В. С. Соловьёв. Портрет работы Н. А. Ярошенко 1892 года
Портрет философа Владимира Соловьёва работы Николая Ярошенко. 1895 г.


В. С. Соловьёв. Портрет работы И. Е. Репина 1891 года
Репин, Илья Ефимович - http://www.picture.art-catalog.ru/picture.php?id_picture=4333
Портрет философа, поэта, литературного критика Владимира Сергеевича Соловьёва.
Бумага, карандаш. 34.3 × 23.6 см. Музей-квартира Исаака Израилевича Бродского, Санкт-Петербург.


Вл. Соловьёв в 18 лет
Александр Фёдорович Эйхенвальд (ум. ок. 1917) - http://www.photographer.ru/pictures/9988.jpg
Владимир Сергеевич Соловьев (1853-1900), русский философ, поэт, публицист, критик. Фотография А.Ф.Эйхенвальда, сепия, 1871.


Влади́мир Серге́евич Соловьёв (16 [28] января 1853, Москва — 31 июля [13 августа] 1900, имение Узкое, Московская губерния) — русский религиозный мыслитель, мистик[3], поэт, публицист, литературный критик; почётный академик Императорской Академии наук по разряду изящной словесности (1900). Стоял у истоков русского «духовного возрождения» начала XX века. Оказал влияние на религиозную философию Николая Бердяева, Сергея Булгакова, Сергея и Евгения Трубецких, Павла Флоренского, Семёна Франка, а также на творчество поэтов-символистов — Андрея Белого, Александра Блока и других.

Владимир Соловьёв является одной из центральных фигур в российской философии XIX века как по своему научному вкладу, так и по влиянию, оказанному им на взгляды учёных и других представителей творческой интеллигенции. Он основал направление, известное как христианская философия. Владимир Соловьёв возражал против разделения христианства на католичество и православие и отстаивал идеи экуменизма. Он разработал новый подход к исследованию человека, который стал преобладающим в российской философии и психологии конца XIX — начала XX века[4][5]. Младший брат романиста Всеволода Сергеевича Соловьёва.

Благонамеренный
И грустный анекдот
Какие мерины
Пасут теперь народ.

— эпиграмма, январь 1885


Кому случалось хоть раз в жизни видеть покойного Владимира Сергеевича Соловьёва — тот навсегда сохранял о нём впечатление человека, совершенно непохожего на обыкновенных смертных. Уже в его наружности, в особенности в выражении его больших прекрасных глаз, поражало единственное в своём роде сочетание немощи и силы, физической беспомощности и духовной глубины.
Он был до такой степени близорук, что не видел того, что все видели. Прищурившись из-под густых бровей, он с трудом разглядывал близлежащие предметы. Зато, когда взор его устремлялся вдаль, он, казалось, проникал за доступную внешним чувствам поверхностность вещей и видел что-то запредельное, что для всех оставалось скрытым. Его глаза светились какими-то внутренними лучами и глядели прямо в душу. То был взгляд человека, которого внешняя сторона действительности сама по себе совершенно не интересует. <...>
Эксцентричность его наружности и манер многих смущала и отталкивала; о нём часто приходилось слышать, будто он «позёр». Люди, его мало знавшие, склонны были объяснять в нём «позой» всё им непонятное. И это тем более, что всё непонятное, и особенно в человеке, обладает свойством оскорблять тех, кто его не понимает. На самом деле, однако, те странности, которые в нём поражали, не только не были позой, но представляли собой совершенно естественное, более того — наивное выражение внутреннего настроения человека, для которого здешний мир не был ни истинным, ни подлинным.[6]

— Евгений Трубецкой, «Личность В. С. Соловьёва», 1911

Своему другу, доктору Петровскому, он говорил, что «обедать через день совершенно достаточно для человека и что потребность в каждодневном обеде есть не что иное, как дурная привычка».[6]

