Михаил Веллер 27 декабря 2015 года
А.Нарышкин
― 17 часов и 6 минут в российской столице. Добрый вечер! В эфире радиостанции «Эхо Москвы» программа «Подумать только». Вы слышите Алексея Нарышкина. Алексей Нарышкин – я, в смысле здесь. А Михаил Иосифович Веллер где-то там и по Скайпу сегодня будет вместе со мной, вместе с вами. Добрый вечер, день!
М.Веллер
― Я совсем рядом, я в незалежной Эстонии. Я поздравляю всех, кто принимает эти поздравления. С прошедшим, но еще не кончившимся римским рождеством, которое отмечает значительная часть христиан. Я всегда полагал, что лучше дважды отметить рождество, чем ни одного раза. Праздник это неполитический, веселый. А вот сейчас кончается год, я готов ответить на вопрос и могу начинать без вопросов по этому году.
М.Веллер:Оппозиция, в умственные качества которой трудно верить,должна иметь конкретную картину устройства страны
Q?
А.Нарышкин
― Давайте все-таки я вам первый, направляющий такой вопрос задам. Я напомню, что, действительно, Михаил Веллер, отвечает в этой программе и на ваши вопросы, которые вы присылаете перед эфиром на сайт и вопросы, которые вы можете присылать по ходу нашего эфира. Телефон для sms: +7 (985) 970 45 45.
Юлия Латынина
Юлия Латынина
Радиостанция "Эхо Москвы" echo.msk.ru
Интервью
Перед нашей передачей мы с вами поговорили, и вы изъявили желание подвести некие итоги года и почему-то начать с того, что этот год был объявлен в России годом литературы. Скажите, пожалуйста, Михаил Иосифович, почувствовали ли вы за последние полгода, за последние месяцы какой-то повышенный интерес к литературе среди россиян? Может быть, условия писателей изменились в нашей стране.
М.Веллер
― Я бы сказал как писатель, с чувством глубокого удовлетворения я отмечаю еще раз, что поэт в России больше, чем поэт, а литература в России больше, чем литература, потому что на моем веку – с 1948 года – не было времени настолько насыщенного и, простите великодушно, настолько концентрированно катастрофического как 2015 год от Рождества Христова на территории Российской Федерации. Потому что когда разнообразные негативные события масштабом от среднего до весьма значительного начинают сближаться друг с другом по времени, это означает, что события растут по экспоненте. И мы вами вступает в год 2016-й, чреватый потрясениями, чреватый катастрофой, поэтому следует всем пожелать доброго здоровья, крепких нервов и позитивного мировоззрения, не говоря о личном благополучии.
Что же касается конкретнее года литературы, я когда-то сам сформулировал — и это даже висело в Москве на все столбах, и друзья издевались надо мной: «Мишка, это ты придумал слоган «Читайте книги!»? — Читайте книги!» — было внизу, а наверху было мое: «Литература – это главное в твоей жизни, выраженное словами». Так вот, выражаясь словами, даже последний месяц… этот «закон о расстреле 9 января», как я его называю, который, в сущности… Ладно, мы погодим про законы, все-таки мы вернемся к литературе.
Видите ли, книг больше выходить не стало, их продолжает выходить меньше. Магазинов больше не стало, количество магазинов продолжает сокращаться. Лотков больше на улицах не появилось, их как закатали в асфальт, так их осталось, наверное, штук 15 на весь московский мегаполис, а в остальных городах их вообще не найдешь.
Что же было? Притом, что очень высокие цены на полиграфию, мировые цены на бумагу и так далее. Здесь еще с падением рубля полиграфия вернулась в Россию, потому что еще недавно было выгодней печатать не только в Финляндии, но и в Италии. Это получалось качественнее и одновременно дешевле. Сейчас, все-таки на рубли дешевле у нас. Так вот, были грандиозные мероприятия, были форумы, были круглые столы, в которых и я принимал участие. Да, конечно. Думал ли я совсем молоденьким парнишкой, ходя в школу в Забайкалье, что я когда-нибудь будут рассказывать о своих книгах на Красной площади у Кремлевской стены? Да ни в жизнь! Я там был, разумеется, не один. Там за эти несколько дней фестиваля, прошло, видимо, полтора десятка, скажем, писателей, но, тем не менее, это было мощное действо.
И был недавно культурный форум в Санкт-Петербурге, на который только из-за поездки не успел. И были книжные ярмарки. Но это пар в свисток! Это такая красивая ария под окном благородной доны. Но у кавалера от этого не прибавилось ни красоты, ни храбрости, ни серебряных эскудо в дырявых карманах. Вот вам весь год литературы. Но, если брать все, чем он был богат, это, конечно, ужасно…
А.Нарышкин
― А можно я, Михаил Иосифович, вам все-таки возражу насчет литературы? Согласитесь, ведь вы сами говорите, что те же выставки привычные, они сохранились. И отсылка к тому, что стали, например, покупать меньше книг печатных и исчезают ларьки – это же не показатель того, что россияне меньше читают. Просто интернет, век информационных технологий, и многие читают, например, электронные книжки или читают те же книги с экранов своих айпадов, ноутбуков и так далее.
