Июль 08, 2014   1:30:37

Советские военные летчики, вступившие в воздушную схватку с израильскими истребителями, потеряли 5 машин, не сбив при этом ни одного самолета противника.

Вот уже больше сорока лет об этом бое ходят легенды. 100 советских асов. 50 смертоносных перехватчиков МиГ-21 лучшей на тот период модификации МФ. Русский «легион смерти», переброшенный в срочном порядке на Ближний Восток, должен был кардинально изменить расклад сил в воздухе.

Впереди – тягостная неизвестность. Со щитом или на щите. Воины-интернационалисты, наша страна оказала вам большую честь – право представлять интересы Советского Союза в регионе Ближневосточного конфликта. Я не имею права приказывать. Здесь собрались добровольцы. Прошу, сделайте там все правильно и вернитесь назад живыми.
Выходя из комнаты, он добавил строгим голосом: «Имейте в виду товарищи: если вас собьют за линией Суэцкого канала — мы вас не знаем, выкарабкивайтесь сами…» (из воспоминаний летчиков о встрече с министром обороны СССР А. Гречко)
Секретная миссия в одной из самых опасных горячих точек на планете. На крыльях и киле – опознавательные знаки ВВС Египта. В носовой части фюзеляжа – тактический номер, выведенные причудливой арабской вязью. Личный состав подразделения, все пилоты и техники – «ана хабир руси» (пер. «Я русский специалист»). «МиГи» базировались на авиабазах Ком-Аушим, Бени-Суэф, Джанаклис, периодически использовался передовой аэродром в Катамие.
Всевидящая разведка Моссад уже доложила о прибытии русских. Это не простые инструкторы, эти люди пришли сюда воевать. На другой стороне Суэцкого канала возникло короткое замешательство: Прямая угроза существованию государству Израиль? Но как же соблюдение нейтралитета? Насколько оправдана стрельба по самолетам с русскими экипажами? Не станет ли это искрой Большой войны?
«Нет, мы должны драться», — премьер-министр Голда Меир взяла инициативу в свои руки – «при необходимости немедленно вступайте в бой».
К генеральному поединку тщательно готовились – с первой половины апреля 1970 года начались еженедельные встречи русских с израильтянами. Увы, всякий раз, противники расходились в разные стороны, так и не рискнув вступить в схватку. Израильские летчики внимательно наблюдали за поведением своих вероятных противников, отслеживали все их маневры и схемы построения во время вылетов, изучали манеру управления советских истребителей.

Увидел «Мираж» — не становись в вираж!

Наши пилоты с не меньшим интересом рассматривают противника. Вот он! Буквально в паре десятков метров, в стороне, скользит толстобрюхая туша «Фантома». Двухместный истребитель американского производства просто гигант — 20 тонн сплошной скорости и огня — против 8 тонн максимальной взлетной массы МиГа! Подвески McDonnell Douglas F-4 «Фантом» усеяны множеством крылатых ракет класса «воздух-воздух», два двигателя, совершенный комплекс бортовой электроники. Исключительно опасный враг.

А вот – мелькнул стреловидный силуэт «Миража». Грациозный французский истребитель представляет едва ли не большую опасность, чем американский «монстр» — нагрузка на крыло у «Миража» меньше, чем у МиГа — нашим истребителям рискованно вступать в ближний бой с таким вертким противником. Последний штрих к портрету Dassault Mirage III — две встроенные авиационные пушки DEFA калибра 30 мм.
Вместо смертельно опасной и бессмысленной «карусели» с французскими машинами, советским пилотам было рекомендовано «держать дистанцию», используя свой козырь – большую тяговооруженность МиГ-21. Здесь главное – позиция вначале боя и порция резких, энергичных маневров, позволяющих сберегать энергию, постоянно оставаясь в более выгодном положении.

Как же выглядел легендарный МиГ-21 на фоне армады современной иностранной техники? Маленький, легкий, стремительный перехватчик — у МиГа не было сверхмощных радаров, дальнобойных ракет AIM-7 «Сперроу» и впечатляющих комплексов прицельно-навигационного оборудования – боевые возможности самолета определялись исключительно талантом летчика. В целом, истребитель был прост в управлении, быстр и надежен, а его превосходные летные данные позволяли опытному пилоту «вымести» с небес любого воздушного противника.

