Ян Тороп - символист. Путину не надо было открывать ящик Пандорры


Ян Теодор Тороп - нидерландский художник и график. Учился живописи в художественных школах Делфта, Амстердама, Брюсселя, но главные художественные впечатления получил, путешествуя по Англии и Франции. Был первым художником в Нидерландах, который начал писать в технике дивизионизма. Под впечатлением от работ Джеймса Энсора и личного знакомства с Одилоном Редоном Тороп увлекается символическими сюжетами и идеями. В разное время был участником «Группы двадцати», нидерландских «Восьмидесятников», участвовал в выставках Венского Сецессиона.
Особенности творчества художника Яна Теодора Торопа: работал со всеми материалами и художественными техниками: уголь, пастель, масло, карандаши, гравюра на дереве, акварель. Выполнил множество блестящих литографических работ в качестве иллюстратора - большинство из них в стиле ар-нуво. Был автором рекламных плакатов. Но самые важные работы Торопа - это символистская графика и живопись, сюжеты с аллегорическими и мифическими героями, символическими фигурами жизненного цикла.

Ровно через сто лет после начала первой мировой войны некто Путин открыл в Крыму ящих Пандорры и с тех пор вылетевшие из ящика чудовищные химеры войны носятся в воздухе. Сегодня время мрачного ожидания - быть может одна из голов этого чудовища о трёх головах на одном теле даст о себе знать в Киеве


У слова ПАНДОРРА несколько значений, но все они происходят от имени персонажа древнегреческой мифологии, дочери Праксифеи и Эрехтея. Эта девушка не отметилась в священной истории особо выдающимися деяниями, а если и стала известной, то лишь благодаря своему любопытству. Дело в том, что верховным божеством греческого Пантеона, всемогущим Зевсом-громовержцем, ей был поручен на хранение ларец, в котором были заключены все людские несчастья, беды и проблемы. Открывать его она не имела никакого права, ни при каких обстоятельствах, без специального указания вышестоящей священной администрации. Но девичье любопытство пересилило категорический запрет
Во всемирном космическом пространстве существуют реальные объекты, названные по имени глупой девушки из античной мифологии. Это восьмой по удалённости спутник Сатурна и блуждающий астероид Пандора-55. Столкновение с ним грозит реальными бедствиями. -На планете с таким названием, разворачивается действие целого ряда романов знаменитых советских фантастов Аркадия и Бориса Стругацких. Но в этих книгах планета Пандора предстаёт скорее загадочной, нежели однозначно зловещей. Для главных героев это объект познания и исследований. на FB.ru: http://fb.ru/article/111225/chto-oznachaet-slovo-pandora-v-mifologii-i-v-realnosti
Ну и немного о тревожных картинах Торопа

Могила Неизвестного солдата, Вестминстерское аббатство, Лондон

три ночи приличных морозов не смогли погубить первые весенние цветы Четверг, 19 Марта 2020 г. 03:48

Джек Лондон. Смок и Малыш. Яичная афера

.....Смок, ликуя, вернулся к себе в хижину на холме; к вящему своему изумлению, он застал дома Малыша в черном отчаянии, за пасьянсом "пустынник"; Смок давно уже заметил -- когда товарищ его раскладывал "пустынника", это означало, что мир поколебался в своих основах.

   -- Уходи вон! Не разговаривай со мной! -- были первые слова, которыми он встретил Смока.

   Впрочем, скоро он немного успокоился и разразился потоком слов.

   -- Все пропало! -- выкрикнул он. -- Дело лопнуло! Завтра во всех распивочных будет продаваться херес с яйцами по доллару за стакан. Во всем Доусоне не найдется ни одной голодающей сиротки, которая не будет валяться брюхом на яйцах. Как ты думаешь, кого я встретил? Человека с тремя тысячами яиц -- понял? С тремя тысячами яиц, привезенных с Сороковой Мили!

   -- Басни, -- усомнился Смок.

   -- Хороши басни! Я видел яйца. Человека зовут Готеро -- длинный такой, голубоглазый верзила, француз из Канады. Сначала он спросил тебя, а потом отвел меня в сторону и нанес мне удар прямо в сердце. Он, оказывается, узнал о нашей афере с яйцами и заволновался. Он знал, что в Сороковой Миле имеется три тысячи яиц, немедленно отправился туда и купил их. "Покажите мне их", -- сказал я ему. И он показал. Его сани и два индейца-погонщика стояли внизу у дамбы -- на том самом месте, где они остановились по приезде из Сороковой Мили. А на санях лежали ящики из-под мыла, -- небольшие деревянные ящики из-под мыла. 

Мы вытащили один из них на ледяную гору посредине реки и вскрыли его. Яйца! Полным-полно яиц, переложенных опилками! Смок, мы пропали! Нас обыграли. Знаешь, что он имел бесстыдство сказать мне? Что он отдает их нам по десять долларов за штуку. Знаешь, что он делал, когда я уходил от него? Писал объявление о продаже яиц. Он сказал, что первую очередь уступает нам, по десятке за штуку, до двух часов дня, и если мы к этому времени не придем, то он вздует рынок выше небес. И еще сказал, что, вообще говоря, он не делец, но тут сразу понял, что это выгодно, как только увидел... меня и тебя, насколько я понимаю.

   -- Ладно, -- бодро сказал Смок. -- Надень рубашку и дай мне минутку подумать. Все, что в настоящий момент требуется, это -- быстрота и натиск. Я заполучу сюда к двум часам Уайльда Уотера на предмет приемки яиц. А ты тем временем купи у Готеро его яйца. Попробуй поторговаться. Впрочем, если ты заплатишь по десять долларов за штуку, Уайльд Уотер должен будет принять их от нас по той же цене. Если ты сможешь купить их дешевле -- тем лучше, тогда мы еще заработаем. Ну, беги! Доставь их сюда не позднее, чем к двум часам. Возьми у полковника Боуи собак и запряги в наши сани. Помни -- ровно к двум!

   -- Послушай, Смок! -- крикнул Малыш вслед приятелю, спускавшемуся с холма. -- Не взять ли тебе с собой зонтик? Я не буду удивлен, если к твоему приходу начнется яичный дождь.