М.Веллер
― Первое: россияне меньше читают как в совокупном электронном виде вообще, так и в бумажном в частности. Второе: год литературы должен был бы отмечен тем, что государство, коль оно объявило год литературы, помогает именно литературе, а именно: чтобы книги доходили до граждан, чтобы они продавались прямо у остановок транспорта, у мест работы, в коридорах на пару часов лотки разворачивались около обеденного перерыва; чтобы вся книгоиздательская вертикаль, а именно: стоимость бумаги, — если они идут именно на художественную литературу, — стоимость типографских услуг, торговцы – освобождались бы от НДС хотя бы на несколько лет. А если цены были бы ниже, то люди книг покупали бы больше. Потому что денег у людей не хватает. Но налоги – это святое! – как говорила Драпеко еще год назад на круглом столе в думе, что «как только мы говорим о налогах, нам сразу по рукам – Эть! – не тяни грязную лапу!»
М.Веллер:Верная чеченская «путинская пехота» тоже должна способствовать государственной стабильности
Q?
Так что это все, к сожалению, называлось в Советском Союзе показухой. А вот, что не показуха — это вся огромная жизнь. Потому что, на мой взгляд, самый богатый, самый философский литературный сюжет 2015 года – это невероятная романная и романтическая история Льва Шлосберга. Сначала, как он выступал за… ну хотя бы отдание воинских почестей погибшим солдатам, погибшим, исполняя приказ, исполняя долг, потому что для солдата приказ и присяга – это всё; чтобы их хоть хоронили по-человечески, чтобы люди могли прийти и склонить головы, не так вот тайно… Потом его исключили из Псковской думы. И вот, если кто вздумает посмотреть этот часовой ролик исключения Шлосберга из думы – это производит тяжелейшее впечатление, потому что эти депутаты псковские – они плоть от плоти псковского народ. А этот народ – вся область – давно нищая, обанкрочена, все слито в офшор и так далее. Если вы депутатов прошерстите, и у кого хоть какое-то нарушение – вы его арестуете с конфискацией и люди изберут новых – то ужас в том, что народ опять разделится на народ и тех, кого обворовывают; и новые депутаты не будут отличаться от старых. То есть менять надо всю систему. Это первая часть.
А вторая часть об этом говорит также – это как Шлосберг не стал председателем партии «Яблоко». Но все понятно. Конечно, если бы Григорий Явлинский стал президентом в 96-м году, на что, конечно, у него было больше шансов, чем у Ельцина, если бы кампанию ориентировали на него, а не на Ельцина, то история страны пошла бы иначе. Но, промеж этой так называемые элиты – вы знаете, у нас называется элитами то, что во взбаламученной годами взвеси всплывает наверх, почему эта всплывшая фракция называется «элиты»? – ну, по недоразумению, не буду называть ее никак иначе – так вот, тогда элиты должны были бы расставаться со своим наворованным многомиллиардным добром. Никой Явлинский не нужен.
У меня нет никаких оснований подозревать Явлинского в чем бы то ни было плохом; но ходят сплетни уже 20 лет, что на чем-то его жестко сломали и объяснили, что партию будет существовать чисто номинально. Ей дадут жить, ей будут давать пару мест где-нибудь, ей будут подбрасывать какие-то деньги. А иначе, кто его знает, что может случиться? Все может случиться. И не избрали Шлосберга, который правильно сказал, что если есть партия, ее задача – пройти в думу. И создать свою повестку дня, и разработать свою программу переустройства страны, добиться реализации этой программы, взять власть, завоевать всенародную поддержку. Я думаю, что такую партию у нас бы быстро уконтропупили на взлете. Это называется стендовая стрельба по тарелочкам.
А.Нарышкин
― Извините, пожалуйста, но получается, что хорошо, что Шлосберг не стал во главе «Яблока», потому что партию бы уконтропупили, и она ушла в подполье, а там мы с… госпожой, которая теперь возглавляет «Яблоко» — она будет в легальном поле и будет бороться на думских выборах в следующем году. Разве это плохо?
М.Веллер
― Разумеется, она никогда не будет бороться, потому что как только будет чем-то пахнуть, она будет все возможные выборы сливать в унитаз. Точно также, когда был реальный шанс провести официальным голосованием Навального в мэры Москвы, то «Яблоко» рогом уперлось, чтобы говорить, что он фашист, что за него голосовать нельзя. И хотя любому было понятно, что у Митрохина нет ни одного шанса из миллиона, и что «Яблоко» своей политикой только дробит на части электорат и мешает избираться Навальному, – они этого никогда не признают. То есть, к сожалению, это имитация деятельности. Вот такие благородные люди в 17-м году прогадили Россию. И пришли жесткие целенаправленные большевики. Так что все это горестная история – эта симуляция деятельности, потому что сейчас «Яблоко» выполняет роль такого… утешителя, такой пар в свисток, понимаете ли. Ну, что же делать! Да, конечно, давайте все молчать. Это трудно прокомментировать. И дальше это тянется по всей цепочке, ибо, конечно самое яркое событие…
А.Нарышкин
― Подождите, пожалуйста. Прежде, чем вы скажете про самое яркое событие — мы уже две темы обозначили, которые вас больше всего взволновали по итогам этого года: литература и Шлосберг – вот, если их объединить, – вы готовы про Шлосберга написать какую-то, может быть, книгу, сделаете его героем, может быть, романа своего?
