Жил-был на свете мальчик, у которого была короткая память. Он очень многое забывал. Оно только что произошло – а он уже забыл. Надо что-нибудь сделать – а он не помнит. И хорошее забывает, и плохое. Иногда даже жить забывает!У него была хорошая, заботливая мама, которая напоминала ему, когда одеваться, когда завтракать, когда играть. Даже когда надо жизни радоваться – и то напоминать приходилось!Очень беспокоилась мама за своего мальчика. Думала: вот вырастет он, и как будет жить с такой короткой памятью? Кто же ему на работе все напоминать будет – когда разговаривать, когда трудиться, а когда обедать? А когда свою семью заведет, детишек народит – кто ему напоминать будет, кто сыночек, а кто доченька, и когда у них дни рождения?

Вот мама спрашивает сына: — Мальчик мой дорогой, ну как же ты без меня жить-то будешь? А он ей отвечает: — Зачем без тебя? Я всегда с тобой буду жить! Мама ему: — Нет, дорогой, так нельзя! Все мальчики когда-нибудь вырастают и становятся мужчинами. А мальчик ей: — А я тогда не буду расти! Я по-быстренькому поживу, немножко совсем, а потом умру. Маму эти речи пугали: ей вовсе не хотелось, чтобы ее мальчик умирал. Ей хотелось, чтобы он жил долго и счастливо. Она его и убеждала, и уговаривала, и хвалила, в общем, по-всякому поддерживала – но все не так, все не впрок. Ведь у мальчика была короткая память! Она ему рассказывает, какое у него светлое будущее впереди, какой он хороший и умный, он послушает – глядь, а через полчаса уже все позабыл. И однажды мамочка не выдержала. Поздно ночью, когда сыночек уснул, вышла она из дома, посмотрела на небо звездное и взмолилась: — Если там кто-нибудь есть, откликнитесь! Расскажите мне, что происходит, почему у моего сынули память короткая?! Почему он жить не хочет, а хочет умереть??? Помогите хоть кто-нибудь, пожалуйста!!! Научите, как сыночку помочь, а я на все готова!!! И такой силы и чистоты было ее намерение, что мигом оно до звезд долетело. И скатилась к ней с неба Дежурная Звезда. Если кто не знает, так Дежурные Звезды всегда на нас смотрят, желания наши улавливают. Если желание сильное и бескорыстное – Дежурная Звезда его улавливает и на помощь приходит. — Здравствуй, женщина, чем могу тебе служить? – спросила Звезда. — Сделай так, чтобы мой любимый сынок стал уверенным в себе, жизнерадостным и прогнал прочь все свои страхи. Вот и все, о чем прошу… — Я этого сделать не могу, я – всего лишь Дежурная Звезда, — ответила ей Звезда. – Я не могу, а вот ты – можешь. — А как? Каким путем? Я уже много чего пробовала, ничего не помогает. — Есть один верный путь. Звезда Тайных Желаний называется. Только она находится По Ту Сторону Тьмы. Если не побоишься, ступишь на нее, пройдешь этот Путь от начала до конца – даст Бог, и ребенка излечишь, и сама успокоишься. — Я согласна, согласна! – взволнованно закивала мамочка. — Не торопись. Я должна предупредить, что там и страшно будет, и опасно. Придется тебе встретиться с Тьмой и преодолеть ее. А самое страшное – увидеть Голую Правду. Страшнее этого ничего не бывает. — Но я… А я смогу? – засомневалась мамочка. – Я же никогда звездными путями не ходила…- А вот решать надо прямо сейчас, — сказала Звезда. – В следующий раз твой зов может просто не долететь до Неба. А если у тебя сомнения есть – лучше и не пробовать. Одолеть этот Путь не просто. Если в тебе веры нет – погибнешь, разобьешься.Мамочка прислушалась к себе и твердо ответила:- Есть. Есть у меня вера! И все я готова ради моего сыночка вытерпеть и вынести, любой дорогой пройти. И даже эту вашу Голую Правду увидеть – тоже не побоюсь! Одно только тревожит: как же сынуля тут без меня, у него же больше нет никого…- А сынок твой спать будет, пока ты не вернешься.- А если я никогда не вернусь? Он же погибнет!