Вот люди щелкают каналы телевизора, крутят информационную ленту фейсбука (у некоторых с пятью тысячами друзей - тут у меня случается обморок от такого количества), не вникая ни во что. Конечно, всё вокруг проходит, сменяя друг друга. Часы, дни, недели, месяцы, годы, десятилетия, даже век промелькнул и тысячелетие сменилось. Я уже молчу о временах года. Едва успеваю убрать сезонные вещи, как наступает пора снова их доставать. Причём скорость постоянно увеличивается. Мы торопимся, чтобы не отстать от потока и уже не ускоряем шаги, а скользим по поверхности. Спешим куда-то в наушниках, громко разговаривая по телефону и жестикулируя, мельком оглядываясь по сторонам, не замечая никого и ничего вокруг. Если бы это касалось только физической жизни, то можно бы было смириться, но скольжение ума по поверхности вселяет в меня печаль. Скольжение по тексту без проникновения в его смысл, приводит к поверхностным мыслям, знаниям, суждениям. Возможно, бурное развитие новых технологий привило нас к расцвету поверхностных, необдуманных решений и увеличению непрофессионалов, которые не в состоянии анализировать, рассматривать проблему во всей её глубине. Скольжение поверху есть неотъемлемое качество современного человека. Картинка должна меняться ежесекундно.

Маргарита ПРОШИНА

Удивительные чувства охватывают меня каждый раз, когда я брожу по ней. Вот милый домик с мезонином, стоит себе молча лет, примерно, сто пятьдесят и помалкивает. Никогда и никому он ничего не расскажет, он знает цену молчанию. Промолчишь, глядишь и уцелеешь. Лай собак, коты, спешащие по неотложным делам - всё это переносит меня в детство. Как кружил голову запах шоколада с кондитерской фабрики «Рот Фронт»! Стою я маленькая в соломенной шляпке непременно с голубым бантом на ней, смотрю на небо, а солнышко греет, но не показывается. Я даже рот открыла от удивления, а мальчишки на заборе сидят и кричат мне, чтобы я рот закрыла, а то муха залетит. Вдруг на этой тихой улочке появляется голубая легковая «Победа», с шиком подкатывает к неприметному деревянному дому. Любопытные жители прильнули к окнам, предвкушая представление. В этом доме живёт знаменитая Нинка с Ордынки, воспетая Владимиром Высоцким. Эту тихую улочку я узнаю по скромному полукаменному двухэтажному домику, в котором родился автор «Без вины виноватых». Улочка совсем небольшая, но удивительно уютная. На ней частично сохранились дома старого Замоскворечья, которое Островский называл «новой страной», начинающейся прямо с порога дома его детства, в своих «Записках замоскворецкого жителя”. Малая Ордынка.

Маргарита ПРОШИНА

Невысокая бурая кирпичная стена оберегает это место печали, раздумий о смысле и краткости жизни от суеты и шума столичной жизни. Вход в готическом стиле, Лютеранская кирха-часовня переносят меня в совершенно другой, немосковский мир. Я брожу по аллеям и дорожкам Старого немецкого кладбища в Лефортово. Ухоженные надгробия, часовни, склепы, страдающие ангелы с опущенными крыльями, скорбные фигуры у могильных плит - это уже музей архитектуры под облаками. Я останавливаюсь у могилы доктора Гааза, с волнением перечитываю его нетленный афоризм: «Спешите делать добро». Всю свою жизнь доктор Гааз следовал ему беззаветно. К его могиле и в наши дни постоянно приносят цветы. На этом старом кладбище над Яузой я связываю нити времён. Я беседую с Михаилом Михайловичем Пришвиным о тайнах художественных текстов, а затем неведомая сила влечёт меня каждый раз к памятнику-коллонаде, где в центре безмолвно взывает к сочувствию бессмертный шедевр Арнольда Бёклина «Остров мёртвых». Мозаика местами поблекла, постарела от времени, а лодка с белой фигурой всё никак не доберётся до затаённой чаши острова. Мне так хочется узнать, какие тайны ждут нас на нём. Придёт время, и я узнаю это. Много загадок хранит кладбище над Яузой, удивительный музей человеческих судеб. Немцы много сил положили на развитие Москвы. И теперь мирно почивают на своём кладбище. Среди немцев есть и много наших известных: Пришвин, Кедрин, Бахтин, Козаков…

