Уставные документы ордена тамплиеров: Устав и Свод

Устав

Отцы Собора в Труа даровали рыцарям первоначальный устав, предоставили  право носить белые плащи (послушникам и сержантам — черные), владеть и управлять землями и вассалами (невзирая на обет бедности) и получать, в качестве милостыни, десятину.
Латинская редакция устава  содержит 72 статьи с прологом и включает протокол Собора. 
Восемь первых статей трактуют исключительно религиозные обязанности братьев: они должны с великим благочестием слушать божественную службу. Если дела их Дома мешают присутствовать на богослужении, они повторят молитву "Отче наш" по тринадцать раз — вместо заутрени, по девять раз — вместо вечерни и по семь раз — в другие часы. 
В случае смерти одного из братьев будет отслужена месса за упокой его души, и каждый из собратьев прочтет для него сто раз "Отче наш";  в течение сорока дней на месте усопшего будут кормить одного бедняка.
За душу мирского рыцаря, погибшего на службе ордена Храма, произносится тридцать раз "Отче наш", а бедняк получает пищу в течение семи дней. 
Священники и клирики, обслуживающие Дом временно (монастырских служителей - капелланов еще не было), имеют право на одежду и пищу, но ничего не получают из пожертвований, сделанных ордену. 
Братьям позволено сидеть во время мессы.
Следующие одиннадцать статей касаются повседневных правил: братья вкушают трапезу молча, слушая чтение Священного Писания (скоро обнаружится сделанный с этой целью перевод Книги Судей). 
Мясо подается только два раза в неделю, с двойной порцией по воскресеньям — для рыцарей, в то время как оруженосцы и сержанты  должны довольствоваться обычным рационом. 
В прочие дни меню содержит два-три блюда из овощей или теста, в пятницу — из рыбы. 
Братья почитают необходимым соблюдение поста от дня Всех Святых до Пасхи, за исключением великих праздников. 
Десятую часть своего хлеба они должны отдавать бедным. 
Вечером они получают легкое угощение, сообразное степени воздержания магистра. После вечерни братья хранят молчание, за исключением случаев военной необходимости; те же, кто устал, могут ограничиться произнесением тринадцать раз "Отче наш" в своей постели вместо того, чтобы вставать к заутрене. 
Такова будет их монастырская жизнь. 
Далее оговаривался внешний облик братьев: их платье должно быть либо совершенно белым, либо черным, из грубой шерстяной ткани, не отделываться мехом, разве что овчиной. 
Им будут выдавать одежды, подобные носившимся в миру конюшими. 
Братья не стригут бород и усов. 
Их башмаки не должны иметь острых носов и шнурков (тогда была мода на экстравагантную обувь с загнутыми носами). 
У каждого брата — своя кровать с соломенным тюфяком, простыней, подушкой в виде валика и покрывалом из овечьей шерсти, куда ложатся одетыми в рубаху и штаны. Всю ночь в дортуаре (общей спальне) должен гореть огонь. 
Затем следует перечень требований к снаряжению и вооружению братьев: каждый может иметь трех лошадей и одного конюшего (оруженосца). 
Стремена и удила без позолоты или серебрения, а если кто-либо принесет в дар ордену свои старые золоченые доспехи, их следует покрасить. 
Когда мирской рыцарь присоединяется к Дому на определенное время, то фиксируется цена его коня, и с уходом ему возвращают половину этой суммы.
Оруженосцы и сержанты, служащие в ордене временно, должны вносить задаток, дабы соблюдать свои обязанности. 
Очередные статьи предписывают повиновение магистру, которому братья исповедуются, с тем чтобы он налагал на них покаяние в соответствии с серьезностью их проступка. 
Последние указания устава более разнообразны. 
Братья не могут иметь какую-либо сумку или сундук с замком. 
Письма, адресованные им, будут читаться в присутствии магистра (мало кто из рыцарей знал грамоту.
Тамплиеров призывают не похваляться ни своими прегрешениями, ни своими безрассудными поступками, совершенными в миру. 
Если они получают подарок, даже от своих родителей, то обязаны передать его магистру или сенешалю. 
Охотиться — кроме охоты на львов — им запрещено. 
Больные препоручаются заботам сиделки; старики также имеют право на уход. 
Женатые могут стать членами Дома, но не будут пожалованы белыми одеждами. Если муж умирает раньше жены, половина состояния обоих отходит к ордену, вторая половина — вдове.
Сестры (монахини) в орден не принимались. 
Наиболее важны три статьи: братьям запрещено общение с отлученными от причастия; но принимать милостыню от тех, кто находится под отлучением, разрешалось;  кто пожелает стать братом ордена Храма, должен просить об этом (в присутствии магистра и капитула) после того, как прослушает статьи устава.
Продолжительность испытательного срока определяется магистром; "путешествуя, братья должны стремиться подавать добрый пример, особенно посещая собрания и жилища неотлученных рыцарей: если среди них окажется желающий стать тамплиером, он обратится с просьбой об этом в присутствии местного епископа, который и направит его к магистру ордена". 
В этом — первом — уставе нет ничего поражающего воображение. Кроме военных деталей, устав мог бы принадлежать любой религиозной общине. 
Единственная из статей очевидно является позднейшим добавлением к решениям Собора; даже из ее текста видно, что устав был утвержден не в Труа, но "по общему совету большинства капитула", то есть некоторое время спустя генеральным капитулом ордена.
Во всем предыдущем тексте тамплиеры говорят от своего имени и пишут "мы" вместо "вы", употребленного в их адрес преподобными отцами.

