Слово «гарем» произошло от арабского «харам» (harim) – «то, что запрещено».

Почему-то гаремы зачастую ассоциируются у нас с султанами или шейхами. На самом же деле гаремом мог обзавестись любой, у кого на это хватало средств. В доисламские времена мужчина мог иметь сколько угодно жен, но пророк Мухаммед ограничил их число четырьмя. При этом количество наложниц не оговаривалось, чем с успехом пользовались любители женских ласк. Наиболее распространены гаремы были в Турции, Египте, Индии, Персии и различных странах и племенах Африки.




Фредерик Лейтон "Звезда гарема"

Султанский гарем отличался от остальных не только количеством евнухов. Для многих юных девушек попасть в гарем султана было большой удачей и зачастую – самым лучшим поворотом судьбы.


Девушку, как правило, покупали в очень юном возрасте, чтобы она успела получить хорошие навыки в искусстве обольщения мужчин.

Те же, у кого были хорошие внешние данные, получали своего рода образование. Их учили играть на музыкальных инструментах, петь, танцевать и готовить. Иностранок обучали турецкому языку. Наложницам султана предоставляли великолепные возможности для отдыха и развлечений – как в самом гареме, так и в окружавших его садах, где они играли в разные игры, в том числе очень подвижные и шумные. В такие моменты они давали выход своей нерастраченной физической энергии и становились похожими на детей. А сам гарем в каком-то смысле можно сравнить со школой для девочек, с той лишь разницей, что в этом заведении их готовили к тому, чтобы они, время от времени отдаваясь своему повелителю, ублажали его как можно более изощренными ласками.

Провинившиеся подвергались физическим наказаниям. Обычно их секли розгами, а не били палками по пяткам, так как это традиционное турецкое наказание могло нанести непоправимый вред здоровью наложницы, то есть сделать ее калекой.

Обитательницы гаремов ценили положение, в котором находились. Они ели деликатесные блюда и пили изысканные напитки, когда хотели. У них не существовало никакого твердого распорядка дня. Они спали сколько угодно, играли, занимались интригами, направленными против той, которая на данный момент являлась фавориткой хозяина, или, наоборот, интриговали в ее пользу в бесконечной борьбе за более высокое место в сложной иерархии этого специфического института.

Если султану были нужны наложницы для какой-либо цели (например, он хотел послушать игру на турецкой флейте и пение или посмотреть танцы), он уведомлял об этом дежурную наставницу. Она выстраивала обитательниц гарема в шеренгу, а монарх осматривал их. Если на какую-то из них он посмотрел особенно пристально, это означало, что позднее она должна была провести с ним ночь. Иногда в таких случаях султан еще больше конкретизировал свой выбор, бросая носовой платок в сторону приглянувшейся ему одалиски.

Ту, которой улыбнулось счастье, – а ведь внимание султана могло означать множество привилегий впоследствии, – готовили к свиданию с монархом со всем тщанием. Процедуры длились, как правило, часами и всеми своими хлопотами, беготней и суматохой напоминали предсвадебные приготовления европейских невест .

Наконец несколько пожилых черных невольниц вели наложницу в личные спальные покои султана, которые находились там же, в гареме. Пара таких невольниц должна была быть в спальне всю ночь, и каждые два-три часа на смену одним приходили другие. Их главной обязанностью был присмотр за двумя факелами, которые горели до рассвета. Один из этих факелов находился у двери, а другой – у подножия кровати.

Утром султан вставал первым и надевал чистую одежду, а не ту, в которой он пришел вечером. Эта одежда вместе со всеми деньгами, которые были в карманах и зачастую составляли немалую сумму, доставалась в качестве подарка спящей наложнице.

Что касается женщин, родивших султану детей, то обычно он больше не спал с ними, но отсылал в другие имперские гаремы, откуда им нетрудно было вырваться, если они находили себе достойную пару и с согласия повелителя выходили замуж.
Одна женщина постоянно держала в своих руках бразды правления всем заведением. Это мать монарха, которая носила титул валиде-султан.




