Фридерику Шопену было чуть больше двадцати, когда в 1831 году он покинул Варшаву ради столицы искусств.

Парижскую публику сразу покорили его полонезы, вальсы, мазурки, сохранявшие традиционную танцевальную форму, но наполненные новым содержанием — истинной поэзией и драматизмом.

К тому же Фридерик был прекрасным пианистом, он поражал слушателей не только техническим совершенством, но и глубиной, и искренностью исполнения.

Шопен и внешне соответствовал той музыке, которую сочинял.

У него сложилась репутация сердцееда, перед которым не могут устоять самые прекрасные женщины. Его сила была в изяществе, легкости, блестящем остроумии, не говоря уже о самом главном — музыке, которой заслушивались и восхищались.

Не менее шумная слава выпала на долю покорительницы мужских сердец Авроры Дюпен — писательницы, подписывавшей свои романы псевдонимом Жорж Санд.

Задолго до встречи с ней Шопен был наслышан о ее таланте, ее любовных связях и эпатирующих манерах: она демонстративно носила брюки и фрак, курила сигары.

Они познакомились на одном из светских приемов, и в первые мгновения беседы Шопен был очарован: эту женщину не портили ни мужская одежда, ни низкий голос с хрипотцой. Наоборот, все это делало ее загадочной, манящей.

Но стоило ей отойти в сторону, и обаяние рассеялось: в роли беспечного денди с сигарой во рту она выглядела издали почти карикатурно.

И тем не менее он очень огорчился, когда на следующий день не застал ее в доме общих знакомых…

Вскоре по Парижу разнеслась весть, что Шопен и Жорж Санд отправились в совместное путешествие. Оба были слишком заметны, чтобы эта новость не вызвала бурю в обществе. Студентки консерватории горячо обсуждали новый роман своего маэстро, у какой-то баронессы случился припадок, а один известный литератор три дня не выходил из кабака…

Парижский журналист Жюль Дюфур писал: «Какая же разумная личность станет утверждать, будто любовь двух статуй, двух памятников может продлиться дольше, чем сутки? На общем постаменте им будет до смерти скучно. А в постели памятники просто смешны…»

Оноре Бальзак, когда его спросили, что он думает об этом сенсационном романе, ответил так: «Прежние неудачи в любви мадам Санд заключены в ее непоколебимой вере в счастливую любовь. Она верит в нее и ждет как женщина. А добивается ее как мужчина…»

***

Со стороны трудно было понять, что их объединяло, — настолько разными они казались. Однако у них было и много общего.

До встречи с Жорж Санд музы Шопена сменяли друг друга, принося ему взлет вдохновения: Констанция, Марыля, Дельфина Потоцкая, Мария Водзиньская… Каждая из них была по-своему прекрасной, но всегда что-то мешало прочному союзу: то разный социальный статус, то борьба самолюбий, то болезнь или, наконец, просто стечение обстоятельств…

Новый роман не был похож ни на один прежний. С Жорж Санд его связала не только страсть, но и глубокая привязанность, и истинная дружба. Ни с кем Фридерик не был так откровенен, ни с кем так глубоко не обсуждал свои профессиональные проблемы.

Он стал членом семьи Жорж Санд, близко к сердцу принимал все, что касалось ее детей, — Мориса и Соланж.

Но по характеру они были разными. Жорж Санд никогда не жаловалась на усталость. Она умела не только работать круглые сутки, но и безудержно веселиться. Шопена, болезненного смолоду, это иногда тяготило.

При этом оба были поглощены своим творчеством, которое требовало огромного напряжения. Обоим были свойственны творческие метания и даже неврастенические приступы, но Жорж Санд преодолевала их значительно легче, чем Фридерик.

Почти десять лет, с 1838-го по 1847-й, Шопен был постоянным посетителем фамильного замка Дюпенов. Замок Ноан славился своим гостеприимством. Как в родной дом, приезжали сюда летом многочисленные друзья, родственники, знакомые хозяйки и ее возлюбленного, которого здесь любовно называли Шопинетто.

У Жорж Санд он познакомился с Бальзаком, Луи Бланом, Пьером Леру… Все они становились большими поклонниками Шопена, но царила здесь все-таки Жорж Санд, и Фридерику иногда не удавалось преодолеть свою скованность.

Он был светским человеком, но шумная жизнь парижской богемы частенько утомляла его. В глубине души он оставался варшавянином, до конца своих дней не избавившимся от тоски по родине.

***

Испытание чувств преподнесла им зима, проведенная на Майорке в заброшенном картезианском монастыре «Вальдемоза». источник

В этом фантастически красивом месте они оба ощутили особый прилив вдохновения.