Свод ордена тамплиеров

"Свод", или иерархически выстроенные статуты, как представляется, восходит к магистерству Бертрана де Бланфора.
"Свод" написан по-французски и заслуживает внимания из-за содержащихся в нем восхитительных подробностей нравов и военных обычаев тех времен, равно как и обычаев ордена Храма. 
Начинается он «Сводом Магистра». 
Магистр имеет право на четырех верховых животных — лошадей или мулов, кроме того, — одного туркомана или декстрария, т. е. отборного боевого коня. 
Его сопровождают один брат-капеллан и один писец с двумя оседланными лошадьми и одним вьючным животным для перевозки вещей и походного алтаря, перед которым служат мессу. 
Слуга из благородных (оруженосец) на коне несет щит и копье магистра. 
"И когда последний прослужит ему некоторое время, он [магистр] сможет сделать его братом-рыцарем, но пусть он этого не делает слишком часто." 
В число личных слуг магистра входят: 
- кузнец, 
- знающий арабский язык писец, 
- повар, 
- два мальчика на побегушках, 
- один сержант с двумя верховыми лошадьми, 
- один туркопол, или всадник из местных жителей, выполняющий обязанности гонца. 
"Магистр должен иметь двух братьев-рыцарей в качестве компаньонов, которые должны быть столь достойными мужами, что не могли бы быть исключены из какого-либо совета, в котором будет пять или шесть братьев.
Все вместе они являются близкими советниками магистра и контролерами его публичных или частных действий." 
Как и Людовик Святой, тамплиеры больше ценили мужа благоразумного, нежели отважного. В их рядах проявление храбрости было необходимо, но устав предназначает похвалы рыцарям мудрым и доброй жизни. 
Компаньоны магистра получают "ту же меру ячменя [для своих лошадей], что и магистр и когда идет война, и братья совершают переходы, то довольствие должно быть общим и не должно возрасти или уменьшиться иначе, как по решению капитула. 
И то же самое касается масла и вина". 
В начале "Свода" обнаруживается — даже в том, что касается магистра — постоянная забота о равном дележе, исключении всякого расточительства, не скупясь, однако, ни на питании рыцарей и гонцов, ни на корме вьючных животных, столь необходимых для службы в ордене Храма.
"Магистр может одалживать богатства Дома до тысячи золотых монет с согласия части достойных мужей Дома. 
И если магистр захочет одолжить большие богатства, он должен это сделать по совету большей части достойных мужей. 
Магистр может дать сто золотых монет или коня достойному мужу, другу Дома, а также может подарить золотой или серебряный кубок, или разноцветную одежду, или другие красивые драгоценности стоимостью по меньшей мере в сто золотых монет, к пользе Дома. 
Он может дарить всякое вооружение, за исключением меча, железного наконечника копья или боевого кинжала — их дарить нельзя." 
Стоимость даров должна быть пропорциональна рангу дарителя, начиная с красивых драгоценностей до мелких вещей, которые братья имеют право дарить друг другу: маленький английский нож, фонарь или что-нибудь, сделанное ими самими, что ничего не стоило Дому. 
Говорят даже о собаках и кошках, которых могут подарить знакомым вне ордена Храма. 
Личная власть магистра в отношении внешней орденской политики ограничена, как и личная власть других высших администраторов ордена — великих бальи. 
"Магистр не может ни уступить землю, ни отчуждать ее, ни взять на себя содержание замка какой-либо области, кроме как по совету со своим капитулом. 
Он не должен также ни начинать войну, ни заключать перемирие ни на земле, ни в замке, служащем резиденцией орденской сеньории, без согласия монастыря. Но если бы оказалось, что перемирие нарушено, магистр может его продлить по совету братьев, находящихся в этой стране. 
Магистр не может поставить командоров во главе королевств, по крайней мере, пускай он это делает по совету капитула. А что касается прочих командоров земель и других бальи, то ввиду нехватки земель назначение их, согласно мнению капитула или без оного, остается на усмотрение магистра <...>" 
Когда магистр отлучается из Иерусалимского королевства, он оставляет заместителем командора Святой Земли или кого-либо иного.
"Но тот, кто пребывает на его месте, не получает никакой власти, кроме как созывать совет, если что-то случается во время отсутствия магистра, и собирать капитул, и раздавать доспехи <...>"
"Свод" неопровержимо доказывает существование постоянной и обоюдной связи между Святой Землей и Европой, — именно последняя была для палестинских тамплиеров Заморской землей. 
Дома Запада направляли ордену Храма разного рода ценности: золото, серебро, ткани, одежду, доспехи, конскую сбрую, лошадей. С Востока тамплиеры направляли своих братьев для инспектирования провинций, а также на покой — пожилых или больных рыцарей. 
"Когда магистр только что ехал верхом, он волен вкушать пищу в своей комнате, равно как и после потери крови, или если он пригласил к себе рыцарей, или других мирян. И когда он болен, он может лежать в своей комнате, а его товарищи должны есть в палатах с прочими братьями; и когда он выздоравливает, он может есть за одним из столов лазарета, и все братья в лазарете должны из любви к нему есть лучше <...>" 
"Когда магистр ест за монастырским столом, он может жаловать кушанья из своей посуды всем, кто этого пожелает, и ни один брат, кроме магистра, делать этого не может." 
"Любое платье, которое остается от одежды или белья магистра, должно быть отдано во имя Бога прокаженным или туда, где будет видно, что оно будет использовано лучше всего. И ежели магистр отдаст платье из числа ношеных им какому-либо брату, он должен дать другое прокаженным или кому иному." 
"По всякому поступку, совершенному магистром по совету монастыря, он должен спрашивать мнения у всех и у каждого из братьев, и он примет решение, с которым будет согласна большая часть братьев и он сам. 
Все братья ордена Храма должны быть в повиновении у магистра, и магистр также должен повиноваться своему монастырю." 
Приведенные фразы довольно ясно раскрывают отношения между магистром и его капитулом. 
Первый обладает значительной, но не абсолютной властью: она ограничена правом капитула на обсуждение, как и уставом и обычаями, увековеченными в "Своде", который тамплиеры всегда соблюдали очень точно. 
Что касается капитула, то главенство в нем несколько колеблется между pars magna (большинством) и pars saniora(мудрейшей частью) сообщества рыцарей. Можно предположить, что указания исходили преимущественно от совета магистра, маленькой группы высших орденских сановников и уважаемых рыцарей, которые составляли окружение главы и которых генеральный капитул призывает ставить подписи под его решениями.

