Константин (Кирилл) Михайлович Симонов родился в Петрограде 28 ноября 1915 года. Из автобиографии известно: "Детство и юность прожил в Рязани и Саратове. Отец (отчим. — Прим. В.В.) был военным, и многие мои воспоминания той поры связаны с жизнью и бытом военных городков и командирских общежитий". Страсть к литературе от матери. Она с детства любила поэзию, наизусть знала почти все стихи наших гениев — Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Тютчева…

В 1930 году Симонов, окончив семь классов трудовой школы, пошёл учиться в фабрично-заводское училище металлистов, где приобрёл первую в жизни профессию: стал токарем по металлу. В 1935 году опубликовал первые стихи. В 1938-м поступил в Литературный институт.

Его по праву считают самым знаменитым стихотворением времён войны, а может, и всего советского периода истории страны. Симонов написал его летом 1941-го в Переделкино, на даче у Льва Кассиля, во время своего короткого отпуска. Печатать сперва не хотел: слишком личное "письмо с фронта", и адресат один — актриса Валентина Серова. В чём убежден был всю жизнь. Тем не менее читал друзьям. Они стихотворение переписывали, и оно быстро расходилось. Потом предложил редактору армейской газеты. Тот печатать отказался: нужно героическое, а тут сплошная лирика. А когда стихотворение опубликовали в "Правде", оно немедленно стало самым читаемым на фронте и в тылу. 

Литературовед Мариэтта Чудакова так описывает этот эпизод из жизни Симонова: "Он прочёл в армейской газете редактору и потом вспоминал об этом. “Может, опубликуете?” — “Нет, опубликовать нельзя, нужно что-то героическое, а не интимно-лирическое”. Так же сказал редактор “Красной звезды”… В этом суть была советского времени, когда отдельная личность что-то брала на себя, и редактор “Правды” Поспелов решил напечатать, рассчитал что-то, и оно сразу стало популярным".

Настолько, что пережило автора, и во время Афганской войны наши ребята читали его, не зная, кто автор пронзительных строк, и в израильской армии его переложили на музыку, и существует легенда, что немцы, читавшие "Правду", перевели стихотворение на немецкий и выдавали за сочинение какого-то их армейского лейтенанта, которой погиб от обморожения под Москвой, но успел послать последнюю весточку жене в небольшой город под Лейпцигом.

Самыми востребованными оказались идеологически актуальные произведения, отмеченные высокими государственными наградами именно за их идеологическую актуальность: пьесы "Русский вопрос" (1946. Государственная премия СССР, 1947); "Чужая тень" (1949. Государственная премия СССР, 1950); книга стихов "Друзья и враги" (1948. Государственная премия СССР, 1949).

 

В начале марта 1953 года главный идеолог скончался на своей ближней даче, и в стране начались перемены. Шестикратный лауреат Сталинской премии Константин Симонов вызвал гнев нового правителя СССР Н.С. Хрущёва своей декларацией, опубликованной в "Литературной газете". О том, что советская литература обязана воспеть "величайшего гения всех времён и народов Сталина" и нет у неё иной задачи. Позже о Сталине он скажет: "Велик, но страшен".

Симонова сместили с поста главного редактора "Литературной газеты" и почти приговорили к забвению, но не случилось: слишком крупной фигурой был ещё сравнительно молодой, талантливый и чрезвычайно работоспособный Константин Михайлович. Значительно раньше, ещё при "величайшем гении", причиной опалы, а то и более трагических последствий, могло стать само происхождение Симонова: он в двадцать втором поколении — прямой потомок Рюрика, основателя царской династии. Он, конечно, о своём аристократическом происхождении знал, но ничего про это никому не рассказывал, и только из книги "Глазами человека моего поколения (Размышления о Сталине)", вышедшей уже после его смерти, стало очевидно, что его мать, Александра Леонидовна, из семьи князей Оболенских.

Начало романа с Валентиной Серовой датируется годом 1940-м. Валя Половикова (девичья фамилия) год была замужем за выдающимся лётчиком, героем гражданской войны в Испании, Анатолием Серовым. 11 мая 1939 года, в годовщину их свадьбы, Анатолий погиб во время испытания новой летающей машины. Осенью того же года молодой поэт и драматург Константин Симонов стал ходить на все спектакли Театра имени Ленинского комсомола, в которых была занята актриса, уже известная широкой публике по фильму "Девушка с характером".

