Старшее поколение всунуло в руки младшему поколению компьютеры и теперь замирает в праведном гневе:

 

"Да что же это делается?"

 

 

Мы все меньше хотим создавать семью и все больше — жить соло, себе в удовольствие. Демографы разводят руками: если так пойдет и дальше, то свой 30-й день рождения без штампа в паспорте встретит каждый третий. Но молодых людей это совсем не смущает. Пускай в их возрасте родители выбивали путёвки в Крым, переезжали на кооперативные квартиры и устраивали своих чад по яслям — сегодня на исходе третьего десятка жизнь только начинается.

 

Раскроив XX век на пять периодов, Уильям Штраус и Нил Хоув отдали последнее 20-летие в распоряжение поколению Y, которое вскоре стали называть «поколением миллениума», так как первые шаги этих молодых людей совпали с началом нового тысячелетия. О миллениалах за последние годы мы выучили примерно всё: изрядной долей ценностей они обязаны поп-культуре, рекламе и масс-медиа; переход во взрослую жизнь они оттягивают; самооценка у них завышенная; жить ради других они просто неспособны; каждый считает именно себя центром Вселенной. И да, именно они сейчас гробят показатели рождаемости в развитых странах.

 

 

12 годами позже, благодаря стараниям Евгении Шамис, создателя проекта RuGenerations, игреки нашлись и в России. Повзрослевшие в эпоху открытых контактов с Западом, игреки на самом деле обнаруживают немало общего с американскими или немецкими сверстниками, вплоть до ностальгии по кассетникам, тетрису Марио и клипам Prodigy. К тому же интернет мгновенно доказал им, что порой найти понимание у заграничного друга проще, чем у сидящего за стенкой родителя.

 

Проблему «недорослей» любят приписывать исключительно западным обществам. Как ни крути, а быть взрослым американцем дорого и хлопотно: будь добр выехать из родительского жилья, обзавестись двухдверным холодильником, машиной, садовником и депозитом в банке. В то же время типичный для России институт заботливого родительства позволяет считаться взрослым, даже если ты делишь комнату с младшим братом и кошкой. Но облегчает ли отсутствие материальных преград прощание с вечной юностью? Или экономическая подоплёка является лишь отговоркой, скрывающей психологические мотивы, общие как для нас, так и для них?  

 

Как ни крути, а быть взрослым  дорого и хлопотно: будь добр выехать из родительского жилья, обзавестись двухдверным холодильником, машиной, садовником и депозитом в банке. 

 

 

Познай самого себя. Будь собой. Оставайся верным себе. Под лозунгами индивидуализма миллениалы победили традиционный брак и поменяли отношение к одиночеству. Не то чтобы раньше сингл не имел права на своё маленькое одинокое счастье — имел, но всё-таки был вынужден мириться с фактом, что в мире, где большинство подчиняется библейскому принципу «каждой твари по паре», существует только один официальный вариант отношений. Зелёный свет жизнь для себя получила, как только ослаб авторитет общественного мнения. «Тебе не нужно их одобрение», — так крупнейший теоретик поколения игрек Джин Твендж озаглавила первую главу своей книги Generation Me: Why Today’s Young Americans Are More Confident, Assertive, Entitled – And More Miserable Than Ever Before.

 

«А что же тогда нужно?» — задумалась Твендж и принялась задавать вопросы студентам в возрасте от 15 до 25 лет. Эти вопросы звучали примерно так:  считаете ли вы себя неординарной личностью? считаете ли вы, что если бы миром управляла ваша воля, то он был бы идеальным местом? считаете ли вы себя хозяином своей жизни? любите ли вы быть в центре внимания? Юные подопытные с готовностью отвечали на них утвердительно, не видя резона в лукавстве, и тут же попадались на удочку, демонстрируя ключевые характеристики нарциссической личности, а именно: авторитарность, стремление к превосходству и демонстрации себя, тщеславие, замашки эксплуататора и самодостаточность. Потратив 27 лет (с 1982 по 2009 год) на изучение подобных анкет, Твендж пришла к выводу, что за это время количество «абсолютных нарциссов» , ответивших утвердительно на все провокативные вопросы, выросло почти вдвое, с 19% (каждый пятый) до 30% (каждый третий).

 

Большой город — грандиозная площадка для творческих и экзистенциальных экспериментов, а не место для уютного гнёздышка. Именно с развитием мегаполисов немецкий философ Георг Зиммель связывал становление индивидуальности как таковой, освоение индивидом целого моря новых возможностей и сексуальное раскрепощение. Высвобождение сексуальности в амбивалентной, анонимной атмосфере большого города становится своего рода коллективным фантазмом, которому миллениалы почти век спустя дарят вторую жизнь, используя доступные им высокие технологии: мобильные приложения для дейтинга (Pure, Tinder), обещающие найти партнёра для секса мгновенно и без лишних усилий. Ведь к чему медлить и затрачиваться там, где «ключом к счастливой жизни» (дословная цитата из манифеста Pure) являются именно «разнообразные взаимодействия с людьми, сексуальные, эмоциональные, психологические и духовные»?

 

Под лозунгами индивидуализма миллениалы победили традиционный брак и поменяли отношение к одиночеству. 