- А он так и так погибнет, — сказала Дежурная Звезда. – Что с тобой, что без тебя – жить-то он все равно не хочет. Так что решай!- Я готова, — решилась мамочка. – Будь что будет, а я хотя бы попытаюсь.Дежурная Звезда подставила ей лучик, мамочка ступила на него – и Звезда стремительно вознесла ее на небо, к тому месту, где кончается Свет и начинается Тьма. Там горела тусклым светом одинокая Звезда. — Это Звезда Тайных Желаний, — на прощание сообщила мамочке ее провожатая. – Первая звезда по Ту Сторону Тьмы. Ну, я возвращаюсь на дежурство, а ты теперь дальше – сама. — Спасибо! – успела крикнуть ей мамочка и огляделась. Она была на странной звезде. Здесь все было усыпано-усеяно какими-то обломками, обрывками, странными незаконченными конструкциями… Наверное, так выглядели недодуманные до конца или несбывшиеся желания. Но невдалеке она заметила вполне узнаваемое строение – телефонную будку. К ней она и двинулась, осторожно обходя острые предметы, ямы и нагромождения. Телефонная будка была ничего себе, очень даже современная. И телефон имелся, и трубка не была оторвана. Только на диске не было цифр – гладкий и блестящий. И как по нему звонить? И кому, главное? И тут этот самый телефон зазвонил. Мамочка вздрогнула от неожиданности и огляделась – вроде бы как никого живого в окрестностях не наблюдалось. И тогда она с опаской сняла трубку и сказала:«Алло…» — Назовите причину прибытия! – приказал механический голос из трубки. — Здравствуйте, меня зовут…- Назовите причину прибытия…- Понимаете, у меня сын… — Назовите причину прибытия… — Мой мальчик не хочет жить… — Назовите причину прибытия… — Я хочу, чтобы мой мальчик жил!!! Радовался жизни и был успешным!!! – изо всех сил крикнула в трубку она. — Запрос зарегистрирован… Запрос зарегистрирован… Ждите ответа… Ждите ответа… Мамочка перевела дух. Было ей тревожно и неуютно. И этот голос! Неживой, равнодушный. Хотя – кто его знает, как тут все устроено, По Ту Сторону Тьмы??? Через какое-то время телефон ожил. — Идите туда – не знаю куда. Ищите то – не знаю что. — Куда идти? Что искать? – завопила мамочка, но телефон уже умолк – только короткие гудки пищали. Мамочка вышла из будки и заплакала. Ну вот, оказалась бог весть где, да еще шутки дурацкие от какого-то автоответчика. Но слезы скоро иссякли: пожалеть все равно было некому, какой смысл тогда и плакать? И она побрела куда глаза глядят – согласно инструкции. «Иду туда – не знаю куда. Ищу то – не знаю что», — бормотала она, пристально вглядываясь в залежи всякого хлама. И вдруг впереди что-то блеснуло – да так, что она зажмурилась. Туда и пошла. Вскоре она увидела, что внимание ее привлекло треснутое зеркало. Большущее такое, стояло, прислоненное наискось к какому-то обломку скалы. Она глянула в зеркало – и отшатнулась. Оттуда на нее смотрела старуха – страшная, седая, изможденная, с полубезумными глазами, такая, что и в страшном сне не приснится. — Не падай в обморок! – оскалила зубы старуха в подобии улыбки. – Что, себя не узнаешь? — Я не такая! Это не я! – в ужасе отпрянула мамочка. — А я – твоя оборотная сторона, — заявила старуха. – Мы ж По Ту Сторону Тьмы, а здесь все шиворот-навыворот. — Ну, раз так, тогда ладно, — постаралась взять себя в руки мамочка. – Хотя все равно страшно… — Ты бы и стала такой в конце концов, если бы вовремя с иглы не соскочила, — «утешила» старуха. — Что вы такое говорите? – опешила мамочка. – Что значит «с иглы»? Да я никогда на ней не сидела, я вообще никогда эту мерзость не пробовала. — Даааа? – издевательски протянула старуха. – Да ты этой мерзости выше крыши нахлебалась! От мужа! Скажешь, нет? — Не скажу, — чуть помедлив, через силу признала мамочка. – Мерзости я нахлебалась, это да. Ну так это он наркозависимым был, не я… — А ты была нарко-со-зависимой, — сообщила