— Евгений Трубецкой, там же

С беспомощностью в Соловьёве сочеталась безалаберность человека, совершенно неприспособленного к жизни. Бесприютный скиталец, он вечно странствовал и не имел определенного местопребывания. У него никогда не было определённых часов ни для еды, ни для сна, ни для занятий. Он делал из ночи день, а изо дня — ночь. Проведя вечер в кругу друзей, он иногда после ужина садился за занятия, писал целую ночь и ложился рано утром. Когда он оставался один, без заботливого попечения людей ему близких (что случалось с ним очень часто), он, не признавая завтраков и обедов, ел, и то не всегда, когда его вынуждал к тому голод, питаясь вегетарианской пищей. Но, если тут же заходил к нему приятель, он любил угощать его вином и сам пил, не справляясь о часах.[6]

— Евгений Трубецкой, там же

EX ORIENTE LUX
"С Востока свет, с Востока силы!"
И, к вседержительству готов,
Ирана царь под Фермопилы
Нагнал стада своих рабов.

Но не напрасно Прометея
Небесный дар Элладе дан.
Толпы рабов бегут, бледнея,
Пред горстью доблестных граждан.

И кто ж до Инда и до Ганга
Стезею славною прошел?
То македонская фаланга,
То Рима царственный орел.

И силой разума и права -
Всечеловеческих начал -
Воздвиглась Запада держава,
И миру Рим единство дал.

Чего ж еще недоставало?
Зачем весь мир опять в крови?
- Душа вселенной тосковала
О духе веры и любви!

И слово вещее не ложно,
И свет с Востока засиял,
И то, что было невозможно,
Он возвестил и обещал.

И, разливаяся широко,
Исполнен знамений и сил,
Тот свет, исшедший из Востока,
С Востоком Запад примирил.

О, Русь! в предвиденье высоком
Ты мыслью гордой занята;
Каким же хочешь быть Востоком:
Востоком Ксеркса иль Христа?

* Свет с Востока (лат.).
1890

Оригинал взят у в Французский художник Жан-Марк Натье (1685-1766) Часть 1

Оригинал взят у в Французский художник Жан-Марк Натье (1685-1766) Часть 2

Оригинал взят у в Французский художник Жан-Марк Натье (1685-1766) Часть 3

Жан-Филипп Рамо со скрипкой, портрет работы Жака Аведа
Рамо, Жан-Филипп (фр. Jean-Philippe Rameau; 25 сентября 1683, Дижон — 12 сентября 1764, Париж) — французский композитор и теоретик музыки эпохи барокко.



Сын органиста, знал ноты раньше, чем научился читать.
Учился в иезуитской школе.
В 18 лет был отправлен отцом в Италию совершенствовать музыкальное образование в Милане.
Вернувшись, выступал скрипачом в оркестре Монпелье, служил органистом в Дижоне, Клермон-Ферране, Лионе.
С 1722 обосновался в Париже.
Писал для парижских театров, сочинял духовную и светскую музыку, с 1745 стал придворным композитором.


Галантные Индии, Галантная Индия Les Indes Galantes
Жан-Марк Натье (1685–1766). "Геба" - богиня молодости и красоты, персонаж оперы-балета "Галантная Индия"

Когда Рамо приступил к работе над «Галантной Индией», жанр «опера-балет» существовал на французской сцене уже почти сорок лет и представлял собой вокально-хореографический дивертисмент (от французского фр. divertissement, буквально — увеселение, развлечение), состоящий из нескольких разнородных сцен с различным сюжетом, которые, тем не менее, были объединены общим замыслом. Как правило, драматургический элемент в опере присутствовал минимально и был локализован в небольших ансамблях, речитативах и ариях

Джованни Николо Сервандони /Giovanni Niccolo Servandoni/ (1695 – 19.01.1766), французский архитектор и художник итальянского происхождения.
Сценография - Джованни Сервандони (Giovanni Niccolò Servandoni)
Дирижёр-постановщик Шерон (фр. Chéron)
Автор либретто Луи Фюзелье (Louis Fuzelier)
Количество действий Состоит из Пролога и четырёх картин
Год создания 1735
Первая постановка 23 августа 1735г.