…К июню 1970 года советские летчики совершили порядка 100 боевых вылетов на перехват нарушителей в небе Египта, увы, всякий раз израильская авиация отказывалась вступить в бой — при возникновении малейшей опасности боевого столкновении противник немедленно уходили вглубь своей территории. Игра в прятки продолжалась до 25 июня 1970 года – в тот день пара советских МиГов (летчики Крапивин и Сальник) скрытно вышла наперерез звену штурмовиков «Скайхоук» – одна из выпущенных МиГами самонаводящихся ракет Р-3 поразила двигатель самолета со «звездой Давида» на фюзеляже. Однако, живучий «Скайхоук» сумел стабилизировать полет и, коптя развороченным соплом, растворился в небе за Суэцким каналом.
Пьянящий вкус победы требовал немедленного продолжения – на 27 июня была запланирована засада на израильские «Миражи»: египетские МиГ-17 нанесли провокационный удар по израильским позициям на восточной стороне канала – далее, согласно плану, на перехват наглых МиГов должно было подняться звено «Миражей». Египетские самолеты, используемые в качестве приманки, заманят их на свою территорию, где в бой вступят три группы МиГов с советскими экипажами. Далее, врага просто размажут в воздухе.

План не сработал. Видимо почуяв неладное, израильтяне отказались подниматься на перехват. «Отутюжив» израильский опорный пункт, египетские самолеты спокойно вернулись на свои аэродромы. Неприятность произошла вечером того же дня. Египтяне повторили удар — на этот раз из раскаленного марева синайского воздуха вывалилась четверка «Миражей». Их удалось завлечь на египетскую территорию, однако … русских истребителей нигде нет! Отвратительное взаимодействие между русским и египетским командованием не позволило вовремя поднять перехватчики. Израильтяне расстреляли, как на учениях, два МиГ-17 и безнаказанно удалились за линию канала. За избиением египетских МиГов наблюдала четверка «русских» МиГ-21, однако наземный КП запретил вступать в бой до прибытия двух других звеньев.

Бой

30 июля был дан генеральный бой. То сражение, которое так долго ждали и к которому так напряженно готовились. В ряде российских источников это событие проходит под обозначением «Сражение над Эль-Сохной». Официальное израильское название: Операция «Римон-20».
За 40 лет эта история обросла таким немыслимым количеством мифов и легенд, что почти невозможно установить точные детали, характер и хронику жестокой воздушной схватки между ВВС СССР и Хэль Хаавир (ВВС Армии обороны Израиля) имевшей место 30 июля 1970 года. Единственное, о чем можно говорить с некоторой долей уверенности, это: приблизительный состав сил, имена некоторых участников и, самое главное, его трагические результаты – в тот день было действительно сбито несколько МиГов с советскими экипажами. В результате воздушного боя погибли:
Журавлёв Владимир Александрович — капитан, старший летчик. Награжден (посмертно) орденом Красного Знамени и египетским орденом «Звезда воинской доблести».
Юрченко Николай Петрович — капитан, командир звена. Награжден (посмертно) орденом Красного Знамени и египетским орденом «Звезда воинской доблести».
Яковлев Евгений Герасимович — капитан, командир звена. Награжден (посмертно) орденом Красного Знамени и египетским орденом «Звезда воинской доблести».
Совершенно очевидно одно – это была организованная засада ВВС Израиля (она так и называется – операция «Римон-20»). Но как получилось, что советские пилоты оказались в ловушке? И почему не смогли из неё выбраться?

Существует множество ответов. Согласно ура-патриотической версии Израиля, двадцать советских МиГ-21 набросились на «беззащитную» пару разведывательных «Миражей» (приманка). Увы, к своему удивлению русские обнаружили перед собой четыре близко летящих истребителя, так, что на экранах египетских наземных РЛС отображались всего 2 отметки. Осознав, что это какая-то подстава, русские задергались и ВНЕЗАПНО оказались окружены еще 12 самолетами ВВС Израиля.
20 МиГов против 16 «Фантомов» и «Миражей». В результате опытные израильские истребители расстреляли пять советских асов, как куропаток, и, не потеряв ни одного самолета, вернулись на свои аэродромы. В ту ночь на авиабазах Хэль Хаавир гудел пир — счастливые летчики пропивали свои премии за убитых ими русских…Хэппи энд!
Версия пошлая и, естественно, весьма далекая от истины. Например, одна из заслуживающих внимание версий от украинского исследователя В. Бабича звучит следующим образом:
Никакого боя 20 vs 16 не было в помине. В тот день было несколько схваток, разнесенных по времени и в пространстве – и всякий раз МиГи дрались с многократно превосходящим силами противника – когда одна советская четверка вступала в бой, другая четверка МиГов уже выходила из боя с критическим остатком топлива. Израильтяне все рассчитали и смогли добиться концентрации сил в нужном месте и нужный момент.

Первым был сбит капитан Юрченко – его МиГ взорвался в воздухе от попадания ракеты «Сайдуиндер». Через несколько минут пришлось катапультироваться капитанам Яковлеву и Сыркину – увы, при приземлении капитан Яковлев попал в расщелину и разбился насмерть (есть версия, что купол его парашюта был сожжен реактивной струей пролетавшего рядом истребителя).
До сих пор точно неизвестно, как погиб капитан Журавлев – по воспоминаниям очевидцев, он дрался один против четырех самолетов противника, пока не был сбит шальной пушечной очередью «Миража». Есть мнение, что его жертвами едва не стали два израильских пилота Ифта Спектор и Авраам Сэлмон, с трудом дотянувшие на поврежденных машинах до территории Израиля.