старуха. – Сама такого в жизнь привлекла. Он себя топил, ты его спасала, так и жили. — А как еще? Он же муж мне был, отец моего ребенка, — стала оправдываться мамочка. – Ребенку нужен отец… — А чего тогда разошлась? – усмехнулась старуха. — Сын попросил, — неохотно вспомнила мамочка. – Он такого в детстве насмотрелся, не приведи Бог никому! Сын, сыночек, он сам, ему тогда и четырех еще не было, сказал мне: «Мама, мамочка, давай уйдем от папы и будем жить вдвоем!». Тогда я и решилась. — Стало быть, трехлетний ребенок на себя такую ответственность принял? Рано, раненько ему стать взрослым пришлось, — ядовито прокомментировала старуха. – Не было у него, значит, на тебя опоры… — Ох и жестокая ты, — подивилась мамочка. – Наотмашь бьешь. — Я – это ты, — напомнила старуха. – Ну, а на отца у него была опора? Как думаешь? — Да какая там опора, — передернулась мамочка. – Наркоман, этим все сказано. Не хочу даже вспоминать. — Небось, не раз ему смерти желала, да? — Никогда я ему смерти не желала, вы что! – возмутилась мамочка. – Я не зверь! Нельзя живому человеку смерти желать, какой бы он ни был! — Ага. Верю. Но так-то вот думала хоть раз: «Уж лучше бы тебя вообще не было»? Или «хоть бы ты сгинул куда-нибудь подальше, и не видеть тебя»? Или хоть «провались ты!»? — Думала, — призналась мамочка. – И не раз думала. — А это и есть пожелание разрушения, то есть смерти, — подсказала старуха. – Тайное твое Желание… — А вы бы смогли сохранять равновесие и спокойствие, живя с наркоманом? – запальчиво вскинулась мамочка. — Я и не смогла, — пожала плечами старуха. – Ты чего, забыла? Ведь я – это ты… Только ты вовремя соскочила, а я – нет. И вся моя жизненная энергия улетела в Черную Дыру. И его не спасла, и себя иссушила. — Ладно, Бог с ним, — устало сказала мамочка. – Что сейчас об этом??? Мне о сыне думать надо. Велено идти туда – не знаю куда, искать то – не знаю что. Не подскажете направление? — Верной дорогой идешь, милая, — хохотнула старуха. – В прошлое, в прошлое! Там все разгадки. Вот меня нашла – уже часть дела сделана. И я тебе вот что скажу: сын – это часть отца, его плоть и кровь, как ни крути. Желая мужу смерти, ты и на сына ее тень набрасываешь. Даже если любишь больше жизни! — И что делать? – помертвела мамочка. — Прощения просить за то, что вольно или невольно смерти пожелала. Задним числом, — посоветовала старуха. – Даже если человека уже на свете нет – он услышит, поймет, примет, и освободишься ты от этой незримой связи. — Спасибо. Куда мне теперь? – спросила мамочка. — Твой компас – душа, — ответила старуха. – Она подскажет. Она всегда подсказывает. Только мы ее слушаем редко. — А как же вы? Так здесь и останетесь? Может, вам помощь какая нужна? – спохватилась мамочка. — Благодарствую, что предложила. Да только мне уже ничего не нужно. Я давно умерла, — ответила старуха. И зеркало, лопнув, с треском разлетелось на тысячи мелких осколков. Мамочка зачем-то подобрала один из них и положила в карман. Так, на память.И двинулась она дальше. Душа ничего такого особенного не подсказывала, так что шла мамочка просто так, где поровнее. И вскоре почувствовала гнусный запах – как будто тухлые яйца смешались с дохлыми кошками. Хотела было повернуть, обойти, но тут душа голос подала: «Нет, прямо! Туда иди, туда!». Мамочка не стала кочевряжиться, пошла прямо, и вышла она к какой-то яме, до краев наполненной не то грязью, не то еще чем похуже. На поверхности то тут, то там плавали какие-то кочаны и сучья.- О господи! – ахнула мамочка, присмотревшись. Вовсе не кочаны и сучья это были – головы и руки.На звук все головы завертелись, увидели ее, руки-сучья протянули, и сразу началось:- Спасиииии…. Помогиииии…. Протяни руку помощи… Аааааа…. Погибааааем….