Там родился шопеновский цикл из двадцати четырех прелюдий, отражающий разные настроения, разные порывы души, но пронизанный одним страстным желанием жить и любить.

К несчастью, в самый разгар работы у Шопена пошла горлом кровь, началось тяжелое обострение чахотки. Жорж Санд, забросив сочинительство, не отходила от него ни днем ни ночью…

Вопреки злобным сплетням, пережитое испытание не только не пошатнуло их союз, но, напротив, сделало его крепче.

Их общий приятель Луи Эно, часто посещавший Жорж Санд и Шопена в Париже, расcказывал, что они прекрасно понимали и дополняли друг друга и им было очень хорошо вместе.

Однажды, когда они сидели втроем перед горящим камином, Жорж Санд принялась вспоминать свою любимую деревню в Берри. Она рассказывала так поэтично и образно, что растроганный Шопен не мог остаться равнодушным. «Если это так вдохновило вас, может быть, вы переложите мои слова на музыку?» — предложила Жорж Санд.

И такое случалось не раз: один заражал другого своим вдохновением.

Жорж Санд, любившая играть со своей маленькой собачкой, как-то заметила Шопену: «Я бы на вашем месте непременно сочинила бы какую-нибудь музыкальную пьесу в честь моей собаки…» Шопен, по воспоминаниям Луи Эно, тут же подошел к фортепьяно и сыграл мелодичный вальс, который его ученики и знакомые потом так и называли — «Вальс маленькой собачки»…

***

Очень музыкальная от природы, Жорж Санд тонко чувствовала и понимала музыку Шопена, преклонялась перед его талантом.

Шопен же, стоявший в стороне от литературного процесса, мало интересовался творчеством своей возлюбленной.

Поговаривали, что он даже не все ее романы прочел.

С таким равнодушием Жорж Санд трудно было примириться. Обиды накапливались.

Разлад обнаружился после выхода в свет романа Жорж Санд «Лукреция Флориани».

Любовная история, положенная в его основу, очень напоминала роман самой писательницы с Шопеном. Сколько бы Жорж Санд ни отрицала этого, Фридерик узнал ее в актрисе Лукреции, имевшей троих детей от разных мужей, а себя — в изнеженном, капризном князе Кароле.

Первой реакцией Шопена был шок: на всеобщий суд вынесена история их жизни, их любви. Причем Жорж Санд усилила в романе нарцистические черты Шопена, создав не достоверный портрет, а скорее, карикатуру, шарж.

Шопен считал, что Жорж Санд предала их любовь, которая на самом деле обогатила их обоих. На страницах книги Кароль и Лукреция, пережив трагедию несостоявшихся надежд, расстаются.

Удар по самолюбию был смертельным, и все-таки Шопен проглотил эту горькую пилюлю. Однако их отношения дали такую трещину, что любой малозначимый повод мог спровоцировать разрыв.

И повод вскоре появился. У Жорж Санд разладились отношения с дочерью из-за ее замужества, и она настаивала, чтобы Шопен прекратил общение с Соланж и ее мужем.

Шопен считал такое требование несправедливым. Это и стало причиной разрыва.

Позже Жорж Санд рассказывала, что они никогда не ссорились и не упрекали друг друга и что их первая размолвка оказалась последней. Они так и не помирились до самой смерти Шопена.

***

Любовные отношения — тайна за семью печатями. Со стороны невозможно понять, по чьей вине союз терпит крах. Можно проанализировать лишь то, что на поверхности.

Многие друзья и знакомые Шопена, говоря о его романе с Жорж Санд, часто выставляли его страдальцем, которому этот союз принес одни лишь мучения.

Но есть и другие воспоминания, свидетельствующие о том, что обвинения в адрес Жорж Санд сильно преувеличены. Годы, проведенные с нею, оказались самыми плодотворными в его жизни. За свою недолгую жизнь (Шопен прожил всего 39 лет) он написал два концерта и множество фортепианных пьес — сонаты, ноктюрны, скерцо, этюды, фантазии, экспромты, песни…

По воспоминаниям современников, Жорж Санд после разрыва была по-прежнему энергичной, общительной и работоспособной, а Шопен как будто лишился воздуха, он уже не мог сочинять музыку, только исполнял ее.

Но и эти наблюдения не дают основания винить во всем Жорж Санд. Разве не эта женщина, привыкшая к шумному успеху и поклонению, проводила целые ночи у постели Шопена, когда он бывал болен?

Пока их союз питал ее воображение и давал мощный импульс творчеству, она была неистощима в преданности ему и нисколько не огорчалась, что отдает больше, чем получает.

