Автономия
В правовом понимании, автономия — это право, предоставляемое единениям, сословиям, корпорациям руководствоваться собственными нормами и правилами в определённых пределах.

Теорией государственного управления выделяется самоуправление — следствие децентрализации государственной власти в форме нормативно-правового закрепления передачи прав административно-территориальным единицам государства по реализации от лица местного населения возможности и способности определения общественного порядка в вопросах местного значения в определённых сферах под собственную ответственность. Наряду с самоуправлением — равноправием всех административно-территориальных единиц, автономия подразумевает признание автономных прав на определение общественного порядка в некоторых сферах, возможно отличных от прав других единиц. По сферам выделяют автономии административные — в вопросах осуществления организации общественного управления и принятия решений, и национальные — в реализации особых прав этнических групп.
Федерация
Основные признаки федеративного государства

В федеративном государстве, в отличие от унитарного, имеются две системы высших органов власти (федеральные и субъектов федерации). Наряду с федеральной конституцией субъекты федерации имеют право издавать собственные нормативные правовые акты учредительного характера (например, конституции, уставы, основные законы). Они наделены правом издавать региональные законы. У субъектов федерации нередко имеется собственный институт гражданства, столица, герб и иные элементы конституционно-правового статуса государства, за исключением государственного суверенитета.

При этом субъект федерации не может быть субъектом международных отношений не выйдя из состава федерации (сецессии). Субъекты федерации могут иметь различные наименования, которые, как правило, определяются историческими или правовыми факторами: штаты, провинции, области, края, республики, земли или федеральные земли (как в Германии и Австрии) и иное. Федерацию следует отличать от конфедерации, которая является международно-правовым союзом суверенных государств. Однако на практике различить правовую природу тех или иных образований бывает весьма затруднительно — многие ныне существующие конфедерации по своему устройству очень близки к федерациям или даже почти являются федерациями.

Можно выделить наиболее общие черты, которые характерны для большинства федеративных государств:

Территория федерации состоит из территорий её отдельных субъектов: штатов, кантонов, республик, эмиратов и т. д.
В федеративном государстве верховная законодательная, исполнительная и судебная власть принадлежит федеральным государственным органам законодательной, исполнительной и судебной властей соответственно. Компетенция между федерацией и её субъектами разграничивается федеральной конституцией.
В некоторых федерациях субъекты обладают правом принятия собственной конституции, имеют собственные внутренние высшие законодательные, исполнительные и судебные органы.
В большинстве федераций существует единое общефедеральное гражданство и гражданство субъектов федерации — федеральных единиц[3].
Основную общегосударственную внешнеполитическую деятельность в федерациях осуществляют федеральные государственные органы. Они официально представляют федеративное государство в межгосударственных отношениях (США, Российская Федерация, ФРГ, Бразилия, Индия, Италия, Испания, Япония и др.).
Обязательным признаком федеративности государства считается двухпалатная структура федерального парламента. Одна палата является органом общефедерального представительства и депутаты в неё избираются со всей страны. Вторая палата призвана представлять интересы субъектов федерации.

Однако ни демократия, ни федерализм в таком понимании духа Конституции не присутствуют. Суверенитет, целостность, единая система государственной власти и централизация управления, как известно, характерны для унитарного государства. Федерацию же отличают, как минимум, возможность ее субъектов самостоятельно, без какого-либо вмешательства центральной власти образовывать (формировать) собственные органы государственной власти и наличие взаимного разграничения предметов ведения и полномочий. Все это есть в российской Конституции и даже в аргументации Постановления Конституционного Суда, но ровно никакого влияния не оказывает на его выводы, абсолютно им противореча. Да и трудно представить, чтобы рассматриваемый механизм назначения губернаторов хоть сколько-нибудь соответствовал принципам федерализма. Если те же самые нормы Конституции, на которые ссылается Конституционный Суд, читать по-другому, то никакой единой, в смысле унитарной, системы государственной власти там не обнаружится. На самом деле речь идет о двух системах государственной власти — системе федеральных органов и системе органов государственной власти субъектов Российской Федерации, каждая из которых имеет собственные полномочия.