   Смок нашел Уайльда Уотера в салуне.....

   

Ровно в два часа стоявший на страже Малыш увидел поднимающегося на холм Уайльда Уотера. Уотер вошел в хижину с хмурым и деловитым видом.

   -- Давайте сюда яйца, пираты, -- начал он. -- И, начиная с этого дня, никогда не упоминайте при мне о яйцах, если вам дорога жизнь.

   Все трое начали тщательно подсчитывать первую, смешанную, партию. Отсчитав две сотни, Уайльд Уотер неожиданно разбил одно яйцо о край стола.

   -- Эй! Бросьте! -- заметил Малыш.

   -- Мое это яйцо или нет? -- зарычал Уайльд Уотер. -- Плачу я за него десять долларов или нет? Я не намерен покупать кота в мешке. Когда я выкладываю по десять кругляшек за яйцо, то я хочу знать, что я покупаю.

   -- Я могу съесть его, если вы хотите, -- ехидно предложил Малыш. Уайльд Уотер посмотрел на яйцо, понюхал его и покачал головой.

   -- Нет, Малыш, не стоит. Яйцо прекрасное. Дайте-ка мне чашку. Я сам съем его за ужином.

   И еще три раза Уайльд Уотер разбивал для проверки яйца и клал их в стоявшую подле него чашку.

   -- На две штуки больше, чем вышло у вас, Малыш, -- сказал он, когда подсчет был закончен. -- Девятьсот шестьдесят четыре, а не шестьдесят два.

   -- Ошибся, стало быть, -- добродушно согласился Малыш. -- Мы засчитаем их для ровного счета.

   -- Могли бы и уступить, -- злобно заметил Уайльд Уотер. -- Давайте их сюда. Девять тысяч шестьсот двадцать долларов. Сейчас я заплачу. Пишите расписку, Смок.

   -- Отчего не сосчитать остальные, -- сказал Смок, -- и не заплатить за все сразу?

   Уайльд Уотер покачал головой.

   -- Я не мастер считать. Лучше уж каждую партию отдельно, чтобы не было недоразумений.

   Он подошел к своей шубе и вытащил из ее боковых карманов два мешочка с золотым песком, напоминавших своей длиной и округлостью болонские колбасы. Когда платеж за первую партию был внесен, песку в них осталось не больше чем на несколько сот долларов.

   На стол был взгроможден первый ящик из-под мыла, и начался новый отсчет. Отсчитав сотню, Уайльд Уотер сильно стукнул яйцо о край стола. Оно не треснуло.

   -- Здорово замерзло, -- заметил он, ударяя еще сильнее.

   Он поднял яйцо, и двое остальных увидели, что там, где оно ударилось об стол, скорлупа его обсыпалась мельчайшими осколками.

   -- Гм, -- сказал Малыш. -- Я думаю, оно должно было замерзнуть, раз его тащили сюда с Сороковой Мили. Его не разобьешь и топором.

   -- Я все-таки за топор, -- сказал Уайльд Уотер.

   Смок принес топор. Уайльд Уотер нацелился и искусным ударом опытного дровосека расколол яйцо пополам. Внутренность яйца едва ли можно было назвать удовлетворительной. Вещая дрожь пробежала по телу Смока. Малыш оказался более храбрым. Он поднес половинку яйца к носу.

   -- Запах совсем хороший, -- сказал он.

   -- Но вид зато совсем скверный, -- ответил Уайльд Уотер. -- Да и как оно вообще может пахнуть, когда запах его давно уже замерз вместе со всем остальным. Подождите минутку.

   Он положил обе половинки на сковородку и поставил ее на горячую плиту. Водворилось молчание. Все трое ждали, расширив ноздри и напряженно втягивая воздух. Мало-помалу по комнате начало распространяться явственное зловоние. Уайльд Уотер не считал нужным разговаривать. Молчал, несмотря на всю свою самоуверенность, и Малыш.

   -- Выкиньте его! -- крикнул Смок, задыхаясь.

   -- К чему? -- спросил Уайльд Уотер. -- Придется проверить всю партию.

   -- Только не здесь, -- прохрипел Смок, преодолевая тошноту. -- Разрубите их, -- достаточно будет взглянуть на них. Выбрось его, Малыш! Выбрось его! Фу!

   Ящик за ящиком вскрывались: яйцо за яйцом выхватывалось наудачу и рубилось надвое. И яйцо за яйцом свидетельствовало о том же безнадежном, непоправимом гниении.

   -- Я не стану требовать, чтобы вы съели их, Малыш, -- осклабился Уотер. -- Ну-с, что касается меня, я отсюда моментально убираюсь. Договор только на хорошие яйца. Если вы дадите мне собак и сани, я увезу эти, пока они тоже не испортились.

   Смок помог ему нагрузить сани. Малыш сел за стол и начал раскладывать "пустынника".

   -- Скажите, сколько времени вы держали эту партию? -- были прощальные слова Уайльда Уотера.

   Смок ничего не ответил и, кинув один-единственный взгляд на погруженного в "пустынника" Малыша, стал выбрасывать ящик за ящиком в снег.

   -- Скажи-ка, Малыш, -- промолвил он кротко, -- сколько ты заплатил за эти три тысячи?

   -- По восемь долларов. Пошел вон! Не разговаривай со мной. Я умею считать не хуже тебя. Мы потеряли на этом деле семнадцать тысяч долларов -- так и запомни, если тебя будут спрашивать. Я подсчитал, пока жарилось первое вонючее яйцо.

   Смок несколько минут соображал что-то, потом снова нарушил молчание:

   -- Послушай, Малыш. Сорок тысяч долларов весят двести фунтов. Уайльд Уотер взял наши сани и наших собак, чтобы увезти яйца. Он явился сюда без саней. Те два мешка с золотым песком, что он вытащил из кармана, весили фунтов по двадцать каждый. Договор предусматривал наличный расчет за всю партию. Он принес ровно столько песку, сколько требовалось, чтобы заплатить за эти три тысячи. Он знал, что они тухлые. Но откуда он мог знать, что они тухлые? Что ты на это скажешь?

   Малыш собрал карты, перетасовал их и отложил в сторону.