 

  

 

Появившись на свет в мире секуляризованной сексуальности, миллениалы привыкли верить, что секс — это базовая человеческая потребность и без познания своей интимной природы мы далеко не уйдём. На смену классическому свиданию пришло то, что Твендж обозначает английским глаголом «hook up» (подцепить). Этот ритуал подразумевает под собой быстрый секс без обязательств между двумя или несколькими случайными знакомыми или приятелями (практикующими так называемую «дружбу с пользой»). Табу на секс до брака, полигамию, гомосексуальный опыт и экспериментирование с различными сексуальными техниками для миллениалов просто не существует, ведь как ты можешь понять, что это тебе не нравится, если ты этого ещё не попробовал?

 

Впрочем, вопреки всему сказанному исследователи отмечают, что миллениалы склонны сохранять высокий идеал брака и просто не торопятся повторять ошибки своих родителей, на долю которых выпал самый высокий процент разводов. Брак по закону жанра должен завершить сагу о герое, совершившем подвиг. При этом спутник жизни должен быть поистине мультизадачным: и лучшим другом, и идеальным партнёром, и заботливым родителем, и просто симпатичным человеком. Проблема заключается только в одном: таких людей не бывает. И каждый, кто настроен на создание серьёзных отношений, это понимает. Закономерен вопрос: а не стоит ли за идеализмом миллениалов пустая отговорка, ловко маскирующая отсутствие заинтересованности в серьёзных чувствах как таковых? И что вообще такое любовь в понимании людей нового тысячелетия?

 

В 1954 году американский психолог Абрахам Маслоу представил миру модель мотиваций, вошедшую в историю под именем пирамиды Маслоу. В основание пирамиды он поместил такие базовые потребности, как пища, отдых, безопасность, а у вершины расположил потребности более высокого уровня, которые возникают лишь в том случае, если удовлетворены первые. Признавая любовь и уважение близкими по значимости, Маслоу вписал их в самый центр пирамиды, правда, с небольшой поправкой: для любви он нашёл место ближе к основанию пирамиды, таким образом утверждая, что чувства к другим предшествуют мыслям о себе. Эгоцентризм мировоззрения игреков с лёгкостью поставил детище Маслоу с ног на голову, в соответствии с принципом «прежде чем любить других, полюби самого себя».

 

Ведь миллениальный мир — это галактика, зацикленная вокруг светила под именем Я. Отсюда вывод: в рамках этого мира есть только один абсолют — собственная личность. Всё остальное — лишь её спутники, которые мгновенно слетают с орбит, как только перестают вращаться вокруг главного светила. То же самое и с чувствами. Они существуют в жизни миллениала лишь до тех пор, пока они вписываются в сценарий личностного развития героя или в его представления об идеальных отношениях. Довольствоваться полумерами — удел полуличностей.

 

Вопрос о том, как патологическая зацикленность на себе меняет сексуальность, остаётся открытым. Ясно одно: трансформация эроса непосредственно связана с механизмами компенсации, которые запускаются психикой в ответ на нанесённые нашему эго травмы. И здесь игреки доказывают, что по праву являются коренными жителями цифрового мира. Всё чаще преодоление проблемной ситуации происходит не в реальном мире, а в виртуальном.

 

Табу на секс до брака, полигамию, гомосексуальный опыт и экспериментирование с различными сексуальными техниками для миллениалов просто не существует, ведь как ты можешь понять, что это тебе не нравится, если ты этого ещё не попробовал?

 

 

 

О «синдроме целибата» как контрреакции на традиционный брак впервые заговорили в Японии. Согласно данным, опубликованным The Guardian, 61% мужчин и 49% женщин в возрасте 18–34 лет не состоят в романтических отношениях, а около трети не имеют никакого сексуального опыта. Для обозначения молодых людей, которые, как правило, живут вместе с родителями и не очень охотно покидают стены дома, придумали специальный термин — их называют паразитами-одиночками, указывая на то, что в комплекте с сексуальным воздержанием парасайто сингуро практикуют и социальную изоляцию. На вопрос, почему реальным отношениям (пускай даже неоформленным) они предпочитают одиночество, узники своих комнат наверняка расскажут вам какую-нибудь чувствительную историю о несчастной любви, поражении в работе или учёбе, подвигнувших молодых, но вполне уже взрослых людей к тому, чтобы сузить большой и страшный мир до пределов четырёх стен. Заменив реальные путешествия «Дотой», а секс с девушкой из плоти и крови — порно.

 

Проблемы японских одиночек-асексуалов подкрадываются к нам быстрее, чем мы думаем. Результаты третьего Национального исследования сексуальных отношений и образа жизни в Великобритании позволяют с уверенностью говорить о спаде сексуальной активности европейцев за последние десять лет (6,2 сексуальных контакта в месяц в 2004 году против 4,8 раза в 2014-м). Принимая во внимание, что за это время было сделано достаточно много на благо раскрепощения населения, ситуация выглядит довольно странной. А учитывая то, что причиной закрепощения населения стали социальные сети и интернет, которые несколькими годами ранее спровоцировали экспансию хук-апа, так и вообще абсурдной.

 

Репортаж Vice о кризисе сексуальности среди японской молодёжи