ЗАГАДКИ ИСТОРИИ


Александр ФИЛЮШКИН,





Василий третий .Немецкая гравюра.

Василий III – не самый известный правитель в нашей истории. Он скромно расположился между своим отцом Иваном III и сыном Иваном IV, равно называемых великими. Но был ли Василий отцом Ивана Грозного? Об одной из версий появления на свет этого государя рассказывает Александр ФИЛЮШКИН, автор биографии Василия III, вышедшей в серии «Жизнь замечательных людей» (М., «Молодая гвардия», 2010).


Первый его брак с Соломонией Сабуровой был бездетным, за что муж и заточил супругу в монастырь. И во втором браке детей долгое время не было. К выбору невесты государь подошёл основательно. Жена должна быть молода, здорова, красива – чтобы как можно быстрее исполнить своё предназначение – дать престолу наследника.
Такая нашлась – иностранка по происхождению, умница, красавица, родственники в упадке, глава рода, хотя и достойного, сидит в русской тюрьме. Не надо долго свататься. И родственники не могут мешать Василию III или диктовать ему свою волю. Это была Елена Васильевна Глинская, представительница рода Глинских, эмигрировавших в Россию в 1508 году. Основываясь на исследованиях костных останков и зубов, учёные считают, что княгиня родилась около 1510–1512 годов, стала женой Василия III в 13–15 лет – была почти втрое моложе мужа, которому ко времени брака исполнилось 47 лет.
Глинские представляли значительный интерес с точки зрения генеалогии. По легенде, после смерти темника Мамая, разбитого в 1380 году на Куликовом поле, его сыновья бежали в Литву, приняли там православие и получили в удел город Глинск, откуда и пошёл род Глинских. Получалось, что сын Василия III стал бы потомком одновременно и Мамая, и Дмитрия Донского. Согласно преданиям, ходившим в самой Литве, Глинские вели свой род от Ахмата, хана Большой Орды. Поскольку тот был Чингисидом, это могло дать определённые перспективы в борьбе за власть в той же Казани или на переговорах с Крымом: потомок Василия III мог бы апеллировать к своему чингисидскому происхождению и требовать своей доли власти…
Глава рода, знаменитый Михаил Глинский, по обвинению в сговоре с польским королём Сигизмундом с 1514 года сидел в тюрьме. За Глинского просил император Максимилиан. Освобождая князя Михаила из заточения, Василий III делал жест доброй воли в адрес императора и совершал благодеяние в отношении Глинских (тем самым Михаил оказывался обязанным по гроб жизни, ведь за предъявленное ему обвинение в измене он мог уже не выйти из тюрьмы). Приближённые ко двору Глинских становились лично преданными Василию III придворными, которые не имели тесных связей с русским боярством, а служили государю «напрямую». На них можно было положиться (поскольку их положение зависело исключительно от воли Василия III). Разве о таких верных людях не мечтает каждый правитель?
Немецкий дипломат Зигмунд Герберштейн, посетивший Россию как раз тогда, в своих «Записках о московитских делах» так описывал мотивы Василия III: «…Он не сомневался, что если вернёт свою милость Михаилу и дарует ему свободу, то родившиеся от Елены дети его под охраной дяди будут жить гораздо спокойнее. Переговоры об освобождении Михаила велись в нашем (Герберштейна. – А.Ф.) присутствии; мало того, нам довелось видеть, как с него сняли оковы и поместили с почётом под домашний арест (liberae custodiae), а затем даровали и полную свободу». (В другом издании: «Он был освобождён, и к нему приставлено множество слуг, больше с тем, чтобы присматривать за ним и стеречь его, нежели чтобы служить ему».) На самом деле Глинского освободили не сразу после свадьбы Василия и Елены. Полную свободу он обрёл только в феврале 1527 года.
Свадьба Василия III и Елены Глинской состоялась 21 января 1526 года. Было видно, что государь не относился к Елене как к субъекту детопроизводства, а пытался понравиться ей как мужчина. Молодясь и стремясь выглядеть на литовский манер, он впервые в жизни сбрил бороду и ходил только «в усах». Это вызвало при дворе настоящий шок, бояре при виде бритого государя только что чувств не лишались. По канонам того времени, нарушать образ и подобие Господа нельзя: бритый человек не может войти в Царствие Небесное. Сначала развод с Соломонией, потом бритьё бороды – право же, Василий III вёл себя предосудительно!
Судя по всему, Василий III действительно питал к Елене чувства, выходящие за рамки «брака по расчёту». Он писал ей личные письма (несколько из них сохранилось). Современники отмечали, что государь полюбил Елену ради её красоты и непорочности – она и в самом деле светилась девичьей красотой, свежестью и чистотой. К этому, видимо, примешивалось чувство благодарности – хотя и не без приключений, но Елена всё-таки родила Василию III двух сыновей – тем самым проблема наследования была решена.
Благодаря работе скульпторов-антропологов, в частности, С.А.Никитина, по черепу Елены Глинской был восстановлен её облик, и мы сегодня можем представить себе, как выглядела эта женщина, ради которой государь всея Руси сбрил бороду, рискуя вызвать презрение современников.

