Настроение сейчас - Как всегда тихая грусть...

Принесу тебе счастье немного в ладошках
Пусть укутает душу твою, как вуаль,
Постою на пороге, войти не решаясь
Было всё и ушло, и мне как то не жаль.
Были ночи бессонны, стихи до дурмана,
Были слёзы, улыбки и смех "до ушей",
Всё прошло незаметно, не стало вдруг сказки
Только зимняя стужа стоит у дверей...
Постою на пороге, входить не решаясь
А ведь раньше бежала, чтоб увидеть тебя
И страдала, мечтала, поезда проклинала,
Что так медленно шли от тебя до меня.
Подарю тебе счастье, в дрожащих ладошках
Ты его нежно, бережно к сердцу прижми
Мы расстались с тобою совсем ненадолго
Это счастье моё, но оно без любви...

Настроение сейчас - Задумчивое, слушаю своё сердце.

Одно лишь имя скрывает миллион желаний,
А миллион сливается в одно.
Хочу тебя я слышать постоянно
Среди людского гомона давно.
Когда иду по улице пустынной
Лицо своё я ветру подставляю,
Вдыхаю запах ветерка незримый,
И нежные объятья представляю...
Мы в вихре чувств, в сомненьях незаметных
В водовороте пламенных желаний,
Ты ветерок, но ты подобен Ветру
И чувства я тебе вверяю.
Ты вихрь, водопад, цунами,
Ты пламя, неземной костёр,
Стихия ты, которая то ранит,
То оживляет, и уходит боль.
Тобою не могу напиться
И надышаться вволю не могу,
Хочу я в вихре чувств своих кружиться
Тобою грезить наяву.

Настроение сейчас - Нет цели, нет желания, нет меня...

Возвращайся скорей назад,
Возвращайся быстрее, милый,
Очень плохо мне без тебя
в нашем уютном, когда то мире.
И глаза мои не блестят,
И улыбка исчезла с губ
Без тебя словно нет меня
Один жить и дышать не могу.
Без тебя моё сердце плачет
Так тоскует, что вздулись вены
Улетел ты, захлопнув двери
Я один, а кругом лишь стены…
Я один, и немая боль
Как пульсация крови в висках
Без тебя только сумерки быта
Без тебя только внутренний страх.
Говорят мне:
«Живи!
Дыши!
Расставанье ведь тоже начало»
Только мне без твоей любви
Даже целого мира мало!
Даже небо сегодня ниже
Давит сильно, к земле склоняя,
Ветерок не ласкает как прежде,
Ветерок меня убивает.
Разрывает меня на части
Есть «с тобой», а другая «после»…
Возвратить всё лишь в твоей власти
Дверь открыта, приди же в гости…

Всё послать и начать сначала
Думаешь, так легко бывает?!
Рвётся наружу, лезет на стену,
Голос вдруг пропадает,
А по ночам он приходит незримо
Садится на краешек нашей кровати.
И ветерок от дыхания нежного
Чёлку вдруг разлохматит…
Всё послать и начать сначала
Мысли в разбег, чувства в бездну
Рёбра – наружу,
Сердце как птица в небо.
Только бы знать, что ему это нужно…
Сны как наркотик, явь как безумство,
Люди как тени…

Всё послать и начать сначала…

Настроение сейчас - Отвратительное...

Полнолуние охватило город. И не
было такого уголка земли, куда бы не добрался луч света.
Темно-фиолетовое небо иногда проблескивало от серых туч, и звезд не было
совсем. Ангел укрыл город своим крылом, послав каждому кусочек своего
сновидения. Они даже не подозревали о том, что каждого у изголовья
кровати его охраняет Хранитель. Они даже помыслить не могли, что все их
мысли не исчезали в бесконечности, а повисали где-то в пустоте, что все
их желания могут приобретать материальную форму и наутро сбыться. Нет,
они ни о чем не думали, они просто спали: тихо и мирно, как дети. Ведь
сегодня особая ночь – ночь полнолуния. Она никогда больше не повторится.
Впрочем, как и не повторится больше ни какая другая. Сколько бы раз ни
вставала луна и ни садилось солнце, это никогда не повторится… Ангел
сидел на луне и смотрел на весь этот город.

Где-то тихо плакала маленькая девочка. Она плакала от одиночества, большого одиночества не чуждого даже маленькому сердцу.

Где-то шли дожди, и бедный художник замасленной кистью накладывал последние штрихи на свой мольберт.


Придет время, и произведение, вышедшее из под пера мастера, взлетит до
звезд. Им будут восхищаться все: толстые дяди и тети, наивные студенты и
преуспевающие бизнесмены, старушки будут тайком смахивать платочком
слезинку из под очков, с умилением смотря на странички и закрывая книгу,
бережно гладить обложку, вороша в памяти воспоминания молодости.


И Ангел это все знал. Было еще много людей, не нашедших покой в эту
лунную ночь. Но это все ерунда, по сравнению с тем, что могло бы
произойти утром. Но… увы! Этому не суждено сбыться. И Ангелу было
больно, и Ангел плакал. Соленые слезы медленно капали на землю, покрывая
ее невидимым теплом. Оно расходилось далеко за пределы… Чего? А в
принципе не важно! Лунная дорога поднималась далеко ввысь, к самому
небу, к самым несбыточным мечтам, которые люди так страстно желают и
также сильно боятся. Боятся?.. Почему?.. Глупо! Боятся самого себя,
своих чувств, своих желаний, эмоций и переживаний. Скажете, глупо и еще
раз глупо? Скажете, что так не бывает, что нельзя бояться любви? Лжете!
Любовь ранит намного больнее, чем, чем... да вы сами знаете. Но увы,
таков мир.