"Свод сенешаля", который в истории ордена находится между магистром и маршалом,следует за сводом магистра. Сенешаль является вторым по старшинству сановником ордена Храма и при избрании магистра выбор достаточно часто падает на обладателя этой должности. 
Сенешаль, как и магистр, имеет четырех лошадей, но вместо мула у него парадный конь. 
Ему служат: 
- два оруженосца, 
- писец, чтобы читать Часослов, 
- писец, понимающий по-сарацински, 
- два мальчика на побегушках, 
- один брат-сержант,
- один местный пехотинец-туркопол. 
Как и магистр, он должен иметь достойного компаньона, который сопровождает его в любых обстоятельствах.
Сенешаль может подарить парадного коня или мула, боевое седло, красивый серебряный кубок или одежду из "разноцветной или ярко-красной ткани. Но дары сии следует делать по совету братьев, которые окажутся в этой стороне, к пользе Дома". 
Просматривается своего рода должностная иерархия даров, поскольку магистр имеет право жаловать сто золотых монет или золотой кубок.

Маршал монастыря выполняет несколько функций. Прежде всего он отвечает за монастырскую дисциплину как в мирное, так и в военное время; сам проводит перекличку рыцарей, собравшихся слушать мессу или Часы; отдает распоряжения на день, даже когда присутствует магистр; заботится о содержании всех лошадей и прочих животных монастыря и каравана, вьючных и "под седло", с вооружением, доспехами и сбруей, предоставленных рыцарям или помещенных в конюшни маршала. 
Более того, он командует монастырем в военное время (разумеется, под верховным предводительством магистра). Маршал сам несет знамя как знак единения в битве.
Маршал имеет право на четырех лошадей, включая одного боевого коня, и ему полагаются два оруженосца. 
Его сопровождают хорошо экипированные сержант и туркопол. 
Вместо круглого шатра у него шатер, называемый aiguillier, с небольшой палаткой (grebeleur) для оруженосцев. 
"И когда он отправится по выгонам с монастырем, вьючные животные командора Земли должны везти его и его ячмень, и его котел в какую бы то ни было землю." 
"Маршал должен иметь под своим началом все оружие и все доспехи Дома — те, которые покупают, чтобы передать их братьям монастыря, или те, которые получают путем подарков, милостыни и добычи. И вся добыча, имеющая отношение к оружию, даже если она была куплена с торгов , должна перейти в руки маршала." 
"Маршал, в какой бы земле это ни было, может покупать лошадей и мулов. Но он обязан довести это до сведения магистра, ежели он там. А магистр должен приказать выдать ему золотые монеты, если видит, что тот нуждается в них. 
Маршал может дать добродетельному мирянину, другу Дома, седло, на коем тот будет ездить или же вернет его, а также прочее мелкое снаряжение, но пускай не делает этого слишком часто." 
Стоимость подарков продолжает сокращаться... 
Когда магистр и сенешаль оба отсутствуют в королевстве Иерусалимском и когда великий командор не назначен, собирать капитул надлежит маршалу. Он также назначает по совету достойных мужей знаменосца и подмаршала, оба — братья-сержанты. 
"Во время войны, по боевому кличу, командоры Дома должны собрать своих животных [верховых и вьючных] и присоединиться к отряду маршала, и потом не должны отъезжать без разрешения. 
И все братья, и все воины находятся под командованием маршала, когда они на военной службе." 
Маршалу нельзя избираться командором какой-либо провинции, по крайней мере пока ему не будет разрешено оставить свои маршальские обязанности. Зато из командоров по эту сторону моря (в Палестине), кроме сенешаля и казначея, генеральный капитул может избрать маршалом любого. 

