"Побасенки!.. А вон протекли века, города и народы снеслись и исчезли с лица земли, как дым унеслось все, что было, а побасенки живут и повторяются поныне, и внемлют им мудрые цари, глубокие правители, прекрасный старец и полный благородного стремления юноша. "
Игра ума - великое достоинство! Пожалуй стоит признать, что произведение «Алиса в стране чудес» не поддается Интерпретациям и анализ этой игры ума невозможно рассматривать логической фантастикой, это произведение вполне в духе времени теории относительности , создаваемой одновременно великими физиками Альбертом Эйнштейном и Анри Пуанкаре для любознательных детей дошкольного возраста выходящих за рамки размытых границ строгого викторианского воспитания. Без учета их детского характера и живости ума нелегко постичь поведение персонажей книги, повороты сюжета, положенного другими продолжателями миражей мира относительности позже в основу сериалов о Звездных войнах, волшебниках Изумрудного города и магах и колдунах круга Гарри Поттера.
Сказки про Алису — одни из самых известных книг, написанных на английском языке: по цитируемости они уступают только Библии и пьесам Шекспира. Время идет, эпоха, описанная Кэрроллом, все глубже уходит в прошлое, но интерес к «Алисе» не уменьшается, а, напротив, растет. Что же такое «Алиса в Стране чудес»? Сказка для детей, сборник логических парадоксов для взрослых, аллегория английской истории или богословских споров? Чем больше проходит времени, тем большим количеством самых невероятных интерпретаций обрастают эти тексты.

Доджсон (он же Льюис Керролл: Lewis Carroll) был личностью парадоксальной и загадочной. С одной стороны, застенчивый, педантичный, страдающий заиканием преподаватель математики в оксфордском колледже Крайст-Чёрч и исследователь евклидовой геометрии и символической логики, чопорный джентльмен и священнослужитель ;с другой — человек, водивший компанию со всеми знаменитыми писателями, поэтами и художниками своего времени, автор романтических стихов, любитель театра и общества — в том числе детского. Он умел рассказывать детям истории; его многочисленные child-friends  вспоминали, что он всегда готов был развернуть перед ними какой-нибудь сюжет, хранившийся в его памяти, снабдив его новыми деталями и изменив действие. То, что одна из этих историй (сказка-импровизация, рассказанная 4 июля 1862 года), в отличие от мно­гих других, была записана, а потом отдана в печать, — удивительное стечение обстоятельств.
Летом 1862 года Чарльз Доджсон рассказал дочерям ректора Лидделла  сказку-импровизацию. Девочки настойчиво просили ее записать. Зимой следующего года Доджсон закончил рукопись под названием «Приключения Алисы под землей» и подарил ее одной из сестер Лидделл, Алисе. Доджсон серьезно переработал текст, и в декабре 1865 года  вышли «Приключения Алисы в Стране чудес», подписанные псевдонимом Льюис Кэрролл. «Алиса» неожиданно получила невероятный успех.
.....Алисе наскучило сидеть с сестрой без дела на берегу реки; разок-другой она заглянула в книжку, которую читала сестра, но там не было ни картинок, ни разговоров. – Что толку в книжке, – подумала Алиса, – если в ней нет ни картинок, ни разговоров?
Она сидела и размышляла, не встать ли ей и не нарвать ли цветов для венка; мысли ее текли медленно и несвязно – от жары ее клонило в сон. Конечно, сплести венок было бы очень приятно, но стоит ли ради этого подыматься?
Вдруг мимо пробежал белый кролик с красными глазами. Конечно, ничего удивительного в этом не было. Правда, Кролик на бегу говорил: – Ах, боже мой, боже мой! Я опаздываю.
Но и это не показалось Алисе особенно странным. (Вспоминая об этом позже, она подумала, что ей следовало бы удивиться, однако в тот миг все казалось ей вполне естественным.) Но, когда Кролик вдруг вынул часы из жилетного кармана и, взглянув на них, помчался дальше, Алиса вскочила на ноги. Ее тут осенило: ведь никогда раньше она не видела кролика с часами, да еще с жилетным карманом в придачу! Сгорая от любопытства, она побежала за ним по полю и только-только успела заметить, что он юркнул в нору под изгородью. В тот же миг Алиса юркнула за ним следом, не думая о том, как же она будет выбираться обратно.
Нора сначала шла прямо, ровная, как туннель, а потом вдруг круто обрывалась вниз . Не успела Алиса и глазом моргнуть, как она начала падать, словно в глубокий колодец.