М.Веллер
― Алексей, я боюсь, что сейчас этот вопрос не наполнен содержанием… Простите ради бога меня, я приношу свои глубочайшие извинения, я отношусь самым лучшим образом к вашим профессиональным способностям, к высокопрофессиональному уровню, но, разумеется, я не собираюсь сейчас писать этот роман – все это только что произошло. Ну что вы, честное слово, задаете такой вопрос? Ну, к чему это, собственно? А если бы я собирался, то что? Я бы сейчас рассказывал о плане? Есть много специалистов, которые рассказывают о планах – потом не делают ничего. Я думаю, что это беспредметно было бы…
А.Нарышкин
― Я слушателям «Эха Москвы» напомню, что в программе вы слышите сейчас Михаила Веллера. И давайте перейдем к событию самому главному, которые, вы считаете, произошло в 2015-м году.
М.Веллер: Государственный человек не нуждается в дешевой атрибутике биржевого спекулянта
Q?
М.Веллер
― Самое яркое и сильнейшее – это убийство Бориса Немцова, наглое, открытое, у Кремлевских стен, которое в результате переквалифицировали в бытовое. То есть никто не называет никаких имен, никто не говорит ни о чем. И я через несколько дней, будучи на «Эхе Москвы» в передаче «Особое мнение», высказал свое удивление рядом комментариев от ряда политиков, которые тут же последовали. Это тот случай, когда все всё понимают, но боятся. И правильно боятся: уже если Немцова застрелили, то кого-то выкинуть из окна – это вообще не проблема. Это события самое ярко показательное. Но а событие, конечно, самое показательно губительное, которое показывает всю шизофрению власти, уже живущую в иной действительности, и не понимающую, что надо делать – это как мы вляпались в Сирию, а затем начали раскручивать конфликт с Турцией.
А.Нарышкин
― Михаил Иосифович, а если можно, вернемся к предыдущему событию – вот убийство Немцова. Тоже же попахивает шизофренией вся эта ситуация: 2015 год, в самом центре Москвы, в нескольких метров от Кремля. У вас есть ответ на вопрос, кто убил Немцова и за что?
М.Веллер
― Разумеется, у меня не может быть такого ответа, потому что ответ можно дать только по результатам исчерпывающего следствия. Что касается догадок, то догадки не считаются.
А.Нарышкин
― Вы сейчас как премьер-министр и президент выступили прямо: Пусть следствие разберется, а потом будет суд, и мы узнаем ответы на все вопросы.
М.Веллер
― Это – «если НРЗБ влезет на кита, то кто кого сборет, что вы думаете по этому поводу?» Я нахожу этот вопрос также беспредметным, потому что все слышали фамилии чеченских исполнителей, все знали, кого пытались допросить – не допросили; все знали, в чье родовое село пытались въехать – не въехали – об этом говорили СМИ тысячу раз. Если я скажу в тысячу первый, то это будет пустая информация, ибо, кто хотел знать, тот это давно знает. Здесь нечего добавить.
Если же переходить к событию самому масштабному…
А.Нарышкин
― Сирия и Турция, да.
М.Веллер
― Совершенно верно. …Осложненное Турцией, то это нарастание катастрофы. Потому что, толком не зная ситуацию, толком не зная различия между суннитами и шиитами, толком не зная, кто такие алавиты, имея единственную цель: стать сильным игроком, значимым игроком на площадке военного конфликта, после чего как равному игроку разговаривать с Америкой и Западной Европой – вот это была главная цель. А заодно, поскольку, там была наша традиционная база, сохранить эту базу в Средиземном море, а, возможно, построить еще одну. При этом, заметьте, сколько оружия в свое время Советский Союз передал Египту и Сирии больше всего; столько его было потеряно, хотя, куда шли финансовые потоки, не наше собачье дело, и мы никогда не узнаем.
Когда мы въехали в Сирию, оказалось, что ничего не получается. Когда стали бомбить турок, которые живут в Латакии на Сирийской границе, президент сказал, что, в общем, он и не знал ничего про этих туркоманов. А это все равно, что турки бомбили бы русских трактористов или шахтеров у русской границы, на украинской территории в Донбассе. Когда сбили этот самолет, были многократные предупреждения – это все подтверждается. И далее пошло откровенное раскручивание конфликта, потому что необходима обстановка военного психоза – это тоже много раз отмечалось, — для того, чтобы забыли, что сливочное масло наполовину сделано из пальмового масла; что лекарства — официально признали, по-моему, 30% фальсификата, из российских – там, конечно больше 30%... Я вам скажу, продуктовый фальсификат… Я уже много лет русскую водку в магазине не покупаю ни при каких условиях, потому что, может быть, и магазин не виноват, и бренд самый дорогой, а продадут все равно сивуху, ну потому что так оно устроено. Так вот, чтобы об этом обо всем не думали, должен быть подъем положительный в другой области – внешней. На все это накладывается чудесный подарок к Новому году – это капремонт. Сборы на капремонт – это элементарные поборы, потому что, кто его будет делать, когда его будет делать, кому будет делать, через сколько лет? Это просто элементарные побору.