"Командор Иерусалимской земли является казначеем монастыря, и все имущество Дома, с какой бы стороны оно ни прибыло, — с этой стороны моря или с той, — должно быть возвращено и передано в его руки, и его должно поместить в казну, и касаться или пользоваться чем-либо оттуда нельзя без того, чтобы этого не видел и не учел магистр. И когда магистр это увидит, оно будет также записано, и командор [королевства] обязан хранить его в казне, а также может пользоваться им для нужд Дома. И если магистр или кто-либо из достойных мужей спросит его о том, он должен будет отдать им в этом отчет. 
Командор Иерусалимской земли должен снабжать сукноделъню всем, в чем она будет нуждаться; и он может брать оттуда все, что пожелает, с согласия хранителя одежд. И последний должен ему повиноваться. 
Командор земли [Иерусалима] может дать парадного коня или мула, или серебряный кубок, или платье, цветное или бурое <...> и реймсского полотна друзьям, которые делают крупные подарки Дому. И все платья, цветные, или серые, или алые, и все нераскроенные ткани, прибывшие в Дом посредством дара или милостыни, находятся у командора Земли. А прочие платья должны отправляться в сукнодельню <...> 
Все выгоды по покупкам и продажам и все завещанные имущества и милостыни стоимостью от ста золотых монет и выше, собранные командорами Домов, должны быть внесены в казну; завещанные вещи меньшей стоимости остаются в пользу командоров. 
Но ежели завещание имущества Дому сделано на море, великое или малое, — оно должно отойти в казну. 
Вся добыча и все вьючные животные, и все невольники, и полностью весь скот, захваченные Домом Иерусалимского королевства на войне, находятся в распоряжении командора Земли, кроме животных под седло, вооружения и доспехов, кои принадлежат маршальству. 
Все морские суда, принадлежащие Дому в Акре, находятся под командованием командора Земли, так же, как и командор порта Акры и все братья, кои ему подчинены. И все, что привозят эти суда, должно быть отдано командору Земли. Но если какая-либо вещь послана магистру или одному из братьев лично, эта вещь должна быть ему отдана." 
Вот некоторые любопытные детали: 
"Если командору угодно приказать выдать седло из маршальского склада для себя лично или для какого-нибудь друга Дома, он вполне может так поступить, но пусть он не делает этого слишком часто <...> Командор королевства не должен делать больших подарков ни мирянам, ни рыцарям, если там же находится магистр, по крайней мере, если это не предназначается какому-либо другу Дома частным образом; но в отсутствие магистра он может делать сие." 
Поскольку командору Земли известны ее ресурсы лучше, чем кому-либо другому, именно он выбирает зимние квартиры для монастыря. 
"Когда приходит время братьям монастыря разъезжаться по домам, командор может сказать маршалу: "Поместите столько-то братьев в этот дом, а столько-то — в другой" — и маршал должен это сделать, и поселить туда ни больше, ни меньше." 
Раздел "Свода", касающийся командоров Триполи и Антиохии, не содержит ничего особенного. Он похож на раздел о командорах королевства, за исключением того, что касается функций казначея.