И Ангелу было больно, очень больно. Никто не мог его
утешить, так же, как и понять. Как хотелось ему крикнуть тому
гениальному художнику, который в приступе горечи сожжет картины. Краска
не долго будет морщиться под красно-синими языками пламени, оставив на
мольберте только тени. Они неотъемлемо следуют за человеком всю его
жизнь. Они повсюду, они не отделимы, и от них никуда не деться. Они
будут напоминать ошибки, которые невозможно исправить, за которые можно
только расплатиться. Он убил не себя, он убил будущее, которое не
наступит. Он лишил себя мечты. Почему? Испугался! Трус! И Ангел кричал,
кричал изо всех сил. Но никто не мог его услышать. Было обидно. Очень!
Как хотелось обнять и успокоить маленькую девочку и всю оставшуюся ночь
просить, нет умолять, чтобы она не теряла своей детской наивности. Она
не одна. Просто нужно потерпеть. И Ангел умолял. Дым клубами выходил из
трубы, и его уже невозможно было отличить от туч. Он уходил по дороге
вместе с мечтами, которым не суждено осуществиться, потому что люди
просто боялись. Им просто не хотелось слышать. А жаль, ведь каждый
Хранитель у изголовья любил и хотел помочь.

Наступило утро.
Кровавый закат разлился по небу, заслонив луну. Земля, мокрая от соленых
слез, просыпалась. Под теплом крыла наступило утро. А как жаль, что оно
могло быть другим. Нужно просто прислушаться к себе и не бояться.
Ангелу было больно от самого красивого чувства на Земле.

Звезды
медленно потухали, и маленький мальчик после бессонной ночи наконец-то
поставил точку в своем рассказе. В будущем вы обязательно его узнаете, а
пока он идет спать. Лучик света пробежал по листкам, усталые глазки
закрылись. Невидимая рука проскользила по детским кудряшкам. И теперь
его Хранитель с полным правом и переполняемый гордостью мог встать на
стражу сна. Будьте покойны, его никто не потревожит. Ведь в столь
крошечном теле растет сила. Ее нельзя сломать, если она чиста, как мысли
ребенка. Дитя спало. А Ангел смахнул последнюю слезинку, она упала и со
звоном разбилась. Как, к счастью, не разобьется заноза самого
прекрасного чувства. Просто Ангел очень любил людей… и это не порок.

(Татьяна Шептулева)

Кому из нас по жребию придётся
Сухим щелчком курок судьбы взвести,
И в сердце, что тобою только бьется
Ударить первым, выстрелив: прости…?
Кому из нас, бледнея тонкой кожей,
Учиться вновь умению дышать,
И падать с неба, но при этом всё же
Во что-то верить и чего-то ждать?
Вернётся эхо, снег с ветвей сбивая;
Какая мука палачей любить!
…он мне чужой… она теперь чужая…
- Кому из нас придётся с этим жить?
И звать весну, но так и не дозваться,
Вмерзая в снег расстрелянной душой,
И иногда счастливым притворяться
Тебе с другим…, а может мне с другой?
Кому из нас, стирая память снова,
Гнать чей-то голос: что ты натворил!
И ни звонка полгода, ни полслова,
Как будто кто-то тоже всё забыл.
Следы укроют белые метели;
Кому из нас пробьет навылет грудь?
Пора и нам по правилам дуэли
По очереди жребий свой тянуть…
Рука в перчатке – скручены бумажки;
С пяти шагов… и чей-то ствол пустой…
Мой номер – два. Последних две затяжки. –
Похоже… первый выстрел за тобой.

"В нашей душе есть что-то такое, что непреодолимо влечет нас к безумию. Каждый, кто смотрит вниз с края крыши высокого здания, чувствует хотя бы слабое болезненное желание спрыгнуть вниз. И каждый, кто хотя бы один раз приставлял заряженный револьвер к виску... Было…"
Стивен Кинг

Я знаю одно: я вру себе от начала до конца.
Но я вру только себе, и поэтому совесть моя чиста...
А интересно всё-таки стоять на краю обрыва и думать: "Вот здорово, наверное, шагнуть вниз и - всё. Просто падать."
Точно, здорово.
Уже падала...
И поэтому знаю что там, за определённой гранью - безумие...
Наверное срабатывает инстинкт самосохранения. И мне уже достаточно стоять и смотреть вниз.
А снег падал, падал, вспыхивая прозрачными искрами в свете фонарей, укрывал асфальт и крыши домов.
Сонный снег, колдовской. С одной стороны - иллюзия, с другой стороны - реальная картинка.
И кому какое дело, я хочу спать и видеть сны...

I'm Only Sleeping...

Каждый из нас одинок в этом мире. Каждый заключен в медной башне и может общаться со своими собратьями лишь через посредство знаков. Но знаки не одни для всех, а потому их смысл темен и неверен. Мы отчаянно стремимся поделиться с другими сокровищами нашего сердца, но они не знают как принять их, и потому мы одиноко бредем по жизни, бок о бок со своими спутниками, но не заодно с ними, не понимая их и не понятые ими..