   -- Ха! Что может быть проще! Ребенок -- и тот ответит тебе. Мы потеряли семнадцать тысяч. Яйца, которые я купил у Готеро, принадлежали Уайльду Уотеру. Тебе еще что-нибудь угодно знать?

   -- Да. Почему, во имя здравого смысла, ты не выяснил до платежа, хорошие ли ты покупаешь яйца?

   -- И на это нетрудно ответить. Уайльд Уотер рассчитал игру по секундам. У меня не было времени проверять яйца. Я должен был бешено торопиться, чтобы доставить их сюда к моменту сдачи. А теперь, Смок, позволь мне тоже задать тебе один скромный вопрос. Кто вбил тебе в голову эту гнусную идею о скупке яиц?

   Малыш успел разложить шестнадцатого по счету "пустынника", а Смок уже начал готовить ужин, когда раздался стук в дверь. В комнату вошел полковник Боуи, молча вручил письмо и удалился.

   -- Ты видел его лицо? -- взревел Малыш. -- Он прямо лопался от смеха. Весь город издевается над нами, Смок! Кончено! Нам нельзя больше носа на улицу высунуть.

   Письмо было подписано Уайльдом Уотером. Смок прочел его вслух.

   "Дорогие Смок и Малыш! Свидетельствуя вам глубокое мое почтение, прошу вас не отказать поужинать со мной сегодня вечером в ресторане Славовича. Будет мисс Эрол, а также Готеро. Мы с ним были компаньонами в Сёркле лет пять назад. Он славный парень. Кстати, насчет яиц. Они прибыли в Аляску четыре года назад и уже тогда были тухлыми. Они были тухлыми, когда отбыли из Калифорнии. Они всегда были тухлыми. Они пролежали зиму в Карлуке и зиму в Нутлике и еще зиму на Сороковой Миле, где их продали за лежалые. А нынешнюю зиму они, по-моему, провели в Доусоне. Не держите их в теплом месте. Люсиль просит передать вам, что вы, она и я хорошо встряхнули Доусон. А за выпивку, по-моему, должны платить вы.

С совершенным почтением ваш друг У. У"

   -- Ну-с? Что ты скажешь? -- поинтересовался Смок. -- Мы, разумеется, примем приглашение.

   -- Одно я скажу, -- ответил Малыш. -- Уайльд Уотер не пропадет, если разорится. Он чудесный актер -- чертовски хороший актер. И еще скажу -- мой счет никуда не годится. Уайльд Уотер заработал не только свои семнадцать тысяч, но и еще кое-что почище. Мы с тобой подарили ему все хорошие яйца в Клондайке -- девятьсот шестьдесят две штуки, да еще два -- для ровного счета. При этом у него еще хватило низости забрать и те, что лежали в чашке. Но вот что скажу тебе в заключение: мы с тобой опытные и старые золотоискатели. Но когда дело доходит до финансовых операций, так тут мы самые жалкие караси, когда-либо попадавшиеся на приманку в виде быстрого обогащения. После этого нам только и остается, что уйти в пустыню; и если ты когда-нибудь заговоришь при мне о яйцах, я тебе больше не компаньон. Понял?

  

  

  

  

---

Комментарии: 3, последний от 23/07/2020. Лондон Джек (yes@lib.ru) Год: 1911 Обновлено: 20/03/2012. 47k. Статистика.

 

Бросайте курить!

Нет повязок от коронавируса в аптеках и магазинах?

Не в повязках дело ( а кстати они на 90% бесполезны да и менять их слишком часто надо) - нет четкой системы постановки диагноза, первое время заболевание не ощущается, а потом оказывается поздно, пожалуй курящий народ сейчас наконец поймет, что он наделал своим увлечением сигаретным дымом

Цирк зажигает огни

Парадокс Ферми - даже по самым пессимистическим подсчетам, в одной только нашей Галактике должны существовать десятки тысяч супервысокоразвитых цивилизаций, но почему-то их не слышно и не видно.
Есть два основных объяснения этого странного факта и третье разъяснение:
1) высокоразвитые цивилизации на определенном этапе своего развития себя уничтожают - ядерным оружием, искусственно созданными вирусами и т.п.
2) высокоразвитые цивилизации существуют, но просто незаметно за нами наблюдают и пока не хотят выходить на контакт.

Два варианта возможны только при том, что далекие незнакомцы умеют передавать и получать сигналы российского радио и ТВ, распространяемые со сверхсветовой скоростью. Поскольку этого нет - на нет и суда нет, можете развлекаться своим РТВ, никто Вас слушать не сможет и не будет.

А вот новые (нам неизвестные) физические принципы передачи и получения информации - это да, над этим стоит подумать и хотя мы этого не умеем потому, что ничего об этом не знаем, но они-то, небожители, знают, и умеют с этими принципами обращаться и они наверняка рядом с нами уже и чирикают по-своему и окружающий их мир состоит не из вещества, пространства и поля, а допустим из Времени, Информации и Энтропии. Легко представить что никакой угрозы мы им не представляем и они видят в Солнечной системе исключительно хорошо огражденный зоопарк или цирк

Сэр Уильям Лоренс Брэгг, Френсис Крик и Джеймс Уотсон " Мы открыли тайну жизни"


Сэр Уильям Лоренс Брэгг — австралийский физик, лауреат Нобелевской премии по физике за 1915 год (совместно со своим отцом Уильямом Генри Брэггом). Самый молодой нобелевский лауреат по физике за всю историю премии. Занимал пост директора Национальной физической лаборатории Великобритании в 1937—1938 годах, затем аналогичный пост в Кавендишской лаборатории в Кембридже в то время, когда там, в феврале 1953 года, Дж. Уотсоном, Ф. Криком и Р. Франклин была открыта структура ДНК. Наибольшую известность Брэггу принёс его закон о дифракции рентгеновских лучей на кристаллах. Закон Брэгга позволяет рассчитать положение атомов в кристалле по дифракционной картине, которую образуют рентгеновские лучи проходя сквозь кристаллическую решётку. Он сделал это открытие в 1912 году, в течение первого года в качестве студента-исследователя в Кембридже.
После второй мировой войны он вернулся в Кембридж, разделив при этом Кавендишскую лабораторию на исследовательские группы. Он считал, что идеальной исследовательской единицей является группа от одного до 6—12 учёных и нескольких ассистентов. В 1948 году Брэгг заинтересовался структурой белков, и частично его заслугой было формирование группы, которая использовала физику для исследования биологических проблем. Брэгг поддержал Фрэнсиса Крика и Джеймса Уотсона, которые работали под его руководством в Кавендишской лаборатории.

