Россия для русских, говорите? А Москва для москвичей? А кто у нас русский, и кто – москвич? Александр Невский – имя России, Даниил Московский – первый московский удельный князь, Дмитрий Донской – герой Куликовской битвы, символ русской воинской славы. Иван Грозный – мечта всех сторонников сильной руки …
Разочаруем любителей проверять чистоту крови. Все эти герои и гордость русского народа – потомки ясской, читайте осетинской, княжны Марии Шварновны, в иночестве Марфы.

РОДОНАЧАЛЬНИЦА БОЛЬШОГО ГНЕЗДА...

Все смешалось в русской истории: Успенский Княгинин монастырь обнаруживается теперь во Владимире в переулке безбожника Воровского. Небесной красоты Успенский собор ранних лет шестнадцатого века стоит на фундаментах храма, возведенного по приказу великого князя Владимирского Всеволода III.
Отчего ж монастырь "Княгинин"? Да оттого, что вдохновила Всеволода Юрьевича его первая и любимая супруга, княгиня Мария: готовила место вечного покоя для себя и потомков своих – княгинь и княжен Великого Владимирского княжества.
Мудра и предусмотрительна была Мария Ясская, канонизированная в числе первых русских святых. Потомков у нее будет много – 115 ровным счетом русских родов пошли от Всеволода Юрьевича, прозванного за многодетность и обилие сыновей Большим Гнездом.
И все это "Большое гнездо" родила, вырастила и воспитала Мария Шварновна. Мария Аланская, Мария Ясыня, дочь осетинского князя, не единственная, но, вероятно, самая яркая из осетинок, сочетавшихся браком с русскими князьями.Согласно сохранившимся в хрониках и летописях сведениям, аланская знать той эпохи отличалась высоким уровнем образованности. Так, Давид Сослан знал греческий, латинский, арабский, татарский, грузинский языки, был, как отмечал в 1915 г. известный грузинский историк З. Чичинадзе, автором грузинских книг. Более того, по мнению большого числа ученых, именно Давид Сослан – автор поэмы «Витязь в тигровой шкуре», поэтической истории любви Тамары и Давида, а псевдоним Руставели, означающий «родом из Рустави», взят им по названию одного из своих родовых имений, Рустави. Очень хорошо образованы были и женщины Алании. Так, Борена, жена Баграта IV, царица Грузии и сестра аланского царя Дургулеля Великого, портрет и стихи которой изображены на стене Гелатского собора, была настолько образованной, что хорошо знала латинский, греческий и грузинский языки, историю этих народов. Эта умная женщина родилась и выросла в Алании, всю свою просвещенность и образование она получила на родине. Жена знаменитого аланского царя Худана, деда царицы Тамары, учила аланок читать и писать по-гречески, по-арабски и по-грузински. Ее дочь, царевна Бурдухан, по словам грузинской хроники, «превосходила всех женщин своей добротой, мудростью, разумом, красотой… подобную ей невесту Грузия никогда еще не видывала. От нее только и могла родиться такая женщина, как царица Тамара». Бурдухан владела греческим, латинским, арабским, грузинским языками (читала и писала), и тоже получила свое образование дома, в Алании. Высокой образованностью и большим влиянием на своих мужей отличались и Мария Аланская, супруга византийского императора Михаила Дуки, и византийская василисса Ирина, дочь аланского царя Дургулеля Великого. Все эти исторические личности родились и выросли в Алании, все свое образование и просвещенность они получили у себя на родине. В связи с этим весьма интересной и перспективной представляется проблема исторической реконструкции существовавшей в Алании системы образования, дававшей такие блестящие результаты. А пока отметим, что аланки, воспитанные в принципах равенства с мужчинами, красивые и хорошо образованные, пользовались таким большим влиянием на своих знаменитых мужей, что это нашло отражение в исторических документах эпохи. Особый интерес приобретает судьба Марии Шварновны, являющейся общей прапра…бабушкой А.С. Пушкина, Н.Н. Гончаровой и Ивана Грозного. Действительно, как следует из анализа генеалогического древа, А.С. Пушкин - прямой потомок внука Всеволода Большое Гнездо и Марии, князя Ярослава Ярославича. Кстати, интересно отметить, что Ярослав Ярославич был женат на Ксении Юрьевне Одоевской, внучке князя Михаила Всеволодовича Черниговского, также женатого на аланке. Таким образом, в родословной А.С. Пушкина имеется не одна, а целых две аланские ветви. Наталья Николаевна Гончарова и Иван Грозный - прямые потомки другого внука Всеволода Большое Гнездо – Александра Невского. Таким образом, Всеволод Большое Гнездо является общим прапра…дедушкой Александра Сергеевича и его жены. А их общая прапра…бабушка, жена Всеволода Большое Гнездо Мария Всеволожная – дочь аланского (ясского, как писали в русских летописях) князя Шварна.

