Документ №13
Письмо О.Г. Шатуновской А.Н. Яковлеву об обстоятельствах убийства С.М. Кирова
05.09.1988

Члену Политбюро ЦК КПСС товарищу Яковлеву А.Н.
от Шатуновской Ольги Григорьевны, члена КПСС с 1916 года. Последняя работа – член Комитета Партийного Контроля при ЦК КПСС.
Уважаемый Александр Николаевич!
Вам пишет член комиссии, созданной Политбюро в 1960 году во главе с Н.М. Шверником для расследования судебных процессов 80-х годов.
Согласно решению XX съезда КПСС – доклад Н.С. Хрущева был принят съездом как резолюция съезда – нами были расследованы обстоятельства убийства С.М. Кирова.
Вот что открылось:
Во время XVII партсъезда, несмотря на его победоносный тон и овации Сталину, на квартире Серго Орджоникидзе (небольшой дом у Троицких ворот) происходило тайное совещание некоторых членов ЦК – Косиора, Эйхе, Шеболдаева, Шаранговича и других товарищей. Участники совещания считали необходимым устранение Сталина с поста генсека. Они предлагали Кирову заменить его, однако Сергей Миронович отказался.
После того, как Сталину стало известно об этом совещании, он вызвал к себе Кирова. Киров не отрицал этого факта, заявив Сталину, что тот сам своими действиями привел к этому.
При выборах ЦК на съезде фамилия Сталина была вычеркнута в 292 бюллетенях. Сталин приказал сжечь из них 289 бюллетеней, и в протоколе, объявленном съезду, было показано 3 голоса против.
Комиссия Политбюро, ознакомившись в центральном партархиве с бюллетенями и протоколами голосования, установила факт фальсификации выборов. Вызванный в ЦК бывший заместитель председателя счетной комиссии съезда В.М. Верховых сообщил подробности этой истории.
Впоследствии почти все делегаты XVII съезда были уничтожены. Из 41 члена счетной комиссии 39 расстреляны, два уцелевших – репрессированы.
Киров, сознавая, что после происшедшего он неизбежно будет уничтожен Сталиным, говорил своим родным и друзьям, что голова его теперь на плахе.
Убийцу Кирова Николаева трижды задерживала охрана Кирова, при нем был обнаружен портфель с разрезом на задней стороне, в котором находился заряженный револьвер и план Смольного. Однако сотрудники Ленинградского ГПУ его каждый раз отпускали, угрожая охране. Убийца, явившийся 1 декабря в Таврический дворец на партактив, где Киров должен был делать доклад, был предупрежден и перешел в Смольный, так как Киров поехал туда за материалами для доклада.
На другой день после убийства на допросе у Сталина в Смольном Николаев заявил, что его в течение четырех месяцев склоняли к совершению убийства сотрудники ГПУ на том, что это необходимо партии и государству.
Личный охранник Кирова Борисов, предупреждавший его об опасности, был убит по дороге в Смольный ударом лома по голове сотрудниками ГПУ, сопровождавшими его на грузовике на допрос к Сталину.
В личном архиве Сталина при нашем расследовании был обнаружен собственноручно составленный список двух сфабрикованных им «троцкистско-зиновьевских террористических центров» – Ленинградского и Московского. Зиновьев и Каменев вначале были помещены Сталиным в Ленинградский, потом переставлены в Московский, так же как и некоторые другие вымышленные «участники центров».
Круглосуточно находившийся при Николаеве в камере сотрудник ГПУ Кацафа написал в комиссию, что убийца согласился дать следствию требуемые от него показания о якобы существующем «троцкистско-зиновьевском центре» только после обещания сохранить ему за это жизнь.
На суде под председательством Ульриха Николаев сначала отказался от вымученных у него показаний и заявил, что никакого центра не было. Ульрих вел допрос Николаева в отсутствии всех остальных обвиняемых и в конце концов сломил его. В перерыве судебного заседания Николаева держали отдельно, он снова кричал, что никакого центра не было, что он оговорил невинных людей (см. письмо конвоира Гусева на имя Н.С. Хрущева). После объявления смертного приговора Николаев непрерывно кричал: «Обманули!».
О происходившем на суде дала такие показания комиссии присутствовавшая в зале суда фактическая жена Ульриха.
Тщательное расследование многих других важнейших обстоятельств, показания близких Кирову людей и других свидетелей, – все это привело к неопровержимому заключению: убийство Кирова было организовано Сталиным.
После убийства Кирова Сталин обрушил на страну лавину ужасающего террора. По всем республикам и областям рассылались контрольные цифры на аресты. В директиве за подписью Сталина и Молотова предписывалось организовать во всех районах показательные суды – если нет подходящих больших помещений, то – в церквах.
Комитетом госбезопасности СССР в комиссию по расследованию был прислан документ с цифрами репрессий, сводка по годам. Всего с 1 января 35-го по 22 июня 41-го года было арестовано 19 млн. 840 тыс. «врагов народа». Из них 7 млн. было расстреляно в тюрьмах. Большинство остальных погибло в лагерях.
Итоговая докладная записка с приложением акта почерковедческой экспертизы Прокуратуры СССР была разослана членам Политбюро. Все документы и материалы расследования, в том числе рукопись Сталина, должны находиться в архиве Политбюро.
Сопротивление, оказанное нашему расследованию ревнителями сталинского режима, было велико. После моего ухода из КПК (1962) в окружении Н.С. Хрущева нашлись лица, заинтересованные в переоценке выводов комиссии Политбюро. Они поручили заместителю председателя КПК З.Г. Сердюку вновь допросить главных свидетелей. Эту работу выполнил сотрудник КПК Г.С. Климов. И было составлено новое заключение (за чьими подписями – не знаю) совсем иного свойства – якобы комиссия не располагает достаточными данными, изобличающими Сталина в организации покушения на жизнь Кирова.
Сознавая всю меру ответственности перед партией за настоящее свидетельство, я прошу тщательно, расследовать обстоятельства подмены первоначального заключения комиссии Политбюро иным. Это необходимо сделать для восстановления всей правды.
О. Шатуновская
РГАНИ. Ф. 5. Оп. 102. Д. 1000. Л. 23-25. Подлинник. Машинопись.