Елена Глинская
У неё было узкое, продолговатое лицо с узким, резко выступающим прямым носом и высоким переносьем. Её рост – 162–165 сантиметров – по тем временам считался большим. В погребении сохранился ноготь Елены, по которому можно узнать, как в ХVI веке великие княгини стригли ногти: с двух сторон на полукруг с заострением в центре. У Глинской были длинные ноги, узкие бёдра, узкие плечи, изящные руки – словом, хрупкая, тонкая, юная…
Единственное, что слегка портило облик невесты, – состояние передних зубов. Резцы находили один на другой, зубы росли криво и с промежутками. То есть улыбаться открытым ртом на публике Елене не стоило. Но облику девочки-подростка такие редкие зубы могли придавать трогательность и беззащитность, что, несомненно, весьма впечатляет пятидесятилетних мужчин.
Зубы, кстати, дали важный штрих к психологическому портрету Елены Глинской. У неё до корней были сточены вторые предкоренные зубы нижней челюсти с обеих сторон. По резонному предположению Т.Д.Пановой, это следы увлечения Елены рукоделием – через зубы протягивались золотые нити при шитье и вышивании 1. Не всякая женщина будет столь усидчивой и целеустремлённой, чтобы сточить свои зубы нитью, вышивая художественные ткани. Это говорит о твёрдости характера Елены, её готовности идти на многое ради поставленной цели.
Но в связи с этим возникает вопрос о тайне рождения Ивана Грозного. Дело в том, что несмотря на свежесть юной девушки, детей не было ни через год, ни через два, ни через три после первой брачной ночи...
Первенец у Василия III родился только 25 августа 1530 года. Столь большой промежуток времени зачатия от попыток оного (за 25 лет с двумя женщинами – одно зачатие?!) уже у современников породил подозрение, что отцом Ивана Грозного был не Василий III, что Елена понесла от другого. Злые языки называли любовником великой княгини князя Ивана Фёдоровича Овчину-Телепнёва-Оболенского. Любовником княгини он, несомненно, был: после смерти Василия III в 1535 году Елена, придя к власти, открыто сделала его своим сожителем и соправителем, фаворитом. Герберштейн прямо приписал причину гибели Михаила Глинского его попыткам пристыдить племянницу, впавшую в блудный грех: «…видя, что сразу по смерти государя вдова его стала позорить царское ложе с неким [боярином] по прозвищу Овчина (Owczina), заключила в оковы братьев мужа, сурово обращается с ними и вообще правит слишком жестоко, Михаил исключительно по прямодушию своему и долгу чести неоднократно наставлял её жить честно и целомудренно; она же отнеслась к его наставлениям с таким негодованием и нетерпимостью, что вскоре стала подумывать, как бы погубить его. Предлог был найден: как говорят, Михаил через некоторое время был обвинён в измене (другое издание: намерении предать детей (наследников) и страну польскому королю. – А.Ф.), снова ввергнут в темницу и погиб жалкой смертью; [по слухам, и вдова немного спустя была умерщвлена ядом, а обольститель её] Овчина был рассечён на куски».
Факт любовной связи с Овчиной достоверно устанавливается применительно к 1535–1538 годам. Но была ли эта связь ранее, при жизни мужа? Доказательств этому нет. Большинство учёных категорически отрицают такую вероятность, считая отцом Ивана Грозного Василия III, в котором через 25 лет бесплодных попыток вдруг проснулась способность к зачатию детей. В качестве главного аргумента антропологи приводят внешнее сходство (знаменитый «палеологовский» нос с горбинкой) восстановленных по черепам обликов Софьи Палеолог и Ивана Грозного. А эти «палеологовские» признаки могли быть переданы только в случае, если отцом Грозного был бы сам Василий III. Правда, никаких портретов Овчины не сохранилось, и какой у него был нос, никто не знает.
Высказывались гипотезы и в пользу отцовства Овчины, правда, в научном мире они не нашли никакой поддержки. А.Л.Никитин обратил внимание на следующее обстоятельство: мы не знаем случаев резкого отклонения в психике, вызванных наследственными психиатрическими заболеваниями, ни в роду Калитичей (потомков Ивана Калиты. – Ред.), ни в роду Глинских. Вплоть до самого Ивана Грозного, которому психиатры ставят диагноз «паранойя». Его брат Юрий – слабоумный (болезнь Дауна), его сын Фёдор – слабоумный (имбицил или олигофрен), другой сын Дмитрий – эпилептик. Про третьего сына, Ивана, убитого отцом в 1581 году, мы знаем, что он отличался маниакальной жестокостью. Ничего подобного за Калитичами раньше не водилось. Карты болезней представителей рода Овчины мы не имеем, но характерны прозвища некоторых представителей рода: Немой, Лопата, Глупый, Медведица, Телепень, Сухорукий. Не отсюда ли, спрашивает А.Л.Никитин, и пошла «порча» рода Калитичей 2?
Наверное, можно предположить, что спустя три года после бесплодного брака Елена стала понимать, что с каждым днём ей всё больше грозит судьба Соломонии. Такой судьбы она себе не хотела. Вряд ли женщине, способной сточить собственные зубы о золотую нить ради красивой вышивки, было так уж трудно найти решение проблемы зачатия ребёнка помимо Василия III. При дворе было немало молодых симпатичных дворян, а во дворце – укромных уголков. Василий III часто отлучался… А эта супружеская измена решала бы все проблемы. Кто ж знал, что от Овчины родятся параноики и дауны…
Конечно, всё это не более чем фантазии на заданную тему. Никаких доказательств нет. Несомненно только, что в России ХVI века ходили слухи, что Иван Грозный – «выб…к». О любовной связи Елены с Овчиной писал Герберштейн. Упоминания о «хуле» на царя, которую на него возводят, «не ведаючи его царского прирожения», содержатся в сочинении публициста ХVI века Ивана Пересветова. Курбский делает какие-то неясные намёки на «выб…ка» рядом с царём: тут возможен намёк и на самого царя, которого нельзя, как незаконнорождённого, пускать в церковь. Что характерно, Иван Грозный страшно возбудился при прочтении этой фразы и написал в ответ горячую отповедь со множеством библейских цитат, из которой сложно понять, что же, собственно, царь опровергает…

