Шел 1787 год. В Российской империи готовились к грандиозному путешествию Екатерины II на юг. Путешествие было своего рода политической демонстрацией перед всей Европой. В это время Турция, подстрекаемая Великобританией, Пруссией и Францией, готовила ультиматум, требуя возвращения Крыма и признания Грузии вассальным владением турецкого султана. Россия отвергла ультиматум, и Турция объявила ей войну, которая длилась до 1791 года. 

Путешествие на юг тщательно готовилось, для участия в нем были приглашены иностранные дипломаты и некоторые монархи. Отвечал за путешествие светлейший князь Г. А. Потемкин-Таврический. Князь выполнил поручение с большим размахом и выдумкой. Известное выражение "потемкинские деревни" стало с тех пор нарицательным. Светлейший князь приготовил множество сюрпризов, среди которых были и амазонки. 

Государиня Екатерина   II   вознамерясь   обозреть   вновь  присоединенный  к России Крым,   имела разговор с Светлейшим    Князем     Потемкиным,    который   между прочим  выхвалял   храбрость   Греков  и даже жен их. Государыня,   смеясь   храбрости   женщин, спросила -  чем он может доказать выхваляемую их храбрость? Потемкин обещался Государыни   уверить ее в сем  на месте - в Крыму.  

Ранее на имя командира Балаклавского полка премьер-майора Чапони был доставлен ордер князя Потемкина. Прочитав его, даже дерзкий Чапони обомлел: 

- Одно дело заниматься выучкой с солдатами-мужиками. Князь же повелел к приезду государыни вымуштровать роту из благородных жен и дочерей балаклавских греков. Где это видано было? Ведь надо набрать сто особ, да самых приличных, сластолюбивый князь в этом толк понимает.

Не в шутку встревоженный, Чапони скорехонько вызвал капитана Сарандова: 

- Сам Бог велел вам выполнить прихоть князя: срочно подберите, оденьте да вооружите роту из самых пригожих женщин. И чтоб мужским духом в ней не пахло. Командиром отряда будет ваша жена, бойкая Елена Ивановна.

Пролетели суматошные дни. Сквозь южное марево летит по степи кавалерийская рота. Стелятся по ветру конские гривы, развиваются над головами всадников белые страусовые перья, горят на солнце золотые галуны и бахрома. Кажется, еще миг и конница захлестнет небольшую группу людей, стоящих под одиноким деревом. Но кони переходят на шаг и замирают в ровном строю. Прищурив единственный глаз, высокий вельможа в небрежно распахнутом кафтане любуется всадниками. И любоваться есть чем: длинные малинового бархата юбки и зеленые курточки подчеркивают стройность фигур, под усыпанными блестками тюрбанами разгоряченные быстрой скачкой лица молодых женщин, у каждой на изящной перевязи небольшая, украшенная позолотой сабля, а за спиной облегченное длинноствольное ружье. Светлейший князь Григорий Потемкин доволен - задумка создать амазонскую роту явно удалась. Будет чем порадовать матушку Екатерину, которая собирается посетить присоединенную к России Тавриду. 

Созданная стараниями Григория Потемкина весной 1787 года, амазонская рота и впрямь получилась великолепной. Под руководством опытных боевых офицеров Балаклавского полка из благородных девиц, большинство из которых были женами или дочерьми офицеров, создали настоящее подразделение. Женщины научились отлично ездить верхом, умело перестраиваясь и соблюдая строй, фехтовать на саблях и стрелять залпом из ружей. 

Командиром над женской ротой Потемкин поставил жену капитана Елену Ивановну Сарандову (впоследствии - Шидянская). В почетном строю рота встречала Екатерину у деревни Кадыковка близь Балаклавы. И вот в огромной аллее, уставленной пахучими апельсиновыми и лавровыми деревьями, у Балаклавы, выстроилась женская рота для встречи императрицы. Командир, смуглявая и ладная Елена Сарандова еще раз окинула взглядом подчиненных. Под каждой гарцевал красавец-конь. Все они, как на подбор, сжимали в руках длинноствольные ружья. Цветущие и молодые, всадницы красовались в роскошной форме. Стройный стан обтягивали курточки зеленого бархата, отделанные золотым галуном. Переливались малиновые бархатные юбки с золотой бахромой, обрисовывая бедра. Изящные головки венчали белоснежные тюрбаны, усыпанные золотыми блестками, развевались пышные страусовые перья. Не хочешь, да заглядишься на пригожих воительниц!

Раньше всех здесь очутился увешанный регалиями шустрый австрийский император Иосиф II, жаждавший осмотреть развалины древней крепости и Балаклавскую бухту. Встретив неожиданно среди кущ женский военный отряд, он вначале остолбенел! Словно экзотические цветы благоухали жгучие и пышногрудые гречанки. Оглядевшись, Иосиф не растерялся и запечатлел поцелуй на горячих губах Елены Сарандовой. Это вызвало волнение среди вооруженных амазонок, на щеках их заиграл румянец. Но командир быстро успокоила подчиненных: 

- Смирно! Вы видите, что император не отнял у меня губ, да и своих у меня не оставил. Так что пугаться вам нечего!  Слово "император" успокоило воительниц, которые не знали, кто такой этот дерзкий вельможа.

