Слово «сретение» значит встреча. На сороковой день после Рождества Христова Дева Мария в сопровождении Иосифа Обручника принесла Своего Сына в Иерусалимский храм, чтобы исполнить закон Моисея. В притворе храма два ветхозаветных праведника – Симеон, названный Богоприимцем, и Анна встретили Святое Семейство.

Симеон происходил из священнического рода. В молодости он участвовал в переводе Библии на греческий язык. Анна, которую народ почитал как пророчицу, всю жизнь неотлучно находилась при храме. В символическом плане праздника Симеон олицетворяет Священное Писание, Анна устное предание храма.

Храм – место таинственной встречи. Душа, очистившись в пламени покаяния, как руда в горниле, встречается с Богом. Она ощущает Божественную благодать, как новую жизнь, как незримый свет, как присутствие Божие, как истину и небесный покой. Теперь Симеон и Анна не только верой сердца, но и очами своими видят Бога. Храм – мистический центр мира, где сходятся все меридианы и сферы земли и неба. Храм – преддверие вечности. Там пространство теряет свою протяженность, а время – одномерность и необратимость. В пространстве храма заключается вся Вселенная. Время в храме свернуто, как пергаментный свиток, на котором записана история мира от первого дня творения до Страшного Суда. Его можно раскрыть и прочесть в ритмах богослужения. В храме время циклично: сутки, неделя, месяц, год подобны вращающимся кругам, вложенным друг в друга. Святая Святых храма – это неподвижная точка в движущемся космосе. В храме вместе с людьми ангелы составляют единый хор, где каждое слово превращается в небесный луч. Храм – это океан незримого духовного света. В храме Небесная Церковь встречается с Церковью земной.

По закону Моисея, мать на сороковой день после рождения ребенка должна была принести его в храм. Если это был первенец, то за него полагался символический выкуп.

По си­ле это­го за­ко­на в па­мять то­го, что в ночь пред ис­хо­дом ев­ре­ев из Егип­та Ан­гел-По­гу­би­тель ис­тре­бил всех пер­вен­цев еги­пет­ских, все пер­вен­цы ев­рей­ские долж­ны бы­ли быть по­свя­ще­ны в осо­бен­ное слу­же­ние Бо­гу, т. е. для слу­же­ния при свя­ти­ли­ще. Ко­гда же впо­след­ствии для се­го из­бра­но бы­ло од­но толь­ко ко­ле­но Ле­ви­и­но, то за пер­во­род­ных на­зна­чен был вы­куп в пять си­клей се­реб­ра (сикл составляет 5 коп.).

Ма­терь Бо­жия ныне при­шла в храм с За­ко­но­да­те­лем. При­шла очи­стить­ся, хо­тя и не тре­бо­ва­ла очи­ще­ния, как несквер­ная, неблаз­ная, нетлен­ная, пре­чи­стая. Ибо Та, Ко­то­рая за­ча­ла без му­жа и по­хо­ти, и ро­ди­ла без бо­лез­ни и на­ру­ше­ния Сво­ей де­ви­че­ской чи­сто­ты, не име­ла сквер­ны, свой­ствен­ной же­нам, ро­дя­щим по есте­ствен­но­му за­ко­ну: ибо ро­див­шую Ис­точ­ник чи­сто­ты, как мог­ла кос­нуть­ся нечи­сто­та? Хри­стос ро­дил­ся от Нее, как плод от дре­ва; и как дре­во, по рож­де­нии сво­е­го пло­да, не по­вре­жда­ет­ся и не осквер­ня­ет­ся, так и Де­ва, по рож­де­нии Хри­ста, пло­да бла­го­сло­вен­но­го, оста­лась непо­вре­жден­ною и неосквер­нен­ною. Хри­стос про­изо­шел от Нее, как луч сол­неч­ный про­хо­дит сквозь стек­ло или кри­сталл. Про­хо­дя­щий сквозь стек­ло или кри­сталл сол­неч­ный луч не раз­би­ва­ет и не пор­тит его, но еще бо­лее осве­ща­ет. Не по­вре­дил дев­ства Ма­те­ри Сво­ей и Солн­це Прав­ды — Хри­стос. И дверь есте­ствен­но­го рож­де­ния, чи­сто­тою за­пе­чат­лен­ную и дев­ством охра­ня­е­мую, не осквер­нил обыч­ны­ми для жен­щин кро­во­те­че­ни­я­ми, но, прой­дя сверхъ­есте­ствен­но, еще бо­лее усу­гу­бил ее чи­сто­ту, освя­тив ее сво­им про­ис­хож­де­ни­ем, и про­све­тив Бо­же­ствен­ным све­том бла­го­да­ти. Со­вер­шен­но не нуж­но бы­ло ни­ка­ко­го очи­ще­ния для Ро­див­шей без ис­тле­ния Бо­га-Сло­ва. Но дабы не на­ру­шить за­кон, а ис­пол­нить его, при­шла очи­стить­ся все ­со­вер­шен­но чи­стая и не иму­щая ни­ка­ко­го по­ро­ка. Вме­сте с сим ис­пол­нен­ная сми­ре­ния, Она не гор­ди­лась Сво­ею нетлен­ною чи­сто­тою, но при­шла, как бы нечи­стая, встать вме­сте с нечи­сты­ми же­на­ми пред дверь­ми хра­ма Гос­под­ня, — и тре­бо­вать очи­ще­ния, не гну­ша­ясь нечи­сты­ми и греш­ны­ми. При­нес­ла и жерт­ву, но не как бо­га­тые, при­но­сив­шие непо­роч­но­го од­но­лет­не­го агн­ца, а как бед­ные, при­но­сив­шие двух гор­лиц, или двух птен­цов го­лу­би­ных, во всём про­яв­ляя сми­ре­ние и лю­бовь к ни­ще­те, и из­бе­гая гор­ды­ни бо­га­тых. Ибо из зо­ло­та, при­не­сен­но­го волх­ва­ми (Мф.2:11), Она взя­ла немно­го, и то раз­да­ла ни­щим и убо­гим, удер­жав для Се­бя толь­ко са­мое необ­хо­ди­мое на до­ро­гу в Еги­пет. Ку­пив упо­мя­ну­тых двух птиц, Она при­нес­ла их, по за­ко­ну, для жерт­вы, а вме­сте с ни­ми при­нес­ла и Сво­е­го пер­во­род­но­го Мла­ден­ца.