Тяжелые повреждения также получил «Мираж» израильского аса Ашера Снира — выпущенная в упор ракета Р-13 повредила самолет, однако боевой части маленькой Р-13 оказалось слишком мало, чтобы прекратить полет «Миража» — Ашер Снир вышел из боя и экстренно сел на авиабазе Рефадим (об этом пишет его боевой коллега Амос Амир в своей книге «Огонь в небесах»).
Юрченко – сбит, погиб; Яковлев – сбит, погиб; Сыркин – сбит, остался жив; Журавлев – сбит, погиб.
Но как же пятый сбитый русский самолет? А он пропал! О сбитом самолете и его пилоте ничего не известно.
По слухам, израильтянам удалось сбить самолет капитана Каменева, однако никаких подтверждений этому нет. К тому же, сам капитан Каменев впоследствии продолжил службу в рядах ВВС СССР. Слухи, слухи… иногда говорят, что один из МиГов совершил аварийную посадку на одном из египетских аэродромов. Никто не знает, что произошло на самом деле.
В то же время, имеются показания свидетелей, согласно которым уже после боя над местом схватки кружили израильские поисково-спасательные вертолеты – неужели «несбиваемый» Хэль Хаавир понес какие-то потери? Не исключено. В операции принимало участие множество «Миражей» из 101, 117 и 119 эскадрилий, а также многоцелевые истребители «Фантом» из 69 эскадрильи ВВС Израиля. Имеется высокая вероятность, что факт потери одной (или нескольких) машин был тщательно скрыт, а результаты боя фальсифицированы.
Не прибегая к сомнительной конспирологии, можно установить следующие достоверные факты:
В результате боя 30.07.1970 было сбито 4 МиГ-21, при этом погибло три советских летчика.
Достоверные потери ВВС Израиля – подбитый «Мираж» Ашера Снира, что приземлился на авиабазе Рефадим.

После боя

Грустная и поучительная история. Ничуть не желая «подтасовать факты» (сбили не нас, а мы их!) или «найти виноватых» (их было больше! так не честно), отмечу, что израильские летчики действительно имели ряд серьезных преимуществ.
1. ВВС Израиля имели возможность ДОСКОНАЛЬНО изучить истребитель МиГ-21.
15 августа 1966 года иракский летчик Мунир Редфа угнал МиГ-21 в Израиль (операция «Пенициллин»). Самолет был тщательно изучен, разобран и даже облетан — израильтяне получили полное представление о конструкции, боевых возможностях и секретах советского истребителя. Советские летчики, увы, такой возможности не имели – знакомство с вражескими «Миражами» и «Фантомами» происходило непосредственно в воздушном бою.

2. Израильтяне использовали новейшие тактические приёмы – превосходная организация боя, применение средств РЭБ – шквалы радиоэлектронных помех «забили» все советские линии связи, полностью расстроив управление боем.
3. Боевой опыт. ВВС Израиля действительно имели впечатляющую практику ведения воздушных боёв – ежедневно, в течение многих лет, истребители «Хэль Хаавир» вылетали на перехват воздушных целей — регулярные воздушные схватки во всем диапазоне высот, лихие погони и обмены ракетами, вылеты на сопровождение ударных групп… Подобные вещи откладывают свой отпечаток на организацию боевой работы авиации.
Один из ярких примеров – скрупулезное освещение обстановки в воздухе: на боевой планшет наносились не только текущие курсы самолетов, но и их радиопереговоры – это позволяло в считанные секунды разобраться в обстановке и перенаправить самолеты туда, где они были особенно нужны.
4. Самое важное. Подготовка пилотов и система управления в бою.
В одном из интервью командующий израильскими ВВС генерал-лейтенант Мордехай Хот сказал: «мы говорим командиру эскадрильи только что надо сделать, а он сам решает, как надо сделать». Анализируя результаты боевых вылетов, ВВС Израиля перенесли центр тяжести подготовки к бою на звеньевой уровень. Командир эскадрильи самостоятельно планировал сценарий грядущей операции, используя «домашние заготовки» и накопленные данные о поведении вражеских самолетов в воздухе.
В отличие от израильских пилотов, советские истребители были скованы чудовищной цепью запретов, рекомендаций и предписаний. Не случайно, сразу после трагических событий 30.07.1970, всех участников боя собрал командующий советской авиационного группировкой в Египте генерал Григорий Устинович Дольников:

http://www.skywar.ru
http://www.hubara-rus.ru

http://rishonim.info/newsletters/74114