Брэгг был отблагодарён тем, что увидел, как метод, который он разработал более сорока лет назад, послужил основой этому знаменательному взгляду в саму природу жизни. Брэгг систематически и успешно продвигал и номинировал Крика, Уотсона и Уилкинса на нобелевскую премию по физиологии и медицине. Вклад в определение структуры ДНК с последующей её проверкой, сделанный Королевским лондонским колледжем, признан присуждением Нобелевской премии за 1953 год и Уилкинсу. В то же время в Кавендишской лаборатории Макс Перутц делал исследования о структуре гемоглобина, которые принесли ему в 1962 году Нобелевскую премию.
https://nauka.tass.ru/nauka/4974134
Кроме Уотсона и Крика структуру ДНК пытались выяснить еще две группы ученых. В Лондоне Джеймс Уилкинс и Розалинд Франклин, постоянно ругаясь, всматривались в рентгеновские снимки кристаллизованных молекул, а в Калифорнийском технологическом институте над загадкой жизни бился знаменитый химик Лайнус Полинг, который до этого первым определил строение компонентов белков.

За исследования химических связей в 1954 году ему дадут Нобелевскую премию. На его фоне Крик и Уотсон выглядели случайными прохожими: первый был по образованию физиком и только за четыре года до того переключился на биологию, а второму исполнилось всего 23 года. Правда, к тому времени у Уотсона уже была докторская степень.
Первая модель ДНК, разработанная Уотсоном и Криком, состояла из трех цепочек с фосфатными остовами в середине. Когда модель показали Франклин, та подняла коллег на смех: она была уверена, что остатки фосфорной кислоты должны располагаться с внешней стороны молекулы, а не в центре. Начальник Уотсона и Крика — Лоуренс Брэгг — так разозлился из-за этой неудачи, что запретил им дальше заниматься ДНК.
Однако спустя год Брэгг поменял свое решение. В его лаборатории работал сын Лайнуса Полинга, который рассказал, что отец создал свою модель ДНК. В Брэгге взыграло самолюбие.
Они с Полингом были крупнейшими в мире специалистами в своей области, но американец первым определил строение и больших неорганических молекул, и белковой альфа-спирали. Брэгг был — и остается до сих пор — самым молодым лауреатом Нобелевской премии по физике, которую ему и его отцу вручили еще в 1915 году. Но с конца 1920-х он вечно оставался позади Полинга.
Через месяц в Кембридже раздобыли еще не опубликованную статью Полинга с описанием модели. Ко всеобщему удивлению, ДНК в ней представала тройной спиралью с фосфатными остовами в центре, как за год до того предлагали Крик и Уотсон. В автобиографии Уотсон вспоминал: "Пока Френсис поражался новаторскому подходу Полинга к химии, я начал дышать спокойнее. К этому моменту я знал, что мы все еще в игре".
По рассказам Уотсона, он приезжал в Лондон, чтобы обсудить статью Полинга с Франклин, но та не разделила его энтузиазм и сказала, что молекула ДНК не может быть спиральной. Возможно, Уотсон приврал: в лабораторном журнале Франклин сохранились более ранние записи о том, что одна из двух форм ДНК может представлять собой именно спираль. Со слов Уотсона, этот случай стал последней каплей для работавшего с Франклин Мориса Уилкинса. Ее упрямство так надоело, что он в сердцах достал из ящика рентгеновский снимок ДНК и показал его Уотсону. У того отпала челюсть. "Не нужно сидеть в уголке, плакать и стараться доказать всему миру, что вам все под силу, - говорит нобелевский лауреат Джеймс Уотсон. - Важнее решить проблему быстро с чьей-то помощью, чем медленно в одиночку".
Квадратная пластинка размером всего несколько сантиметров вошла в историю как "Фотография 51". Чтобы сделать этот кадр, Франклин положила вытянутый в нить и кристаллизованный образец человеческой ДНК в специальную камеру, где рентгеновские лучи больше 60 часов отскакивали от него на пленку, формируя изображение — полосатый крест. Для Уотсона этот крест стал очевидным доказательством того, что ДНК состоит из двух закрученных цепочек. Франклин же этого не разглядела.
Теперь ученые были уверены в спиралевидной форме молекулы. Но им еще нужно было объяснить, как в ДНК связаны кирпичики-основания с двух разных цепочек, — черные пятна на "Фотографии 51". Для этого Уотсон по-разному переставлял структурные формулы этих кирпичиков, но результата не было. Пока американский химик Джерри Донохью не показал ему свежую статью, где были описаны немного другие формулы кирпичиков ДНК.
Несколько дней Уотсон и Крик обдумывали новую модель, а 21 февраля 1953-го — ровно 65 лет назад — Уотсон догадался, что аденин из одной цепочки соединяется только с тимином из другой, а цитозин — с гуанином. В таком случае молекула ДНК напоминает равномерно закрученную лестницу с краями из сахара, остатка фосфорной кислоты и с параллельными ступенями одинаковой длины. Эти сочетания объяснили, почему в любой молекуле ДНК содержится одинаковое количество аденина с тимином и цитозина с гуанином. Наконец, если у каждого кирпичика есть только одна пара, то молекула может разделиться пополам и образовать две копии с той же генетической информацией. Ученых поразило, какой простой и красивой оказалась разгадка.

"Мы разгадали тайну жизни!", — ставшую знаменитой фразу Фрэнсис Крик произнес в своем любимом баре в Кембридже, где они с Уотсоном праздновали открытие.