Жером Жан Леон "Бассейн в гареме"




Обычно возраст молодых рабынь составлял 12–14 лет. Их отбирали не только по красоте и здоровью, но и по уму: «дурочек» не брали, ведь султану был нужна не просто женщина, но и собеседница. Поступившие в гарем проходили двухгодичное обучение под руководством кальф (от турецкого kalfa — «начальник») — старых опытных рабынь, помнящих ещё дедов царствующих султанов. Девушкам преподавали Коран (все попавшие в гарем принимали ислам), танцы, игру на музыкальных инструментах, изящную словесность (многие одалиски писали хорошие стихи), каллиграфию, искусство беседы и рукоделие. Особо стоит сказать о придворном этикете: каждая рабыня должна была знать, как наливать своему господину розовую воду, как подносить ему туфли, подавать кофе или сладости, набивать трубку или надевать халат.





Жан Огюст Доминик Энгр (Jean Auguste Dominique Ingres, 1780–1867). «Большая одалиска» (1814). Одалисками (от турецкого odaliq — «служанка») в XVIII–XIX веках на Западе называли всех наложниц гарема, без различия их статуса.

Через два года девушку ждал экзамен, который принимала сама валиде-султан — мать царствующего султана, первый человек в гареме. Не сдавшие отправлялись на кухню и в дворницкие, сдавшие — становились джарийе, потенциальными наложницами султана. Мы говорим потенциальными, потому что далеко не каждой выпадало счастье разделить с султаном ложе. Многим суждено было прожить свой век в тоске и ревности. Правда, если одалиска в течение девяти лет так и не познала султана, её старались при первой возможности выдать замуж за какого-нибудь чиновника, обеспечив хорошим приданым и вернув свободу. Вообще, к гаремным рабыням отношение было вполне заботливым и внимательным. Даже самой последней джарийе из султанской казны всегда выдавалось денежное содержание на косметику, наряды и сладости, а на праздники делались дорогие подарки.
Те, кто не впал в депрессию, тоскуя о родном доме, мечтали стать гёзде (gözde — любимая, пользующаяся благосклонностью), то есть теми, с кем султан провел хотя бы несколько ночей. Но даже если это была всего одна ночь, статус одалиски резко повышался, ей полагалось повышенное содержание, более комфортабельные покои и несколько черных рабынь. Численность гёзде обычно не превышала сотни. Такое счастье могло выпасть одалиске в любой момент: султан мог положить на нее глаз в самом начале, когда ему представляли сдавших экзамен джарийе, или во время прогулки, или на торжестве, где прислуживала будущая счастливица. Тогда султан посылал своей избраннице подарок и букет цветов — это означало, что он ожидает её сегодня ночью. Понравившись султану, гёзде получала шанс стать икбал (ikbal — счастливая), то есть фавориткой. Их было относительно немного: у Махмуда I (Birinci Mahmut, 1696–1754) их было пятнадцать, а Селима II (İkinci Selim, 1524–1574) — девять. Можно представить, насколько отличался уровень жизни фавориток-икбал от других рабынь. Если же гёзде или икбал беременели и приносили султану сына или дочь, они становились кадинами (kadin — женщина, мать), небожительницами гарема, ну, а самым счастливым выпадала честь стать султанскими женами — кадин-эфенди.
Жен у султана было четыре, больше не позволяли законы шариата (количество рабынь не ограничивалось). Но с точки зрения мусульманского права, статус кадин-эфенди отличался от статуса замужних женщин, обладавших личной свободой.
Замужняя женщина в Турецкой империи, — писал Жерар де Нерваль, путешествовавший по Востоку в 1840-е годы, — имеет те же права, что и у нас и даже может запретить своему мужу завести себе вторую жену, сделав это непременным условием брачного контракта […] Даже и не думайте, что эти красавицы готовы петь и плясать, дабы развлечь своего господина — честной женщине, по их мнению, не пристало обладать подобными талантами.
Турчанка вполне могла сама инициировать развод, для чего ей было достаточно лишь представить в суд свидетельства плохого с ней обращения.





Тайная жизнь гаремов

Евнухи являлись идеальными служителями гарема, используемыми из простой предосторожности: чтобы наложницы жили в безопасности и ублажали только своего хозяина. Но была и еще одна причина.

Главным преимуществом евнухов являлось отсутствие женских и мужских признаков пола и полная нейтральность в сексуальном отношении. Гарем по существу своему был огромной женской армией, ведущей непрерывные тайные войны, и руководить ею не могли ни мужчина, ни женщина, которых лишали беспристрастности присущие обоим полам эмоции. И те и другие неминуемо погибли бы, а евнухи выживали. Они идеально подходили к руководству сложной системой гарема и по положению своему становились самыми могущественными лицами государства.