А.Нарышкин
― Слушайте, но, по-моему, логично: сначала же нужно собрать деньги в копилочку, а потому уже решим. Чего так рассуждать-то?
М.Веллер
― Огромное спасибо! Это вы мне ласково делаете такую подставку. Я вам кланяюсь с благодарностью.
А.Нарышкин
― Обращайтесь.
М.Веллер
― Сначала берется ссуда в банке, потом делается ремонт, потом эта ссуда, включая ссудный процент, раскладывается на жильцов, которым был сделан капитальный ремонт в раскладку на сколько-то лет. Вот так это делается по уму, и так это делается, в общем, во всем мире, если подобная схема. А сначала собрать деньги, потом купить на них вертолет, а потом свалить в Майями – это другая схема. Это наша схема. Ну, про «Платон» сказано уже абсолютно все. Дергай, где можно.
Понимаете, что еще к концу года – к осени — воровство, крупное воровство приобрело конвульсивный характер…
А.Нарышкин
― Простите, пожалуйста, а как вы замерили, что воровство каким-то образом возросло и каким-то образом изменило свой характер?
М.Веллер
― Потому что воровать стали беспорядочно на всем, на чем только можно. Я вижу эти повыдерганные решетки скверов, потому что везде должны быть единообразные эти самые бордюры. Я вижу кучу закрывшихся магазинов, потому что везде повышается аренда, и магазины закрываются одни за другими, не в силах платить налоги. Я вижу практически последние лотки, которые снести в этом году, потому что осталось… ну уже совсем почти ничего не осталось. И при этом тот же «Платон» — шарах! Вы понимаете, в чем ложь-то? Самое главное – надо называть вещи своими именами – дороги ремонтируются на какие средства государственные? Как сказала Маргарет Тэтчер: «Запомните, у государства нет средств. Есть средства налогоплательщиков». То есть дороги ремонтируются на средства наши с вами, всего народа. После этого нужно содрать еще в третий раз с водителей, потому что еще кому-то нужно больше денег. Причем понятно, что это вызовет недовольство, но нельзя устоять.
М.Веллер:Воровать стали беспорядочно на всем, на чем только можно
Q?
Вот и с этим ЖКХ, и с этими бордюрами, и с этим «Платоном», и с этими безумными фальсификатами – это все сконцентрировано буквально в одну осень. Хотя это в принципе ухудшает положение власти, но особенность нашей эпохи, этого последнего полугода – стремясь решить проблему сегодняшнего дня и накладывая одно заплатку на другую, падение, катастрофу откладывают еще на день и еще на день, но делают все более неизбежной. Отказываясь от стратегических решений и обходясь мелкими решениями сегодняшними, увязают в этой трясине все глубже. И разрулить эту ситуацию в рамках имеющейся системы абсолютно невозможно.
Когда я совершенно искренне пытаюсь представить себя на месте президента России, и передо мной стоит двуединая задача: во-первых, сохранить свою власть и власть ближайшего окружения (иначе плохо будет), а, во-вторых, как-то вытягивать страну наверх – не решается. Или ты перестаешь работать на свою группировку и работаешь на страну, или ты работаешь на страну, и тогда ты сдаешь группировку. Потому что, в общем и целом, все эти люди с их НРЗБ… Но что поделать? Вот, что поделать? У нас создался такой элитный класс… Один из вопросов, который был задан – я читал – какой у нас строй, может быть, это феодализм?
А.Нарышкин
― Да-да-да.
М.Веллер
― Этот строй называется неофеодализм, потому что административная верхушка рассматривает страну и бюджет — то есть деньги всех налогоплательщиков – как свою собственность. И она должна иметь право равноправно ею распоряжаться, при этом сами они обладают туземной ментальностью. Эти дорогие немецкие автомобили, швейцарские часы, виллы в Ницце и Майями – это психология туземца, а не психология государственного человека, который рулит страной или огромной областью. Государственный человек не нуждается в этой дешевой атрибутике биржевого спекулянта! А они нуждаются – у них такая ментальность. Вот то, что мы имеем на сегодняшний день.
А.Нарышкин
― Давайте мы сейчас сделаем перерыв в нашем эфире. Михаил Веллер сегодня по Скайпу участвует, и Алексей Нарышкин здесь помогает. Сейчас новости с Алексеем Гусаровым. Через пять минут продолжим.
НОВОСТИ
А.Нарышкин – 17
―35. Вторая часть программы «Подумать только…». Михаил Веллер сегодня по Скайпу. Здесь ли вы, Михаил Иосифович?
М.Веллер
― Разумеется!