По закону Моисея, первенца мужского пола посвящали Богу. Старший сын должен был исполнять какие-либо работы для храма. Когда с течением времени потребность в таких работах исчезала, то, установился обычай приносить жертву как выкуп за первенца. Для бедных это была покупка двух голубей при храме, которых затем выпускали на волю. Только после очистительной молитвы в притворе храма мать могла посещать храм.

В течение сорока дней после Рождества Христова Дева Мария жила в Вифлееме, в доме Саломии, Своей родственницы, дочери Иосифа Обручника от его первого брака. Так как Евангелие еще не было возвещено миру, то Дева Мария строго исполняла все законы и предписания Ветхого Завета. Иоанн Богослов назвал Бога любовью, другое имя Бога – смирение. Смирение – это печать Христа на челе святых.

Дева Мария с Младенцем на руках в сопровождении праведного Иосифа идет в Иерусалим. Матерь Божия, святостью Своей превосходящая Серафимов, Нерукотворный храм Божий, повинуясь закону, идет в Иерусалимский храм, чтобы принять обряд очищения. Та, перед которой склоняются ангелы, склоняет голову Свою под благословение священника. Мария и Иосиф приносят искупительную жертву за Того, Кто присутствием Своим освящает храм и Святая Святых, кто станет Жертвой за грехи всего мира. Как царь, переодевшись нищим, осматривает свои владения, так Владыка храма в образе сорокадневного Младенца, входит в Свой Дом. Эту тайну знают только ангелы-хранители и двое святых – Симеон и Анна. Также посвящен в эту тайну первосвященник (старший священник чреды) Захария, отец Иоанна Предтечи. Старец Иосиф держит в своих руках клетку с двумя горлицами – жертву за Иисуса, которых затем выпустили на волю. Это пророчество о том, что Иисус Своей Голгофской жертвой освободит души людей из темницы ада, даст им свободу и Свой вечный небесный покой.

В Иерусалимском храме Ветхий Завет в лице Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы встретился с Новым Заветом, Младенцем Иисусом, лежащим на руках Пречистой Девы.

Святой Симеон Богоприимец во время перевода книги пророка Исаии решил вместо слов: «Дева родит Сына» написать: «молодая женщина родит сына», но был остановлен ангелом, который возвестил ему, что тот не умрет, пока не увидит воочию исполнение пророчества. Прошли годы и десятилетия. Три раза Старец встретил рубеж веков, но смерть как будто забыла о нем. Жители Иерусалима рассказывали своим внукам, что их отцы и деды видели в детстве своем праведного Симеона, который неизменно каждую субботу приходил на молитву в храм. Старец был живой летописью Израиля.

