Чем грозит России перемирие на Донбассе «Expert Online» 24 июн 2014, 15:01
Сюжеты Кризис на Украине: Три версии мирного плана Порошенко Мирный план при условии капитуляции Теги Кризис на Украине Ситуация в Донецке Украина В понедельник случилось то, что еще два дня назад казалось маловероятным. Леонид Кучма, которого Петр Порошенко назначил своим спецпредставителем по Донбассу, сел за стол переговоров с лидерами ДНР и ЛНР. Последние объявили, что присоединяются к прекращению огня. Это первые контакты представителей официальной украинской власти и самопровозглашенных республик. Означает ли это прорыв в переговорах или всего лишь попытки изобразить желание прийти к миру на самом деле готовясь к войне? Об этом мы, узнаем в пятницу, когда истечет срок перемирия. Первые консультации Еще в воскресенье вечером источник в окружении Порошеноко Украины утверждал, что переговоры с ДНР и ЛНР невозможны. Однако в понедельник в здании Донецкой ОГА, которая сейчас занята правительством ДНР, встретились новый спецпредставитель президента Леонид Кучма, посол России Михаил Зурабов, представитель ОБСЕ Хайди Тальявини, Виктор Медведчук (ранее Владимир Путин заявлял, что он может стать посредником в переговорах между "народными республиками" и Киевом), прибывший вместе с Медведчуком регионал Нестор Шуфрич, Олег Царев, премьер ДНР Александр Бородай и лидер ЛНР Валерий Болотов. Правда, итоги встречи объявлены не были. Олег Царев, например, заявил, что это и не было переговорами, а лишь "неформальные консультации". Три разные позиции Единственная реальная договоренность, состоявшаяся в Донецке, по словам Кучмы, это обещание ДНР, что до 10 утра 27 июня они стрелять не будут. Но что дальше? Условия переговоров, выдвинутые сторонами, практически несовместимы. 15 пунктов мирного плана Петра Порошенко предполагают сдачу оружия, после которых состоится весьма ограниченная децентрализация власти. Виктор Медведчук выступает за единую Украину, Кремль намекает на федерализацию. Со стороны «народных республик» звучат требования вывода украинских войск из Донбасса как условие для начала переговоров. А вот насчет всего остального есть разногласия. РЕКЛАМА Царева, например, устроило бы «согласование президентом Украины и парламентами республик проекта конституционного акта, определяющего статус народных республик" (что, в принципе, совместимо с федерализацией). У "народного губернатора" Павла Губарева и Бородая — признание Украиной независимости ДНР и ЛНР и "переговоры о разделении бывшей Украины мирным путем". При этом последняя позиция разделяется и Игорем Гиркиным — главнокомандующим ДНР, за которым стоят самые боеспособные подразделения народной республики. Тем не менее, по мнению редактора журнала "Русский Репортер" Виталия Лейбина, это эпохальное событие, поскольку произошел первый контакт представителей киевских властей с представителями ДНР. - Понятно, что это сложная конфигурация и никто бы из прямых представителей Киева не сел бы за стол переговоров с Бородаем. Это было сродни политической смерти, - говорит "Эксперт Online" Лейбин. - Поскольку они слишком долго говорили о том, что на юго-востоке действуют террористы. А глава Фонда "Эффективная политика" Глеб Павловский уверен, что значительно важнее не что будет после 27 июня, а "до". - Что такое договоренность о прекращении огня, когда ни один факт нельзя проверить? Я вам гарантирую, что каждый день будут идти сообщения от всех участников конфликта о злостных нарушениях соглашения. Они будут идти и с украинской стороны, и со стороны Москвы, и обязательно они будут идти со стороны ополченцев, - рассказал в интервью "Эксперт Online" Павловский. - Нам гарантировано отсутствие устойчивого и проверяемого режима реального перемирия. И здесь мы упираемся в проблему, которую нельзя решить на уровне чисто политическом. Каким образом устанавливать факты и какие из них считать установленными, если средства массовой информации все без исключения работают в режиме взаимной информационной войны, мягко говоря? Все они искажают факты в лучшем случае пропагандистские. Это касается информации, идущей из источников ополченцев, по понятным причинам, там факты часто придумываются. Но этим занимается и украинская сторона, и в меньшей степени российская. Каким образом мы будем сравнивать эти факты, часть из которых существуют только в воображении одной из сторон? Сейчас нет такой инстанции, нет и наблюдателей, которые реально работают и проверяют это. Наблюдатели международные могут появится только при условии прекращения огня, они не могут прийти внутрь горячего конфликта. Российское переговорное