А.Нарышкин
― Отлично! Давайте перейдем к вопросам от наших слушателей. Вот вам прислал некто по ником Свет77 на сайт echo.msk.ru: «Какова причина принятия думой в пожарном порядке закона о правилах применения огнестрельного оружия сотрудниками ФСБ в отношении населения?» Я так понимаю, это именно тот закон, который вы называете «законом 9 января», отсылая к тем еще событиям начала 20 века.
М.Веллер
― Большое спасибо! С одной стороны понятно, что если нужно будет стрелять по толпе, то будут стрелять без всякого закона. С другой стороны, на всякий случай, конкретный командир может попросить письменного приказа вышестоящего начальства. С третьей стороны, мы уже знаем историю, когда в 91-м году альфовцы отказались предпринимать какие бы то ни было боевые действия против Белого дома. В-четвертых, с четвертой стороны, надобно пугнуть. Но в любом, даже ложном пугающем движении есть часть угрозы, будьте спокойны. И, учитывая, что эта угроза именно террором наводить порядок, прекрасно сочетается с передачей нефтехимического завода Чеченской республике, Рамзану Кадырову… с одной стороны, он там находится: грозненские нефтепромыслы – это старинная история; с другой стороны, когда это уходит под юрисдикцию, под всю экономическую систему Чечни – это, как отмечено, повышение ее де-факто независимости.
Здесь мы же помним, как 20 тысяч вооруженных тренированных, умелых бойцов на стадионе поклялись в верности Рамзану Кадырову и президенту Путину. И Рамзан Кадыров, настоящий гражданин, заявил вслух, что «все мы – путинская пехота». Это означает, что, если не приведи боже… вот какой-то, знаете, утопический роман о гражданской войне – вот только не надо; мы уже проходили гражданские войны – то здесь, разумеется, правительство задействует все верные части. Но если учесть, что у Сталина последняя охрана была из испанцев, у Ленина – из латышских стрелков, то здесь, конечно, верная чеченская «путинская пехота» тоже должна способствовать государственной стабильности.
А.Нарышкин
― Слушайте, но извините, чеченцы же, если что, они же будут воевать за Путина, а не против Путина… Вы чеченцев боитесь?
М.Веллер
― Я и говорю, на поддержание… как «путинская пехота». Я покуда не боюсь никого. Я говорю о том, как увязывается закон о разрешении ФСБ стрелять по толпам, где есть женщины даже беременные, дети – если они представляют угрозу или совершают покушение на теракт — как это увязывается с дарением завода Чечне. И это же все увязывается со всем «загустением воздуха», со своего рода опусканием «железного занавеса». Не нужно больше ездить в Египет… Кстати, так и не разыскивают покуда вроде бы, кто там взорвал этот самолет. Как их разыскивать? Нужно иметь мощнейшую ближневосточную агентуру; неоткуда знать, есть она у нас или нет. Это практически запрет ездить отдыхать в Турцию. Это непоощрение езды вообще в Европу. А кроме того — высшее чиновничество, а кроме того – силовики… А в регионах – если начальство не едет за границу, то тебе, сволочи, ехать туда и вовсе не полагается. Все это происходит последние полгода. То есть вы чувствуете стремительность этих событий?
Когда-то, помнится Герберт Маркузе пустил этот оборот «превентивная контрреволюция», то есть Майдана нет, но Антимайдан уже есть. Вот эти превентивная контрреволюция, конечно, в России активизируется на всякий случай. Это мы видим.
А.Нарышкин
― А помогут ли такие меры сохранить нынешний режим?
М.Веллер
― Насколько-то они, конечно, действуют. Все зависит от того, как что повернется. И здесь мне представляется главная опасность… Оппозиция, в умственные качества которой мне очень трудно верить, должна иметь конкретную картину устройства страны, вот не общее – гражданские права, демократические выборы… — а абсолютно конкретную. То есть полная свобода прессы и свобода слова обеспечивается конкретно такими законами, наказание за нарушение – столько-то лет. Абсолютная независимость судов – обеспечивается такими-то законам; за любое воздействие на суды – 10 лет с конфискацией.
А.Нарышкин
― Михаил Иосифович, прошу прощения, у нас какие-то сложности возникли с интернетом.
М.Веллер
― Я слышу отлично.
А.Нарышкин
― У нас все наладилось. Пожалуйста, продолжайте.
М.Веллер: Самое яркое и сильнейшее событие 2015 года – это убийство Бориса Немцова
Q?
М.Веллер
― … грузовик с красноармейцами, который прошуршал по брусчатке Петрограда в 17-м году – такая картина из фильма «Ленин в Октябре». Так вот, нужно иметь картину полного устройства страны; и чтобы эта картина первое: была понятная любому нормальному человеку, второе: чтобы она удовлетворяла чаяниям всего нормального трудящегося большинства страны, куда входит и выборная система, и наказания, и пересмотр итогов ограбления страны под названием «приватизация по Чубайсу» и так далее. Только тогда, когда будет эта программа, и когда будет программа перехода к новому – вот тогда можно разваливать все старое. Потому что, если сегодня соберется толпа и снесет Кремль, снесет Белый дом, и кабинет министров, президентскую администрацию – назавтра страна будет развалена на куски и будет еще хуже. Потому что можно отправить на Колыму первую тысячу в народном представлении суперменеджеров и злодеев, но нижние слои морально и умственно ничем не лучше. Если к власти придет та же псковская дума, а хоть петрозаводская, будет ничем не лучше, будет хуже.