Маргарита ПРОШИНА

Поэзия когда-то здесь была. Улицы Большая и Малая Полянка в Замоскворечье, когда-то тихие с уютными особняками и домами с мезонинами, с цветочными горшками бальзамина, герани и душистого горошка на подоконниках, настолько изменились, что только моё воображение вызывает в памяти прежний их дух. Но всё же кое-что сохранилось, например главный дом усадьбы Нащокиной, в котором родился и жил до 1814 года друг Пушкина Павел Нащокин. Сохранились доходные дома начала XX века. Мне жаль бесконечно исчезнувшего облика этих милых улиц. Только в названиях их сохранилось ощущение тепла и света. Колокольный звон неизменно переносит меня в прошлое. И храмы Григория Неокесарийского и Успения Богородицы в Казачьей слободе, построенные в XVII хранят дух исчезнувшей Большой Полянки. Название осталось, а материальная часть изменилась до неузнаваемости. Каждое слово несёт в себе разные смыслы в зависимости от контекста. Стоит мне мысленно произнести слово «полянка», как перед глазами возникает картинка солнечного пятна на сочных цветущих травах, среди которых кивают своими головками ромашки, дикие фиалки, незабудки. Дух захватывает от запаха клевера.

Маргарита ПРОШИНА

Вдруг ощутила необычайную лёгкость мысли, когда незаметно для себя самой оказалась на Каланчёвской площади, вспомнив стихотворение Александра Тимофеевского:

Пошел на Каланчевку,
Нашел себе друзей,
Купил себе расческу
За двадцать пять рублей.
Потом я ел редиску
И с хлопцами кирял,
И потерял прописку,
И паспорт потерял.

Это развеселило меня. Я представила то, что, пожалуй, остаётся только расчёску мне купить и заняться поиском друзей. Только времена сейчас другие и на двадцать пять рублей вряд ли можно найти расчёску, да и беспечное время выпивки со случайными приятелями ушло в прошлое. Сейчас следует быть с незнакомыми людьми бдительной, а то не только можно потерять паспорт, а и без головы остаться. Каланчёвка - место скрещения людских потоков, прибывающих в нашу всеобъемлющую столицу с надеждами на лучшую жизнь. Я внимательно стала всматриваться в лица прохожих. У подземного перехода я увидела Москву Честнову из романа Андрея Платонова «Счастливая Москва», которая была полна неопределённостью жизни. Лицо её сияло от счастья. В воздухе пахло весной. Тысячи людей находились в движении на площади. Я обратила внимание на человека, который часто моргал и наталкивался на людей. Я узнала в нём Сарториуса. Он напряжённо вглядывался во встречные лица, удивляясь немыслимому количеству народа, как будто на одной шестой части суши только в этой точке и можно жить.

Маргарита ПРОШИНА

В старости кажется, что жизнь проскочила незаметно. В памяти вспыхивают отдельные яркие картины пережитого, по коже пробегают мурашки при мысли о том, сколько десятилетий испарились из памяти! Да, всё происходит незаметно для глаза. Я всё чаще произношу слово «незаметно». Сколько раз со мной происходили удивительные случаи, которые, мне так казалось, забыть невозможно. Увы, остались только размытые пятна. В настоящем никак невозможно оценить масштаб события. Время, неумолимое время уносит от нас происходящее в небытие. Я в беспечной юности и легкомысленной молодости жила исключительно настоящим и своими утопическими грёзами. Но я всегда читала, восторгалась нашими классиками, пытаясь переносить отдельные моменты художественной жизни героев, их поступки в свою жизнь. Понимание того, что только в тексте сохраняется жизнь, что нет ничего более правдивого и реального, чем художественная литература, пришло ко мне через прожитые, смытые рекой времени годы. Но я всё же пришла к тому выводу, что заметность создает только записанное, зафиксированное. Например, мой собственный текст, перечитывая который, видишь состояние моего сердца в разные периоды жизни.