Прочитал книгу поэта и Сталин и об этой книге сказал: "Напечатать надо было в двух экземплярах: для него и для неё". Тем не менее тираж превосходил многие тысячи экземпляров, весь немедленно расходился, на фронте и в тылу стихи переписывали от руки, и, если бы Константин (Кирилл) Михайлович Симонов за всю свою жизнь написал одну только эту тонкую книгу, то и тогда бы остался навсегда одним из самых известных советских поэтов…

"Жди меня" читает Константин Симонов в Берлине 7 мая 1945.

Д.Хворостовский

Поэт и актриса сыграли свадьбу в 1943 году. Несколько лет жили счастливо в огромной квартире на бывшей улице Горького в Москве, наполненной голосами многочисленных гостей, задушевными песнями и звоном бокалов. Он брал жену в поездки за границу, куда его, крупного общественного деятеля, отправляли наводить культурные мосты между страной мрачного тоталитаризма и бурно развивающегося послевоенного капитализма.


Однажды приехали в Париж, и там состоялась встреча Симонова с Буниным, чтобы Иван Алексеевич вернулся в Россию из опостылевшей эмиграции. И вроде Бунин согласился, но, уловив момент, Серова ему на ухо шепнула: "Иван Алексеевич, ни в коем случае!" И Бунин в Россию не поехал, а предостережение Серовой, по счастью, не стало достоянием "литераторов в штатском", а то бы точно либо в лифте застрелили, либо устроили автокатастрофу с её любимым кабриолетом, который она сама и водила…

А потом она начала пить. От одиночества, от того, что почти не стало ролей, что красота её поблекла, что муж постоянно в каких-то разъездах, что маленькая дочка всё чаще живёт у бабушки, что любви такой, какой была прежде, давно уже нет, что грубый реализм происходящего сильнее её прежних романов… И он ушёл после пятнадцати лет совместной жизни, выразив свой уход в печальных стихах, в которых уже не было ни прежней силы, ни прежнего лиризма…

 

В период с 1958-го по 1978-й написал свою лучшую прозу — цикл повестей "Из записок Лопатина". Получил Ленинскую премию за трилогию о войне "Живые и мёртвые". Используя своё высокое партноменклатурное положение "пробил" в печать последнюю прижизненную авторскую редакцию романа М.А. Булгакова "Мастер и Маргарита". Его очевидная заслуга и в том, что к читателю вернулись романы Ильфа и Петрова и вышел в свет хэмингуэевский шедевр "По ком звонит колокол". Он встал на защиту Лили Брик, исключённой "чиновниками от литературы" из описаний жизни Владимира Маяковского.

В те же годы по его инициативе опубликован полный перевод пьес Артура Миллера и Юджина О'Нила. Много сил отдал "пробиванию" "неугодных спектаклей" в самых популярных театрах 1960-х — 1970-х годов: "Современнике" и Театре на Таганке. Известно и участие Симонова в сложной творческой судьбе кинорежиссёра Алексея Германа, первая картина которого "Двадцать дней без войны" поставлена по одной из повестей "Из записок Лопатина", и в судьбах многих других кинематографистов, художников, литераторов.

Получал сотни писем, но не было ни одного, на которое он не ответил. С добротой и сочувствием оценивал "пробы пера" сотен людей, и они, поддержанные Симоновым, писали военные мемуары. "Всё сделанное" — десятки томов, хранящихся в ЦГАЛИ. Хорошие и умные люди собрали в этих томах его огромное общественное наследие: "тысячи писем, записок, заявлений, ходатайств, просьб, рекомендаций, отзывов, разборов, советов, предисловий…"

В 1978 году К.М. Симонову оставалось жить всего лишь год. Острейшим чутьём большого художника он предвидел, что будет дальше, какие шумные дискуссии с множеством сломанных копий организуют потомки вокруг его жизни и творчества. Он написал: "Если о времени, когда ты не печатался или только начинал печататься, можешь рассказать только ты сам, то обо всём последующем в жизни писателя говорят главным образом его книги". Он навсегда остался человеком, жизнь и судьба которого "таит в себе многие не до конца раскрытые пласты смыслов".