предложение вполне явное. Оно состоит в том, что в случае прекращения АТО, Россия будет оказывать влияние на действующие вооруженные силы на востоке Украины, чтобы они тоже соблюдали соглашение. При этом рамки политической договоренности могут состоят в том, что Россия не будет возражать против сохранения этих регионов в составе Украины. Но на основании крайне широкой автономии, включающей в себя безусловное признание влияния России на эти территории. И это может быть зафиксировано в том, что Киев должен признать действующие власти в этих республиках в качестве партнеров. Не на условиях сдачи оружия Порошенко, а на условии признания этих субъектов, - считает Павловский. Каким может быть компромисс? По словам источника в окружении Петра Порошенко, они действительно настроены на мир, а не на войну, но конкретного плана у них нет: "Мы хотим закончить войну, но как это может произойти — сейчас сказать нельзя, все будет происходить шаг за шагом. Единственное, на что мы точно не пойдем никогда — это Донбасс не в составе Украины". С другой стороны, Губарев, Гиркин и Ко могут не согласиться даже на федеративную Украину. Они за отделение Донбасса. Медведчук – характерный посредник Между Киевом и Донбассом находится позиция Кремля и Виктора Медведчука, участие которого в переговорах одобрил Путин. Он всегда был сторонником федерализации. То, что вместе с Медведчуком прилетел регионал Нестор Шуфрич, показывает, что "в теме" и Ринат Ахметов, который сейчас фактически полностью контролирует Партию регионов. Не так давно в СМИ проходила новость, что Медведчука видели выходящим из офиса Ахметова, а сам олигарх в последнее время сменил риторику и начал выступать за переговоры с народными республиками. Это вряд ли случайно и, скорее всего, говорит о том, что регионалы склоняются к разрешению кризиса путем большого компромисса. Идет ли речь о децентрализации, о замаскированной под нее федерализации или просто о каком-то особом статусе Донбасса — вопрос вторичен. Главное — согласятся ли в принципе идти на него украинская власть и самопровозглашенные республики. Председатель президиума по внешней оборонной политике Федор Лукьянов полагает, что ситуация для Порошенко довольно сложная прежде всего потому, что со стороны его оппонентов нет консолидированной, единой силы, с которой можно было бы вести серьезный политический торг. Открытый или закрытый. - И это осложняет весь процесс. Причем, объективно, - говорит Лукьянов - Дело не в том, есть ли у Порошенко воля или нет. В таких случаях должна быть четкая сила, которая берет на себя какую-то ответственность. В случае с ДНР, ЛНР и действующими там формированиями, плюс еще Новороссия, которая то ли одно и то же, то ли нет, это достаточно непонятно с кем и о чем договариваться. То, что существуют некие позывы к закулисным договоренностям, это так. Об этом свидетельствует, прежде всего, появление такой фигуры как Виктор Медведчук. Как известно, он близкий знакомый президента Путина и человек, который на Украине считается самым главным агентом российских интересов. Но, будучи пророссийским, он не является чужеродным элементом в украинской системе политических интриг. То, что Медведчук появился в контексте этих переговоров, свидетельствует, что с точки зрения того, что если вообще какой-то результат возможен, Медведчук - фигура как раз подходящая. То, что Порошенко одновременно назначает своим спецпредставителем Кучму, может быть по-разному расценено, но в этом тоже есть некоторые позитивные подвижки. Павловский также уверен, что присутствие на переговорах таких давно знающих друг друга тяжеловесов как Кучма и Медведчук хорошо тем, что они могут между собой "разговаривать без дураков". - Но могут ли они без дураков разговаривать с ополченцами, я совершенно не уверен, - усомнился Павловский. - И может ли тот же Пушилин что-либо приказать Стрелкову, я сомневаюсь. Проблема в том, что непонятен круг людей, которых достаточно для того, чтобы отдавать небоевые приказы, которые будут выполняться. Непонятен круг людей, от которых можно ждать умеренности. Сейчас надо сформировать этот круг. Я думаю, что это выше, чем уровень экспертов, но ниже, чем уровень политиков, где будет существовать инстанция проверки фактов и будут возможны разговоры о том, чего, у кого сколько есть и т.