Маргарита ПРОШИНА

Для меня важно, что именно в этот день в Москве в 1564 году вышла первая в России печатная книга «Апостол» Ивана Фёдорова. Дорог мне этот день ещё потому, что 204 года назад родился Фридерик Шопен - фортепьянный волшебник с душой поэта, один из моих любимых композиторов! Кто-то бросал в этот день бомбу в государя-императора Александра II, а кто-то в Коктебеле собирал дикие малюсенькие тюльпаны. Кто-то ждёт весну, а у кого-то - зима. Погода за окном в этот день преподносила, преподносит нам самые разные сюрпризы, но важно только то, что у нас на душе. Всё своё я с собой ношу, внутри меня живёт прошлое, настоящее и будущее. Этот день я могу подарить вечности, запечатлев его в тексте. Каждый из нас может, если захочет. Я сегодня с особенным чувством буду слушать произведения Шопена в исполнении Станислава Нейгауза и Алексея Скавронского, моих любимых исполнителей его музыки. Первого марта 1904 года родился также Гленн Миллер - знаменитый тромбонист, аранжировщик, создавший один из лучших свинговых оркестров. Сегодня - замечательный день! У каждого из нас с этим днём связаны свои надежды или воспоминания. Сколько кругом земля сделала вокруг солнца на сегодняшний день. Сие неведомо никому, да и не имеет значения.

Маргарита ПРОШИНА

В двадцать три года, совсем ещё молодым человеком он в шестнадцати строчках написал об ужасах репрессий, моральном, психологическом уничтожении личности, о допросах, пытках, лагерях. Сколько миллионов человеческих судеб провалились, бесследно исчезли в репрессивной машине?! Мы только предполагаем, никто не считал. Страна напоминала «выгоревшую траву» после большого террора и страшной войны, на которой человеческая жизнь не стоила ни гроша. Поэту понадобилось всего двенадцать слов в четырёх строках, в рефренах и в разных вариациях, чтобы сказать об этом. Тишина. Не слышно детских голосов, смеха - одна только лживая пропаганда и поиск врагов. Поэт не желает участвовать в этом. Закончилась страшная война, а допросы, конвой, «хитрые письмена» доносов продолжаются. Но сила человеческого духа преодолевает всё это. Писатель продолжает свидетельствовать, создавая тексты. Как рождаются стихи?! Не рифмованные слова, а божественное их сочетание, где каждая буква стоит на своём определённом месте, наполняя стихотворение воздухом и глубинным смыслом. Философская глубина, которая отдаляясь от создателя, обретает всё новые значения, наполняя души следующих поколений. Стихи его «живут, как небо и листва», они свидетельствуют. Мне хочется вслед за поэтом повторить:

...Лестницы, коридоры,
хитрые письмена...
Красные помидоры
кушайте без меня.

Стихи Бориса Чичибабина восхищают меня поразительной культурой и чувством слова. Дар поведать в нескольких поэтических строках историю, время, состояние, леденящее кровь, даётся избранным. Именно избранным Богом поэтом для меня является Борис Чичибабин.