Хранитель одежд должен довольствоваться четырьмя животными и двумя оруженосцами, как самые привилегированные братья монастыря, с sommelier, или грузчиком. Но ему предоставляется aigullier,  такой же большой, как и шатер маршала, и маленькая палатка для его мальчиков-портных. 
И вьючные животные командора Земли должны переносить поклажу в портняжную мастерскую и швейню. 
Хранитель одежд снабжает братьев одеждой и постельными принадлежностями — кроме шерстяных покрывал, которыми они накрывают свою постель и которые получают только в подарок от родственников или знакомых извне ордена. 
"Когда платья отправлены из-за моря, хранитель одежд должен находиться при развертывании тюков и должен принять все подарки, присланные братьям монастыря, и отдать их тем, кому они предназначены." 
И он должен следить за тем, "чтобы у братьев были благопристойно подстрижены волосы; и если какой-нибудь брат не причесан, как следовало бы, хранитель одежд может ему приказать постричься, и брат должен будет ему повиноваться. Ибо после магистра и маршала именно хранителю одежд они обязаны повиноваться." 
При приеме нового брата, когда облачают его в белое платье ордена Храма, "хранитель одежд должен получить от него всю его старую одежду, за исключением разноцветной или алой, и если он дает золото, серебро или деньги Дому, то сие, стоимостью до десяти золотых монет, должно отойти на склад сукон, а свыше — командору Земли".

Командор имеет право на четырех лошадей, из которых одна — туркоман [местная порода лошадей] или добрая рабочая лошадь, которая могла заменять мула. 
Его слуги:
- двое конюших, 
- один брат-сержант, 
- сарацинский писец,
- пехотинец из местных. 
В городе под его началом находится младший боевой военачальник — командор рыцарей во главе отряда из десяти братьев. Здесь мы вновь встречаемся с первоначальной функцией Бедных рыцарей — покровительством и помощью паломникам на дорогах Святой Земли. 
Командор Иерусалима должен иметь под своим командованием рыцарей, дабы сопровождать и охранять паломников, которые следуют к реке Иордан; он должен возить круглый год шатер и знамя, или штандарт, покуда длится его власть. 
Так, если он разобьет лагерь и найдется какой-либо страждущий достойный муж, он может уложить его в своем шатре и обслужить его из милостынь Дома. А для этого он должен возить круглый шатер и иметь вьючных животных, и везти продовольствие, чтобы проводить паломников на вьючных животных, если в этом есть надобность. 
Даже до потери Иерусалима паломничество к Иордану не проходило безопасно. Река разграничивала два региона, франкский и сарацинский, и путешественники рисковали быть застигнутыми набегом с той стороны Иакова Брода.
Командор Города и его рыцари обладают привилегией охраны Святого и Животворящего Креста Господня. 
Когда при переходах несут Животворящий Крест, командор Иерусалима и его десять рыцарей должны охранять его денно и нощно и должны делать привал как можно ближе от Животворящего Креста, пока длится переход. 
И каждую ночь два брата должны стоять на страже Животворящего Креста; и если вдруг окажется, что стоянка будет продлена, они все должны жить с монастырем.
Накануне гибельной битвы при Хаттине, когда судьба Святой Земли была поставлена на карту и проиграна, некийтамплиер зарыл реликвию в песок, чтобы спасти ее от мусульман. Много времени спустя тот же тамплиер, оставшийся в живых, объявился у короля Иерусалимского Генриха Шампанского и сказал ему, что если ему дадут проводника до поля битвы, он отыщет Святой Крест, который ранее закопал собственными руками. 
Король предоставил рыцарю проводника-сержанта, уроженца этой страны, и вместе они отправились на поиски. Но как ни искали они в течение трех ночей (чтобы избежать встречи с сарацинами), ничего не нашли. 
И хотя впоследствии турки хвастались, что обладают реликвией, все-таки, похоже, что Святой Крест остался навсегда погребенным в песках, где его спрятал тамплиер.

Ниже командоров Провинции стоят шателены [управляющие замками] и командоры Домов, власть которых не выходит за пределы их командорств. Эти командоры не могут строить новый дом — ни из камня, ни из известняка без разрешения магистра или великого командора Земли, но они могут перестраивать и чинить разрушенное. 
Командорами рыцарей являются лейтенанты (заместители) маршала, каждый из которых стоит во главе отряда из десяти братьев, у них есть право проводить капитул и "давать разрешение братьям монастыря проводить ночь вне его". 
Их снаряжение то же, что и у брата-рыцаря. 
Наконец, обратимся к своду о братьях-рыцарях и братьях-сержантах.
Каждый из братьев-рыцарей имеет право на трех животных (коней, мулов) и одного оруженосца, и на четвертую лошадь и второго оруженосца — по милости магистра.
О доспехах и вооружении мы поговорим в разделе "Экипировка и вооружение". 
Нательное белье: положены две рубахи, двое штанов и пара башмаков. 
Рубаха поверх штанов опоясывается узким поясом, и именно в таком наряде брат ордена Храма спит ночью.
Постельные принадлежности брата состоят из соломенного тюфяка, простыни и одеяла. Он может иметь покрывало из шерсти, "если кто-нибудь пожелает ему его дать <...>, но покрывало должно быть белым, черным или полосатым" (вспоминаются ковры берберов). 
Покрывало служит и попоной коню, или же сам рыцарь заворачивается в него на скаку, чтобы защититься от солнца или дождя. 
Когда монастырь перемещается, основная часть гардероба укладывается в два мешка, один для постельных принадлежностей и сменного белья, другой — для кольчуги и оплечья-поддоспешника. Доспехи перевозятся в сетке, сплетенной из кожи — единственном достаточно прочном материале, выдерживающем трение о металл. 
Рыцари получают по две небольших салфетки — плата; один — в качестве столовой скатерти, другой — для мытья головы. 
Им предоставляются две попоны для лошадей и чепрак, которым следует покрывать доспехи скакунов. Чепрак, как и гербовая котта рыцаря, служит для защиты от зноя и солнечных лучей, раскаляющих железо доспехов. 
В качестве кухонной утвари и посуды оруженосца каждый рыцарь имеет котел, миску, чтобы отмеривать ячмень, сито, чтобы его просеивать. 
Прибавим еще две чаши или кубка для питья, две фляги, ковш из рога и ложку. В дополнение к этому — топор и терка, веревка, два хлыста (один — с петлей), три седельных сумы, из которых две — для оруженосца; наконец, небольшая палатка — grebeleure, и к ней впридачу молоток, чтобы вбивать колышки. 
Все снаряжение грузится на вьючное животное.