Место первой постановки Королевская Академия Музыки
Действующие лица:
Геба, Беллона, Амур, Марс — боги. Паша Осман, Эмилия и Валер. Фани, Карлос и Гюаскар. Такмас, Али, Заира и Фатима. Зима, Дамон, дон Альвар и Адарио.
В основу либретто «Галантной Индии» положены вымышленные любовные истории, события которых разворачиваются в далёких заморских землях.
География сюжета весьма экзотична — в каждом действии зритель переносится в новую часть света:
в Первом выходе «Великодушный турок» — в Турцию,
во Втором выходе «Перуанские Инки» — в Перу
Третьем выходе «Персидский праздник цветов» (или «Цветы») — в Персию.
Четвёртый выход «Дикари» был добавлен композитором только в 1736 году.
Эта картина переносит зрителя к индейцам Северной Америки.

Подлинный герой оперы-балета — «естественный человек» в духе Ж.-Ж. Руссо или Клода Гельвеция.
Турки, персы, перуанские инки и американские дикари на деле оказываются более добродетельными и более утонченными, чем светски-циничные, жадные и подчас довольно жестокие европейцы.
В этом посыл оперы Рамо и Фюзелье вполне сходится со знаменитым утверждением Дидро:
«Я готов идти на пари, что их варварство менее порочно, чем наша городская цивилизация».
«Дикари» как бы подают Европе пример благородства чувств, бесстрашия и великодушия — тех качеств, которые и определяют «галантность» в поведении человека.

Титульный лист оперы-балета Ж.-Ф. Рамо «Галантная Индия», 1735г.



Внешние видеофайлы
ссылка на Silk-film.png Эпизод «Дикари», добавленный в третьей редакции оперы «Галантная Индия». Аутентичное исполнение ансамбля «Sagittarius» (Бордо, Франция), дирижирует Мишель Лаплени. Earlymusic-2014

Это — дьявольский человек, он часто предпринимает то, что невозможно, и более того — он это выполняет.
Г. Берлиоз





Биография
История жизни
Великий польский скрипач и композитор. Родился 10 июля 1835 г. в Люблине, умер 31 марта 1880 г. в Москве.
В 1843 г. был принят в консерваторию в Париже, где с 1844 г. был учеником Л. Массарта. В 1846 г., успешно закончив консерваторию, начал активную концертную деятельность. В 1851-1853 гг. вместе с братом Юзефом выступал в Польше, России, Германии, а затем концертировал во Франции и Англии. В 1860-1872 гг. был солистом императорского двора в Петербурге. В 1862-1868 гг. — профессор по классу скрипки Петербургской консерватории. Вместе с Антоном Рубинштейном совершил большое турне по странам Америки (1872-1874). В 1875-1877 гг. — профессор Брюссельской консерватории по классу скрипки. Затем вновь вернулся к концертной деятельности.
Венявский был блестящим виртуозом, которого по яркости таланта сравнивали с великим Н.Паганини. Представитель романтического исполнительского искусства. Как композитор обогатил скрипичный репертуар (полонезы, мазурки и др.). Его именем названы многие международные конкурсы, учрежденные в Варшаве (с 1935), в Познани (с 1952), а также конкурсы композиторов и скрипичных мастеров (с 1956).
В русскоязычном интернете мало сведений о Генрике Венявском. Я всегда был уверен, что это выдающийся сын польского народа. Однако, читая книгу, засомневался. Польского то польского, да не совсем. Отвечая требованиям тогдашней (да и совсем недавней) польской и советской цензуры Чекальский (автор книги о музыканте) обходит подробности происхождения Венявского, но иногда случайно, а может и намеренно проговаривается малыми, ничтожными подробностями о его еврейском происхождении. Может он крещенный еврей, тогда такое было не в диковину, так скажите об этом. На сайте Sem40 имя Венявского помещено в ряду выдающихся евреев, что дает мне основания больше не сомневаться в его происхождении.
Давид Титиевский
Эустахий Чекальский. Книга "Волшебная скрипка"
Фрагменты из книги:
И вот... наконец. Профессор Массар громко оповещает...
Педагогический совет Парижской консерватории в нынешнем году допустил к выпускному экзамену четырнадцать скрипачей из класса профессора Массара. Все они на этой эстраде демонстрировали свои таланты. Нет никакого сомнения — в мире появилось четырнадцать новых виртуозов-скрипачей. Уже давно не было столь благодатного года. Выпускники нашей консерватории представляют огромные, исключительные достижения нашей музыкальной школы, которые подтверждают правильность нашего педагогического метода. Педагогический совет единодушно присудил первое место молодому скрипачу, поляку Генрику Венявскому. Его техника, его музыкальность выдвигают его на ведущее место среди скрипачей мира. Генрик Венявский получает большую золотую медаль, почетный диплом и скрипку Гварнери дель Джезу.
Этот дар, прислал... царь Николай I в качестве приза победителю конкурса.
Профессор Массар пожимает Генрику руку, вручает медаль, диплом, скрипку. Зал аплодирует, музыканты из оркестра одобрительными возгласами приветствуют решение комиссии.