ДЕСЯТЫЙ СЫН ДОЛГОРУКОГО..

Все смешалось в русской истории, и многое утонуло в ее толщах. К тому же ранняя история России – мужская по самой своей сути. Рукописные источники внимательны к князьям и небрежны к княжеским женам: сведения о них отрывочны и несвязны.
Что есть, то есть: о князе Всеволоде, десятом сыне основателя Москвы Юрия Долгорукого известно многое – почти девять минувших столетий не выгладили его из памяти потомков.
Историки проштудировали летописи и выяснили множество подробностей его непростой биографии.

Он рано осиротел – основателя Москвы отравили на пиру у киевского боярина, когда Всеволоду едва сравнялось три года. Старший, сводный брат Андрей Боголюбский выгнал мачеху и ее детей из княжества.
Подхватив сыновей, и в их числе малолетнего Всеволода греческая царевна Ольга (а может быть, и Елена) отправилась в Константинополь.
Считают, что к родне: император Мануил I доводился Елене-Ольге кузеном. Когда Всеволод вошел в юношеский возраст, вдова Долгорукого решила вернуться на Русь.
Там как-то все сложилось, хотя и не без передряг. Брат Андрей, Великий Владимирский князь, сердцем помягчел и с Всеволодом примирился. И послал его вместе со своими сыновьями, братьями и прочими примкнувшими союзниками брать у Мстислава Изяславича Волынского Киев.
"Мати русских городов" сыновья и внуки Юрия Долгорукого взяли и там на некоторое время воцарились, причем Всеволоду даже удалось со временем посидеть на киевском престоле. Но очень недолго – всего пять недель. Потом брат Михаил Юрьевич выручил его из смоленского плена, а там приспела очередная заваруха – заговорщики убили Андрея Боголюбского.
Освободился Владимирский престол, и владимирцы поцеловали крест Всеволоду и покуда не рожденным детям его. Опять же не без сложностей, а в результате победы в битве на Юрьевском поле за рекой Гзою Всеволод Юрьевич (пока еще не Большое гнездо) сделался Великим князем Владимирским.


В ТИФЛИСЕ ИЛИ В КИЕВЕ?