д. Пока план Порошенко не более чем способ укрепить свои позиции, и он вряд ли ожидал, что его будет кто-то выполнять. И он и не выполняется. Виталий Лейбин, полагает что присутствие на переговорах Кучмы и Медведчука только затуманивает характер происходящего. - Медведчук – это характерный посредник. Он уже много лет является переговорщиком внутриолигархических элит, а также с российской стороны. В этом смысле сама конфигурация Кучма как бы от Порошенко, а Медведчук от Путина затуманивает сам характер происходящего. Потому что Кучма и Медведчук вовсе не оппоненты, - уточняет Лейбин. - Но эта та ситуация, в которой могут идти переговоры. Причем, эти переговоры очевидно санкционированы и одобрены Кремлем. Но надо понимать, что это пока консультации. Никто не может ни за кого ответить. Это предварительные переговоры, наведение мостов с тем чтобы внести действующую в Луганске и Донецке власть в какую-то украинские систему. Достаточно комфортную и, условно говоря, не националистическую. Судя по тому, кто пошел на переговоры. Но для начала неплохо было бы добиться прекращения огня. Характерно заявление Совета по безопасности Украины, противоречащее заявлению МИДа Украины, о том, что сепаратисты в понедельник не атаковали. Мы-то знаем, что столкновения были. Но сам факт такого заявления является официальным о том, что хочется прекращения огня. ДНР С последними, скорее всего, проблему решить несложно. Украинский политолог Михаил Погребинский считает, что Кремль выступает за единую федеративную Украину. И учитывая наличие у России множества рычагов влияния на "республиканцев", они будут вынуждены это учесть. В конце концов ДНР вчера согласилась на перемирие, хотя незадолго до того сама возможность этого отрицалась. - На мой взгляд, совершенно очевидно, что Москва категорически не хочет вмешиваться прямым путем в эти события и будет избегать этого до предела, - уверен Лукьянов. - К тому же не только Порошенко не очень понятно с кем разговаривать, но и у Москвы четкого одного и ясного контрагента в Киеве тоже нет. Это достаточно хаотическая среда. Но одновременно и победа Киева неприемлема для России, потому что она меняет всю динамику политическую. Думаю, что пока можно ожидать, что Москва будет балансировать на этой грани. С одной стороны всячески поощрять намеренные контакты, будь то Медведчука или кого-то другого. То есть та часть риторики Порошенко, которая связана с мирным урегулированием, будет Россией поддержана. Но параллельно всякие способы для оказания непрямой поддержки воюющим ополченцам тоже будут задействованы. - Российское переговорное предложение вполне явное. Оно состоит в том, что в случае прекращения АТО, Россия будет оказывать влияние на действующие вооруженные силы на востоке Украины, чтобы они тоже соблюдали соглашение. При этом рамки политической договоренности могут состоять в том, что Россия не будет возражать против сохранения этих регионов в составе Украины, - говорит Лейбин. Но на основании крайне широкой автономии, включающей в себя безусловного признания влияния России на эти территории. И это может быть зафиксировано в том, что Киев должен быть признать действующие власти в этих республиках в качестве партнеров. Не на условиях Порошенко сдачи оружия, а на условии признания этих субъектов. - Я уверен, что согласие суверенного Донбасса на настоящее перемирие будет получить трудно. Причина этого проста - все боятся. Все без исключения, и большие державы, и слабые полевые командиры боятся непоправимого ущерба. Для ополченцев непоправимый ущерб означает риск их полного уничтожения Киевом, потому гарантии Киева сейчас ничего не стоят, - объясняет Павловский. - Порошенко еще не доказал, что он может чем либо управлять. Это еще предстоит выяснить. И вряд ли Порошенко будет сильно возражать, если за него с украинкой стороны кто-то сделает грязную работу, а он разведет руками и скажет: "извините, так получилось". У Путина тоже нет гарантий, что машина автоматических санкций, которая повторяется три раза на день западными лидерами, остановится, даже в случае если бы он пошел на какие-то крайне радикальные шаги. А такими шагами могли быть его публичные призывы к ополченцам сложить оружие, чего от него требуют западные лидеры. Но он не может на это пойти, потому что для них сложить оружие в боевых условиях, значит действительно быть уничтоженными. Здесь все боятся. Порошенко тоже не может много приказывать, потому что он пока не достаточно укрепил свое положение, если даже все еще пока губернатор Коломойский, хотя он, видимо, скоро перестанет им быть, публично посылает президента. И страна полна армий разной степени подчиненности и разной величины. Кто, например, пустил под откос эшелоны? Никто же не берет на себя за это ответственность. А если кто-то пустит под откос пассажирский поезд или собьет пассажирский самолет? Опять все будут показывать пальцем на другого. Киевская власть Что касается украинской