-Сейчас, сейчас, — заволновалась она, выискивая глазами какую-нибудь жердину. Нашла, кинулась, протянула ближайшему. Он ухватился, полез было, но быстро обмяк и повис.- Не могу… Сил нет… Руку дай! Дай руку!Она, не раздумывая, дала ему руку – и вмиг оказалась в зловонной жиже.- Я так и знал… Ничего меня не спасет… — безнадежно проговорил залепленный грязью кочан, и она, холодея, узнала в нем собственного мужа, с которым давным-давно рассталась и встречаться вновь вовсе не горела желанием.- Как это получилось??? — проговорила она, отчаянно бултыхаясь и нащупывая ногами дно.- Соскользнула… Скользко здесь, — объяснил он.- Сейчас… Погоди, я нащупаю почву под ногами, выберусь сама и помогу тебе, — пообещала мамочка.Она с трудом, кое-как, выкарабкалась на бережок, вся заляпанная противной вонючей1 грязью, и снова протянула ему жердь. Муж ухватился, побарахтался и снова попросил:- Нет, самому не выбраться… Руку, руку дай!На этот раз она была начеку, и когда почувствовала, что он расслабился и повис, попыталась выдернуть руку. Но он уцепился намертво и тянул, тянул ее вниз. Словно в фильме ужасов, он стал выпускать щупальца и оплетать ее руку. Ноги скользили по глинистому берегу, и она вновь скатилась бы, но рука сама нащупала в кармане осколок зеркала. «Утянет, как Старуху в Черную Дыру», — мелькнула паническая мысль. Она выхватила и не глядя полоснула по ближайшему щупальцу. Муж вскрикнул и отпустил. Она отскочила на несколько шагов, тяжело дыша.- Ты зачем меня за собой тащишь? – крикнула она. – Я же тебя наверх тяну! Ты сюда лезь!- Не могу, — апатично отозвался муж. – В ломы мне напрягаться… Вроде настроюсь вылезти – а там ветер, холодно, тревожно как-то. А тут – тепло, спокойно. Ну, у меня мышцы сами и расслабляются.- Но там же грязь, вонь! – с отвращением воскликнула она. – Здесь хоть движение воздуха какое-то. Ветер перемен!- Дура ты, не понимаешь! – вдруг впал в ярость он. – Да от этой вони знаешь какие видения бывают??? Я в них герой, я красавец, я повелеваю мирами, я могу летать! А ты там, наверху, можешь? Фиг ты можешь!- Но погоди… — растерялась она. – Не злись, пожалуйста!- Какого черта «не злись», если ты меня бесишь??? Да на фига мне твой ветер перемен, от него одни неприятности! Там, наверху, все время надо куда-то идти, чего-то делать, и везде опасности, я туда не хочу, мне страшно, я буду сидеть здесь, тебе понятно???- А зачем ты руку дать просил??? – крикнула она. – Ты же сам меня просил помочь???- Ну, просил, — снова обмяк он. – А вдруг? Ты мне нужна… Здесь так одиноко… А ты… ты одна меня понимаешь. Накормишь… Напоишь… Пожалеешь… Мааааамочка!- Я тебе не мамочка, — холодно сказала она. – Я нашему сыну мамочка. Я его спасать буду. А ты… Захочешь – выберешься. Найдешь способ. Мышцы, например, потренируешь. Или силу воли. Но себя я утянуть на дно не дам, и не надейся. Так что не распускай щупальца, понятно?И вдруг муж посмотрел на нее трезвыми глазами, полными такой боли, что она замерла.- Спаси хоть его, если сможешь, — тихо сказал он. – У него тоже с силой воли проблемы, я ж отец, я по наследству передал. Он такой же, как и я.- Неееет! – закричала она.- Да, — еще тише, но очень твердо сказал муж. – Если ты разгадаешь, в чем тут загвоздка, сможешь защитить его от грязи, тогда он найдет другой путь и минует это болото. Если же нет…- Я смогу, — сказала она. – Если уж я здесь – то у меня точно получится. Вот увидишь.- Ты всегда была сильной, — с некоторой завистью сказал он. – И от этого я себя чувствовал еще больше никчемным и ущербным. Прости меня. Прости. Я такой, какой есть. Я просто слабый. Во мне жизненных сил не хватает — выбраться. И не пытайся больше меня спасти. Я не выбираю жизнь, она страшная. А вы – живите. Держи!