Вот и сегодня в Кремле выступает аристократический квартет. Кто играет? Граф Толстой — вторая скрипка, альт — князь Вяземский, виолончель — музыкант-любитель князь Долгорукий, а партию первой скрипки исполняет Генрик Венявский.
На этот камерный концерт собирается только самое избранное московское общество.

...в Баден-Бадене переполненном курортниками, господствует другая атмосфера.
Какие туалеты, какие бриллианты демонстрировали дамы, разъезжавшие по курорту в каретах и ландо, на козлах которых сидели жирные кучера. В кургаузе все столики заняты с утра. Хозяин предприятия мосье Беназе был рад приезду Венявских.Он платил скрипачу по 1500 франков за концерт и устраивал ему в день по три выступления.
Но все, что зарабатывал Генрик в концертном зале, он проигрывал в рулетку.
Обеспокоенная Иза начала отбирать у мужа деньги. Ничто не помогало. Он умел заложить в ломбарде своего Страдивария и садился за рулетку. Здесь бывало по разному. Выигрывал — бросал деньги, не считая, направо и налево, проигрывал — запирался в номере гостиницы и целыми часами упражнялся на скрипке.

...Антон Рубинштейн основал Петербургскую консерваторию, а Венявский был человеком честолюбивым и хотел образцово поставить свой виртуозный класс в новой консерватории.
Класс фортепианной игры вели Теодор Лешетицкий и Александр Дрейшок. Классом виолончели руководил Карл Давыдов. Сам Антон Рубинштейн ведет курс теории композиции.
В числе учеников консерватории оказался и Петр Ильич Чайковский, будущий создатель «Евгения Онегина» и шести великих симфоний.
Стремясь хорошо вести класс и желая, чтобы ученики в совершенстве овладели мастерством игры на скрипке, скрипач много работал. Он сочинял специальные этюды. Крейцеровские упражнения его не удовлетворяли. Он хотел иметь свое, собственное.