власти, то ее позиция зависит не только от самого президента, но и от того, как отреагируют на возможные изменения киевская политическая элита и Майдан. А также Запад. Позиция последнего не совсем понятна, но основные посылы, которые оттуда идут, в основном касаются мира, а не войны. А вот насчет политической элиты к гадалке можно не ходить: в случае нахождения реального компромисса с народными республиками Порошенко получит обвинения в предательстве от всех конкурентов на ожидаемых парламентских выборах — Юлии Тимошенко, Олега Тягнибока и Олега Ляшко. Уже само по себе участие спецпредставителя Порошенко Кучмы в переговорах за одним столом с лидерами ДНР и ЛНР породило массовые обвинения в "сдаче национальных интересов". Но насколько эти обвинения напугают Порошенко — зависит от реакции масс. А она неоднозначна: в обществе сильны и настроения закончить войну любой ценой (в том числе и скорейшим миром), и продолжать ее до победного конца. Потому, скорее всего, сейчас социологам будут заказаны (или уже заказаны) социологические замеры на тему "Одобрит ли общество компромисс по Донбассу". Если ответ будет положительным, Порошенко пойдет на реальные переговоры. Если нет, то в силу вступит президентский "план Б", который можно охарактеризовать одним словом, сказанным Юрием Луценко, — "уничтожать". Продолжение боевых действий тоже, скорее всего, приведет не к победе одной из сторон, а к новым переговорам, во время которых число сторонников компромисса в стране может увеличиться "благодаря" новым жертвам и нарастающим из-за войны экономическим проблемам. Виталий Лейбин также отмечает, что мы сейчас не можем понять, как далеко хочет зайти Порошенко в этих переговорах. - Мы про него знаем, что он дипломат в украинском смысле этого слова. Мы знаем его историю, то что он человек глубоко прозападный, но при этом он еще при Ющенко был переговорщиком и пытался навести мосты с Москвой, - говорит Лейбин. - Его логика состоит в том, что нужно договариваться с Москвой с тем, чтобы добиться от нее все что можно, не меняя своего курса, В этом смысле не очень понятно, готов ли он и может в действительности вести переговоры. Но ситуации войны любые переговоры лучше боевых действий. Как будет развиваться ситуация после 27 июня, мы не может прогнозировать. Мы может только надеяться. Пока то, что происходит, это первые переговоры за время эскалации. Что будет после 27 июня? Шансов для мирных путей мало, убежден Лукьянов. По его словам, скорее всего, начнется волна новых попыток военной победы. Если она провалится, если ситуация будет усугубляться, будет хаос, тогда может быть шансы о чем-то договориться или по крайне мере поговорить вырастут. Но до этого следующий прилив силовой энергии неизбежен. Павловский также считает, что пока не наметиться новый мейнстрим к снижению напряженности, мы все время будем находиться в "гнилой ситуации". - Заметьте, уже несколько раз, начиная с конца февраля предпринимались переговоры и какие-то договоренности. И всякий раз новые обострения происходи именно после того как достигались какие-то соглашения. Самое знаменитое соглашение 21 февраля, которое кончилось исчезновением президента. Была также и маршрутная карта, подписанная в Женеве 17 апреля. И самые большие человеческие потери начались после этого. Так что я не могу исключать и сейчас сохранение этого мейнстрима. Пока процесс урегулирования не зацепится не просто за реальные интересы. Интересы есть. На самом деле такие интересы есть у всех, кроме США. Грубо говоря, кроме Обамы и Стрелкова. По разным причинам. Для Америки украинский кризис помогает решать их проблемы в Европе. Ну а Стрелков сжег мосты и он уже не выйдет из этого образа. Поэтому процесс должен зацепиться за пяток людей, которые имеют реальное влияние на местах. Но пока не понятно, хочет ли урегулирования сам Порошенко или он просто будет размахивать своим планом. - Есть непременные фазы, которые пока не пройдены, - продолжает Павловский. - Не пройдена фаза, при которой в зоне конфликта могут появиться наблюдатели и международные силы разъединения сторон. Это будет большим успехом, если мы до этого дойдем. А сегодня о каком реальном прекращении огня можно говорить? Сегодня для каждой из сторон – это проявление слабости. Через несколько фаз, когда появится минимум доверия в том смысле, что какие-то вещи выполняются, и когда появятся опорные структуры в зоне конфликта, тогда встанет самая главная и тяжелая проблема, о которой Путин сейчас не может не думать. Это минимальные позиции, до которых может отступать Россия в вопросе Украины, востока Украины и Крыма. Крым не в том