Би Би Кинг был гораздо больше, чем просто гитара Gibson и несколько виртуозных соло. Много десятилетий он считался самым главным артистом черного радио, выпустив 75 r’n’b-хитов в период с 1951 по 1992 год. Все время своей карьеры Кинг нес флаг мемфисского блюза, но обращался и к развивавшейся параллельно поп-музыке. Его лучшие записи расширили понимание того, чем должен быть настоящий блюз, добавив в него звуки r’n’b, соула и фанка. Все менялось, но голос Кинга и гитарные соло, исполняемые на гитаре по имени Люсилль, оставались неизменны. Каждая из этих 10 песен в свое время стала иллюстрацией нового этапа его творчества.

Three O’Clock Blues (1951)

Кавер-версия песни «Three O’Clock Blues» Лоуэлла Фулсона, выпущенная Кингом в 1951 году, не была его первым синглом, но стала его первым большим хитом. Песня занимала верхушку r’n’b-чартов на протяжении пяти недель. Довольно грубо записанная (гитара звучит громче всего остального, в том числе вокала Кинга), она, однако, установила некий шаблон для его карьеры: богатый тембр голоса, перекликающийся с каждым жестко-колким выпадом гитары, и аранжировка, гораздо более приятная, чем в провинциальном блюзе. А еще здесь есть труба.

You Upset Me Baby (1954)



Самый главный поп-хит Кинга — радикальная переработка оригинальной записи Роя Хокингса 1951 года: стенания обиженного мужчины, в котором ярость разбитого сердца сменилась мстительным холодом. Спродюсированный Биллом Шимчиком, который впоследствии работал сThe Eagles над их самыми грандиозными записями 70-х, этот трек обладает сдержанным грувом, а умеренные струнные добавляют драматизма и напряженности. Гитарная техника Кинга находится на пике разнообразия: он берет ноты с ледяной, пренебрежительной точностью, а затем пускается в лиричную вариацию партии вокала.





Четвертым треком Кинга, достигшим первого места хит-парада r’n’b, была довольно шаткая конструкция из шести духовых нот, которые прерывались, чтобы освободить место отчетливо-неуверенному гитарному вступлению. Последующие живые исполнения преобразуют оригинальную песню в бодрую спортивную разминку, но студийная версия была пропитана особым шармом и больше подходила Кингу, чья музыка была проникнута настоящей страстью. А то, что он говорит о габаритах своего объекта (36–28–44 в дюймах), свидетельствует о неизбывности поп-песен, посвященных большим задницам.

Исполнение Кинга могло бы быть превзойдено записанной его противником Джо Уильямсом иCount Basie Orchestra в том же году версией, но, открывая свои выступления песней «Every Day I Have The Blues» в 70-е, Кинг стал эталоном, которым до сих пор поверяют податливые стандарты блюза. Сам он связывал свой успех со старыми мелодиями, которые родились у The Sparks Brothers в 30-е годы и достигли современных форм (если не их вершины) в 1949 в «Nobody Loves Me» Мемфиса Слима, а затем уже превратились в «свежую и спокойную» партию трубы в исполнении аранжировщика Максвелла Дэвиса.