Османская империя: от гарема до профсоюза

Кастрированных стражей, евнухов (от греч. Eunuchos — «блюстители ложа»), у владыки османов имелась целая армия, численность которой в разные времена колебалась от 600 до 800 человек…

Для кастрации использовалось несколько способов, сам же метод превращения мужчины в бесполое существо держался в глубокой тайне, но известно, что после принудительной кастрации, многие погибали, теряя жизнь от потери крови и антисанитарных условий, в которых осуществлялась «операция». Случалось, что некоторые мужчины не выдерживали ужаса превращения их в бесполые существа и сходили с ума.

Известны три способа кастрации: полное отрезание яичек и пениса; отрезание пениса; удаление только яичек. Первый тип евнуха считался самым надежным, другие два нет, поскольку у них еще могло пробуждаться сексуальное желание.

Внешний облик евнухов, подвергнутых самому радикальному способу кастрации, был жалок. Их тело с годами становилось дряблым и толстым, голос — писклявым, исчезал волосяной покров, по характеру они приближались к женщинам. Старели евнухи очень рано и в 40 лет уже казались шестидесятилетними… Мучительным последствием кастрации было недержание мочи, и, как утверждали очевидцы, приближение евнуха всегда можно было узнать издалека по сильному аммиачному запаху, исходящему от него. Для того чтобы помочиться, употреблялась серебряная трубочка, которую евнухи носили в своих тюрбанах.

Утрату любовных наслаждений стражи гарема восполняли другими радостями жизни. Они были тонкими гурманами, получали удовольствие от музыки и танцев, любили слушать сказки и пение соловьев, считаясь наиболее тонкими ценителями этого любимца гарема. Чтобы заглушить тоску и восполнить «пустоты тела», евнухи иногда использовали легкие дурманящие средства — кальяны с примесью опия…

Считалось, что отрезанные пенисы вырастали снова, поэтому обычно все евнухи периодически обследовались врачом. В стражи гарема предпочитали брать кастратов с отталкивающей внешностью, и это было объяснимо. Те, у кого был оставлен пенис, могли испытывать половое влечение и заниматься любовью, достигая в этом искусстве необыкновенных высот, особенно в оральном сексе. Прелесть же любовных отношений с евнухами состояла еще и в их полной безопасности, ведь от кастратов невозможно забеременеть…

В Турцию обычай держать в услужении евнухов проник из Византии. А в оттоманском гареме евнухи появились во времена султана Мехмеда Завоевателя. Сперва гарем охранялся белыми евнухами, поставляемыми с Северного Кавказа, из Армении и Грузии, но никогда ими не могли быть турки, так как мусульманам кастрация запрещена Кораном. С 1582 года, когда султан Мурад III (1574-1595) назначил евнухом абиссинца Мехмеда Агу, в евнухи почти всегда отбирались абиссинцы (эфиопы). Оказалось, что белые мальчики тяжелее переносят кастрацию, черных же выживало значительно больше … Чернокожие евнухи были предпочтительнее белых и по другой причине. Бытовало мнение, что евнухи все же способны к зачатию, а рождение черного ребенка у одалиски сразу же укажет на его незаконное происхождение.

При поступлении в гарем евнухи получали новые имена — названия цветов. И огромные, уродливые стражи звались нежными гвоздиками, розами, нарциссами и гиацинтами. Считалось, что это наиболее приличествует тем, кто охраняет «чистых и благоуханных» жен султана.

У евнухов, как у всех служителей гарема, была своя иерархия и обязанности. Белым евнухам с капу-ага во главе вменялась наружная охрана гарема и покоев султана, в женские помещения им входить запрещалось. Покои черных евнухов, которые занимались воспитанием и обучением наследных принцев, отличались своим убранством и роскошью от жилых помещений иных черных евнухов…

Евнухи были неплохо обеспечены, получая жалованье в размере от 60 до 100 акче в день и отдельное годовое содержание. Существенной добавкой к этому были дары от других дворцовых служб. Имелись у них и свои негласные статьи дохода. Евнухи составляли особое торговое товарищество, устанавливая цены на нужные гарему товары и драгоценности, закупали их у купцов и перепродавали женщинам гарема.