Шатуновская Ольга Григорьевна (1901-1990)
партийный функционер
1901, 1 марта. — Родилась в Баку. Отец – Шатуновский Григорий Наумович (1871–1922), юрист, выпускник Санкт-Петербургского университета. Мать – Шатуновская Виктория Борисовна (1876–1957), домашняя хозяйка.

1913–1917. — Учеба и окончание с золотой медалью Мариинской женской гимназии.

1915. — Посещение марксистских кружков А.М. Стопани.

1916, январь. — Вступление в РСДРП(б).

1918, 30 марта. — Уход из дома. Член боевой дружины большевиков.
1918, лето. — Личный секретарь Степана Шаумяна, который знал, что Сталин – агент охранки. Поездка на турецкий фронт (Баладжары). Падение советской власти в Баку. Оставлена в Баку для подпольной работы. Начало дружбы с А.И. Микояном.

1918, сентябрь. — Вступление турецких войск в Баку. Расстрел 26 бакинских комиссаров в Кзыл-Арвате. Арест и приговор к повешению турецким командованием. Помилование. Последняя встреча с отцом.

1918, декабрь. — Участие в Закавказской подпольной конференции большевиков под Тифлисом.

1919, январь. — Нелегально пробирается в Тифлис после болезни сыпным тифом.

1919, апрель. — Приезд из Тифлиса в Баку, где власть захватили мусаватисты.

1919, июль–ноябрь. — Редактор выходивших в Бакинском подполье газет.

1919, ноябрь–декабрь. — Выполнение поручения передать Ленину партийные документы.

1920, январь–февраль. — Возвращение в Баку из Москвы через Среднюю Азию и Дагестан.