То ли колодец был очень глубок, то ли падала она очень медленно, только времени у нее было достаточно, чтобы прийти в себя и подумать, что же будет дальше. Сначала она попыталась разглядеть, что ждет ее внизу, но там было темно, и она ничего не увидела. Тогда она принялась смотреть по сторонам. Стены колодца были уставлены шкафами и книжными полками; кое-где висели на гвоздиках картины и карты. Пролетая мимо одной из полок, она прихватила с нее банку с вареньем. На банке было написано «АПЕЛЬСИНОВОЕ», но увы! она оказалась пустой. Алиса побоялась бросить банку вниз – как бы не убить кого-нибудь! На лету она умудрилась засунуть ее в какой-то шкаф .
– Вот это упала, так упала! – подумала Алиса. – Упасть с лестницы теперь для меня пара пустяков. А наши решат, что я ужасно смелая. Да свались я хоть с крыши, я бы и то не пикнула .
Любимая книга многих маленьких принцев и принцесс от Экзюпери «Алиса в стране чудес», написанна известным английским писателем Льюисом Кэрроллом. Это история о любопытной маленькой девочке по имени Алиса, которая падает в кроличью нору и встречает там много странных существ. Когда дело доходит до этой сказки, я готова слушать, читать или смотреть ее много раз. Мне нравился каждый ее эпизод, например, как Алиса выпивает волшебный сироп и становится достаточно маленькой, чтобы проникнуть в красивый сад. Позже, она съедает кусок печенья и становится огромных размеров. Она столько плачет, что ее слезы заполняют коридор. Когда она снова становится маленькой, ей приходится переплывать через собственные слезы. Сказка полна таких абстрактных случаев, но они создают замечательную атмосферу. Во время своего путешествия она встречает множество друзей в этом воображаемом мире. Одним из них является Белый Кролик, который всегда куда-то спешит. Еще один примечательный персонаж – это Чеширский Кот, который имеет характерную озорную улыбку.

В отличие от традиционного сказочного Тридесятого государства, где живут короли и принцессы, драконы и отважные юноши, в сказке появляется совершенно особенный мир: «. это было низкое, длинное подземелье; своды его слабо освещались рядами висячих ламп. Правда, по всей длине стен шли двери, но, к большому сожалению, все они оказались заперты. Алиса довольно скоро удостоверилась в этом, дважды обойдя все подземелье и по нескольку раз подергав каждую дверь. Она уныло расхаживала взад и вперед, пытаясь придумать, как ей отсюда выбраться. Алиса очень хотела выбраться из этого мрачного подземелья на волю». В этом мире живут необыкновенные жители: Дронт, Додо, Чеширский Кот, да и кого там только не было. Мир этот замкнут, он никак не соотноситься с миром реальности. Исходя из сказанного, можно сделать вывод, что сказочная страна Подземелье- это страна говорящих животных:
«-Ну, как успехи?- спросил Чеширский Кот, как только рот его достаточно проявился, чтобы говорить.
Как тебе нравиться Королева? - понизив голос, спросил Кот.
Никак не нравится сказала Алиса. - Она так ужасна. ».

Сказочную Страну могут населять самые разнообразные существа: и говорящие животные, и ведьмы, и новейшие, выдуманные автором создания. Животные живут в Подземелье и питаются как люди: пьют чай, едят печенье с вареньем, торты, мармелад « Возле дома под деревом был накрыт к чаю стол; Шляпа и Заяц пили чай, а между ними помещалась на стуле Садовая Соня – хорошенький маленький зверек вроде белочки».Или:
« - Не хочешь ли торта? - любезно предложил Заяц.
- Какого торта? Что-то я его не вижу, - сказала Алиса».
Все персонажи разговаривают и дружат с людьми: Чеширский Кот поясняет Алисе, что здесь происходит, и вообще он ее лучший друг.
"Ну, как успехи?" - сказал Чеширский Кот."По-моему, они вообще неправильно играют....", - начала Алиса жалобным голосом.
Для Алисы кот реален и представляет собой элемент сказочного мира. Чеширский Кот является путеводителем Алисы в Стране Чудес, снабжает ее информацией об этой стране, знакомит ее с жителями, предостерегает об опасности, которые ждут героиню

Алисе, главной героине романа-сказки-фэнтези, около семи лет. Считается, что прототипом образа протагонистки являлась подруга автора, Алиса Плезенс Лидделл, хотя сам Доджсон несколько раз упоминал, что образ его маленькой героини не был основан на реальном ребёнке и является полностью вымышленны. В романе Алиса предстаёт в качестве школьницы с причудливо-логическим складом ума, чьи прямые волосы «вечно лезут в глаза». Кэрролл описывал Alice on the Stage как Живого щенка, забредшего из реального мира и любимого как собачку — нежную, словно лань, учтивую по отношению ко всем, доверчивую и «любознательную до крайности, с тем вкусом к Жизни, который доступен только счастливому детству, когда всё ново и хорошо, а Грех и Печаль всего лишь слова — пустые слова, которые ничего не значат.
Белый Кролик White Rabbit — говорящее животное с розовыми глазами, одетое в жилетку и лайковые перчатки. Он носит часы в кармане и живёт в «чистеньком домике» с надписью: «Б. Кролик». Он все время куда-то опаздывает или пытается попасть в свой дом, а в финале произведения сопровождает королевскую чету и выступает в качестве глашатая. В противовес юности Алисы, ее целенаправленности, смелости и силе Белый Кролик-обладатель преклонного возраста, боязливости и нервной суетливости, он носит очки и пожалуй голос у него должен быть неуверенный, колени — дрожать, а весь облик — бесконечно робкий.