Братья-сержанты имеют по одному коню, но снаряжение они получают "то же, что и у братьев-рыцарей, за исключением палатки и котла". 
Они спят под открытым небом и стряпают вместе. 
Вместо кольчуги сержанты носят полукольчугу, более легкую — с короткими рукавами. Железная шапка, которую и сами рыцари находят в Сирии более практичной, заменяет сержантская шляпа.

"Ни один брат не должен ни мыться, ни пускать себе кровь, ни лечиться, ни отправляться в город, ни скакать на коне галопом без разрешения; и туда, куда не может идти он сам, не должен он направлять и своего коня." 
"Когда братья находятся в опочивальнях, они не должны переходить спать в другие места."
"И когда они стоят лагерем и их палатки натянуты, они не должны передвигаться с одного места на другое без разрешения."
"Никто не должен уходить к стоянкам мирян или священников без разрешения, разве что они стоят веревка к веревке около госпитальеров."

Туркополье, под верховным командованием маршала, командует всадниками из местных, наемниками ордена Храма, при доспехах и без доспехов. 
Братья-сержанты также подчинены его власти, но только в военное время. 
Именно он ведет разведчиков во главе отряда, и тогда ему предоставляют эскорт рыцарей.  
В битве туркополье строит своих всадников по отрядам и ждет приказа магистра или маршала, прежде чем послать их в атаку. Согласно "Своду", братья окружают сержантов, и, "сдвинув и выстроив, ведут братьев-сержантов так красиво, как только возможно, и если у братьев окажется нужда в помощи, сержанты смогут пособить".

Подмаршал, как и знаменосец, брат-повар монастыря, кузнец монастыря и командор порта Акры — все пятеро сержанты, каждый имеет право на двух коней и одного оруженосца. 
Они обязаны содержать в порядке мелкую утварь, старые седла, бурдюки, кувшины, ведра, копья, мечи, шлемы, старые турецкие доспехи и арбалеты, старые чепраки под седла. 
"А из иного, тяжелого снаряжения у подмаршала ничего не выдается". 
Все братья-ремесленники маршальского склада находятся под его командованием. Он определяет им место службы Дому и отпускает на прогулку в праздничные дни из одного командорства в другое. 
Он также отвечает за сменных лошадей. 
В отсутствие маршала ему подчиняется знаменосец.

У знаменосцев в подчинении все оруженосцы Дома. Знаменосец ведет их в бой, поощряет за примерное поведение, проводит капитул, чтобы осудить их ошибки, и велит их сечь, если они не повинуются. 
Он распределяет среди них солому [для постели?], башмаки и ячмень и выдает им плату, когда они отслужат свой срок. 
"И если братья сообща посылают своих животных и конюших на пастбища Дома, или на травы, или на прочие выпасы, знаменосец должен их отвести и привести назад стадом, с пегим знаменем впереди. 
И во всякое время и во всяком месте, где оруженосцы и братья в монастыре едят, знаменосец должен присматривать за столом <...>" 
Когда братия монастыря едет в поход, знаменосец должен следовать за знаменем, которое он велит нести оруженосцу, и должен вести отряд таким образом, чтобы магистр смог отдавать ему приказы. 
В час битвы, когда тамплиеры стремительно атакуют, оруженосцы, ведущие сменных лошадей, следуют за своими сеньорами; прочие принимают лошадей, которых рыцари только что сменили на боевых, и остаются подле знаменосца; последний выстраивает и ведет их "после тех, кто в первых рядах, насколько возможно красивее, раньше и лучше, шагом или иноходью, или как ему заблагорассудится".

