Женщина-муза, женщина-любовь, женщина-друг, и женщина, которая окончательно разбила сердце художника. Разбила так, что он умер. И это всё о ней – о графине Юлии Павловне Самойловой.

Прежде чем рассказать о том, как встретились, как влюбились и как расстались, я расскажу о том, как жила эта незаурядная женщина до того, как встретила Карла Брюллова. 

Юлия Самойлова

Современники отмечали, что графиня Самойлова была дамой блестящей и дерзкой, прекрасно разбиралась в литературе и музыке, была образована и свободолюбива. Жила она не умом, а страстным сердцем своим. А сердце это было очень беспокойным.

Завистливые языки намекали, что вся её независимость и дерзость — от несметных богатств, которые оставили ей предки как по материнской линии, так и по линии отца. Действительно, урожденная графиня фон дер Пален была сказочно богата. Наследница аристократов российских и итальянских: Скавронские ( Екатерина Первая – жена Великого Петра), Палены, Литта и Висконти (это те самые, которые были родственниками Франческо Сфорца, покровителя Леонардо ла Винчи).
А ещё говорили, что граф Литта, обер-камергер и обер-церимонимейстер императорского двора, оставил своё несметное состояние Юлий потому, что она была не внучкой его, а дочерью. Когда девочке было пять лет, мать её уехала в Париж – изучать искусство, и оставила девочку на попечении графа.

Маленькая графиня росла дерзкой и своевольной, отличалась феноменальной непокорностью. Но, если уж она кого любила, то превращалась с этим человеком в маленького ангела. Гувернантки и няни просто обожали маленькую и грациозную, похожую на красивого котенка, девочку.
Юленька обожала бродить по бесконечным залам графского дворца. Своими хрупкими пальчиками она прикасалась к бесценным произведениям искусства. И очень рано начала понимать, что такое настоящее искусство. А если чего-то не понимала, то шла в огромную библиотеку. И великие умы, с книжных страниц, говорили с ней о жизни, и о искусстве.

Так и сформировалась будущая графиня Самойлова, женщина независимая, образованная, со своим взглядом на жизнь и со своим личном мнением.

Всадница

Она никогда не следовала за модой. Зачем? Она сама была модой и примером для подражания. Красавица с гордой осанкой, умная и непринужденная. Как она покоряла мужские сердца?! И как увлекалась сама!

Когда её исполнилось 25 лет (это случилось в 1825 году), она вдруг вышла замуж. Её избранник – человек совсем не заурядный. Он богат, известен, красив и молод, остроумен и весел, друг Пушкина и завсегдатай светских раутов – адъютант Императора полковник Самойлов Николай Александрович.

Но, счастье молодых было совсем не долгим. Николай слыл заядлым дуэлянтом и картежником, любил вино и шумные компании. А свою супругу Юлию он никогда не любил. Этот брак устроила мать Николая, которая просто мечтала женить сына на такой невесте, как молодая графиня Пален. Полковник Самойлов любил совсем другую женщину. Любил страстно и нежно.

Развод был быстрым и тихим. В 1827 году «красавец Апквивиад» (так звали Самойлова в обществе) отвез графиню к её отцу и вернул приданное (точнее то, что от него осталось) бывшей супруги. Они перестали быть супругами, но остались друзьями. Общество не понимало таких отношений: свет жил слухами и слухи порождал. Их мирили и ссорили, снова женили и разводили. А они были просто друзьями. В конце концов, граф Самойлов отбыл в действующую армию. Сослуживцы, потом, говорили о его холодной храбрости и презрению к смерти.

А графиня Самойлова? Она свободна и её дерзость просто не имеет границ. Свет Петербурга стремится не в Царское село, а в Графскую Славянку – летнее имение молодой графини Самойловой. Государь Император взбешен. Он не может заполучить к себе гостей – они предпочитают бывать у графини. И Император просит продать ему популярное имение. Просит так, что даже своенравная Самойлова не смеет отказать.

Но, напоследок, она обращается к императорскому сановнику:

Передайте императору, что ездили не в Графскую Славянку, а к графине Самойловой, к ней и будут продолжать ездить, где б она не была!

Дерзкая графиня не только сказала, но и сделала… Прошло совсем немного времени и свет Петербурга стал собираться не в Графской Славянке, а в прекрасном дворце на Елагином Острове. Нужно ли говорить о том, что хозяйкой дворца была великолепная Самойлова.

Она была звездой светского общества не только в России, но и в Италии. В её итальянском дворце собирались аристократы и дипломаты, поэты и композиторы, художники и писатели. Россини, Верди, Беллини и Пачини. Они завсегдатаи у оригинальной графини Самойловой.

Вина и деньги текут рекой, бушуют страсти и случаются маленькие любовные трагедии. Романам нет конца и счета. Но, она несет мужчинам лишь страдания и страдает сама. Она живет ярко и страстно, но нет в её жизни счастья.