Евнухи были самыми большими взяточниками в Османской империи, где царила поистине чудовищная коррупция. Получали подарки не только от своего повелителя, но и от просителей. Фаворитки султана могли повлиять на решение того или иного вопроса в пользу просителя. Но «выйти» на них можно было за хорошую мзду, врученную евнухам, которые создали сложную систему отношений с внешним миром.

Комичный случай произошел с Михаилом Илларионовичем Кутузовым, будущим фельдмаршалом и победителем Наполеона в кампании 1812 года. Прибыв в качестве главы дипломатической миссии в Стамбул, он собрал информацию о приметах и пристрастиях фавориток султана и, наладив отношения с евнухами, проник в Великий сераль. Знаменитый полководец был человеком мужественным и рискнул один войти в сад гарема. Там, владевший турецким языком, Кутузов красноречием и драгоценными украшениями, точно рассчитанными на вкус каждой высокопоставленной дамы, покорил их. О продолжительной беседе с «розами султана» стало известно, Стамбул был потрясен, и испуганный главный евнух, оправдываясь перед султаном Селимом III, был вынужден назвать бравого военного и отца семейства Кутузова главным евнухом императрицы Екатерины II! Это вызвало бурю веселья в русской миссии, но главное было сделано: все вопросы улажены за неделю, а полученные условия мира чрезвычайно выгодны для России.

Мечта и вершина карьеры евнуха — должность кизлярагасы. В его руках была сосредоточена огромная власть, а официальное положение могло быть приравнено к положению премьер-министра европейского двора. Он являлся главнокомандующим дворцовой стражи, круг его обязанностей был чрезвычайно широк, а влияние огромно. Кизлярагасы выступал главным свидетелем на свадьбе султана и его детей, проводил церемонии обряда обрезания и помолвки, объявлял принцу о смерти отца или о его отречении. Он же отвечал за продвижение по иерархической лестнице гарема женщин и евнухов, и их карьера во многом зависела от его расположения. В обязанности кизлярагасы входила также защита женщин гарема и поставка туда новых одалисок.

Всякая женщина, обращавшаяся к султану, должна была сделать это через главного евнуха, что, учитывая обычай даров, обогащало его безмерно, а право личного доклада султану и частые встречи с ним давали возможность приумножить состояние за счет других придворных, и кизлярагасы являлся одним из самых богатых людей империи османов. Он был и одним из самых доверенных людей султана. Именно кизлярагасы провожал одалиску в спальню султана. Если же ночью в гареме происходило что-либо чрезвычайное, то только главный черный евнух мог войти туда. Фигура черного евнуха была не только могущественной, но и грозной и зловещей. Он объявлял приговоры женщинам гарема и отводил осужденных к палачу, а когда несчастных топили в море, сам надевал на них кожаные мешки.

Когда главный евнух уходил в отставку, ему назначалась пенсия. Новый султан, как правило, выбирал другого главного евнуха, но иногда оставлял старого. Евнухи были хранителями казны султана, его жен и, самое главное,— тайн гарема, от которых зачастую зависела жизнь многих. Их влияние на государственные дела росло, став поистине огромным во времена правления женщин (1541-1687), а в XVII и XVIII столетии они вместе с султаншами и валиде, собственно говоря, руководили империей, сыграв существенную роль в ее упадке. Евнухи организовывали заговоры, свергали и возносили на троны султанов. Они же решили исход «войны» султанш Турхан и Кесем, задушив последнюю.

Но с начала XIX столетия власть главного черного евнуха стала ослабевать, а к началу ХХ века его функции были сведены к наблюдению за порядком в гареме… С исчезновением гаремов пропали и евнухи. Разговоры о том, как устроить их дальнейшую жизнь, быстро затихли, а попытки бывших стражей гарема организовать свой собственный профсоюз не удались…

Лень и сладострастие. Обнаженные одалиски у бассейна, развлекающие танцем живота своего повелителя… Такое впечатление сложилось у европейцев на протяжении веков о гареме.





Однако реальность выглядит иначе. Название "гарем" происходит от арабского слова "харам" — "запретное". Это женское помещение, "женская половина", жизнь которой всегда подчинялась строгим правилам. Глава султанского гарема — мать падишаха, "валиде султан", отбирала для сына женщин. Будущее зависело от красоты и таланта. Самые умные становились женами султана, его вассалов. Остальные жили в гареме до глубокой старости, иногда — достигая важных должностей.