Организационная структура ордена тамплиеров

Из центра в Иерусалиме активность ордена по ступеням твердо установленной иерархии распространялась на всю Святую Землю. 
Главными должностными лицами поначалу были: 
- магистр - государь могущественный, но подчиненный в большинстве случаев решению капитула, где сам он имел только один голос;
- сенешаль, ведавший снабжением и бытом Дома; 
- маршал, ответственный за военную подготовку и дисциплину в монастыре и нередко во время войны его возглавлявший; 
- смотритель одежд, занимавшийся экипировкой братьев. 
Командоры трех провинций Востока - Иерусалима, Триполи и Антиохии - были подчинены только магистру и генеральному капитулу; каждый из них имел под своим началом собственного маршала и смотрителя одежд. 
За командорами Провинций шли шателены (управляющие замками) и командоры Домов; были еще командоры рыцарей,которые повиновались маршалу своего монастыря. 
Смотрители Домов, часто бывшие только сержантами, управляли сельскими владениями ордена.

Наиболее гибкой структурой обладали десять или двенадцать (число их не было постоянно) провинций Запада: Франция, Англия с Шотландией и Ирландией, Фландрия, Овернь, Пуату, Аквитания, Прованс, Каталония, Арагон, Португалия, Апулия, Сицилия, Венгрия - всюду имелись магистры или командоры, но командоры нередко управляли одновременно несколькими провинциями, например, Провансом с Каталонией, или "Провансом и различными частями Испании".
Монастырь Испании служил аналогом Заморскому Дому ордена, поскольку от Наварры до Мерсии, как и в Святой Земле, тамплиеры беспрерывно воевали. 
Но все другие провинции существовали лишь для того, чтобы оказывать обоим монастырям поддержку; исключение делалось только для некоторых прибрежных городов, таких, как Тулон, где командорство включалось в местную оборонную систему.
Владения ордена разделили на провинции, которыми управляли Великие командоры. 
Внутри каждой провинции выделялись командорства. 
Во главе командорств стояли командоры. Типичное сельское командорство представляло собой большую ферму, на которой проживало несколько братьев. 
В командорстве имелась церковь, гостиница для путешественников, а также множество сельскохозяйственных построек. Командорство представляло собой административный центр, из которого шло управление имуществом ордена в округе. 
Обычно командорство - это прямоугольник стен с башнями по четырем углам, внутри которого помещаются другие строения. Вот почему создается впечатление крепости, хотя башни выполняют роль скорее опоры, чем защиты. 
Такое сооружение не смогло бы устоять перед настоящим штурмом, но было достаточно надежным укрытием против банды грабителей. 
Обнесенный стенами прямоугольник - это ядро командорства. Довольно часто его окружали рвами с двух или трех сторон, остальные же прикрывались прудом природного или искусственного происхождения. 
Поскольку потребление мяса было строго ограничено уставом, этот пруд являлся одновременно средством обороны, источником питьевой воды и садком для разведения рыбы. 
В прямоугольнике находился "Большой дом" (во многих местах название сохранилось) - фактически это монастырский дом с кельями для рыцарей и командора. В нем два или более этажей (отсюда название), в стены часто были встроены опорные башенки. 
Именно в этом доме располагалась рыцарская часовня - пустая комната без окон, квадратная или прямоугольная, которую не следует путать с часовней командорства, открытой для всех. 
Внутри прямоугольника стоят и все остальные дома: фермерские, "странноприимные" и ремесленные. 
Обычно монастырская часть, иными словами, "Большой дом", отделена от прочих стеной. Остатки подобных стен сохранились почти во всех командорствах. 
Фермерские дома предназначены для пахарей, пастухов, конюхов и т. д. Занимаясь обработкой угодий, они живут здесь семьями, но доступ в монастырь для них - особенно для женщин - закрыт. 
В "странноприимном" доме, или постоялом дворе, обитают путешественники и, в зависимости от положения командорства, паломники. Довольно часто за стенами имеется лечебница или лепрозорий. 
У каждого командорства имеются свои фермы, или, как их называют, хозяйства, которые эксплуатируются по-разному, в зависимости от установившихся в том или ином регионе традиций и обычаев: крепостное право в Бри, вассальное подчинение в Нормандии, испольщина в Лимузене. 
Кроме хозяйств в распоряжении командорств находится другое имущество: хижины, сторожки, кузницы, печи для обжига черепицы, склады и другая недвижимость. 
Удаленные владения назывались саmегае (камеры). Камерой управлял один брат или ее сдавали в аренду. 
Командор каждого командорства ежегодно переводил определенную сумму (responsion) великому командору провинции. В свою очередь великий командор направлял собранные средства в Темпль, располагавшийся на востоке. 
Великий командор провинции проводил ежегодное совещание, называемое капитулом. 
В ходе совещания командоры отчитывались и передавали деньги. 
Раз в несколько лет проводился великий капитул, на котором собирались великие командоры, которые, в свою очередь, отчитывались и расплачивались. 
На великом капитуле назначались новые управляющие и совершались таинства.