Немного об архитектуре Италии

https://www.hisour.com/ru/architecture-of-italy-32805/

Италия имеет очень широкий и разнообразный архитектурный стиль, который нельзя просто классифицировать по периоду или региону из-за разделения Италии на несколько городов-государств до 1861 года. Однако это создало весьма разнообразный и эклектичный диапазон архитектурных проектов. Италия известна своими значительными архитектурными достижениями, такими как строительство арки, куполов и аналогичной структуры во времена Древнего Рима, создание архитектурного движения эпохи Возрождения в конце XIV-XVI веков и являющееся родиной палладианства, стиль строительство, которое вдохновило такие движения, как неоклассическая архитектура, и повлияло на проекты, которые дворяне строили своими загородными домами по всему миру, особенно в Соединенном Королевстве, Австралии и Соединенных Штатах Америки в конце 17 – начале 20 века. Некоторые из лучших работ в западной архитектуре, такие как Колизей, Дуомо Милана, Моле Антонеллиана в Турине, Флорентийский собор и архитектурные проекты Венеции, находятся в Италии. В Италии насчитывается около 100 000 памятников всех сортов (музеи, дворцы, здания, статуи, церкви, художественные галереи, виллы, фонтаны, исторические дома и археологические памятники). Сейчас Италия находится на переднем крае модернистского и устойчивого дизайна с такими архитекторами, как Ренцо Пьяно и Карло Моллино.

Италия имеет очень широкий и разнообразный архитектурный стиль, который нельзя просто классифицировать по периоду или региону из-за разделения Италии на несколько городов-государств до 1861 года. Однако это создало весьма разнообразный и эклектичный диапазон архитектурных проектов.
img align="left" src="//img0.liveinternet.ru/images/attach/d/3/155/929/155929222_Rome.jpg" width="410" height="344" alt="Rome (410x344, 85Kb)"/>
Италия известна своими значительными архитектурными достижениями, такими как строительство арки, куполов и аналогичной структуры во времена Древнего Рима, создание архитектурного движения эпохи Возрождения в конце XIV-XVI веков и являющееся родиной палладианства, стиль строительство, которое вдохновило такие движения, как неоклассическая архитектура, и повлияло на проекты, которые дворяне строили своими загородными домами по всему миру, особенно в Соединенном Королевстве, Австралии и Соединенных Штатах Америки в конце 17 – начале 20 века. Некоторые из лучших работ в западной архитектуре, такие как Колизей, Дуомо Милана, Моле Антонеллиана в Турине, Флорентийский собор и архитектурные проекты Венеции, находятся в Италии.
Флорентийский собор, построенный Арнольфо ди Камбио, был оставлен незавершенным к концу XIV века, у него была огромная дыра в центре, где должен был быть купол. Соревнование по его созданию выиграл Филиппо Брунеллески, который построил самый большой купол с римских времен. Он ловко получил весь город в восторге от получения команд рабочих из восьми частей города.
В Италии насчитывается около 100 000 памятников всех сортов (музеи, дворцы, здания, статуи, церкви, художественные галереи, виллы, фонтаны, исторические дома и археологические памятники). Сейчас Италия находится на переднем крае модернистского и устойчивого дизайна с такими архитекторами, как Ренцо Пьяно и Карло Моллино.

Женщина Всемогуща - в производстве, в офисе и в семье

Некрасов:Меж высоких хлебов затерялося небогатое наше село. Горе горькое по свету шлялося и нечаянно к нам забрело...

https://www.svoboda.org/api/arqqqeuuqo

Передача из цикла "Писатели и музыка". Владимир Абаринов:
При словах «Николай Алексеевич Некрасов» многие, пожалуй, вздохнут с тоской. Народный печальник, гражданская лирика... Русские критики и советская школа засушили и поэзию Некрасова, и его личность, сделали из нее плоскую, унылую, засиженную мухами икону в школьном кабинете литературы

А он был делец и бонвиван, тонкий гастроном и удачливый картежник. Многие считали его лицемером: за письменным столом рыдает о горькой крестьянской доле, а потом идет в Английский клуб играть в карты по крупной с вельможами. Сохранились ресторанные меню с его автографами. Там безутешная кручина поэта вписана между названиями изысканных блюд. Извиняет его то, что он в молодости терпел отчаянную нужду. Выигрывал огромные суммы. Подозревали в шулерстве, но за руку никогда никто не поймал. Сумел сделать журнал «Современник» высокодоходным предприятием. И это было русскому человеку подозрительно: мошенник, не иначе.
А он был просто очень практичный, умный и расчетливый человек. Свои стихи он называл песнями, свою Музу - «угрюмой», «неласковой» и «нелюбимой». Первый сборник назывался «Мечты и звуки», последний - «Последние песни». Он был страстным операманом, любителем итальянской оперы, абонировал ложу в петербургском Итальянском театре, где в то время собралась великолепная труппа, какой не было, по мнению Некрасова, и в Париже.
Писал восторженные рецензии на оперные премьеры и утверждал, что в Петербурге она покорила решительно все сословия: Влияние итальянской оперы распространилось и на низшие классы... Вы, может быть, недоверчиво качаете головой; но смею уверить вас, что я не шучу и не преувеличиваю. Собственными ушами слышал я фонарщика, который, стоя на своей грязной лестнице и зажигая фонарь, затягивал дуэт из «Любовного напитка». Был и балетоманом, и тем, кого Пушкин называл «почетный гражданин кулис», хотя в стихах сурово осуждал этот обычай. Сочинял водевили. Часто переиначивал французские, подписывал псевдонимами, в собрания сочинений не включал, но зарабатывал на них недурно. Композиторы его любили, но в основном за гражданский пафос.