Люди ведь очень редко сейчас знают, что в 17-м году, сразу после отречения царя российская империя в неделю развалилась на мелкие куски. И жестокою рукой через большую кровь в течение Гражданской войны и после большевики все это собирали воедино. Жесточайшими методами, но собрали воедино. А так развалилась на части. Поскольку сейчас большевистские методы уже недопустимы – хотя на чеченских войнах, конечно, попробовали – то это будет: Дальний Восток отдельно со своими ориентирами; сырьевые районы Севера и Западной Сибири – отдельно; Северо-восток страны отдельно и так далее. Это будет полная катастрофа, потому что везде будут сидеть свои воры и бандюки, которые будут творить полный произвол. Вот дикие бароны сядут по своим уделам. Если кто-то владеет гигантскими земельными территориями, он будет там при помощи рабов сеять, пахать, собирать, и они будут на него работать. Не захотят работать свои – привезет кого угодно: узбеков привезет, таджиков привезет.
Так что сначала нужно хотя бы иметь план. Они не хотят составлять план. Что я с ними могу поделать? Так что ситуация у нас тяжелая и ожидать можно всего.
А.Нарышкин
― Михаил Веллер в программе «Подумать только…», в эфире «Эха Москвы». Вы сейчас вспомнили про азиатские наши бывшие советские республики. И одна из тем, которая, насколько я понимаю, вас взволновала, связана с решением Казахстана запретить около 200 наименований продуктов из России. Какая вам, на самом деле, разница: вам обидно за Россию, что раньше мы всегда всем всё запрещали, а теперь и нас, таким образом, как-то наказали?
М.Веллер
― Да, вы знаете, ситуация эта – как мы про грузинское вино или молдавское вино, или «белорусские устрицы», или еще там что-то. Это означает, что Казахстан перестал являться особо союзнической и особо дружественной державой. Это означает, что рядом с Казахстаном — мусульманские государства Среднего востока, рядом с Казахстаном — Китай. И вот до них ему гораздо больше дела. Кроме того это означает, конечно, что качество российских продуктов в основном чудовищное. И когда мы говорим, что где-то много чего-то вредного, то это по одесскому анекдоту: «Моня, чья бы корова мычала!» Но самое главное – в результате гениальной – гениальной! — политики власти Россия оказалась окружена сплошными врагами или недоброжелателями. Это надо уметь так поработать, чтобы из всех сделать врагов! И когда нам говорят: «А вот Китай!..», «Мы с Китаем!..» — «Мы пахали», — сказала муха, сидя на голове у вола. В товарообороте, в экономических отношения Китая, Россия спустилась с 15-гоместа на 16-е. И объем всего занимал 2,5%, а по итогам этого года, первого полугодия – 1,65%. То есть мы Китаю никакие не партнеры. Простите, что я об этом уже говорил. Это относится ко всем абсолютно.
Вот как мы удачно обстроили все, понимаете, со всех сторон.
Это сказывается на всех, потому что экономика российская, к сожалению, 20 лет отстраивалась так: вместо того, что вложить деньги и начать что-то делать – урвать, раздербанить, разнести и запрятать. Ну, конечно, реальной экономики нет. Когда говорят про рост ВВП, в общем и целом, это называется лукавство. Лукавство – это такой эвфемизм, по-простому это вранье. Потому что, если считать в деньго-рублях – это одно. А если считать -, сколько мы произвели штанов, а сколько мы произвели автомобилей, а сколько мы хотя бы пуговиц произвели, хотя бы винтиков-шпунтиков, которые в магазине очень часто уже вовсе даже не наши а импортные и давно – то у нас от экономики очень мало что осталось. И поэтому продолжают урывать хотя бы кусок.
То есть вот кризис: цены должны снижаться – не хотят; аренды должны падать – растут; цены на топливо… посмотрите, цены на энергоносители упали в четыре раза – топливо дешевеет везде, но только не у нас, и в результате крестьянин, фермер с себя сдирает последнюю шкуру, потому что, если он оплатит все ГСМ, то у него плохо сходятся концы с концами. И все равно с него сдирают эту шкуру, потому что нефтяные деньги – это сегодня: он их сегодня получит – сегодня перекачает.
Так что покуда положение, конечно, плохое. Надо что-то серьезно менять, потому что у страны – об этом говорилось много— потенциал огромный: и территории, и недра, и народ, и созданная научно-образовательная база. Вместо этого разоряется всё. То есть нам не подходит такая форма правления, я вам доложу. Я ни в коем случае не призываю ни к чему насильственному. Она нам подходит – но она подходит не нам. Она подходит тем, кто из этого качает свои «ярды», вывозит свои семейства за рубеж, и говорят нам, что, в общем, все отлично, потому что они живут в другой реальности. А кому жрать нечего, у кого больницу сократили в районе – тем она, конечно, не подходит.