Удивительно, насколько похожи события и поведение придворных в том далеком нереальном королевстве с поведением чиновников и Повелителей (вместо Королей и Королев) в путинском государстве нашего реального времени, вот только смелой, справедливой и решительной девочки Алисы нам так не хватает....
.......Белый Кролик поспешно вскочил со своего места. – С позволения Вашего Величества, – сказал он, – тут есть еще улики. Только что был найден один документ.– А что в нем? – спросила Королева.
– Я его еще не читал, – ответил Белый Кролик, – но, по-моему, это письмо от обвиняемого… кому-то…
– Конечно, кому-то, – сказал Король. – Вряд ли он писал письмо никому. Такое обычно не делается.
– Кому оно адресовано? – спросил кто-то из присяжных.
– Никому, – ответил Белый Кролик. – Во всяком случае, на обороте ничего не написано. С этими словами он развернул письмо и прибавил:– Это даже и не письмо, а стихи.

– Почерк обвиняемого? – спросил другой присяжный.
– Нет, – отвечал Белый Кролик. – И это всего подозрительней.(Присяжные растерялись.)
– Значит, подделал почерк, – заметил Король.(Присяжные просветлели.)
– С позволения Вашего Величества, – сказал Валет, – я этого письма не писал, и они этого не докажут. Там нет подписи.
– Тем хуже, – сказал Король. – Значит, ты что-то дурное задумал, а не то подписался бы, как все честные люди.
Все зааплодировали: впервые за весь день Король сказал что-то действительно умное.
– Вина доказана, – произнесла Королева. – Рубите ему…...
– Пусть присяжные решают, виновен он или нет, – произнес Король в двадцатый раз за этот день.
– Нет! – сказала Королева. – Пусть выносят приговор! А виновен он или нет – потом разберемся!
– Чепуха! – сказала громко Алиса. – Как только такое в голову может прийти!– Молчать! – крикнула Королева, багровея
– И не подумаю, – отвечала Алиса.
– Рубите ей голову! – крикнула Королева во весь голос. Никто не двинулся с места.
– Кому вы страшны? – сказала Алиса. (Она уже выросла до своего обычного роста.) – Вы ведь всего-навсего колода карт!


Червонная Королева Queen of Hearts — в сказке предстаёт жестоким антагонистом, которая с определённой периодичностью пытается отрубить голову многим другим персонажам. Она часто пребывает в раздражённом или яростном состоянии. Обладает громким пронзительным голосом. Алиса не любит Королеву. Червонная Королева в повествовании - воплощение безудержной страсти, нелепой и бессмысленной ярости, королевские распоряжения о казнях возмущают детей, но это сказка. а их нельзя давать на суждения взрослых, проходивших курс психоанализа.
На крикете у Королевы
.......Прямо у входа в сад стоял пышный розовый куст, усыпанный крупными белыми розами. У куста крутились три садовника и старательно заляпывали белые розы красной краской. «Ерунда какая-то», – подумала Алиса и подошла поближе.
Странные садовники перебранивались.
– Эй ты, Пятёрка, поосторожней кистью маши! Всего меня забрызгал!
– Нарочно я, что ли? – огрызнулся Пятёрка. – Это Семёрка меня под руку толкнул.
– Пятёрка у нас ловкач. Всегда найдёт виноватого, – проворчал Семёрка.
– Уж ты не виноватый! – хмыкнул Пятерка. – Даром что Королева голову тебе оторвать обещал
– За что это? – спросил забрызганный краской.
– Не твоего ума дело, Двойка! – рявкнул Семёрка.
– И насчет ума помолчал бы! – продолжал Пятёрка. – Он, видите ли, вчера вместо луковицы притащил на кухню луковицу тюльпана. Семёрка в сердцах шваркнул свою кисть под ноги.– Да что же это такое творится? – вскричал он. – Где она, справедливость? Тут он заметил Алису и умолк на полуслове. Остальные тоже оглянулись и принялись мелко-мелко кланяться.
– Скажите, пожалуйста, – осторожно спросила Алиса, – зачем вы пачкаете краской цветы?
Пятёрка и Семёрка молча поглядели на Двойку. Тот воровато огляделся и зашептал:
– Вот ведь какое дело, велено было нам красные розы посадить. Ан, глядь, выросли белые! Мы их и перекрашиваем, пока Королева не дозналась. Не то не сносить нам головы.
В этот момент Пятёрка, стрелявший глазами по сторонам, испуганно шикнул:– Тише! Королева!