Великий князь подошел к ним и потрепав скрипача по плечу, сказал:
— Вы меня электризуете своей игрой. Я ни в чем не смогу вам отказать.
Скрипач склонился в придворном поклоне и скромно ответил:
— И все же я полагаю, что вы, ваше императорское высочество, не всякую мою просьбу исполните.
— Если это от меня зависит...
— Мне кажется, зависит именно от вас, ваше императорское высочество.
— В таком случае, говори, говори, — оживленно сказал великий князь.
— У меня есть брат; он принимал участие в событиях, имевших место в моей стране. Теперь он в эмиграции. Я молю об амнистии.
Константин нахмурился и после минутного раздумья сказал:
— Это единственная вещь, о которой я не могу говорить с братом. Император обижен на поляков. Он запрещает упоминать при нем об этих событиях.
Князь повернулся к Трепову.
— Может быть генерал что-либо сможет сделать без обращения к самому императору. Пожалуйста поговорите с ним, — разрешил великий князь.
Трепов выслушал скрипача внимательно. Он заинтересовался его просьбой.
Только что была объявлена амнистия повстанцам. Но Юльян Венявский под амнистию не попал, хотя соответствующее прошение было им подано в русское посольство в Париже. Генерал Трепов узнал об этом от скрипача. Некоторое время он раздумывал и наконец тихо, еле слышно, сказал:
— Если ваш брат не подписывал и не приводил в исполнение смертных приговоров и если не входил в состав жандармерии повстанцев, то пусть явится с повинной. А повинную голову, как говорится, и меч не сечет.
— Можно сказать об этом моему брату?
— Скажите осторожно и, возможно, все будет в порядке.
Юльян, т.е. Киця, был избавлен от серьезных последствий, благодаря следствию, которое вел Тухолка, двойному штрафу, стараниям Регины Венявской, деньгам Генрика и благосклонности генерала Трепова. Он отделался несколькими месяцами тюрьмы на Павиаке и в Варшавской цитадели. А ведь в те времена повстанцы тысячами шли в Сибирь, в Нерчинские рудники, в тайгу и тундру, на берега Ледовитого океана.
Отец четырех детей, волшебник скрипки, астматик, гений и толстяк с солидным брюшком, избегает всяческого искушения. Он уже слишком слаб, чтобы рисковать собой, своим здоровьем, но жить без азарта, без игры уже не может. Ухаживание за женщинами — какими попало, вошло у него в привычку. Он обольщает их своим вкрадчивым голосом.
В Америке Венявский встретил Паулину Лукка, которая порвала контракт с Берлинской оперой и изъездила с ним Соединенные Штаты вдоль и поперек. Словно какая-то сила гоняла виртуоза из города в город, от успеха к успеху. Лукка не жалела ему своих ласк. Среди дикого ритма концертов и выступлений, скрипач находил время для азартной игры. Он словно сознательно прожигал жизнь, не щадя и без того слабого здоровья. Он сорил деньгами, выбрасывал их на ветер. В Нью-Йорке и Чикаго играл в запрещенную рулетку. Все же он собирал доллары для посылки жене. Лукка, выступая вместе с Венявским, сама зарабатывала такую уйму денег, о которой в Европе нечего было и мечтать.

Источник http://belolibrary.imwerden.de/wr_Wieniawski.htm

Как приготовить французский ужин из московских продуктов

Шеф-повар 114 Faubourg и обладатель звезды Michelin Жан-Шарль Кокий выбирает продукты для ужина на пару десятков персон на Даниловском рынке.

Жан-Шарль Кокий выбирает фрукты на Даниловском рынке


Жан-Шарль Кокий (Jean-Charles Cauquil) приехал в Москву, чтобы приготовить французский ужин в ресторане La Marée. Обладатель звезды Michelin, шеф ресторана 114 Faubourg при отеле Le Bristol Paris покупал продукты на Даниловском рынке.

Первым делом Жан-Шарль направился к рыбным прилавкам: «Посмотри на эту рыбу? Видишь, какая она изогнутая? Свежая должна быть ровненькой. И глаза у нее должны быть блестящие. И вот тут — отгибает жабры — красное, а не такое, как тут, бордово-лиловое», — в итоге шеф остановился на барабульке, которую решил подать на закуску под соусом из рыбных костей.

Российское мясо француз взять не рискнул: «Я на него посмотрел, качество оставляет желать лучшего. Дело даже не в том, что оно несвежее, оно вполне себе свежее. Но это моя профессия — отличать хорошее мясо от плохого. Тут дело в поставщиках, производителях. У вас же холодно большую часть года, поэтому коровы стоят в загонах, в помещениях, питаются как попало. А у нас они все время на вольном выпасе — трава, свежий воздух, поэтому у нас и молочных продуктов больше, и они лучше», — заключил месье Кокий. Возможно, по этой причине сливочное масло повар взял из Парижа: «Я привез с собой в чемодане шесть кило сливочного масла. С маслом ничего, по идее, не может случиться при транспортировке, завернул его в термические пакеты и все».

Утка тоже попала под раздачу: «Она такая бледная, что кажется, что это индюшка!» — заключил Жан-Шарль. Зато с овощами: свекла, лук, морковь, картофель — разобрались быстро. Кокий посмотрел корнеплоды и сам договорился о цене.