Маргарита ПРОШИНА

Сегодня я обратила внимание на то, что воробьи особенно нервничали в нашей «птичьей столовой». Так я называю бетонную плиту на краю газона, на которую жители уже многие годы постоянно приносят хлеб, пшено, сыр, печенье и другую еду для птиц. Обычно первыми на свежее угощение слетаются голуби, они с утра сидят на проводах прямо над столовой, а воробьи проворно выхватывают лакомые кусочки у них прямо из-под носа. Сегодня же во время завтрака первыми слетелись вороны. Они плотными рядами дружно клевали хлеб и крупу, а воробьи нервно суетились вокруг них на газоне, пытаясь тщетно пробраться между ними. Звонкое, возмущённое чириканье взволнованных воробышков вызывало улыбки на лицах спешащих прохожих. Вороны же сосредоточенно продолжали завтрак, никак не реагируя на шум и крики. Один взъерошенный и самый смелый воробышек, сообразив, что сквозь «оцепление» по земле не пробраться, взлетел вертолётиком и тут же опустился в центр «стола», и, выхватив кусок хлеба чуть меньше себя, взлетел и рванул в сторону, предвкушая сытный завтрак. Наивный! За ним ринулись в воздух, звонко чирикая, его приятели и на лету распотрошили лакомый кусок смельчака. Но героический воробей опять совершил десантирование в круг ворон, схватил очередной кусок и мгновенно исчез с ним, даже коллеги не заметили на сей раз - куда.

Маргарита ПРОШИНА

Человек формируется в воде, рождается в воде, организм его водою переполнен. Кровь его не что иное, как жидкость. Собственно, он сплошь состоит из воды. Любопытно, что человеку нужна для существования температура неопределённости. Он неопределённо родился, неопределённо живёт в поисках ответов на одни и те же вопросы: зачем родился, для чего? Думает человек всю жизнь, а ответы не записывает, только в голове своей как бы водяными чернилами пишет, чтобы никто и никогда не прочитал его мысли, не дай Бог! Мысли ведь тоже состояли из воды, и эту воду он льёт всю жизнь на уши людей, окружающих его. Да так успешно льёт, что и сам в них уверовал. Из воды вышел, в воде живёт, и ею всех и вся поливает. При этом температуру поддерживает неопределённую - ни холодную, ни горячую, а таяния льда. Как писал Мандельштам, «ходят рыбы, рдея плавниками». Человеко-рыбы. А есть ещё такие, которые вообще родились в плаценте, или, как в народе говорят, в рубашке, в водяном пузыре, они вообще так и плавают в аквариуме всю жизнь вместе с толстыми щуками-женами своими. Куда ни посмотрю, что ни услышу - одна вода вокруг. Температура неопределённости, таяния льда, чем дальше, тем не понятнее. Ноль.

Маргарита ПРОШИНА

Прощание с любовью, расставание людей, любивших друг друга когда-то. Она стирает слезу со щеки, а он признаёт, что они оба виноваты перед Богом. Но я не уверена, что они осознают это. Как можно осознать вину перед тем, кого не знаешь!? Путают его с церковью. Если Бога нет в душе, то его нет и в церкви. Но церковь есть лишь помещение для исполнения веками установившегося канона литургии. Любовь - дар судьбы, испытание. Её нужно хранить, оберегать, в противном случае она выцветает, увядает, исчезая, как стрекоза с наступлением осени. Любовь ушла, пришла беда. Остаётся лишь печаль сожаления. А вокруг так же, как при первом поцелуе, листва шумит, слышны детские голоса, но не их детей. Люди влюбляются по-прежнему, верят в свои чувства, а для кого-то любовь исчезла, как будто бы её и не было на свете. Всего в восьми строках поведал нам грустную историю утраченной любви Евгений Блажеевский в своём щемящем моё сердце стихотворении «Прощай, любовь моя, сотри слезу...».

