и искусство - вот что составляет радость каждый миг. И всё будет хорошо.

Маргарита ПРОШИНА

Не пробегай. Остановись. В этом доме жил Гоголь. Когда? Прохожие не останавливаются. Даже на памятник не смотрят. Через проходной двор с бульвара в Мерзляковский переулок и обратно спешат день за днём люди, не поднимая головы, суета поглощает их мысли и время. - Кому это памятник? - ради интереса спросила я у бегущего человека с увесистыми баулами. - Откуда я знаю! Их по Москве столько понаставили. Да там, наверно, написано. Иди да прочитай! Я буквально оторопела. Не знать Гоголя?! Впрочем, зачем ему, как и многим другим бегущим, Гоголь?! Сколько душевных терзаний, сомнений, мук испытал Николай Васильевич в этом доме, который помнит и хранит дух его, здесь он и герои его живут и поныне. Стоит только присесть на скамеечку в уютном усадебном дворике, посмотреть на больного, страдающего Гоголя, как суета исчезнет, жизнь преобразится, откроется второе дыхание. Всё переменится к лучшему, стоит только помедлить.

Маргарита ПРОШИНА

Петр Вяземский родился 12 июля 1792 года. Первые стихи его были напечатаны в 16 лет - 1808 году. С 1858 года вышел в отставку и жил за границей. Умер в Баден-Бадене 1878 году. Он жил при Достоевском, жил при Тургеневе, жил при Гончарове, жил при Лескове, Пушкин с Гоголем остались далеко позади, когда Вяземский умер, Толстому было 50 лет. Я всё это привела к тому, чтобы были понятнее строки Вяземского:

Я ПЕРЕЖИЛ

Я пережил и многое, и многих
И многому изведал цену я;
Теперь влачусь в одних пределах строгих
Известного размера бытия.
Мой горизонт и сумрачен, и близок,
И с каждым днем всё ближе и темн
Усталых дум моих полет стал низок,
И мир души безлюдней и бедней.
Не заношусь вперед мечтою жадной,
Надежды глас замолк - и на пути,
Протоптанном действительностью хладной,
Уж новых мне следов не провести.
Как ни тяжел мне был мой век суровый,
Хоть житницы моей запас и мал,
Но ждать ли мне безумно жатвы новой,
Когда уж снег из зимних туч напал
По бороздам серпом пожатой пашни
Найдешь еще, быть может, жизни след;
Во мне найдешь, быть может, след вчерашний,
Но ничего уж завтрашнего нет.
Жизнь разочлась со мной; она не в силах
Мне то отдать, что у меня взяла
И что земля в глухих своих могилах
Безжалостно навеки погребла.

1837

Обратите внимание на дату написания. Вяземский предвидел, что он действительно переживёт «многое и многих».