Встретив Марию в Иерусалимском храме, Симеон взял на руки Иисуса и благословил Бога. Пророчество исполнилось. Время отшествия Старца из этой жизни приблизилось. Он произнес слова вдохновенной молитвы: Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему с миром: ибо видели очи мои спасение Твое, которое Ты уготовал пред лицом всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля. Эту молитву Церковь поет ежедневно на вечернем Богослужении. Затем Симеон, обратившись к Божией Матери, пророчески сказал, что Ее сердце пронзит меч скорби. Кто больше любит, тот больше страдает. В Иерусалимском храме Она впервые пережила Свою Голгофу. В словах пророка Она увидела то, что ожидает Ее Сына. Уже в то время Ирод подозревал, что его обман раскрыт, и волхвы не вернутся в Иерусалим. В царском дворце обсуждались планы, как найти и умертвить Новорожденного Царя Иисуса. Престарелый и больной Ирод решил приготовить себе погребальную тризну – умертвить всех Вифлеемских младенцев. По преданию Симеон Богоприимец был убит у стен храма воинами Ирода, которые допрашивали его, где находится Иисус.

В день Сретения Бог, невидимо пребывающий в храме Своей благодатью, видимо вошел в него. Закрываются последние пророческие книги. Ветхий Завет уступает место Новому Завету. Так бледнеют и меркнут алмазные звезды – краса ночного небосвода – в лучах восходящего солнца. Скоро будет разрушен Иерусалимский храм, но от его основания, как молодые побеги от корня, раскинутся по всей земле христианские общины.

После принесения жертвы Святое Семейство возвратилось в Вифлеем. У южных ворот Иерусалима, за городской стеной, высился, как мрачная каменная глыба, дворец Ирода. Узкие, как щели, окна башни были похожи на глаза змея, который неподвижным пристальным взглядом смотрел на дорогу. Дева Мария хранила глубокое молчание, прижав Младенца к Своей груди. Так при виде зловещей черной тучи спешат одинокие путники, чтобы скорее достигнуть пристанища и найти себе кров от надвигающейся грозы.

Празд­но­ва­ние Сре­те­ния Гос­под­ня уста­нов­ле­но в цар­ство­ва­ние Юс­ти­ни­а­на, ра­нее же, хо­тя Сре­те­ние Гос­подне и вос­по­ми­на­лось в Церкве­, но тор­же­ствен­но не празд­но­ва­лось. Бло­го­че­сти­вый же царь Юс­ти­ни­ан уста­но­вил празд­но­вать сей празд­ник, как Гос­под­ский и Бо­го­ро­дич­ный, на ря­ду с дру­ги­ми ве­ли­ки­ми празд­ни­ка­ми. По­буж­де­ни­ем к уста­нов­ле­нию се­го празд­ни­ка бы­ли осо­бен­ные об­сто­я­тель­ства. В цар­ство­ва­ние Юс­ти­ни­а­на в Ви­зан­тии и окрест­но­стях ея, в те­че­ние трех ме­ся­цев, на­чи­ная с по­след­них чи­сел ок­тяб­ря ме­ся­ца, был силь­ный мор, так что сна­ча­ла уми­ра­ло по пя­ти ты­сяч че­ло­век в день, а по­том по де­ся­ти ты­сяч; те­ла да­же бо­га­тых и вы­со­ко­по­став­лен­ных лю­дей оста­ва­лись без по­гре­бе­ния, ибо слу­ги и ра­бы все вы­мер­ли и не ко­му бы­ло по­гре­бать са­мих гос­под. А в Ан­тио­хии к мо­ро­вой яз­ве, за гре­хи лю­дей, при­со­еди­ни­лась и дру­гая казнь Бо­жия — страш­ное зем­ле­тря­се­ние, от ко­то­ро­го по­па­да­ли все боль­шие до­ма и вы­со­кия зда­ния и хра­мы, и по­гиб­ло мно­го на­ро­да под их сте­на­ми; в чис­ле по­гиб­ших был Ев­фра­сий, епи­скоп Ан­тио­хий­ский, за­дав­лен­ный до смер­ти при па­де­нии хра­ма. В это страш­ное и по­ги­бель­ное вре­мя од­но­му бло­го­че­сти­во­му че­ло­ве­ку бы­ло от­кро­ве­ние, чтобы уста­нов­ле­но бы­ло тор­же­ствен­ное празд­но­ва­ние Сре­те­нию Гос­под­ню, как и про­чим Гос­под­ским и Бо­го­ро­дич­ным ве­ли­ким празд­ни­кам. И вот, при на­ступ­ле­нии дня Сре­те­ния Гос­под­ня, фев­ра­ля вто­ро­го чис­ла, ко­гда на­ча­ли празд­но­вать со все­нощ­ным бде­ни­ем и ис­хож­де­ни­ем с кре­ста­ми, смер­то­нос­ная яз­ва, мор и зем­ле­тря­се­ние тот­час пре­кра­ти­лись, по ми­ло­сер­дию Бо­жию и по мо­лит­вам Пре­чи­стой Бо­го­ро­ди­цы. Ей с ро­див­шим­ся от Нее Хри­стом Бо­гом да бу­дет честь, сла­ва, по­кло­не­ние и бла­го­да­ре­ние во ве­ки. Аминь.