И он бросил ей на берег что-то мелкое, оно упало к самым ногам и звякнуло. Она нагнулась, подняла – кольцо… Обручальное кольцо. Она вскинула голову – но мужа уже не было, только пузыри шли по поверхности.Она не плакала – лицо закаменело, только кольцо сжала в кулаке так, что ногти впились в ладошку. Она смотрела на другие кочаны, которые продолжали плавать в грязи, а потом спросила:- Люди! Расскажите мне – что это за грязь? Почему вы в ней оказались?- Это память рода, — зашелестели голоса со всех сторон. – Это обиды, претензии, проклятия, преступления против Любви. Это гнев и зависть, это ревность и боль. Это то, что накопила родовая память. Слишком много грязи… Давит, пачкает, засасывает, убивает, не отпускает… Она глубоко внутри… Тяжелая… Слишком много, нам не выбраться…- Чем я могу вам помочь? – крикнула она.- Полюби нас такими, какие мы есть. Пойми нас! Мы старались, мы просто не смогли… Не хватило сил… Прощай… Прощай… Мы просим – прощай…- Я люблю вас! – крикнула она. – Вы не виноваты!!! Это же копилось много поколений!!! Этого слишком много – для одного человека!!! Я прощаю! Прощаю! Прощаю! Мужа! Сына! Себя! И всех вас! За всех нас! За все, что мы натворили! И вы тоже – прощайте! Прощайте!- Прощаем… Прощаем… Оставь нас… — шелестели голоса. – Нам не нужна жизнь. Нам нужен покой… А ты уходи туда – к живым. Ты там нужна.И мамочка кинулась со всех ног, рыдая, на ходу шепча молитву за всех непростивших, и запутавшихся, и проклинавших, и убивших любовь, и не справившихся со страшным бременем родовой памяти… За тех, кому уже не выбраться.Она и сама не заметила, как оказалась возле скалы, с которой ручейком стекала вода. Голубая и прозрачная, даже на вид вкусная и прохладная. Она встала под маленький водопад и смывала, смывала с себя родовую грязь, и молилась, просила прощения за каждое резкое слово, за каждую обиду и претензию, за каждую вспышку – их было немало в ее жизни. Ей было страшно думать, что она каждым таким деянием добавляла немножко грязи в родовое болотце, и все это передавалось сынуле в наследство, вместо фамильных драгоценностей и мудрых мыслей. «Или наряду с драгоценностями», — мимолетом подумала она, вспомнив печальные судьбы многих богачей и королей. Она вспомнила про кольцо, отмыла его и надела на цепочку с крестиком, что на шее висела. Выбросить даже в голову не пришло. «Это будет как талисман, чтобы не забыть о родовой грязи», — решила она.Она чувствовала, как телу становится легче, как прибавляются силы, как внутри начинает ходить кровь. Как будто в целебный источник окунулась.- Это Источник Любви, — подсказали ей.Она открыла глаза – рядом сидела птица. У птицы было красивое оперение синего цвета, хвост веером и мудрые глаза.- Я Птица Счастья, — представилась она. – А ты – мамочка. В чем твое счастье?- В сыне, — не задумываясь, ответила мамочка. – Если он будет счастлив – тогда и я буду.- Ответ неправильный, — констатировала Птица. – Ты возлагаешь на него двойное бремя ответственности. И за него, и за себя. А если он не сможет соответствовать твоим ожиданиям? Да он заранее чувствует себя виноватым, потому что ДОЛЖЕН каждую минуту делать тебя счастливой. Ты пьешь его жизнь.- Нет! Нет! – закричала мамочка. – Я его люблю! Я готова для него все сделать!- Сделай для себя, — посоветовала Птица Счастья. – Стань счастливой сама – и сын будет питаться твоим счастьем. У него мало сил – дай ему твою Силу!- Он всего боится. Он боится жить, — пожаловалась мамочка.- Ему всего 7 лет, он еще не имеет своего опыта. Это родительские страхи. Это ТЫ всего боишься. Это ТЫ боишься жить. И отец его боялся. Освободите его от своего опыта! Пройдите свои Уроки сами – и это не придется делать ему.- Дети за родителей не ответчики! – запротестовала она.- Да, не ответчики, — согласилась Птица. – Они всего лишь наследники. Что ты им передашь – с тем и пойдут по жизни. С этим спорить не станешь?