Музыку на его любовную лирику писали нечасто. Один из таких романсов сочинил Чайковский. Прости! Не помни дней паденья, Тоски, унынья, озлобленья,— Не помни бурь, не помни слез, Не помни ревности угроз! Но дни, когда любви светило Над нами ласково всходило И бодро мы свершали путь,— Благослови и не забудь!
Уже в раннем детстве Некрасов был сильным и смелым, умел и грести, и плавать, метко стрелял из ружья, мог вскочить на любого коня и мчаться на нём во весь дух. Ему было лет семь или восемь, когда нянька вздумала запугать его чертями. Тогда в деревнях верили, что на свете есть черти, домовые и ведьмы.
Некрасов рассказывает об этом приключении так:
Однажды няня говорит: Не бегай ночью — волк сидит
За нашей ригой, а в саду гуляют черти на пруду!
И в ту же ночь пошёл я в сад. Не то чтоб я чертям был рад, А так — хотелось видеть их.
Шлягером русских музыкальных салонов середины ХIХ века стал романс на стихи молодого Некрасова «Что ты жадно глядишь на дорогу». Правда, при этом из стихотворения выбросили половину, а в советском варианте - еще больше. Вся будущая карьера героини Некрасова - Поживешь и попразднуешь вволю, Будет жизнь и полна и легка… Да не то тебе пало на долю: За неряху пойдешь мужика... - в романс не попала. Но и в таком виде он стал одним из шедевров в репертуаре Людмилы Зыкиной.
В передаче о музыке на стихи Некрасова невозможно обойтись без знаменитых «Двенадцати разбойников». Это рассказ Ионушки «О двух великих грешниках» из последней главы поэмы «Кому на Руси жить хорошо». Мы знаем и любим эту песню в исполнении Шаляпина, но я хочу предложить другую версию. На этой пластинке написано: «Первый в России квартет бродяг под управлением Гирняка и Шима». Она записана в Петербурге в 1912 году.

В передаче о музыке на стихи Некрасова невозможно обойтись без знаменитых «Двенадцати разбойников». Это рассказ Ионушки «О двух великих грешниках» из последней главы поэмы «Кому на Руси жить хорошо». Мы знаем и любим эту песню в исполнении Шаляпина, но я хочу предложить другую версию. На этой пластинке написано: «Первый в России квартет бродяг под управлением Гирняка и Шима». Она записана в Петербурге в 1912 году.

В самом начале XX века в России вдруг случился взрыв популярности каторжных и тюремных песен. Этим мы обязаны невероятному успеху пьесы Горького «На дне». В спектакле Московского Художественного театра вор Васька Пепел пел песню «Солнце всходит и заходит». Вот так этот жанр, никогда с тех пор не умиравший, вошел в моду. Квартет бродяг, которые никаким бродягами, конечно, не были, выходил на сцену в соответствущих костюмах. Приспособили к этому репертуару и Некрасова. Во всяком случае более ранние исполнения «Двенадцати разбойников» не обнаружены.
Без Шаляпина мы сегодня все-таки не останемся. «Песня убогого странника». Это из поэмы Некрасова «Коробейники». Музыка Николая Маныкина-Невструева. Я лугами иду - ветер свищет в лугах: Холодно, странничек, холодно, Холодно, родименькой, холодно! Я лесами иду - звери воют в лесах: Голодно, странничек, голодно, Голодно, родименькой, голодно!..

В 1902 году Сергей Рахманинов, написавший к тому времени уже множество романсов, добрался и до Некрасова. Он сочинил кантату на текст стихотворения «Зеленый шум» и назвал ее «Весна». Советские музыковеды очень любят писать о теме весеннего обновления, о том, что кантата очень соответствовала общественным настроениям того времени. Я удивляюсь, где у этих музыковедов уши. Впрочем, их можно понять. Они совершенно забыли о существовании мрачной середины, центрального эпизода этого опуса. Именно его мы сейчас и услышим. Акцент солиста объясняется тем, что запись сделана в Америке, но, положа руку на сердце, это лучшая запись рахманиновской кантаты. Через минуту вы забудете про акцент.
Скромна моя хозяюшка Наталья Патрикеевна,
Водой не замутит! Да с ней беда случилася,
Как лето жил я в Питере… Сама сказала, глупая, Типун ей на язык!
В избе сам-друг с обманщицей зима нас заперла,
В мои глаза суровые Глядит, — молчит жена.
Молчу… а дума лютая Покоя не дает: Убить… так жаль сердечную!
Стерпеть — так силы нет!..

И еще один хит на стихи Некрасова, о котором тоже обычно говорят, что музыка народная - «Меж высоких хлебов». Это не так, у этой музыки есть автор - Николай Александрович Александров. Он положил на музыку стихотворение «Похороны» - вернее, его часть - в 1911 году. Хитом эту песню сделала, конечно же, Лидия Русланова.
Меж высоких хлебов затерялося небогатое наше село.
Горе горькое по свету шлялося и нечаянно к нам забрело...
Жестоко страдая от неизлечимой болезни, Некрасов подводил суровый итог своей жизни:
Скоро стану добычею тленья. Тяжело умирать, хорошо умереть;
Ничьего не прошу сожаленья, да и некому будет жалеть.
Я дворянскому нашему роду блеска лирой моей не стяжал;
Я настолько же чуждым народу умираю, как жить начинал.


Не стану возражать. Некрасова сегодня не читают или читают очень немногие. И все же его гений пребудет с нами вовеки. Его глагол вошел в нашу плоть и кровь. Это больше, чем стихи. Георгий Свиридов. «Весенняя кантата». Ты и убогая, Ты и обильная, Ты и могучая, Ты и бессильная, Матушка Русь! Георгий Свиридов. «Весенняя кантата». Часть IV. Симфонический оркестр и хор Санкт-Петербургской консерватории. Дирижер – Владимир Федосеев.
https://www.svoboda.org/a/30689904.html

В Кремле теряют головы от восторгов по поводу создания ИИ, там подпитывают Путина абсурдными идеями

Случайно ли самого разумного из научно-фантастических и околонаучных искусственных интеллектов, близких к Телу, Анатолия Чубайса, только что отлучили от Власти и отправили без сохранения содержания за счет казны, потому что он устал охлаждать не в меру разгорячившееся от грез о великом будущем тело Всадника без головы. Но кто теперь будет уговаривать Всадника не спешить и городить планы цифровизации? Явно начинается колоссальное и глобальное потепление и помутнение сознания. Прям, как в анекдоте: "Чукотские хакеры взломали деревянные счеты".