Шопен требовал много внимания и заботы, но сам не проявлял той самоотверженности, какой одаривала его она. А ведь они оба были очень талантливы, и творчество всегда оставалось главным в жизни каждого.

Расставшись с Фридериком, Жорж Санд как будто освободилась от тяжелой ноши, которую сама взвалила на себя и безропотно несла целых девять лет.

Возможно, ни он, ни она не предполагали, чем обернется для них разрыв. Жорж Санд не догадывалась, что так легко перенесет разлуку с Шопеном, а Шопен — что не сможет жить и работать без Жорж Санд. Он страдал, метался и не верил, что она не вернется к нему никогда.

Вскоре Шопен уехал в Англию. «Мне не может быть тяжелее, чем теперь, и настоящей радости я давно не испытывал… я только прозябаю и жду конца… — писал он оттуда другу. — Я чувствую себя слабее, я не могу сочинять… Я никогда не проклинал, но теперь я почти готов проклинать Лукрецию».

Шопен собирался дать в Лондоне несколько концертов, но здоровье не позволило. Удалось лишь дважды выступить в частном доме у своих знакомых.

В Париже болезнь обострилась, и в последние месяцы Шопен был настолько слаб, что не мог говорить, объяснялся жестами.

Когда Жорж Санд узнала о его болезни, она порывалась пойти к нему, но друзья не позволили, опасаясь, что сильное волнение ухудшит его состояние.

А Шопен за несколько дней до смерти сказал своему другу Франшому: «Она говорила, что не даст мне умереть без нее, что я умру у нее на руках…»

Джин и Рон Генри были каждый вполне самостоятельным художником до своей свадьбы в 1961-1962 годах. В 1984 году они начали работать над совместным проектом на сказочные темы.
Рон рисует общий фон и создает сюжет, а Джин прорисовывает растения и животных. Вместе они создали и серию о феях.
В их рисунках невозможно определить кто что рисовал. источник

источник

 

 

В 1915 году к директору одного из подмосковных театров явилась молодая девица весьма неординарной наружности с рекомендательным письмом. Письмо было подписано близким приятелем директора, московским антрепренером Соколовским. "Дорогой Ванюша, - писал он, - посылаю тебе эту дамочку, чтобы только отвязаться от нее. Ты уж сам как-нибудь деликатно, намеком, в скобках, объясни ей, что делать ей на сцене нечего, что никаких перспектив у нее нет. Мне самому, право же, сделать это неудобно по ряду причин, так что ты, дружок, как-нибудь отговори ее от актерской карьеры - так будет лучше и для нее, и для театра. Это совершенная бездарь, все роли она играет абсолютно одинаково, фамилия ее Раневская..." К счастью, директор театра не послушался совета Соколовского.

Фаина Георгиевна Раневская, настоящая фамилия Фельдман родилась 27 августа 1896 года в Таганроге.
Великая российская актриса, мастер острохарактерных ролей, игравшая от трагедии до гротеска. В кино снималась до 1966 года.

О Фаине Раневской кто-то из крупных режиссеров сказал: «Она может все!» И это правда. Ее герои неповторимы. У Раневской был свой собственный мир, и только там живут москвичка Леля («Подкидыш») и немка Вурст («У них есть Родина»), грубая мадам Скороход («Мечта») и интеллигентная Маргарита Львовна («Весна»). Актриса не только «вживалась» в образ, но и потрясающе владела мельчайшими деталями.

Каждую героиню Раневская наделяла своеобразной походкой, манерой речи, ритмом движения, у каждой из них даже разные руки — достаточно вспомнить Маньку-спекулянтку, Розу Скороход и врача в «Александре Матросове». Помимо этого, огромное значение придавалось любой папироске, чепчику, зонтику, пенсне, томику «Идиота» или кружке пива. В целом создавался тот самый неповторимый, идеальный образ, который совершенно невозможно представить в чьём-либо другом исполнении.  источник

Вьетнамский архитектор Дан Вьет Нга давно мечтала создать уникальный дом, единственный в своем роде. Ее задумки воплотились в реальность. Сегодня у вас есть возможность взглянуть на Сумасшедший дом (Crazy-House).

 

 

1. Оригинальное название Сумасшедшего дома звучит как «Гостевой дом Хан Нга».

 

2. Дом построен в провинции Ламдонг, городе Далат.

3. Архитектор не планировала превращать дом в отель или туристический комплекс.

4. Однако после того, как дом был построен, он стал привлекать внимание туристов и местных жителей, резко выделяясь на общем фоне.

 

Эти акварельные рисунки в виде открыток продаются в Финляндии. Поверьте, равнодушных нет: их скупают как горячие пирожки!