А.Нарышкин
― Вас спрашивают очень активно по поводу ухода протоирея Всеволода Чаплина из Синодального отдела РПЦ. Просят объяснить эту его отставку и последующее поведение Чаплина. Потому что теперь мы каждый день видим различные интервью разным СМИ. Чаплин то предрекает России катастрофу из-за отсутствия идейной свободы; то говорит, что патриарх долго не продержится. Прокомментируйте этот кейс.
М.Веллер
― Все знают, что в России всегда любили обиженных. Ну это не в России, а много где. Мой любимый эпизод – я много об этом говорил – из «Дон Кихота», это как он освободил каторжников, и первым делом они забросали его камнями. То есть, когда есть человек во власти – будь то премьер-министр или рупор РПЦ, или главный советник президента – вот он есть, и вдруг его почему-то уволили, взяли и выгнали. «А-а! – И здесь вся интеллигенция говорит. — А-а! Его выгнали! Что случилось? Он хороший, он страдалец. Он теперь с нами. Вы видите, он тоже пострадал от этой власти. Расскажите, пожалуйста, как вас обидели?»
Я вам скажу, что если один бандит дал гантелей по балде другому бандиту, то бандит, доставленный в травматологию, еще не является жертвой режима.
Таким образом, церковь у нас отделена от государства. И я не знаю… Очевидно, есть же у Всеволода Чаплина какие-то родные, какие-то личные друзья. Вот им он пусть и жалуется. У меня есть подозрение… Объяснение дал еще Юлиан Семенов в «Семнадцать мгновений весны»: Штирлиц рассказывает Шелленберг, как знал он одного адъютанта, которому его начальник устроил катастрофу – был слишком певуч, раздражал. Вот, возможно, отец Всеволод Чаплин был слишком певуч со своим замечательным голосом и безумными идеями. Может быть, стал раздражать, наконец. Когда человек много говорит, он вдруг начинает говорить, что его слова имеют большое значение. Его начальство с ним иногда не согласно. Пусть себе отец Всеволод и дальше, как хочет. Не должно нас это касаться – вот, что я вам скажу, по моему мнению.
М.Веллер:Россияне меньше читают как в совокупном электронном виде вообще, так и в бумажном в частности
Q?
Вот, что мне нравится – что в прошедшем году, кажется, Европа – поскольку, кто бы что ни говорил, хоть мы такая половинчатая Европа, половинчатая Азия, тем не менее – немного взялась за голову после того, как ее пришлось взяться за другие болезненные НРЗБ. И когда несколько дней назад корсиканцы разгромили молельный мусульман не просто так, а потому что мусульмане устроили ложную тревогу, объявили пожар – приехали пожарные и полицейские, и они их избили, а сами они были в масках и никого не нашли. Вышли корсиканцы – разнесли это все, а потом вышли на демонстрацию со скандированием: «Арабы, убирайтесь вон! Это Франция».
Я полностью поддерживаю корсиканцев. Когда корсиканцы объявят вендетту этим уродам, которые думают, что им по праву все полагается, то, может быть, положение будет немного лучше. Потому что вот теперь, когда возникают драки в немецких городах, когда во Франции чешут репы – теперь они немного поняли, что это безумная затея – принимать людей иного цивилизационного кода и говорить: «Вы сохраняйте ваш цивилизационных код, но ведите себя как мы. То есть вы, тигры, продолжайте питаться мясом, но при этом питайтесь травой». Это все бред уродов, у которых ограничения по голове, выражаясь современным языком.
И когда недавно, буквально два дня назад Штаты не впустили к себе семью из шестерых человек, которые из Англии решили прилететь в Лас-Вегас, немножко там развлечься и поиграть. Они британские подданные, они мусульмане. 40-летний отец семейства – известный в интернете борец за джихад, автор призывов и собиратель денег. Так Англия выкатила протест: «Как вы не пустили наших граждан!» В то время как место отца семейства давным-давно в той стране, откуда он прибыл вместе со своим семейством, которое не должно расставаться со своим главой.
Так что, может быть, еще не все потеряно.
А.Нарышкин
― Вопрос хотел я задать. Тут на неделе появились сообщения, что глава ЦИК Владимир Чуров вроде как уходит со своего поста. Произойдет это в марте, когда будет меняться состав избирательной комиссии. И уже, соответственно, ближайшие крупные выборы – в Государственную думу, которые намечены на осень следующего года, они, судя по всему, пройдут при новом главе ведомства. Как вам кажется, преемник Владимира Чурова голоса считать будет лучше, чем он сейчас?
М.Веллер
― Я знаю Владимира Евгеньевича Чурова как верного члена команды, человек надежного и держащего слово. Это означают, что, если ему скомандуют уйти – он уйдет, если скажут остаться – останется.
А.Нарышкин
― В одном из интервью он так и сказал: как будет воля сверху, так он и поступит.