Хотя братья ордена были рассеяны по всемухристианскому миру, они находились в постоянном контакте с руководством ордена благодаря системе регулярных капитулов. 
Кроме того, братья на востоке и западе постоянно обменивались письмами.
Между Востоком и Западом постоянно происходил обмен людьми и припасами. Запад поставлял людей, лошадей, вооружение, одежды и основное - деньги, Восток в свою очередь доставлял в Европу больных и старых членов ордена, специи, шелка и другие экзотические товары Востока. 
Помимо командорств и другой недвижимости тамплиеры владели во всех крупных городах большим количеством домов. 
Так в Париже ордену Храма принадлежал весь квартал Маре - между старым Тамплем с пристанью на Сене и новым Тамплем. 
К этому можно добавить холм Бельвиль с разбитыми на нем садами и склоны Монмартра, отведенные под виноградники. 
На левом берегу Сены тамплиеры владели несколькими домами в квартале Сен-Марсель и большей частью предместья Сен-Жак. 
В Труа тамплиеры владели примерно полусотней жилых строений. Большинство из перечисленных домов тамплиеры сдавали частным лицам.

Печать, знамя и крест ордена

Знамя тамплиеров состояло из двух цветов (белого и черного), на этом фоне размещался крест и девиз («Не нам, не нам, а имени Твоему»).
Знамя было разделено по горизонтали на две части - верхнюю черную и нижнюю белую. Иногда с красным крестом, расположенном на белом поле. 
Значение цветов знамени до сих пор неясно. 
Означало ли оно победу сил добра над злом? 
А может, обозначало два класса внутри Ордена - рыцарей в белых мантиях и сержантов в черных плащах? 
Есть также версия, что черная часть знамени обозначала мирскую, греховную жизнь, которую тамплиеры оставляли при вступлении в Орден, а белая часть символизировала чистоту их нынешней жизни, посвященной сражениям за веру.
Слово baussant означает «окрашенный в два цвета», в данном случае — черный и белый. Отсюда само знамя рыцари стали называть le baussant. 
Жак де Витри, который был одним из друзей Дома и собирал сведения непосредственно утамплиеров, рассказывает, что они носят «бело-черное знамя, которое называют «le Beaucent», показывая, что открыты и доброжелательны по отношению к своим друзьям, черны и грозны для врагов.
«Львы на войне, агнцы во время мира.» »
Изображения знамени у различных хронистов различаются в вопросе, какая именно часть была белой, а какая - черной.
Матвей Парижский, хронист аббатства Сент-Олбанс, изображает знамя с верхней частью черной и с нижней частью белой. Причем их соотношения у него менялись.
В Historia Anglorum он изображает знамя Ордена поделенным на две части: верхняя треть - черная, две нижних трети - белые. 
В то же время он в другом своем труде, Chronica majora, приводит изображения знамени как с равными полями, так и с неравными (как в Historia Anglorum). 
Церковь Сан-Бевиньяте в Перудже (Умбрия) была построена между 1256 и 1262 гг. под руководством папского казначея, брата Ордена Бонвичино. 
Сан-Бевиньяте было одним из центров Ордена в Перудже (с 80-хх годов XIII века - единственным). 
Внутри, на западной стене сохранились остатки большой фрески, на которой изображена битва между крестоносцами и мусульманами. На ней можно различить знамена и щиты братьев Ордена, поделенные на равные половины - верхнюю белую (с нанесенным лапчатым крестом) и нижнюю черную. 
Возможно, знамя, изображенное на фресках церкви Сан-Бевиньяте, являлось штандартом магистра, тогда как Матвей Парижский рисовал знамя, которое нес маршал (статья №164 Устава Ордена) и другие иерархи на поле боя. 
Согласно тому же Уставу право носить знамя, как в военное, так и в мирное время, имели: сенешаль (статья №99), командор Иерусалима (статья №121), командоры областей Антиохии и Триполи (статья №125), командор рыцарей при туркопольере (статья №170), командор рыцарей при маршале (статья №165) и т.д.
Очевидно, что знамя Ордена не было уникально (как, например, Орифламма французских королей). 
В любом случае, орденский штандарт играл очень важную роль на поле боя (помимо «классической» роли, естественно): он

Серия сообщений "ОРДЕН ТАМПЛИЕРОВ":
Часть 1 - ВСЕ О ЗАГАДОЧНОМ ОРДЕНЕ ТАМПЛИЕРОВ
Часть 2 - ВСЕ О ЗАГАДОЧНОМ ОРДЕНЕ ТАМПЛИЕРОВ.ЧАСТЬ 2
Часть 3 - История рождения, расцвета и падения рыцарей Ордена тамплиеров
Часть 4 - Организационная структура ордена тамплиеров.Печать, знамя и крест ордена.Набор новобранцев и прием их в орден тамплиеров
Часть 5 - Проклятье последнего тамплиера. 700 лет спустя