- Не стану, — устало сказала мамочка. – Сама такая… наследница. Тоже тяну за собой родовой багаж. Что делать, скажи мне, Птица?- Искать причины в себе. Избавляться от хлама в душе и в мыслях. Прощать, молиться и благодарить. Очищаться от родовой грязи, и от своей собственной тоже! Наращивать Внутренний Свет. Он защитит и тебя, и сына.- Благодарю, — склонила голову она. – Спасибо за совет.- Возьми мое синее перо. Будет тебе Талисман. На счастье!И Птица Счастья вспорхнула и сразу набрала высоту – только синее хвостовое перо спланировало к ногам мамочки. Она подобрала его, спрятала в карман и двинулась дальше. Ей не хотелось уходить от Источника Любви, но там, далеко, ее ждал малыш, и она знала – задерживаться нельзя, останавливаться смерти подобно.После омовения в Источнике мамочка чувствовала себя очень бодро, идти было легко. Только вот направление по-прежнему она выбирала как попало – вот уж точно, шла куда глаза глядят. Как в сказках. В нее словно вставили новые батарейки – энергия так и переливалась в теле, все вибрировало. Даже волосы потрескивали. Хотя… Только ли в Источнике было дело? Вокруг нее вроде бы и воздух стал наэлектризованным. Даже искры какие-то то и дело вспыхивали. И как-то неожиданно она вышла к Яйцу. Она сразу так его назвала, потому что по-другому не скажешь: Яйцо и Яйцо, только размером с двухэтажный дом. И по его поверхности змеились-переливались синие молнии. Вокруг Яйца пахло озоном, как во время грозы. И еще вокруг Яйца было сооружено подобие невысокого заборчика – мамочке примерно по колено. Она хотела было перешагнуть, но тут Яйцо заговорило.- Стой, где стоишь! – прогремел голос. – Высокое напряжение! Высокое напряжение! Возможно короткое замыкание!- Я стою, — ответила мамочка. – Только у меня тоже – высокое напряжение. Я очень напрягаюсь, потому что боюсь за сына. У него короткая память, и он не хочет жить.- Короткая память – от короткого замыкания. Короткое замыкание – от высокого напряжения. Высокое напряжение – от того, что боится. Электрическая цепь! - тут же выдало Яйцо.- Чего он боится? Или кого?- Памяти. Ему страшно помнить. Он не хочет помнить. Он предпочитает забыть.- Что, что забыть? – нетерпеливо спросила мамочка. – Что вы все тут говорите загадками??? Неужели нельзя прямо все сказать?- Опасно. Высокое напряжение. Возможно короткое замыкание, — опять забубнило Яйцо. – Загадки имеют разгадки. Последовательное соединение.- А, уразумела! – догадалась мамочка. – Я должна сама найти разгадки, только не сразу, а постепенно, так?- Ответ верный. Ответ верный. Техника безопасности! И чистота опыта.- Опыт, — наморщила лоб мамочка. – Я должна произвести какой-то опыт?- Получить опыт, — поправило Яйцо. – Наработать опыт. Применить опыт.- Да, я поняла. Кое-какой опыт я уже получила. Честное слово, как будто током ударило. Эти встречи – со старухой, с мужем… Да и Птица Счастья тоже… Словно граблями по лбу, прямо искры из глаз!- Искры из глаз – электрический удар – просветление, — немедленно выдало Яйцо. – Короткое замыкание ведет к отключению. Просветление ведет к пониманию. Понимание – постоянный поток энергии.- У моего сына короткое замыкание? Значит, мне нужно получить просветление? А в среднем будет хорошо? Я правильно поняла?- Разность потенциалов ведет к уравновешиванию. Зажечь Внутренний Свет!- Внутренний Свет, — повторила мамочка. – Да! Мне об этом уже говорили. Только как его зажечь, этот Внутренний Свет?- Любовь и Благодарность, — торжественно провозгласило Яйцо. – Альфа и Омега, Начало и Конец, Свет и Тьма – Принятие и Слияние. Прими Тьму в себе – и зажжется Свет.- Какую Тьму? Как принять? – чуть не плача, спросила мамочка. – Где, ну где во мне Тьма? Это неправда!!!Яйцо затрещало, заискрило, пошло трещиной повдоль – и раскололось.