Василий третий вводит свою невесту Елену Глинскую.

Доказательство может предоставить только судебно-медицинская экспертиза: генетический анализ останков Василия III, Елены Глинской, Ивана Грозного. Возможно, удастся привлечь и генетический материал князей Оболенских, к роду которых принадлежал Овчина. Это будет достоверное, точное знание. Но никто не стремится его получить, считают проведение такого исследования неприличным.
Между тем точные науки способны выдавать абсолютно однозначные результаты, разрешающие исторические загадки. Так, многие годы считалось, что слухи об отравлении Елены Глинской в 1538 году – не более чем очередная сказка-страшилка о злых боярах, клевета и проч. Однако судебно-медицинская экспертиза останков Елены показала: её действительно отравили. Фоновый уровень по меди был превышен в два раза, по цинку – в три раза, свинцу – в 28 раз (!), мышьяку – в восемь раз, селену – в девять раз. Но главное – это соли ртути. Нормальный их фон – от двух до семи микрограммов на грамм. У Елены в волосах было 55 микрограммов – комментарии, как говорится, излишни3. Литовская княжна, волею судеб вознесённая на трон правительницы крупнейшей державы Восточной Европы, возможно, и сумела обмануть своего мужа, но не смогла обмануть судьбу. Чаша с боярским ядом поставила точку в жизни второй жены Василия III спустя четыре года после его кончины.



1 Панова Т., Пежемский Д. Отравили! Жизнь и смерть Елены Глинской: историко-антропологическое исследование // Родина. 2004. № 12. С. 26–31.

2 Никитин А.Л. Соломония Сабурова и второй брак Василия III // Григорьев Г.Л. Кого боялся Иван Грозный? М., 1998. С. 91–93.
3 Панова Т.Д.Кремлёвские усыпальницы… С.148. [more/]