Мгновенно все трое бухнулись на колени, уткнувшись лбами в землю.
Послышался мерный топот многих ног. Алиса проворно повернулась на звук шагов – очень уж ей хотелось поглядеть на Королеву. Но сначала она увидела пики, торчащие над строем солдат. Все десять солдат были прямоугольными и плоскими, точь-в-точь как садовники. За пиками виднелись кресты, вышитые на белых одеждах придворных. Десять плоских придворных, как и солдаты, шли строем по двое. Музыканты в шутовских колпаках били в бубны. Следом, держась за руки, бежали вприпрыжку десять королевских деток. У каждого на груди поблёскивали червонным золотом сердечки. За королевскими малышами чинно шагали маститые гости – Короли об руку с Дамами. За ними валом валили Валеты. В густой толпе гостей сновал Белый Кролик. Куда девалась его важность? Он что-то быстро лопотал, кланялся и суетился. На Алису он даже не глянул

Джонни Дэпп в роли Шляпника в кинофильме "Алиса в стране чудес" Выражение Керолла "mad as a hatter" ("безумный как шляпник") пришло из 18-19 веков. когда для изготовления шляп применяли ртуть. Она делала войлок мягким. Поскольку в те времена шляпники не использовали химическую защиту, пары ртути вызвали отравление и провоцировали развитие синдрома Корсакова, дезориентацию во времени и пространстве, а также неспособность запоминать текущие события. А еще раньше турецкие шляпники при изготовлении шляп смачивали войлок, из которого делались шляпы, в верблюжьей моче содержащей ртуть. Волокна войлока от этого становились мягче и легче и быстрее сбивались. Про этот секрет прознали французские шляпники. Во Франции с верблюдами было плохо, поэтому вместо верблюжьей мочи стали использовать человеческую. Шляпническую, если быть более точным. Все это здорово похоже на Путинскую возню с анализами мочи на Сочинской Олимпиаде.

Перевод литературоведа, исследователя литературы Великобритании и США, Нины Демуровой, многими критиками признан как наиболее удачный и соответствующий оригиналу. По мнению Нины Демуровой, «Алиса» Кэрролла принадлежит к числу самых трудных для перевода произведений мировой литературы. К обычным трудностям, связанным с переводом иноязычного автора, отдалённого от нашего времени иными нравами, литературными условностями и установками, прибавляется ещё одна. Исследователь считает, что «могущественнейшим персонажем» произведения является сам английский язык. Демурова отмечала, что Кэрролл использовал своевольные алогизмы самого языка и экспериментировал с ними.
Литературовед ставила перед собой цель передать русскоязычному читателю лукавый и озорной, глубоко личный, лирический и философский дух сказок Доджсона, попытаться воспроизвести своеобразие авторской речи — сдержанной, чёткой, предельно динамичной и выразительной.
Она писала: Для понимания общей тональности авторской речи Кэрролла важно иметь в виду, что Кэрролл принадлежал к тем, кто, подобно Уордсворту, видел в детстве особое «состояние» не только данной личности, но и человечества, «состояние», которому, в силу его особой природы, открыто многое, чего не могут понять или почувствовать взрослые.
Трудности были и с адаптацией имени такого персонажа, как «Hatter». Примечательно, что в русском отсутствует полный понятийный аналог безумца из английского фольклора, а следовательно, связанных с ним примет и ассоциативного поля. Компромиссом стали русские дураки. И те, и другие не похожи на нормальных людей, но всё делают не так, как положено. Глупость одних, так же как и безумство других, нередко оборачивается мудростью или вызовом здравому смыслу.
Так персонаж стал Болванщиком, в котором есть связь с английским героем: он имеет дело с болванками для шляп и не блещет умом. «The Caterpillar» первоначально должен был называться Шелкопрядом, однако это имя сочли вызывающим нерелевантные южные ассоциации, которые мало связаны с характером персонажа, и было принято решение остановиться на Гусенице.
Второй составляющей, на которой строится драматургия Кэрролла, является игра слов. Демурова отмечает, что юмор характеров и ситуаций сравнительно легко переводится, однако адекватному переводу словесная игра почти не поддаётся. Таким образом, приходилось выбирать между содержанием высказывания и юмористическим приёмом. В тех случаях, когда содержание является лишь поводом для игры ума, переводчица отдавала предпочтение приёму.