1920, май. — Продолжение редакторской работы в Баку. Секретарь Кавказского бюро союза молодежи.

1920, май–сентябрь. — Секретарь Бакинского комитета комсомола. Секретарь Совета молодежи Востока. Секретарь райкомов партии в Баку.

1921. — Борьба с Н. Наримановым. Отказ на предложение А.И. Микояна выйти за него 1921, октябрь. — Отзыв вместе с Суреном Агамировым в Москву и Брянск.

1921–1924. — Работа в агитпропе Брянска, Бежецка.

1922. — Смерть в Баку отца, Г.Н. Шатуновского.

1924, январь. — Замужество. Муж – Юрий Николаевич Кутьин, партийный работник.

1924, август – 1925, апрель. — Сиббюро ЦК ВКП(б), агитпроп. Болезнь.

1925, апрель – 1929, ноябрь. — Возвращение с мужем в Баку. Член горкома, заведующая отделом Баиловского райкома партии в Баку.

1926–1927. — Секретарь райкома в Баку. Борьба с троцкистской оппозицией.

1927, 28 апреля. — Рождение сына Степана.

1928. — Смерть в Берлине сестры, Татьяны Шатуновской.

1928–1929. — Борьба в Баку с Мирзояном. Отзыв в Москву на курсы марксизма при ЦК ВКП(б).

1930, 19 августа. — Рождение дочери Джаны.

1931–1934. — Работа в Московском комитете партии (МК) партии заведующей сектором топлива и энергетики, кандидат в члены МК.

1932, 17 ноября. — Рождение сына Алексея.1934, лето – 1935, весна. — Парторг МК на МОГЭСе.

1935, весна – 1935, август. — Заведующая промышленно-транспортным отделом Калининского обкома.

Преждевременные роды, болезнь.

1935–1937. — Исполняющая обязанности зав. отделом руководящих партийных органов МК, член МК.

1937, сентябрь. — Освобождение от работы в МК. Направление на работу в издательство «Academia».

1937, 5 ноября. — Арест всего состава МК, в том числе О.Г. Шатуновской, по обвинению в троцкистской контрреволюционной деятельности. Обыск в доме.

1937, ноябрь – 1938, май. — Следствие. Лубянская, Новинская, Таганские тюрьмы. Одиночная камера в течение года. Очные ставки. Подписание отрицательного протокола. Перевод в Бутырскую тюрьму.

Исключение мужа из партии. Увольнение с работы на год.

1937, декабрь – 1938, март. — Арест Сурена Агамирова, допросы, пытки, подписание ложного протокола о вредительском разрушении домен (ни одна не была разрушена); расстрел.

1938, 8 мая. — Объявление О.Г. Шатуновской приговора Особого совещания при НКВД – 8 лет ИТЛ.1938, октябрь. — Этап на Колыму через Владивосток, откуда две недели последним в этом году рейсом парохода «Дальстрой» до бухты Нагаева.

1939–1943. — Магадан. Лагеря. Работа на лесоповале, автобазе. Заболевание почек, пребывание в больнице почти год.

1942, январь – 1943, октябрь. — Арест и тюремное заключение мужа, Ю.Н. Кутьина.

1944–1946. — Работа Шатуновской на рыбных промыслах в Армани; вновь заболевание почек, больница. Работа в Центральной котельной в Магадане (табельщик, нормировщик, бухгалтер, экономист, плановик одновременно).

1945, ноябрь. — Окончание срока заключения. Ознакомление с Указом «сидеть до особого распоряжения».

1946, 3 апреля. — Освобождение из лагеря. Работа в доме аварийного персонала. Резкое ухудшение зрения.

1946, октябрь. — Возвращение с Колымы в Москву по разрешению, выхлопотанному А.И. Микояном. Впоследствии – нежелание рассказывать про лагерь. Узнает о фактическом распаде брака, о новой жене Ю.Н. Кутьина, рождении ребенка в его втором браке.

1946, октябрь – 1948, июль. — Работа корректором в издательствах.