- Готова посмотреть Правде в глаза? – раздался свистящий голос, от которого мамочка обмерла – такой он был… неприятный. По спине сразу прошел холодок, и почему-то заныли виски и сдавило грудь.- Кто здесь? – спросила она, всматриваясь в голубые всполохи.- Это я, Голая Правда. Я тут как тут. Ты меня увидишь, если есть готовность. Но меня редко кто хочет видеть, хе-хе…- Если это поможет моему ребенку – я готова, — отважно крикнула мамочка. – Покажись, какой бы страшной ты ни была!- Ну, смотри… — сказала Правда и проявилась. Мамочка удивилась: она ожидала увидеть кого угодно – чудовище, монстра, калеку, но только не вот это… Ей явилась обычная женщина, обычного облика, в обычной одежде, во только лицо… Не хотелось почему-то смотреть Правде в лицо. Словно она знала и в любую минуту могла сказать что-то такое, что мамочке слышать не хотелось, ой как не хотелось! И еще смущало то, что она и правда была голая, и похоже, совсем этим не тяготилась, зато мамочка невольно все время отводила глаза.- Ну, что ты хочешь узнать о себе? – негромко спросила Голая Правда.- Простите… А вы не могли бы на себя что-нибудь накинуть? – попросила она. – А то я как-то смущаюсь.- Нет уж, милая моя. Какая есть, такая есть. Правда почему-то всех смущает. Все стремятся рядить меня в какие-то одежды, так, что потом уже и не разобраться, где тут Правда? Никто не хочет меня видеть.- Я хочу, — сказала мамочка. – Мне надо знать правду: почему мой мальчик такой неуверенный в себе и в будущем. Я уже слышала, что у него отцовские программы, но мне кажется, что дело не только в этом.- Конечно, нет, — подтвердила Правда. – Это половина правды. А вторая половина… Скажи, а зачем ТЕБЕ надо, чтобы рядом с тобой мужчины становились беспомощными и неуверенными?- Мне? Но мне вовсе этого не надо! – возмущенно ответила мамочка. – С чего вы взяли?- Из жизни, — пожала плечами Голая Правда. – Вот скажи, почему ты привлекла в свою жизнь по меньшей мере двух мужчин, которых постоянно надо спасать, вытягивать, мотивировать, подталкивать и направлять? Муж и сын – уже двое. А может, их было больше, а?- Я… я не знаю, — смешалась мамочка. – Я не думала об этом.- А ты подумай, подумай, — посоветовала Голая Правда. – Люди вообще никогда не делают того, что им невыгодно. Во всем есть вторичная выгода. Ее бывает не видно, но она непременно присутствует. Какова твоя вторичная выгода?- Нет у меня никакой выгоды. Это неправда. Я хочу помочь сыну стать самостоятельным.- М-да? То есть ты хочешь стать ему ненужной?- Как ненужной? Почему ненужной?- Потому что чем самостоятельнее дитя, тем меньше он нуждается в мамочкиной заботе. Разве непонятно?- Послушайте… Это бред какой-то! При чем тут это? Я хочу быть сыну поддержкой, опорой, заботливой матерью, в конце концов!- Ну так ты уже всем этим являешься. И всегда будешь являться. Чем тогда недовольна? – усмехнулась Голая Правда.- Он не хочет жить! – крикнула мамочка. – Он боится жизни! Он не сможет без меня!- Вот над этим и надо работать. Тебе работать, не ему. Зачем ТЕБЕ надо, чтобы он не мог без тебя?- Я не больше слышать эту демагогию, — заявила мамочка. – Это все неправда!- Правда, правда, — неумолимо подтвердила Голая Правда. – А что не хочешь слышать – так кто ж правду слышать хочет? А только я тебе скажу: хочешь получить другой результат – пойди другим путем. Ну-ка, посмотри мне в лицо! Посмотри Правде в лицо, говорю!Мамочка глянула, хотела отвести глаза – но заставила себя смотреть, хоть и было неприятно. Голая Правда пристально вглядывалась в нее, и чувство было, что видит насквозь, как рентген.- Мне правда нравится проявлять заботу, советовать, направлять, — призналась мамочка. – Так я чувствую себя нужной, а свою жизнь осмысленной.