Брюллов и Самойлова. Первая встреча

Шел 1828 год. Неаполь со страхом смотрел на проснувшийся Везувий… Год был трудным для Карла Брюллова. В него страстно влюбилась Аделаида Демулен. Она любила, а он был холоден. Она ревновала и от глупой ревности бросилась в Тибр. Свет обвинил Брюллова в жестоком равнодушии. Он оправдывался, а ему никто не верил.

Брюллов был приглашен на ужин к князю Гагарину. И когда ужин подходил к концу вдруг распахнулись двери залы и на пороге возникла она… Гордая, статная красавица, мечта и само воплощение красоты. Зал охнул, а князь предупредил Брюллова:

Бойтесь ее, Карл! Эта женщина не похожа на других. Она меняет не только привязанности, но и дворцы, в которых живет. Не имея своих детей, она объявляет чужих своими. Но я согласен, и согласитесь вы, что от нее можно сойти с ума…

Они перемолвились буквально парой слов. А потом князь Гагарин, пытаясь защитить Брюллова от сплетен и угрызений совести, увез художника в своё имение с красивым названием Гротта-Феррата. Карл писал картины и много читал. Жизнь потекла тихо и безмятежно. Но, однажды вечером, эта сельская тишина просто взорвалась – на пороге дома появилась Юлия Павловна.

Едем! — решительно объявила она. — Может, грохотание Везувия, готового похоронить этот несносный мир, избавит вас от меланхолии и угрызений совести… Едем в Неаполь!

Потом, много лет спустя она вспоминала, что «это» произошло в самый первый миг их встречи. Ещё ничего не случилось, но она уже знала, что «приворожена» к нему на веки.

Он бедный художник, а она – светская львица, которая не знает счета своим сокровищам, владелица прекрасных дворцов в Италии и России, покровительница искусств, аристократка самой высшей пробы.

Она умна и властна, но она его любит.

— Так и быть, я согласна быть униженной вами.
— Вы? — удивился Брюллов.
— Конечно! Если я считаю себя ровней императору, то почему бы вам, мой милый Бришка (так она его называла), не сделать из меня свою рабыню, навеки покоренную вашим талантом? Ведь талант — это тоже титул, возвышающий художника не только над аристократией, но даже над властью коронованных деспотов…

Он писал с неё портреты. И всегда говорил, что эти портреты не закончены. Юлия Павловна не любила позировать – она всегда спешила. Ну, не могла она долго усидеть на месте. Порывистая, страстная, веселая, полная жизни. Она любила его самого и любила его работы. А позировать не любила.

Портреты Самойловой, написанные Брюлловым, восхищали публику. Карла начали сравнивать с великими художниками: Ван Дейком и Рубенсом. А потом случилось неизбежное – грянул «Последний день Помпеи». Картина поразила восхищенную публику и прославила художника. Сразу и навечно!

Последний день Помпеи

Заказы посыпались на него, как из рога изобилия, аристократы считали для себя честью заполучить в гости «великого Брюллова», любая его работа стала бесценной. Его просто донимали заказами и любовными признаниями.

Княгиня Долгорукая писала, что Карл Брюллов её просто бесит… Она умоляет его о свидании, пытает прокрасться к нему в мастерскую, стучится в его двери, пытается застать его у князя Гагарина. А он… ускользает. Жестокий и безрассудный.

На него обижается маркиза Висконти – дама не просто знатная, но и очень влиятельная. Она созывает гостей, и она ждет Брюллова. Он приходит. Но, остается в прихожей её дворца – его поражает красота дочери швейцара. Карл полюбовался красотой девушки и… ушел. Маркиза в бешенстве.

Его желанная женщина – это Самойлова. Её он готов рисовать всегда и всюду. В знаменитой картине «Последний день Помпеи» его любимая изображена трижды.

После того, как графиня увезла Карла в Неаполь, они долгое время не расставались. Их захватило большое и страстное чувство.

Она ему писала:

Мой дружка, Бришка! Люблю тебя более, чем изъяснить умею, обнимаю тебя и до гроба буду душевно тебе привержена.

Люблю тебя, обожаю, я тебе предана, и рекомендую себя твоей дружбе. Она для меня – самая драгоценная вещь на свете.

Она страстно хотела соединить свою судьбу с судьбой Карла Брюллова. И он её любил. Что же им помешало? Она была его единственной настоящей любовью. Любовью на всю жизнь. Но, странной любовью.

Свет постоянно судачил о романах ветреной Самойловой. Но, и Карл не был ей верен. Они были вместе, но как-то так всё устроилось, что их любовь допускала любовные шалости на стороне. Они как будто испытывали свои чувства на прочность.

Поверяли друг другу свои тайны (в том числе и тайны любовных интрижек), избегали «пошлой ревности», и берегли личную свободу. Возможно, много лет спустя, каждый из них и понял, что любовь – это больше, чем личная безграничная свобода. И не уживаются под одной крышей любовь и ветреность.