Маргарита ПРОШИНА

Вот гладь реки, стеклянная, прозрачная, как зеркало, в воздухе ни дуновения. И вдруг подул лёгкий ветерок, пошла мелкая рябь, ветер усилился - волны появились. Особенно они заметны на море, конечно. Волны набегают на берег, смывая всё на своём пути, и уносят в морские глубины всё случайное наносное безвозвратно. Так и человек, лежит как замороженный стеклянный, а потом вдруг начинает волноваться, потому что головушка не дает покоя. Нахлынули воспоминания какие-то тревожные, и пошла речка души волнами. Сиюминутные волнения, переживания так же исчезают в вечном потоке реки времени. Волна творческого волнения только увеличивается, растёт, шумит, полностью овладевая мной, появляется образ, рождается замысел, который превратиться в художественное произведение. Самое загадочное в этом творческом процессе - результат, который рождается как бы самостоятельно. Каждый раз я с изумлением отмечаю, что от первоначального замысла ничего не осталось. Наплывая плавно на меня, волны волнения души предвещают вдохновение.

Маргарита ПРОШИНА

Одержимость, в основном ассоциируется у нас с медицинским диагнозом. Но я не раз в течение жизни сталкивалась с людьми здоровыми с медицинской точки зрения, но одержимыми какой-либо идеей осчастливить человечество, преобразовать страну, а то и окружающий мир каким-то гениальным только им известным способом. Их объединяет невероятная самоуверенность, неумение слушать, поверхностные знания. Придумал подобный человек очередную утопию, которая является не чем иным, как слабая догадка общеизвестной идеи, и всех вокруг заводит, полагая, что всем интересна его идея. Начинает доставать случайного собеседника, а ещё больше знакомых намёками на то, что ему известно нечто, что в скором времени поможет руководителям страны, учёным решить, например, вопрос обеспечения страны особым видом энергии, благодаря чему наша страна в кратчайшие сроки станет самой богатой и благополучной. Намекнёт, улыбнётся самодовольно, а потом попросит помочь ему попасть на приём к влиятельному чиновнику, а то и к президенту, потому что никому другому он своё открытие излагать не намерен. Ходит, мается, проходу не даёт, а на предложение просто получить патент, туманно возражает, что не доверяет никому. Как обустроить Россию он знает, а как оформить заявку, куда её подать, он понятия не имеет. Демонстрируя в беседе воинствующую некомпетентность, подобные экземпляры не разговаривают с собеседником, а вещают, поглядывая на него снисходительно.

Маргарита ПРОШИНА

Внимание и заботу близких людей важно чувствовать. Но забота заботе рознь. Очень часто я сталкиваюсь с ситуациями, когда забота превращается в тотальный контроль. У человека просто перекрывают кислород, не оставляя ему никакого личного пространства. Это происходит в семьях между родителями и детьми, между мужем и женой, между братьями и сёстрами… В таких случаях более сильная личность подавляет близкого человека, убеждает его, что лучше знает, как ему нужно жить, думать, поступать. Да ещё при этом не забывают заметить, что себя приносят в жертву, ради счастья ближнего. Сколько я наблюдала семей, в которых родители-неудачники пытаются самоутвердиться в детях. Навязывают им свои желания и понятия о том, что и как делать в течение жизни, пытаясь прожить их жизнь. Очень часто заканчиваются подобные попытки трагически, вплоть до прекращения общения. Так же я не выношу, когда посторонние люди, называющие себя «друзьями», начинают навязывать мне свою модель жизни, объясняя мне, что думают только о моём благе. Если им это хорошо, а для меня неприемлемо, и я не просила совета, зачем меня грузить своим мнением? В подобных случаях забота обо мне превращается в сущий ад, становится обременительной. Я понимаю только такую заботу о ближнем, при которой близкий человек не обременяет меня, а каким-то непостижимо тактичным образом поднимает ввысь. Но ни при каких обстоятельствах не упрекнёт, не вмешается в моё личное пространство, пока я его не попрошу об этом. Сама я стремлюсь поступать подобным образом. В основе взаимоотношений, прежде всего, я ценю взаимоуважение.

