Прославляли как то мы Бахуса в морге, да простит нас Аид.
Естественно не в самой мертвецкой, а в соседнем помещении. Поляну накрыли, сидим заминаем беленькую понемножку. Подвозят мужичка из реанимации остывать, сердечник, не откачали. Закатили, неспеша продолжаем, на фоне радио бормочет. Ляпота.
И тут в конце коридора со скрипом отворяется дверь в мертвецкую... На пороге фигура в простыне...
Все застыли. Закусь на вилках сохнет, водка в горле комом встала, народ стремительно трезвеет, и с натужным лязгом проворачиваются крепко смазанные алкоголем шестеренки в головах...
- Мужики, где это я? - опасливо осведомляется фигура.
МХАТовская пауза.
- Мужик, ты в морге. - кое как протолкнув водку через пищевод хрипло отвечает один из санитаров.
- Да?
Все синхронно кивают.
Мужик неуверенной походкой приблизился. Был он щуплый, лысоватый, невысокого роста, лет шестидесяти. Присел на свободный стул, горестно вздохнул.
- Тебя как звать то, "Лазарь советского розлива"?
- Миша я... - как-то отстраненно ответил он.
- Значит так, Миша. Следующий тост за твоё чудесное воскрешение.
- Ага...
- Держи. - патанатом сунул ему в руку стакан.
- Это что, коньяк?
- Какой тебе коньяк сейчас?! Чай сладкий.
Пока новопреставленный и воскресший Миша хлебал чай с баранками, подтянулся сонный и злой реаниматолог.
- Что трезвонишь посреди ночи? Только кости бросил.
- А ты глянь кто у нас тут чаёвничает.
- Не может быть!
У того аж глаза на лоб полезли.
- Ты давай пощупай его, а мы пока градус немного нагоним.
Пока ошарашенный эскулап осматривал своего пациента, мы пропустили по паре стаканов.
- Ничего не понимаю... - расписался в своей беспомощности медик. - Тоны сердца чистые, шумов нет, пульс ровный, наполненность хорошая, ЧСС 62, АД 120/60, и всё это с его-то стенокардией!
- Бывает... Ты это вот что, давай забирай своего возвращенца, помониторь его недельку, может потом статью напишешь, типа "Лечение стенокардии методом клинической смерти", прославишься...
- Иди ты! - огрызнулся врач. - Михал Сергеич, - это он пациенту, - пересаживайтесь на каталку, а лучше прилягте, я вас сам отвезу.
- Да я и пешком могу, - нашелся Миша.
- Не спорьте, укладывайтесь, так-то оно лучше будет. - терпеливо объяснил доктор.
- А вы меня препарировать не будете? - с жалостливой интонацией спросил Миша.
- Не боись, - успокоил его патанатом, - он в тебя только иголками потыкает.
Мужичка передернуло.
- В себя потыкай, мясник хренов!!! - взорвался реаниматолог.
Санитары хором довольно заржали.
Забираясь на каталку, Миша задумчиво произнес: Мужики, вы это... Не бухайте больше в морге, а?
- Ты это к чему? - посерьезнел патанатом.
- Не знаю, в голове постоянно только эта мысль и вертится. - признался Миша.
И, поскрипывая колесом, каталка с нашим "Лазарем" скрылась за дверями.
Патанатом задумчиво почесал затылок, потом лоб, грустно оглядел пустую тару, хмыкнул и промолвил: Так, сворачиваемся, на сегодня достаточно.
Санитары обиженно засопели. Ну и правда, что такое два по 0,7 на четверых, тем паче здоровьем бог их не обделил.
С того случая в морге мы больше не пили. Видать серьезно Аид на нас осерчал, раз уж соизволил гонца послать.
А Миша, после столь чудесного возвращения странным образом избавился от всех проблем с сердцем. Я его лет десять спустя видал, бодренький такой старичок.



© ioricrazy