Путину явно вешают лапшу на уши, а он и в этом не разбирается тоже. Объясните сначала чем вас не устраивает обычный человеческий интеллект, соединенный с мощными именно индивидуальными персональными компьютерами анализа больших данных? Если вы сделаете даже два ансамбля ИИ цифровизированными с ног до головы, они обязательно через какое-то время передерутся между собой из-за неизбежно разного понимания приоритетов соображения и нескончаемого вранья в статистике. Природа утрясала вопросы ИИ миллиарды лет и получать оргазм от того что мы создали министерство ИИ, даже не наивно

Похоже Соловей прав - уж больно ВВП гримируется показываясь на ТВ, как молодой любовник, и последние выступления - о волонтерах, это о том же старье, что говорилось год-два назад, не может быть волонтера, который бы носил продовольствие старикам годами - они для разовых сочувствий, порывов души, если превращать волонтера в слугу то это будет значить, что власть не желает заниматься какой-то проблемой, а переваливает ее на плечи народа. ИИнтеллект - история очарования им в России с бородой и сегодня она совершенно неактуальна, нет же он вытаскивает ее на поверхность не понимая что она давно никого не привлекает. Международный симпозиум о том, о сем, о том, что России надо бы что-то делать для подъема экономики - о том же старье, и понятное дело это для того, чтобы затягивать решение каких-то проблем надолго, неумение и нежелание работать. Назначение Чубайса внештатным послом для особых поручений вообще сигнал "Пора собирать вещички и драпать на Запад", а Чубайсу карт-бланш готовить кадры для демократических выборов в России, страна и так теряет население из-за провалов в здравоохранении и бегстве интеллектуалов, а тут еще чиновники побегут с семьями и капиталами, кто-то должен заняться переменами к лучшему

Ребята предлагают отменить изучение в школах языков - нам видно никуда больше не придется ездить

Ребята предлагают отменить изучение в школах языков - они им бесполезны, нам видно никогда и никуда больше не придется ездить за границу.К тому же они начнут читать книжки на родном языке, потому что их родной И-нет закроют. А русский язык они не возражают учить и дальше, только предлагают называть русским новоязом (это при том, что конечно никто из пацанов Оруэлла не читал и о нем не слыхивал), это тот язык на котором они сейчас разговаривать и который состоит на 50% из каких-то английских слов и буковок, которым в России все-равно уже придали свое русское значение. И иностранцев мы теперь только в кино будем в качестве шпионов рассматривать, и ни с кем из этих чужеземцев никогда не разговаривать.

А тем кто будет пытаться что-то там вякать на чужих языках, присваивать звание " молодой иноагент 007 с поражением в правах"! И машины на наших дорогах будут нашими отечественными типа "Москвич-402" повышенной проходимости. И учиться им надо будет выращиванию картошки на огородах
.

Без матюков было бы не так интересно

https://zen.yandex.ru/media/baykislujba/flot-eto-v...rdina-5fe731da9c06f6134f76417f
Э. Овечкин
- Эдик, пошли гидравлику грузить, нам привезли тонну почти!
Андрей Борисович стоит в дверях моей каюты и сверлит меня взглядом. Чувствую это спиной, так как делаю вид, что крепко сплю. А вдруг отстанет.
- Эдикбля!!! Олрайт, значит так не удастся откосить.
- Борисыч, - говорю, садясь на кровати, - ну какая гидравлика? Ну я же люкс в БЧ-5, ну посмотри на мои пальцы, я ж, как музыкант по кнопкам должен: - чувствовать подводную лодку.!!

Борисыч скатывает в тугой шар ватник, который он держит в руках и как жахнет мне его в грудь,- чуть рёбра не сломал, гад:
- Вот Ваш фрак, маэстро!!! Публика ждёт на бенефис и нервно волнуется. Пошлибля. Нет никого, только мы с Толиком. А вдвоём у нас пупки развяжутся!
- А так у нас втроём пупки развяжутся и вам не так обидно будет?

А на дворе как раз весна началась. Ну, в смысле, где-то в Севастополе она уже, наверняка, началась, а у нас март - один из самых противных месяцев. Солнце появляется и это, конечно, хорошо, но вот морозы ещё не уходят, а ветра сильные уже пришли. Так что даже сморкаемся сосульками. Одеваю водолазное бельё, робу, ватник, ботинки - шапку и варежки беру под мышку. И этакой вот каракатицеобразной матрёшкой бреду в центральный пост. В центральном меня ждут Борисыч и мичман - компрессорщик Толик.
- Чё так долго-то?
- Да думал, что без меня начнёте.
В составе дружного трио ползём наверх. Первым идёт Толик и застывает, при выходе из рубки:
- Глядите, - говорит, - картина "старик и море"!
Глядим: на корне пирса стоит управленец ГЭУ, тоже Борисыч, и писает в залив.
- Борисыч!!! - кричит ему Андрей, - Смотри осторожней, а то русалки за струю в море утащат!!!
- Не утащат! Они ж хохлов не таскают - от нас чесноком пахнет всё время. Это вас, кацапов, за милую душу!
- Мы же бульбаши!!! - кричим мы с Толиком, а наш Борисыч не кричит - он из Питера.
- Ага, - улыбается Борисыч, которые не наш, - особенно Эдик бульбаш! Такой же, как Хафизыч, только глаза пошире!!
- А давайте его отпиздим!!! - предлагает Толик, - заодно и разомнёмся!!!
- А кто вам реакторами будет в море управлять, короли говна и пара, а? - резонно парирует не наш Борисыч.

Тут он, сука, прав. Самый грамотный управленец в дивизии. Чуть что - зовут его. На стержнях реактора, как Паганини - что хочешь сыграет. Образно выражаясь, конечно.
- Давай это...помоги нам лучше! - забрасываю я пробный шар.
- Да щас! Бог - поможет! Я же офицер военно-морского флота, а не грузчик!!
Ладно, идём на пирс. У трапа стоит огромный овчинный тулуп в валенках. На тулупе висит автомат, а внутри тулупа торчит верхний вахтенный матрос. Возле него лежат и ждут наших ласковых касаний четыре двухсотлитровые бочки с гидравликой. Курим. Ходим вокруг бочек. Пинаем их ногами. Бочки продолжают равнодушно лежать.
- Может чая пойдём попьём? - сооблазняет Толик
- Не, надо грузить, а то стемнеет скоро.

Покурили ещё. Поняли, что бочки сами себя не загрузят и надо браться за работу. Раскрутили боковые поручни у трапа, соорудили наверху подобие блока из подручных материалов и кое -как закатили бочки на палубу. Открыли приёмный лючок.
- Ты систему подготовил? - на всякий случай уточняет Борисыч у Толика.
- А то. Готова, как девственница в первую брачную ночь!