М.Веллер
― Честно и сказал. Следующий человек будет считать голоса так, как ему будет приказано. Но, поскольку, Володин недавно сделал сильный ход – вот честно: чем дальше, тем больше я уважаю Володина, нет, ну молодец! – Что «Единая Россия» пойдет как либеральная партия на выборы. То есть ей напишут хорошую программу и так далее. И поставят кого-нибудь другого, который будет считать голоса по-либеральному. Очень может быть. То есть мы берем этот пирожок из дерьма, снимаем с него обертку, печатаем совсем новую обертку с новыми словами, новым узором, заворачиваем – и продаем второй раз. Нормальная политтехнология. Так что очень может быть, что будет другой начальник избирательной комиссии, который, конечно, будет делать все то же самое – какие могут быть сомнения?
А.Нарышкин
― Как вам кажется, вообще, Государственная дума следующего созыва, она какой будет по составу? Потому что я вот на этой неделе общался с Владимиром Рыжковым, он уверен, убежден и верит в то, что, во-первых, ему удастся пройти в нижнюю палату и получить там кресло, но еще вместе с ним около 40 его соратников туда попадут. Ваше мнение?
М.Веллер
― Вы знаете, я думаю, главная задача страны – это просуществовать без катастроф в целостном виде, без всяких смертоубийств и полных разорений 2016 года. Как повернуться дела в 16-м году, сегодня не может предсказать никто. Все вопросы принято решение решать – простите за дурацкую тавтологию – только методом силовым, только методом закручивания гаек. Если вдруг окажется, что «Ну, падла, уже затянута до упора! Что дальше делать? – то начнут сверлить дырочки такие, маленькие отверстия для того, чтобы пар выпускать. Поэтому, может быть, Рыжков будет в думе. Ничего не будет плохого, если Владимир Рыжков будет в думе. Мне этот человек глубоко симпатичен. Но то, что он может там что-нибудь сделать с учетом всех обстоятельств, я глубоко сомневаюсь, тоже глубоко.
А.Нарышкин
― Интересуются стратегией на думских выборах рядовому избирателю: идти голосовать – если, например, «Единая Россия» не устраивает – за любую другую партию; в принципе не идти на выборы; рвать бюллетень? Что вы можете посоветовать?
М.Веллер
― Я, действительно, не знаю, за какую партию можно сегодня голосовать, потому что все они, простите, не то что даже совершенно продажные, а всё это просто зиц-партии, которые едят из одного корыта. Просто там разные этикетки на хвостах. Все это не имеет никакого значения. Но для интереса, для большого интереса я бы всех призвал все-таки голосовать за коммунистическую партию, потому что хотя ни у кого не должно быть никаких иллюзий, что эти коммунисты работают на кого надо, но если предположить, что они возьмут большинство, то они могут начать срываться с поводка, они могу задвигать свою программу. И пока их не выкинут, они могут кое-кого подраскулачить. Вот не надо доводить до того, чтобы раскулачивать вообще все, но кое-кого подраскулачить, пока тебя не выгнали из Кремля – это было бы совсем неплохо. Потому что выбор у нас из вот этой четверки – «однажды лебедь, рак да щука и кто-то у них четвертый НРЗБ. Так что я бы призывал голосовать за компартию, не строя никаких иллюзий.
А.Нарышкин
― То есть все равно, по-вашему, посчитают как нужно в случае чего?
М.Веллер
― Нет, если она наберет 65% голосов, то они ничего не сделают, и начнется срочная суета. А к компартии примыкает целый ряд патриотов, некоторые из которых малопродажны. Вот есть у некоторых патриотов такая положительная черта – они малопродажны. Так что здесь может быть что бы то ни было интересное.
А.Нарышкин
― Но, возможно, коммунисты на сентябрьских выборах получат большинство, испугаются оттого, что в их руках наконец-то впервые за долгое время окажется власть и большинство кресел отдадут «Единой России» – так, наверное, для них будет привычнее. Вам два слова. Какие-то поздравления россиянам, слушателям «Эха» в новом году. Буквально пятнадцать секунд.
М.Веллер
― Дорогие слушатели, пережили мы блокаду – переживем и изобилие. Будьте здоровы! Чтобы хватало вам в течение всего года на еду и на выпить по праздникам, на одежду и на заплатить за все. И относитесь ко всему позитивно. Во всем находите хорошую сторону, иначе жить у нас нелегко. С наступающим вас!
А.Нарышкин
― Михаил Веллер в программе «Подумать только…» на «Эхе Москвы».
http://echo.msk.ru/programs/just_think/1684058-echo/#mmvideo
Художника Феликса Нуссбаума нельзя отнести к искусству авангарда, он представитель "потерянного поколения" художников, родившихся около 1900 года, художественное развитие которых натолкнулось на препятствия, которых не знало ни одно другое поколение, и в конечном счёте, в силу ряда причин их творчество было забыто вплоть до 70-х годов прошлого века.
Израильский политолог говорит в интервью Postimees о последних событих вокруг конфликта в Сирии, и предупреждает, среди прочего, что ситуация похожа на ту, что сложилась накануне Первой мировой войны.