Маргарита ПРОШИНА

Маргарита Прошина
***
Серое море и влагу земли
Месяц представил полоской вдали.
Волны морские, играя, текли,
Будто бы локоны сна на мели.
Так приближаются все корабли
В бухту любви, о чём знать не могли…

Бесконечные ночи раздумий, тревог, страхов, тоски рисует Фёдор Достоевский в своих романах. Такими мне представляются ночи самого писателя. Непростая судьба выпала на его долю. Ужас пережитой публичной казни, каторга, болезнь и бесконечное безденежье. Его героев мучает бессонница, внутренняя борьба. А я вижу Фёдора Михайловича, который белыми ночами говорит себе о том, что как только выиграет, непременно завяжет с игрой в рулетку. Играет ночами напролёт, выигрывает, остановиться никак не может, удача сегодня на его стороне, и вновь крах! Мгновение и он проиграл разом всё. Ночью заснуть никак невозможно, мысли о реванше не покидают его. Достоевский страдал в рождении образов, рыдал с ними. Они становятся для него родными, как будто действительно существующими. Он поспешно, в постоянной экзальтации пишет, а потом опять то ли он, то ли герой его является вечером к игре, просиживает за ней далеко за полночь. Возвращается, обдумывает очередную сцену, молится, впадает в тоску. Кошмары погружают его в болезненное состояние. И опять идёт играть с утра до ночи, а потом с ночи до рассвета. В какой-то момент он смотрит на светлое небо и не может понять, день ли на дворе, или белая ночь.

Маргарита ПРОШИНА

Проснувшись ночью, я услышала биение собственного сердца. Я невольно стала подсчитывать удары. Сердце работало чётко, как часовой механизм. А почему оно бьётся? Быть может моя жизнь идёт помимо моей воли? Живу ли я сама? Вопросы эти возникли внезапно. Но если эта машина работает сама по себе, а душа моя просто на время существует в согласии с ней, то от меня требуется нечто большее, чем физиологическое существование. Неужели я родилась для того, чтобы есть, спать, расти, учиться быть как все, жить монотонной жизнью, работать, копить деньги… Ужас! Изо дня в день как механизм повторять отработанные веками телодвижения, чтобы в назначенный час меня заменили другим механизмом? Нет, я должна понять, для какой цели я родилась в это время, с этим сердцем, с этой мыслью. Конечно, эти мысли сегодня посетили меня не впервые. А ответ мелькнёт и ускользает. Что в рождении каждого человека имеется высший смысл, меня не успокаивает, наоборот, меня, как отдельный центр мира, волнует смысл моего рождения. Ведь я умею думать, читать, писать, люблю погружаться в художественные бесчисленные миры, созданные классиками. Неслучайно я полюбила записывать свои мысли, чувства. Ко мне стали приходить образы героев, которые просят рассказать о них. Избавиться от них я могу только выплёскивая их образы в рассказы. Одни уходят в самостоятельную жизнь, но им на смену приходят другие. Вероятно, сердце мое бьётся для того, чтобы мои герои получили жизнь в тексте. А всё же, кто завёл моё сердце?!

Маргарита ПРОШИНА

Тишина в обычной жизни неведома, её можно создать только искусственно. Просто в разное время суток меняются звуки. Днём шум постоянен. Это фон города. Конечно, изредка я обращаю внимание сквозь этот фон на резкий грохот, доносящийся с улицы то ли от проехавшего трактора, то ли от отбойных молотков, вскрывающих регулярно асфальт. Желание побыть в тишине для меня очень относительно. Что такое тишина в моём представлении: остаться одной дома, посидеть или прилечь в полумраке, слушая любимые мелодии или чтение книг при приглушённом свете лампы или погружение в работу над новым художественным текстом? В такой ситуации я ухожу в себя и не слышу шума лифта, криков соседей за стеной. Собственно, я сама вхожу в тишину, погружаясь в себя. Именно такая тишина дорога мне, в ней я отдыхаю и обретаю себя. Если же на душе тревожно, то тишины быть не может для меня ни в какой ситуации. Прислушиваясь, я обязательно уловлю звук, который будет раздражать мою мятущуюся душу. Такая тишина напоминает странное перешёптывание. А вот ночная тишина - это время особенное. Звук шагов где-то там, внизу, негромкий разговор ночных прохожих усиливаются многократно. Ночью в тишине слышно даже потрескивание сосулек на балконе. Они сетуют на затянувшуюся оттепель, которая безжалостно укорачивает их непродолжительную жизнь.