Портрет графини Ю. П. Самойловой с воспитанницей Джованиной Пачини и арапчонком

Она «итальянское солнце» (так называл Юлию художник) – яркая, ослепляющая, заливающая всё вокруг светом и страстью, энергичная и беспокойная. И он – спокойный и даже меланхоличный. Её страсти и чувства кипят, и испепеляют всё и всех вокруг. У него – всё внутри. И горит его душа. Он безмерно устал.

Однажды, будучи в доме художника Зауэрвейда он встретил, совершенно случайно, дочь рижского бургомистра Эмилию Тим. Она такая юная и нежная, как первый весенний цветок, скромная и тихая. И как она не похожа вечно переменчивую, неспокойную и страстную Юлию. Может быть, именно она сможет излечить его душу от этой роковой страсти к Юлии?

Эмилия играла ему на рояле и пела. А он мечтал о тихой и покойной семейной жизни. Юное создание бурно краснело от нескромных шуток и воплощало саму невинность.

Эмилия Тим

Он написал её портрет, и он почти поверил в счастье. Свадьба состоялась в 1839 году. Впоследствии Тарас Шевченко (он был на той свадьбе) вспоминал, что Брюллов был мрачен и несчастен, стоял, низко наклонив голову, и не глядел на свою невесту. Казалось, что Карл раскаивается и сильно страдает.

А через полтора месяца по Петербургу поползли зловещие слухи. Говорили о том, что взбесившийся Карл вырвал из ушей молодой жены серьги, вместе с мочками, и выгнал босую жену на улицу. А ещё, поругался с отцом невесты и ударил его бутылкой по голове.

Брюллов отказывался комментировать очевидный факт (Эмилия действительно ушла). Но, и сам Брюллов покинул свой дом. Он спрятался от ужасного позора в доме скульптора Клодта.

Бывшая жена и её отец требовали от художника денег, слухи множились так, что Император потребовал у Брюллова объяснений. Карл был приглашен к графу Беккендорфу для разъяснения причин развода. И тут выяснилось, что его невинная и нежная Эмилия была любовницей… своего отца. Более того, эта связь продолжилась и после её замужества. И она ещё требовала от художника пожизненного содержания.

Великий художник – он был опозорен и уничтожен.

К великому счастью Брюллова в это время в Петербурге скончался граф Литта, и в северной столице появилась Юлия Павловна. Узнав о постигшей Брюллова беде, поспешила в дом своего Карла. Она не пришла. Она ворвалась, как безумная комета: прогнала кухарку, надавала хлестких пощечин пьяному лакею, выпроводила из приемной всех гостей, которые ожидали дармовой выпивки и новых слухов.

Она, в который раз, перевернула вверх ногами его дом и его жизнь.

Брюллов снова пишет. И пишет её портреты. Именно в тот период появилась эта картина.

Портрет графини Юлии Павловны Самойловой, удаляющейся с бала с приёмной дочерью Амацилией Паччини (Маскарад)

В его работах всё больше холода и одиночества. Он велик, он знаменит и он несчастен. Он любит только её. А ей не хватает страсти и огня. Юлия обвиняет в этом холодную Россию и они уезжают в Италию. В Италии Карл много работает и… тоскует о Петербурге. Ему кажется, что Юлия его больше не любит.

Это случилось в 1845 году. Юлия, вдруг, решила выйти замуж и прекратить отношения с Брюлловым. Будучи в опере она пригласила тенора Перри к себе в карету и объявила ему, что решила стать его женой. Глупый Перри польстился на несметные богатства графини и согласился. Он мечтал пережить Самойлову и завладеть её состоянием. Но, юный и полный сил, Перри не выдержал её страсти и бешеного ритма жизни. Очень скоро Самойлова стала вдовой.

Но, вернемся в 1845. Юлия Павловна решила выйти замуж и объявила об этом Брюллову. Она уходит и она уже давно не любит Карла. Брюллов не возражал. Просто сказал: «Ты уходишь из моей жизни». А потом добавил: «Значит и мне пора уходить». Но, этого она уже не слышала. Из её глаз потекли слезы, и она не хотела, чтобы он видел её плачущей, и сломленной. Ведь она была его итальянским Солнцем. Он смотрел ей в след, а у неё не было сил обернуться.

Потом она уехала в Италию. Он пытался отыскать её следы, но тщетно. Есть сведения, что они встретились в канун его смерти. Но, разговор у них не получился. Что он мог ей сказать, если он уходил из этого мира, а ей суждено было остаться.

Вскоре Карл Брюллов умер.

А она уехала в Париж. И продолжила расточать свои богатства и здоровье. Вышла замуж за французского графа. И развелась с ним на следующий день после свадьбы.

Богатства её иссякли. Не стало и здоровья. Пришло глубокое одиночество.

Долгое время она хранила портреты «любимого Бришки». Это всё, что у неё осталось от той великой и странной любви.

Она пережила Карла Брюллова на 23 года.

link