смысле, что он будет предметом торга, а в том, чтобы он не стал после политического замирения востока объектом совместной атаки Запада и Киева. Это серьезный вопрос. Эта атака может быть не прямой, военной, а может быть комплексной. Кто сегодня даст гарантию, что эскалация санкций не продолжится после урегулирования вопроса о востоке Украины и не продолжится Западом по поводу Крыма? Они же все говорят, что никогда не признают решения по Крыму. Это понятно. И это дает им политические основания (особенно в условиях приближения выборов тех или иных) для того, чтобы перевести одну тему в другую, сохранив сами санкции. Ах, вы не освобождаете Крым, вот новый уровень санкций. Продолжаете, не освобождаете, вот следующий уровень санкций1. Тот же самый кризис, только в более тяжелой обстановке. Сейчас Россия оказывает сдерживающее влияние на антикрымское плечо западной политики. Крым у них на втором плане пока есть проблема Донбасса. Но если будет снята проблема Донбасса, не окажется ли в фокусе Крым. Но это требует переговоров на действительно высоком политическом уровне по поводу Украины. Сейчас Запад категорически отказывается вести такие переговоры. Но рано или поздно ему придется их вести. Либо мы ничего не решим и на востоке тоже. Тогда почему Путин должен помогать Киеву управлять Украиной, если ему не идут навстречу. И эта проблема Крыма оказывает преобладающее влияние на поведение Москвы. Москва могла бы более жестко ограничить уровень своей поддержки ополченцев на востоке, и моральной, и кадровой. В конце концов, перекрыть каналы не так сложно. Но Кремль должен думать, а он в этом случае работает на себя или на дядю, причем американского. Не помогает ли он приблизить в этом случае перевод кризиса из одной фазы в другую, в крымскую фазу. Потому что политика ультиматумов явно понравилась Обаме, потому что она для него бесплатна в отличие от Берлина. И почему бы ее не продолжить, сделав Крым постоянной темой. Тем более, что на востоке идет разрушение практически всех достижений Соединенных Штатов. Ситуация в Ираке очень плохая, И тема Крыма может быть очень удачным красным рюкзачком, на который можно все время указывать пальцем, Поэтому здесь Россия должна иметь минимальное представление, какая возможна конфигурации решений. Пускай запад не признает вхождение Крыма в состав РФ, но мы должны быть спокойны на счет того, что мы участвуем в завершении украинского кризиса, а не в переводе его из украинского в российский. Сегодня, несомненно, на самых разных уровнях (экспертов, аналитиков) ведутся разговоры по поводу того, как может выглядеть окончательное урегулирование кризиса. Но они ведутся в понимании того, что не пройдены еще предварительные фазы. Как мы будем действовать? Это все равно, что обсуждать в какую школу отдавать ребенка, если еще не известно, родится мальчик или девочка. Рано. Конечно, будут прорабатываться варианты. Но я уверен, что Кремлю сейчас непонятно в деталях минимально приемлемая формула и для Москвы, и для мира в отношении Украины. Сам вопрос звучит возмутительно. Суверенное государство. Но мы ведь находимся в реальной ситуации, в которой оказалось, что это суверенное государство не может договориться даже со своими собственными гражданами. Более того, оно ведет с ними войну. Достаточно почитать, что сами украинцы пишут на форумах о жителях Донбасса. Они пишут, так как не самые отмороженные националисты не писали о чеченцах во время Чеченской войны. Для них это даже не человеческие существа. Такая степень внутреннего ожесточения говорит, что украинское государство является проблемой для самого себя. Украина очень желательна. Но возможна ли она, она должна решить сама при помощи мирового сообщества, куда входит и Россия. И договариваться по поводу комплексного урегулирования придется. Но эта проблема и в этом году, и в следующем не исчезнет. Что касается санкций, Лукьянов также уверен, что они еще могут быть введены. Но позднее. - Мне кажется, что ЕС пока твердо привержены идее ограничиться санкциями чисто символическими. Может быть, еще расширят какой-то список. Но это такие санкции, которые не наносят серьезного или еще какого-либо ущерба европейским интересам. И пока что Европа обладает некоторым волевым ресурсом, чтобы сопротивляться американскому давлению в этом вопросе. Сколь долго она им будет располагать, я не знаю. Это не бесконечно. В случае если ситуация будет ухудшаться или не будет улучшаться, американцы будут давить всерьез и тогда Европа в конце концов уступит, потому что степень их политической устойчивости ограничена.
http://q99.it/QMJ78Io
Максим Бутченко
24.06.2014.