В любой момент султан мог увлечься новой красивой наложницей и сделать ее законной супругой, и тогда старых жен он приказывал казнить. Надоевшую жену или наложницу живой сажали в кожаный мешок, кидали туда же дикую кошку или ядовитую змею, завязывали мешок, и по специальному каменному желобу спускали с привязанным камнем в воды Босфора. Провинившиеся почитали за счастье, если знали заранее, что их просто быстро удавят шелковым шнурком.





Всемирно известный дворец Топ-Капы, или "Дом Радости", так высокопарно именовали в Блистательной Порте гарем султана. В разное время здесь жили от ста до нескольких тысяч женщин разного возраста. Жены и наложницы султана, повитухи, массажистки, лекарки и служанки. Руководил этим беспокойным хозяйством "начальник девушек" — главный евнух- кызлярагассы.








Кроме того, при гареме состоял целый штат евнухов, которых привозили из африканских стран. Продолжает экскурсовод Арзу Петек: "Африканских юношей для гарема специально кастрировали в коптских монастырях в Северном Египте. Султан покупал в гарем только черных невольников. В этом был незатейливый расчет. Если, по мнению султана, от греховного поведения появятся дети, они будут чернокожими. Их сразу можно будет отличить".





Мусульманское жилище традиционно делится на мужскую и женскую половины, — пишет турецкий историк. Гаренлик, — женская половина богатого мусульманского дома, где женщины проводят всю свою жизнь: играют, поют, танцуют, встречаются с подругами. Здесь есть больница, и тюрьма, и дверь для выноса покойников. Тесно и холодно. Зимы в Стамбуле промозглые. Ветер с Босфора продувает насквозь. Комнаты гаремных слуг почти не прогреваются. На зиму женщинам выдают по три комплекта теплого белья. Однако многие страдают от чахотки, то есть туберкулеза — самой страшной болезней тех лет. В свободное время воспитанницы гарема получают образование. По нескольку часов в день читают Коран, их обучают музыке, османской культуре, математике. Теоретический курс любовных наук преподают опытные старухи, искушенные во всех тонкостях секса".




Adrien Henri Tanoux

Вплоть до XVI века османские падишахи женятся на дочерях соседних христианских правителей. Представительницы мусульманских народов были в редкостью. В гареме можно было встретить русских, украинских, грузинских, хорватских девушек. Орхан-гази, правивший в пятнадцатом веке, женился на дочери императора Константина — принцессе Каролине, султан Баязит взял в жены одну из византийских принцесс. Самой известной женой падишаха стала Хюрем Султан — украинка Роксолана, которая сорок лет была женой Сулеймана Великолепного. Можно сказать, что в османской династии перемешалась турецкая и украинская кровь


Ignace Spiridon. Odalisca.













Последний гарем был закрыт в 1909 году, после отречения от престола Абдул-Хамида Второго. Султана изгнали из дворца Топкапы, который превратили в музей. В современной Турции гаремов нет. Однако, добавляют, улыбаясь, турки, только по официальным данным. В сельской местности на юго-востоке страны до сих про существует многоженство. Хозяева современных гаремов — богатые люди: владельцы ковровых мастерских, удачливые фермеры, хозяева фабрик, которые могут достойно содержать несколько жен: всех прокормить, одеть, обуть и дать крышу над головой. Девушек до сих пор выдают замуж насильно. Забросив куклы, наспех повязав национальный турецкий платок — символ замужней женщины, двенадцатилетние девочки отправляются в дом к престарелому мужу




Michetti Francesco. Odalisque
Современный закон разрешает турецкому мужчине иметь только одну жену. Однако, ислам допускает многоженство. Чтобы соблюсти видимость законности, хитрые мужчины с первой женой идут вступать в брак в муниципальную контору "Беледие" — подобие нашего российского ЗАГСа, а со второй совершают "Никах" — обряд исламского бракосочетания. Жители больших городов иногда заводят несколько жен. При этом, чтобы взять вторую жену, нужно представить нотариально заверенное согласие от первой, чтобы взять третью — согласия двух предыдущих


Giuseppe Cosenza. Одалиска.



/span>