Маргарита ПРОШИНА

Пою во сне, просыпаясь пою, за завтраком тоже пою, ни оттепель, ни туман не в состоянии испортить мне настроение. Я смотрю на чёрный асфальт, а вижу пушистый ковёр чистый, слышу птичьи голоса, которые подпевают мне на свой птичий манер, аранжируя песню по-своему. Получается неожиданный, но весьма симпатичный вариант. Прохожие сегодня такие милые! Они спешат, торопятся, но успевают улыбнуться мне. Я улыбаюсь и напеваю негромко:

…Почему, отчего - и не знаю сам,
Я поверил твоим голубым глазам?
И теперь скажу тебе:
- Ты одна в моей судьбе,
Ты одна в моей судьбе.

Дорогая, поверь,
Я не в силах теперь
Сердце унять.
Ты, как свет, мне нужна,
Ты должна, ты должна
Это понять…

Сначала припев, потом куплет напеваю я бессчётное количество раз, и настроение мое всё улучшается. Душа моя не просто поёт, она ликует. Всё мне удаётся сегодня, даже тревожно как-то, только я подумала об этом и тут же сама себя пристыдила, потому что не надо притягивать беспокойство, а просто нужно получать удовольствие от хорошего настроения, чтобы оно полюбило меня и приходило как можно чаще. Пою…

Маргарита ПРОШИНА

Холден Колфилд из романа на все времена Сэлинджера «Над пропастью во ржи» постоянно рассуждает о девчонках. У него возраст такой, естественно, отношения с ними, их непохожесть на мальчиков, непонятное и непредсказуемое поведение, волнуют его. Писатель передаёт через внутренние монологи психологию подростка, чистого, искреннего, доброго, который интуитивно понимает разницу между хорошими и плохими поступками в жизни, но чего хотят девочки, чувства их и поведение не перестают удивлять его. Колфилд наблюдает в окне напротив его номера любовную сцену, не может оторваться от окна, понимая, что это «пошлятина», но уж очень она привлекательна. Мужчина и женщина там, в номере, набирали полный рот воды, или коктейля, и, смеясь, фыркали друг другу прямо в лицо. Со стороны это выглядело абсурдно, но оторваться невозможно. Холден думает о том, что в душе, вероятно, он страшный распутник, потому что сам тоже любит дурачиться с девчонками подобным образом, но ведь им это нравится! Он не может никак разобраться в себе, почему подобные глупости ужасно приятны?! Ведь вот он, например, сколько раз придумывал себе правила, чтобы не испортить что-то по-настоящему хорошее и тут же их нарушал. Никак не может он разобраться в этих сексуальных делах. Девчонки, порой, ещё хуже бывают, чем он. Вот он танцевал с блондинкой, она ему не понравилась, «настоящая идиотка», но он не выдержал и поцеловал её в макушку, а она обиделась! Вспоминает Холден единственный случай с Джейн, когда они целовались, да и то не по-настоящему. Только не в губы, потому что она их как-то всё время отводила. Вот и весь его любовный опыт. Рассуждения Колфилда своей искренностью и чистотой вызывают сочувствие, которое невольно ведёт к пониманию его внутреннего мира, переполненного всевозможными, пусть и наивными, переживаниям. В то время, когда роман Сэлинджера был издан, в нашей стране секса не было.

Маргарита ПРОШИНА