Встретить Государыню назначено было возле Греческаго селения Кадыковки, недалеко от Балаклавы. Тут устроена была аллея из лавровых деревьев, усеянная лимонами и апельсинами; в средине дорога была также усыпана лаврами; в конце аллеи, простиравшейся на четыре версты, выстроена палатка, в которой на столе приготовлено было Евангелие, крест, хлеб и соль. Подъехавши к устроенной аллее, Государыня остановилась; тут встретил Ее Балаклавскаго полка протоирей Ананий с Крестом, хлебом и солью. 

Кареты с Екатериной и Потемкиным, графами и сановниками встречала рота громовым салютом. Амазонки, сопровождая свиту, скакали над пропастями на лошадях и палили в синее небо из ружей. Рослые донцы-молодцы задорно усмехались, глядя на ловких наездниц.

Государыня, бес в юбке, сама щеголявшая в молодости в мундире Преображенского полка, оценила по достоинству конвой амазонок, их выправку. Поцеловала смутившуюся Сарандову в губы и потрепала ее по плечу.

- Поздравляю вас, амазонский капитан. Ваша рота вполне исправна, я ею очень довольна. Вы можете потягаться даже с казаками-удальцами, но, думаю, что от них не спастись ни единой амазонке, - рассмеялась шальная императрица.   Кортеж двигался на Бахчисарай, опаляемый степным солнцем и сопровождаемый удивительной кавалькадой. Дружно приветствовал появление поезда отряд албанцев числом в 600 человек, вооруженных ружьями и составленный опять же неугомонным Потемкиным.

И гордые албанцы заглядывались на ладных амазонок. "Неча на них косоротиться", - хмурились казаки. Императрица удостоила албанцев похвалы; благосклонно отнеслась к обожавшей ее Елене Сарандовой, допускала к своей особе.

- Такой необычной женской роты я не знаю ни у одного государя Европы. Мои храбрые амазонки достойны награды. 

Затея Потемкина императрице понравилась. Выглядела амазонская рота браво, действовала слаженно. Уж что-что, а толк в военных Екатерина понимала прекрасно, да и благодарить их умела, считая, что даже ласковое слово, сказанное солдату, окупится сторицей. Командиру амазонок Елене Сарандовой императрица сразу присвоила чин капитана и наградила дорогим бриллиантовым перстнем. Так в России появилась первая женщина-офицер. Но кроме этого Сарандова удостоилась чести, о которой не могла даже мечтать офицерская жена из захолустного гарнизона. Новоназначенного капитана амазонок на глазах у всех встречающих расцеловали два монарха - Екатерина и Иосиф II, император Австрии. Награду получила и вся рота - 10 тысяч рублей, деньги по тем временам немалые. Амазонки сопровождали императорский кортеж до Бахчисарая. Участвовали в парадных церемониях, поражая даже бывалых военных знаниями экзерциции и умением действовать в конном строю. Но на этом их служба практически и завершилась.

Вскоре после отъезда Екатерины рота была расформирована. А затем о ней и вовсе забыли. Вспомнили только в середине следующего века...

В сентябре месяце 1848 года бывший наместник кавказский князь Михаил Воронцов сообщил министру императорского двора, князю Петру Волконскому, что он получил письмо из Симферополя от вдовы титулярного советника Елены Шидянской, в котором она объясняет, «что, командуя еще в царствование императрицы Екатерины ІІ ротою амазонок и имев счастье представить роту ее величеству, была осыпана ее милостями, что, достигнув теперь 90 лет, лишась зрения, она хотя с того времени и не беспокоила царствовавших августейших монархов просьбами об оказании ей пособия... Но, находясь в крайней бедности, просит об исходатайствовании ей от щедрот его императорскаго величества единовременаго пособия».

 

Князь Воронцов, имея в виду засвидетельствование таврического предводителя дворянства, что все вышеупомянутое справедливо и что, по старости и крайне бедному положению Шидянской, она заслуживает благодетельного внимания государя императора, просил князя Волконского повергнуть все эти обстоятельства на благоусмотрение его величества.

По высочайшему повелению было препровождено к князю Воронцову 29 сентября 1848 года 300 руб. серебром из кабинета его величества для Шидянской и притом приказано прислать сведения, когда была составлена рота амазонок, где, из какого звания.

 

Вместе с этими сведениями Елена Шидянская представила рисунок одежды амазонки и портрет свой, которые сохранились при деле, находящемся в архиве министерства императорского двора и воспроизводятся здесь в точной копии.

 

Елена Ивановна после смерти мужа вышла замуж за вдовца Гавриила Шидянского. Прожила она жизнь в бедности, сопровождаемая множеством несчастий. К концу долгой своей жизни ослепла. В Симферополе на старом кладбище был поставлен памятник из простого песчаника в форме Георгиевского креста, на котором высекли надпись: «1849 года сентября 4-го скончалась капитан амазонской роты Елена Шидлянская на 95-м году жизни»...

 

Давно нет памятника в форме Георгиевского креста на могиле капитана «амазонок», сама могила исчезла, затоптана, стёрта. Кладбище исчезло в начале тридцатых годов прошлого века. Остались лишь документы в архивах да воспоминания старожилов о рассказах бабушек-дедушек о существовавшей когда-то в Крыму первой на территории Государства Российского амазонской роты.