Кулинарная книга Моне: рецепты из Живерни

В издательстве Prestel вышла «Кулинарная книга Моне: рецепты из Живерни». Мы выбрали несколько блюд для обеда в провинциальном стиле французской Нормандии.

«Завтрак на траве», 1865.


Автор знаменитых «Кувшинок» и «Завтрака на траве», родоначальник импрессионизма, Клод Моне ни разу в жизни не готовил самостоятельно. Но это не мешало художнику увлеченно коллекционировать рецепты и обсуждать с женой, Алисой Ошеде, каждое блюдо, которое готовилось на кухне их дома в Живерни.

В нормандскую деревушку, в 80 километрах от Парижа, Моне с семьей переехал, когда ему было 42 года. С тех пор к занятиям живописью прибавилось увлечение садом, огородом и изготовлением сидра — на территории поместья была полуразрушенная давильня. «Кроме живописи и садоводства, я больше ни на что не годен», — говорил про себя Моне.

Кухня в доме Клода Моне в Живерни.

Я всегда ел от души, и это не причиняло мне никакого вреда

По воскресеньям в доме Моне за обедом собиралась большая семья (два сына художника, жена Алиса и шестеро ее детей от первого брака) и близкие друзья. Желтая столовая, двери которой выходили в яблоневый сад, была главным местом в доме. Для обслуживания эстетических и гастрономических нужд Моне нанял превосходных садовников и кухарку, благодаря которым на большом столе всегда были щедрые порции самой вкусной еды.

Столовая в доме Клода Моне в Живерни.


Меню всегда составлялось заранее и очень скрупулезно. Клод Моне любил простые блюда, приготовленные из свежих ингредиентов по традиционным рецептам.

«Он любил паштет из гусиной печени только из Эльзаса и трюфели из Перигора. Обожал рыбу, особенно щуку из своих водоемов. У него был ухоженный огород, и он был без ума от специй, пряно-ароматических трав, южных овощей и шампиньонов, которые собирались для него на заре». (Клер Жуа, Жан-Бернар Ноден «Моне. За столом импрессиониста»).

«Обед», 1868.


Гости Клода Моне, среди которых были Сезанн, Ренуар, Роден, Сислей и Писарро, знали, что лучшим подарком для хозяина дома будет пакетик с какими-нибудь экзотическими семенами для его сада или новый рецепт.

Все рецепты Моне заносил в специальную записную книжку. Она сохранилась до наших дней. Ее обнаружила, восстановила и опубликовала в 1990 году жена праправнука художника Клэр Джойс. Книга «Трапеза Моне: кулинарная книга Клода Моне» (Monet’s Table: The Cooking Journals of Claude Monet) была издана на английском языке в Нью-Йорке.

В октябре 2016 года издательство Prestel выпустило книгу The Monet Cookbook: Recipes from Giverny («Кулинарная книга Моне: рецепты из Живерни»). Оригинальные, творческие рецепты блюд, которые подавали гостям в доме Клода Моне, проиллюстрированы репродукциями картин художника.

Томатный суп
На 4 порции:
1 кг спелых помидоров
1 небольшая луковица
1 лавровый лист
2 веточки петрушки
1 кубик говяжьего бульона
1 щепотка поваренной соли
1 ч. л. сахара
1 ст. л. масла
1 ст. л. муки
Соль по вкусу

Ошпарьте помидоры и очистите их от кожицы. Нарежьте кубиками и положите в кастрюлю. Раскрошите сверху бульонный кубик, залейте 1/2 стакана воды, добавьте петрушку, лавровый лист, соду и сахар. Перемешайте, накройте крышкой и варите на среднем огне так, чтобы суп слегка кипел, в течение 15 минут.

Очистите лук, нарежьте тонкими кольцами и обжарьте на масле в глубокой кастрюле на среднем огне, постоянно помешивая, пока лук не станет полупрозрачным. Постепенно добавьте муку и продолжайте помешивать, чтобы лук и мука не подгорели. Добавьте к луку сначала небольшое количество томатного бульона, перемешайте, а затем влейте оставшуюся часть. Посолите и варите суп до готовности.