- Ну так заботься, советуй, направляй, — посоветовала Голая Правда. – Только перестань на сыне упражняться. Тоже, полигон нашла! Помогай людям! Стань Звездой!- Какой Звездой? – опешила мамочка.- Путеводной, — охотно пояснила Голая Правда. – Людям помогай. Займись собой. Своей жизнью! Станешь уверенной ты – станет уверенным и сын. Найди опору в себе – появится опора и в нем. Найдешь себе дело ты – и он найдет! Захочешь сама жить – и он захочет! Ты ж пойми, он тебя отражает, твой внутренний мир! На то дети и даны, чтобы мы через них себя видели… То, что больше всего не нравится, тревожит или пугает в детях – это твое и есть. Только хорошо запрятанное. То, в чем себе сама не признаешься.- Тебя просто слушать страшно, — тихо сказала мамочка.- Да, все говорят, что Голая Правда – не подарок, — согласилась та. – Но от этого я н перестаю быть Правдой, пойми! Ну, есть еще вопросы?- Неужели я действительно такая? – ошеломленно спросила мамочка. — И что мне теперь с этим знанием делать?- А это тебе решать. Хочешь – так броди тут, на границе Тьмы и Света, до скончания веков. А хочешь – так возвращайся с тем оружием, которое здесь получила, и начинай бороться с Тьмой внутри себя.- Какое оружие? Не получала я никакого оружия! – растерянно сказала мамочка.- Ну как же? А осколок зеркала? А кольцо-талисман? А перо Птицы Счастья? Вот страхи протянут к тебе свои липкие щупальца – а ты его осколком! Одолеет память прошлого – а ты кольцо в руки возьми да сожми покрепче. Ну, а когда вера в светлое будущее ослабеет – тут уж Перо поможет. И я тебе на память кое-что дам. Вот, держи!И Голая Память протянула мамочке… Звезду. Самую настоящую, только светящуюся.- Возьми ее и вложи в грудь, туда, где сердце. Пусть сияет! Помни: победить Тьму можно только Светом!- Внутренний Свет, — вспомнила мамочка. – Мне говорили, что только это поможет моему сыну.- Это поможет тебе, — ответила Голая Правда. – Помоги себе – и ты исцелишь многих. Ну, на этом все. Аудиенция окончена. Тебе пора.- Я благодарю тебя, — сказала мамочка. – Мне нелегко было посмотреть тебе в лицо, но я рада, что сделала это. Я смогла! Значит, и все остальное – тоже смогу.- Подойди, женщина, — велела Правда. И когда мамочка приблизилась, легонько стукнула ее ладошкой в лоб, от чего у мамочки в голове взорвалась целая галактика.… Она снова стояла в телефонной будке, и отчаянно звенел-заливался телефон. Она машинально сняла трубку.- Я люблю тебя, дитя мое, — шепнул ей голос. – Ты – мое лучшее творение.Мамочка сразу поняла, кто это говорит.- Тогда за что мне такие испытания, Господи? – жалобно спросила она.- Не «за что», а «для чего», — ответил он. – Чтобы ты стала сильной и помогла многим. Это мое благословение. Я не даю испытаний не по силам, и ты справишься, я знаю. А сейчас тебе пора возвращаться в твой мир.- А можно с тобой как-нибудь связаться оттуда, из моего мира? – поспешно спросила она.- Отныне и впредь мы всегда на связи, по прямой линии, — ответил Господь. – Ну, дитя мое, с Богом!… Привет, Звезда! – появилась Дежурная Звезда. – Смотрю, твое путешествие оказалось успешным?- Почему ты называешь меня Звездой? – удивилась мамочка.- Ну так ты же светишься, — объяснила Дежурная Звезда. – Ты – Сверхновая. Теперь и ты будешь проводником. Как и я. Как все мы!- Вот как… Значит, вот что случается, когда побываешь на границе Света и Тьмы, — задумчиво сказала Сверхновая. – Я и не думала, что все так обернется.- Внутренний Свет – это большой подарок, но и огромная ответственность, — сказала Дежурная Звезда. – Его нельзя держать в себе, его надо возвращать миру, делая добрые дела. Так что встретимся, не сомневайся! До скорого!И новая Звезда по тонкому лучику полетела вниз, на Землю. Туда, где ее ждал сын, и еще много людей, с которыми она должна была поделиться Светом, разогнав их Тьму.
Автор: Эльфика
источник