1948, июль. — Указ об аресте всех освобожденных политических. Совет А.И. Микояна уехать, спрятаться. Отъезд из Москвы от ареста в Среднюю Азию.1948, июль – 1949, апрель. — Работа в Кзыл-Орде плановиком в Сырдарьинском маслопроме.

1948. — После трехдневных пыток согласие Ю.Н. Кутьина стать осведомителем НКВД.

1949, апрель. — Арест О.Г. Шатуновской в Кзыл-Орде. Обыск. Кзыл-ординская внутренняя тюрьма при НКВД. Одиночная камера. Приезд дочери на свидание к матери в тюрьме. Приговор Особого совещания при МГБ из Москвы – ссылка на вечное поселение в Красноярский край. Этап в Енисейск.

1949. — Поступление дочери Джаны, серебряной медалистки, в Московский энергетический институт (МЭИ) на электромеханический факультет, куда брали детей врагов народа, евреев и спортсменов.

1949, октябрь–1954, июнь. — Ссыльная жизнь в Енисейске. Отсутствие работы. Изучение медицинского массажа и зарабатывание массажем на жизнь. Знакомство с ссыльным гравером Михаилом Александровичем Богдановым, ставшим ее гражданским мужем, В.М. Крестинской (вдовой расстрелянного полпреда в Германии), доктором А.П. Гуричем и другими.

1953. — Исключение дочери из МЭИ по анкетным данным.

1954, 24 июня. — Пересмотр дела, отмена обоих приговоров Особого совещания, прекращение дел, освобождение из ссылки Управлением МВД по Красноярскому краю.

1954, июль. — Приезд в Москву. Два инфаркта.

1950-е гг., середина. — Реабилитация.

1954, август. — Восстановление в партии Комиссией Партийного Контроля (КПК) при ЦК 1954, 11 декабря. — Постановлением Секретариата ЦК КПСС назначение ответственным партконтролером КПК при ЦК КПСС.

1955, январь – 1962, май. — Работа в КПК, член коллегии КПК. Реабилитация невинно репрессированных, для чего создано 84 комиссии при КПК, работавшие в лагерях ГУЛАГа.

1957, февраль. — Смерть матери, В.Б. Шатуновской.

1960, 23 апреля. — Поездка в Баку на празднование 40-летия Азербайджана.

1962, май. — Уход на пенсию. Последняя докладная записка Н.С. Хрущеву. Результаты работы О.Г. Шатуновской в КПК составляют 64 тома, которые содержат расследование и дезавуирование процессов Зиновьева – Каменева, Пятакова – Радека, Сокольникова, Бухарина – Рыкова, Тухачевского; материалы об организации Сталиным убийства Кирова и Орджоникидзе; о разгроме Сталиным Коминтерна, о приходе Гитлера к власти на плечах Сталина,о фальсификации улик Катынских расстрелов, о 19 840 тысячах репрессированных за 1935–1941 гг., из них 7 миллионов расстреляны, и лишь 180 тысяч вышли на свободу, остальные погибли в лагерях.

1963, 19 апреля. — Смерть Ю.Н. Кутьина в Москве.

1968, сентябрь. — Поездка в Баку на празднование 50-летия Бакинской Коммуны.

1978, сентябрь. — Поездка в Баку на празднование 60-летия Бакинской Коммуны.

1981, 18 декабря. — Смерть сына Степана в Москве.

1950-е–1980-е гг. — Рассказывает дочери, внукам, Н.И. Старкову (“Мемориал”) о событиях ХХ века в России, эти рассказы составили содержание книги воспоминаний “Об ушедшем веке”. Исчезновение ряда важнейших документов из 64 томов комиссии Шатуновской. Переживания за сохранность томов.1990, 23 ноября. — О.Г. Шатуновская скончалась в Москве.

2001. — Выход в свет книги «Об ушедшем веке. Рассказывает Ольга Шатуновская».

* сведения, выходящие за рамки воспоминаний, выделены курсивом