Сырное суфле

На 2 порции:

2 яйца
70 г сливочного масла
60 г муки
250 мл молока
60 г тертого сыра эмменталь
Соль и перец по вкусу

Растопите 10 г сливочного масла и смажьте форму для суфле. Разогрейте духовку до 180 градусов.

Растопите 60 г масла и вмешайте в муку так, чтобы оно полностью впиталось. Переложите муку в кастрюлю и поставьте на слабый огонь. Понемногу влейте молоко, постоянно взбивая смесь, — у вас должен получиться густой соус. Снимите кастрюлю с огня и добавьте в соус по одному желтки: только когда первый желток полностью перемешается с соусом, добавляйте второй. Добавьте тертый сыр, посолите и поперчите.

Взбейте яичные белки до состояния твердых пиков, добавьте их в смесь и очень хорошо перемешайте. Заполните формы для суфле не больше чем на 3/4 и поставьте в духовку. Выпекайте примерно 20 минут, пока суфле не поднимется и не зарумянится. Подавайте горячим.

Грибной гратен
На 2 порции:

200 г грибов
2 лука-шалота
1 ст. л. сливочного масла
150 мл нежирных сливок
1 ст. л. коньяка
1 ст. л. муки
Соль и перец по вкусу

Аккуратно удалите с ножек и шляпок грибов грязь и песок, но ни в коем случае их не мойте. Мелко нарежьте грибы и лук-шалот.

Разогрейте духовку до 220 градусов.

В средней кастрюле растопите масло. Когда оно начнет шипеть, добавьте лук и грибы, накройте крышкой и оставьте томиться на среднем огне 10 минут. Затем добавьте коньяк и томите еще 2 минуты. В это время перемешайте сливки с мукой, влейте в кастрюлю и хорошо перемешайте. Посолите и поперчите и перелейте смесь в форму для выпечки.

Выпекайте примерно 15 минут, пока корочка не станет золотистой. Подавайте горячим.


Где обедал Клод Моне

В районе Ле-Аль (Les Halles), который раньше называли «чревом Парижа», был огромный рынок с продуктовыми рядами, где продавали свежий улов, овощи, фрукты, специи и фермерские сыры. В рыбной лавке Клод Моне ел устриц вместе с Гюставом Курбе. Сейчас на месте рынка находятся магазины, рестораны и форум Ле-Аль.

В морском порте Онфлер, где написали картины многие французские импрессионисты, Моне часто обедал с Курбе, Буденом и Базилем в местечке Ferme Saint-Siméon. Сейчас это пятизвездочный отель в 200 метрах от побережья Ла-Манша, с большим спа-центром и рестораном, где подают блюда нормандской кухни (20, Rue Adolphe Marais, обед — от €55, fermesaintsimeon.fr).

«Натюрморт: барабулька».


В деревне Сен-Жуэн-Брюневаль (Saint-Jouin-Bruneval), в 10 километрах от Этреты, бывшей в XIX веке модным морским курортом, художник в компании Мопассана и Александра Дюма ужинал в небольшой гостинице Belle Ernestine. В яблоневом саду, где в теплое время года стояли столики, хозяева подавали луковый суп, баранью требуху и фирменную закуску в виде тройной пирамиды из креветок. Последнюю оценил и Моне. Сегодня здание бывшей Belle Ernestine находится в частной собственности.

В нормандской деревне Сен-Андресс, что в четырех километрах от города Гавр, Клод Моне провел детство. Позднее художник неоднократно приезжал из Парижа в отцовский дом или жил у родственников, когда испытывал нужду и не мог позволить себе жизнь в столице. «Чтобы выразиться точнее, обед в Сен-Андресс, недалеко от Гавра, несмотря на душистый запах моря, на превосходное местное вино, телячьи ножки и вырезку оленя, был для меня неприятен», — писал Моне в письме своему другу, художнику Фредерику Базилю.

«Терраса в Сен-Андресс», 1867.

Оригинал взят у в Мурзилку и Незнайку придумали в Омерике вообще и в Канаде в частности


http://olgachernenko.livejournal.com/120023.html

Оригинал взят у в Мистическая история писателя Евгения Петрова