На великокняжеский престол Всеволод, которого историк Карамзин называет Третьим, вступил уже женатым. Но это как раз те сведения, что потонули в реке времени: когда женился, да где отыскал жену? О том, что Мария родом осетинская княжна, никто уже не сомневается: летописи прямо называют ее ясыней. Но где пересеклись их жизненные пути?
Для любителей проверять чистоту крови. Царица Тамара, с именем которой связан «Золотой Век» в истории Грузии, дочь осетинки Бурдухан. Муж-соправитель Тамары, отец наследников престола – осетинский царевич Давид Сослан из рода Царазон. Самый почитаемый в истории Грузии царь Давид IV, прозванный Строителем, прадед царицы Тамары, - внук осетинки Борены и правнук армянки Мариам Арцуни, муж армянской царевны Русудан и Гурандухт – дочери кипчакского вождя Атрака.
Раскопки в истории обнаруживают целых два возможных перекрестка. Неожиданно – в Грузии: в местных хрониках отмечена встреча в 1169-1170 годах грузинского царя Георгия III из династии Багратионов с племянником из Константинополя и о его свадьбе с осетинской княжной. Этим племянником вполне мог быть Всеволод: и Георгий, царь грузинский, отец прославленной царицы Тамары, и мать Всеволода были внуками Давида IV Строителя.
Вполне резонно, что на пути из Царьграда на Русь Елена-Ольга с сыном заехали навестить тифлисскую родню. Тут дело и сладилось: вступающему в древнерусский брачный возраст (16 лет) Всеволоду приглянулась юная Мария, родственница красавицы Бурдухан – супруги царя Георгия, дочери осетинского царя Худана.
Впрочем, скорее всего, Марией прекрасная ясыня стала уже на Руси, но осетинского имени история не сберегла.
Второй перекресток судеб отыскался в Киеве. Связи киевских великих князей с ясами (что есть те же аланы, предки современных осетин) отсчитывают с Х века.
Полутора веками позже сын Мономаха Ярополк Владимирович ходил походом в половецкие степи и пленил дочь ясского князя. Краса "Олены Яски", как именует аланскую княжну Ипатьевская летопись, сразила Ярополка наповал, и он женился на прелестной пленнице.
С ней, вероятно, прибыли в Киев и родственники. В той же Ипатьевской летописи на службе у киевских князей обнаруживается воевода Шварн. Есть версия, что именно он и был отцом Марии Шварновны.


МАРИЯ И ТРИ ЕЕ СЕСТРЫ...
Из отрывочных летописных свидетельств историки делают вывод, что три сестры Марии тоже были замужем за русскими князьями. Старшая, вероятно, была второй женой Андрея Боголюбского и участвовала в заговоре против него и в его убийстве.
Причем многие историки считают, что к покушению на мужа ее подтолкнули именно жалость к младшим сестрам и забота об их благополучии – ведь Всеволод, не имевший собственных владений, скитался с женой и незамужними свояченицами по чужим уделам. Гибель старшего брата Андрея и ранняя смерть среднего Михаила и открыли Всеволоду путь на Владимирский престол.

И снова читаем Ипатьевскую летопись: "В лѣто 6690 (1182 по нашему счислению) Князь Кыевьскыи Святославъ Всеволодичь ожени 2 сына: за Глѣба поя Рюриковну, а за Мьстислава - Ясыню из Володимеря Суждальского, Всеволожю свесть". "Свесть" то есть свояченицу Всеволода, на Руси звали Марфой, а описанный в летописи Мстислав Святославович позже сел на черниговский престол.

Третья сестра Марии, Елена, выдана была за князя Ярослава Владимировича и большую часть жизни прожила в Новгороде, где княжил этот внук Мстислава Великого, правнук Мономаха и, стало быть, двоюродный племянник Всеволода. Русские князья охотно женились на аланках – они считались завидными невестами: волшебные красавицы, к тому же еще и христианки. Очевидно, что Всеволода Юрьевича и Марию Шварновну связывала крепкая любовь – никакие династические и политические причины на него не повлияли.


"…СЛАВНАЯ БЛАГОЧЕСТИЕМ И МУДРОСТЬЮ"

Племянники Марии Шварновны и их потомки заметного следа в русской истории не оставили. Не то рожденное Марией "большое гнездо": сыновья, внуки и их потомство определяли судьбу России в течение долгих веков. Есть ли в том заслуга Владимирской великой княгини?
Карамзин вслед за летописцами уверяет, что есть, и немалые. "Первою его супругою – рассказывает знаменитый русский историк о Всеволоде Большое Гнездо, – была Мария, родом Ясыня, славная благочестием и мудростию. … Летописцы хвалят ее также за украшение церквей серебряными и золотыми сосудами; называют Российскою Еленою, Феодорою, второю Ольгою".
Карамзину вторит историк Соловьев. Рассказывая о роли женщин в древнерусском обществе, он отметил, что запись в Лаврентьевской летописи о кончине Марии Шварновны является примером любви и уважения к женщине на Древней Руси.
Дополним прославленного русского ученого, автора многотомного труда по истории России: мудрая и нежная красавица Мария Шварновна, как мало кто другой была достойна любви и уважения.
Правление Всеволода Большое Гнездо стало временем наивысшего расцвета Владимиро-Суздальской земли: росли и богатели города, строились храмы (и в их числе знаменитейшие Успенский и Дмитриевский во Владимире, признанные шедевры древнерусской архитектуры), авторитет и старшинство Всеволода Юрьевича признавали за редким исключением по всей Руси.
Это именно его автор "Слова о полку Игореве" назвал "буй- туром", и силу его войска описал удивительно образно:

"Где ж ты, великий князь Всеволод?
Иль не помыслишь прилететь издалече, отцовский златой престол защитить?
Силен ты веслами Волгу разбрызгать,
А Дон шеломами вычерпать…"

И пока Всеволод Юрьевич занимался многотрудными ратными и мирными делами, Мария Шварновна обустраивала терем, растила дочерей и воспитывала сыновей для будущей их княжеской стези, была радушной хозяйкой для многочисленных гостей и родственников, наезжавших во Владимир. То есть была тем самым надежным тылом, в котором так нуждается любой мужчина, пусть даже и княжеского звания.
Как приличествовало женщине ее положения и даже более того, княгиня Мария занималась благотворительностью, что в ту пору предполагало щедрые дары в церковь и утещение сирых и болящих. И нежно опекала вдов из бесчисленной родни, которым давал приют Всеволод Юрьевич.
Пусть летописные сведения о Марии Ясыне лаконичны – сквозь эти немногие слова просвечивает незаурядный образ крупной личности, не затворенной в женской половине и не огородившей себя забором из традиционных дамских интересов. Считают, что она ценила ученость, сама была не чужда книг и искусств, почтение к наукам и искусствам воспитала и в детях.


ДУХОВНОЕ ЗАВЕЩАНИЕ ЯССКОЙ КНЯЖНЫ...

Ясная умом, благородная сердцем и стойкая духом Мария Шварновна прожила праведную, но не слишком долгую жизнь – лет приблизительно пятьдесят-пятьдесят пять. От последних – двенадцатых! – родов она так и не оправилась, и семь последних лет тяжко болела. "В последние семь лет жизни, – цитирует Карамзин летопись, – страдая тяжким недугом, она изъявляла удивительное терпение, часто сравнивала себя с Иовом и за 18 дней до кончины постриглась…".
В монастырь ее провожали муж, дети, монахи из всех монастырей и весь город. Все плакали – жалели бесконечно добрую Марию Шварновну.
Вскоре после пострижения в монахини она скончалась "и была положена в монастыре своем в церкви св. Богородицы, погребена с рыданием и плачем великим над нею...".
А сыновья великой княгини всю жизнь помнили и детям своим передали духовное завещание Марии Шварновны.
Карамзин рассказывает о поучении Марии просто и величественно: "…Готовясь умереть, призвала сыновей и заклинала их жить в любви, напомнив им мудрые слова Великого Ярослава, что междоусобие губит Князей и отечество, возвеличенное трудами предков; советовала детям быть набожными, трезвыми, вообще приветливыми и в особенности уважать старцев, по изречению Библии: во мнозем времени премудрость, во мнозе житии ведение"..


БРАТЬЯ НАВЕК...

Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой? Отчего же… Любуемся ли Дмитриевским собором – стены его изукрашены рельефами в так называемом "зверином стиле", который принесли на Владимирщину аланские мастера, прибывшие вместе с Марией Шварновной.
Глядим ли на барса на эмблеме владимиро-суздальских князей и на щите их потомка Александра Невского – этот барс с аланской царской символики добрался в Залесье с обозом Марии Шварновны, подобно тому, как двуглавый орел прилетел на Русь из Византии вместе с Софьей Палеолог, невестой царя Ивана III.

Источник:«Горец» №4/ Берега/ Возвращение http://ossetians.com/rus/news.[more/]