Начинаем заливать бочки внутрь подводной лодки. Гидравлика замёрзла и течёт неохотно, тоненькой и ленивой струйкой. Мы с Борисычем поддерживаем бочку с боков, чтоб она не кульнулась, а Толик - сзади, чтоб тоже типа что-то делать. Из дивизии приходит командир, подходит к нам и молча стоит любуется на нашу слаженную работу. Конечно это красиво, когда два человека с высшим образованием и один со средне-техническим заливают гидравлику из бочек внутрь. Минут пять стоял молча, потом вздохнул:
- Ну что: ебётесь?
- Ну, - говорим
- А хотите по-настоящему?- улыбается командир
- Не-не-не-не-не!!!! - дружным, слаженным коллективом отвечаем мы.
- Так, ты! - показывает командир на меня пальцем, - подойди - ка ко мне.

Выполняю приказание. А он каааак даст мне в пузо кулаком.
- Ураааа!!! - кричит Борисыч, - наконец-то можно младших по воинскому званию бить!!!
И отвешивает оплеуху Толику.
- Только мне! - уточняет командир, - Эдуард, почему ты меня, своего родного командира, обманул?
Прокручиваю в голове свою почти двухлетнюю службу.
- Сан Саныч, - говорю официальным тоном, - соизвольте объясниться! Ни разу за всю свою жизнь я Вас обмануть ещё не успел!
- А кто мне говорил, что он флотская сирота и родственников у него в штабах нету?
- Я говорил. Так ведь и нету: мать у меня медсестра в Борисове и отец хуй знает где в Челябинске.
- Да? А почему тебе министр нашей обороны звание капитан-лейтенанта досрочно присвоил?
- Какой министр? Какое звание? - хлопаю ресницами.
- Ну приказ пришёл в дивизию, что тебе министр обороны присвоил очередное воинское звание досрочно и требует, твоего явления в Североморск послезавтра, чтоб он тебе погоны мог лично вручить, в связи с твоей охуенностью. Так что собирайся.
- Так а чё тут собираться, - говорю, - два месяца зарплату не платят - я до Североморска точно не доберусь никак.
- Придумаем, что-нибудь. Там, вроде, с флотилии машина пойдёт, пристроим тебя на хвост.
Ну пристроили. Ехали из одиннадцатой, вроде, дивизии ещё один геройский старлей-спецтрюмный и его командир на УАЗике дивизионном. Ехали весело: у УАЗика не работали дворники и водитель останавливался каждые двадцать-тридцать километров, выскакивал протирать лобовое стекло. Это же атомный флот бля, а не автобат - правильно? А ещё мы всю дорогу были возбуждёны и хотели выпить, но одёргивали себя, что мол надо терпеть, а то, вдруг министр целоваться полезет.

Ну доехали до ДК Северного флота. Чуть не опоздали, между прочим. Бежим в зал, волнительно открыв рты. На входе прапорщики:
- Сдайте, - говорят, - фотоаппараты.
- Что? Что сделать??? - прямо бровями поднял фуражку командир лодки.
- Фотоаппараты запрещено с собой брать. Для безопасности.
- Чтобля? Я - капитан первого ранга, командир атомной подводной лодки Северного флота! Это - дворец культуры того же самого Северного флота!!!! Вы охуели, что ли совсем тут?
Ну мы, конечно, с другим старлеем давай его успокаивать и дёргать за рукава с обеих сторон. Волнуемся за свои досрочно полученные звания, наверное. Уговорили его, сдали фотоаппараты - даихуйсними, заходим в зал, садимся. Лётчики кругом, пограничники, надводники ну и, как всегда, больше всего крыс тыловых. Даихуйсними тоже! Начинается. И выходит на сцену..мать моя женщина, так этожы Черномырдин Виктор Степанович !!!
Он-то нам погоны и вручал. Министр обороны просто стоял сзади и хлопал в ладоши, а потом руки всем жал. Некоторые потом говорили, что был он выпивши, но я лично этого не заметил. Из моряков меня первого вызвали, просто, видимо, случайно. Выхожу. Овации вокруг - прям хоть бери и стесняться начинай. Виктор Степанович вручает мне погоны, жмёт руку и спрашивает:
- Ну как служится-то? Надёжно ли защищены наши рубежи?
- Да нормально, - говорю - рубежи неприступны!
- А у вас, - говорит Виктор Степанович, - такие звание смешные. Читаю вот в приказе Вашем "Старшему лейтенанту присвоить звание капитан минус лейтенант". Как это, говорю, товарищи, - капитан минус лейтенант и есть же старший лейтенант. А он ( и показывает за спину на министра обороны) надо мной смеётся!
- Вот гад, - сочувствую, - только Вы ему не говорите, что я так сказал!
- Не скажу! Потом на балу ещё поговорим!

Ёпт! Так ещё и бал будет? А может они с собой и принцесс из Москвы каких привезли, для отличившихся офицеров! Ещё прямо радостнее на душе стало: я ибал принцесс, - потом же всем можно рассказывать, не особо лукавя душой!
Но на фуршет с балом мы не смогли остаться - в дивизию затребовали срочно вернуть единственный УАЗик.

Решили сами себе устроить фуршет и бал. Спирт у нас с собой был, скинулись на троих и купили банку килек в томате, батон и пачку сосисок. Водитель нам банку тушёнки ещё подогнал Заехали на ядерную свалку по дороге в Заозёрск и давай там быстро напиваться. Сторож к нам пришёл:
- Чего это вы тут, ребята?
Ну рассказали ему что, да как.
- Погодьте, - говорит, - я вам счас хоть сала с лучком принесу.
- А принцесс, - спрашиваем, - нет у тебя случайно тут?
- Не, -смеётся, - только радиоактивные крысы и собаки.

Ну а что за бал без принцесс, я так себе думаю, - просто пьянка же. Да и фуршет без канапе и шампанского в высоких бокалах тоже, вроде как, уже не фуршет, а просто пьянка.
Поэтому просто пьянкой на радиоактивной свалке мы и отметили вручение нам погон Виктором Степановичем Черномырдиным.