Роман в чужом письме
Отрывок из письма Александра II к своей возлюбленной Екатерине Долгорукой
Письмо на французском языке. Санкт-Петербург. Размер 19 х 11,7 см. [3] листа. Бумага с тисненой монограммой императора Николая I, орешковые чернила
С-П, суббота, 6/18 января 1868, в 10 ч утра
Здравствуй, мой ангел, люблю тебя больше жизни, и счастлив любить тебя, вот он, крик сердца, что принадлежит тебе навсегда, и что думает лишь о тебе и дышит лишь тобою. Жду с лихорадочным нетерпением твоего письма и не понимаю, что означает эта задержка. При этом признаюсь тебе, что нахожусь под сильным впечатлением от внезапной смерти князя Василия Долгорукого*. Мысль о подобной смерти, без возможности даже попрощаться с теми, кто дорог твоему сердцу, ничуть не утешительна. А для меня это конец 30 летней дружбы, и, несмотря на твое мнение на его счет, я знаю, что он был мне предан, и он мне это доказал, в последнюю очередь по отношению к тебе, так что я искренне о нем сожалею.
В 4 часа пополудни. Я вернулся домой совершенно без ума от тебя, мой обожаемый ангел. Ты должна была увидеть это в моих глазах, как я увидел то же в твоих. Мы опять едва удержались, чтобы не броситься друг на друга. Скажи мне, что ты со мною сделала? Меня опять тянет домой до того, что я не знаю, что делать. Мне принесли твое милое вчерашнее письмо лишь в тот момент, когда я должен был одеваться для церемонии, и я даже опоздал из-за этого на мессу.
Все прошло очень хорошо, парад удался прекрасно, но меня нетерпение разбирает все время, и я только и думаю, как бы не опоздать на Фонтанку, что, наконец, нам и удалось, но чтобы успеть туда вовремя, мне даже пришлось оставить всех, кто у меня обедал, как я тебе уже говорил, и теперь я чувствую себя счастливым, что увидел тебя и даже успел на мгновение пожать твою руку. <…>
В 11 1/2 вечера. После ужина с детьми мы отправились в 8 часов на панихиду к Василию Долгорукому, в тот же салон, где танцевали всего 6 дней назад. Я увидел там милое лицо твоего брата Михаила**, как и сегодня утром во дворце, также моя недавняя встреча с Луизой*** была мне приятна. Значит, именно завтра ты ей передашь мое письмо. Мне кажется, что она должна понять симпатию, которую я испытываю к ней, и что именно Радость дома тому причиной.
Наконец-то после ужина я завершил эту сокровенную драму, и признаюсь, что все это произвело на меня весьма грустное впечатление. Любовь Лены описана очень красиво, но ее все же невозможно сравнить с нашей. Никто еще не любил на целом свете, как мы любим друг друга.
Остаток вечера я провел за работой в одиночестве, сделав небольшой перерыв на чай с детьми.
Только что я проехался в санях, и вот уже я счастлив, что могу снова приступить к своему любимому занятию, перечитав еще раз, с подлинным наслаждением сердца, твое милое вчерашнее письмо. Я хочу, чтобы ты знала, прежде всего, что я рад, что заставил тебя вчера разделить со мной под конец то подлинное наслаждение счастьем, которое ты всегда умеешь давать мне.
Читать далее >>>
Отрывок из письма Александра II к своей возлюбленной Екатерине Долгорукой
В 4 часа пополудни. Я вернулся домой совершенно без ума от тебя, мой обожаемый ангел. Ты должна была увидеть это в моих глазах, как я увидел то же в твоих. Мы опять едва удержались, чтобы не броситься друг на друга. Скажи мне, что ты со мною сделала? Меня опять тянет домой до того, что я не знаю, что делать. Мне принесли твое милое вчерашнее письмо лишь в тот момент, когда я должен был одеваться для церемонии, и я даже опоздал из-за этого на мессу.
Ружена Владимировна Сикора родилась в 1918 году в Новороссийске в семье, где музыка была повседневным бытом. Отец Ружены Владимир Владимирович - оперный певец, баритональный бас, мечтал, чтобы его дочь стала пианисткой. Игре на фортепиано она обучалась с пяти лет, поступила в музыкальную школу и вскоре вполне профессионально аккомпанировала отцу. Но юную пианистку все больше влечет к себе пение, и в Музыкальное училище она идет не на фортепианное, а на вокальное отделение.
для Вас Natali002