Старость – это естественный процесс, а вот как относиться к нему (как вариант, весело и с интересом), эти бабульки демонстрируют на собственном примере!

 

Перед вами, ставшая уже знаменитой, серия открыток под названием «Аnarkistiset mummot».

Как это перевести? Дословно в переводе с финского: «Бабушки-анархистки».

В интернете они известны под названием «Old Ladies».

 

 

Близится один из светлейших праздников – Пасха Господня. Сколько художников с любовью и ликованием в сердцах обратилось к этой теме в своих картинах!

**

источник

Христос Воскрес! Скворцы поют,
И, пробудясь, ликуют степи.
В снегах, журча, ручьи бегут
И с звонким смехом быстро рвут
Зимою скованные цепи.
Еще задумчив темный лес,
Не веря счастью пробужденья.
Проснись! Пой песню Воскресенья -
Христос Воскрес!

Христос Воскрес! В любви лучах
Исчезнет скорби мрачный холод,
Пусть радость царствует в сердцах
И тех, кто стар, и тех, кто молод!
Заветом благостных Небес
Звучит нам песня Воскресенья, -
Христос Воскрес!

Владимир Ладыженский

Последняя картина понравилась мне более всего . Владимир Ермилов “Пасха пенсионера”

 

 

Техника акварели очень индивидуальна и многообразна, как почерк человека. Она находится в подчинении той цели, которую ставит себе художник. Мария Курбатова сочетает в работе акварелью несколько манер письма: работу кроющими непрозрачными и прозрачными лессировочными красками; по сухому листу, и метод работы на влажном листе бумаги, который французские акварелисты называют «travailler dans l’eau» (работать в воде)…

источник

Специфика работы в этой сложной и кропотливой технике заключается в том, что акварель невозможно исправить, она любит чистые руки, художник должен заботиться о сохранении белизны и свежести бумаги. В зависимости от сложности исполнения и настроения на выполнение одной акварели у Марии уходит от недели до месяца.

 

Друзья а какой у Вас был набор?
 источник

 

 

Кто-то сейчас вспомнит детство или юность, а кто-то впервые окунется в то время, которое больше никогда не повторится.
В любом случае, всем будет интересно немного почитать про 90-е.
источник

 

 

Дэвид Вьятт (David Wyatt) – талантливый британский художник-иллюстратор произведений в стиле фэнтези, в том числе произведений Дж.Р.Толкиена.
Его работам присуща некая уютная замшелость, создающая иллюзию мягкой комфортной норки или берлоги где-то в глубине сказочного леса, наполненного мифическими существами…

источник

Вы наверняка не раз замечали, что в одной квартире дышится легко и свободно, а в другой создается впечатление, что кто-то или что-то давит, не дает расслабиться…

Из такой квартиры хочется бежать без оглядки и больше никогда туда не возвращаться. Одно дело, если эта квартира принадлежит не вам, если вы бываете в ней от случая к случаю, не задерживаясь надолго. А вот если нечто подобное вы начинаете ощущать дома, то надо срочно предпринимать контрмеры.

Как очистить и защитить вашу домашнюю крепость от негативной энергетики?

Как проверить дом на наличие негативной энергетики?

Самый простой способ проверить, довлеет ли над вашим жилищем негативная энергия, это зажечь церковную свечу и пройтись с ней по всем помещениям, включая ванную комнату, кухню и кладовку. Если свеча начинает чадить, пламя неровное, слышится треск, значит, в ауру вашего дома вмешалось нечто неприятное, а иногда и разрушительное. То есть, общее гнетущее впечатление, нежелание находиться дома и резкое уменьшение визитов друзей, помноженное на «неадекватное поведение» свечи - самый яркий сигнал о том, что пора действовать.

Еще один способ проверить дом - понаблюдать за поведением животных. Они в первую очередь чувствуют присутствие зла, начинают нервничать, стараются спать рядом с входной дверью и часто пытаются выскочить из квартиры на лестничную клетку.

В особо запущенных случаях животные либо вообще убегают от хозяев, либо отказываются есть и начинают болеть без видимой причины. Если у вас нет своего домашнего животного, вы можете взять его «напрокат», то есть попросить кого-то из друзей или соседей зайти в гости со своим питомцем. Только учтите, что животное должно быть изначально спокойным и дружелюбным, так как неадекватный зверь в любом случае будет нервничать в незнакомой обстановке.

Еще одним «детектором» негатива являются комнатные растения. Если вдруг они начинают болеть и погибать, причем независимо от пересадок, смены почвы и удобрений, значит, в вашем доме творится что-то неладное.
Правда, тут есть один нюанс - иногда так цветы реагируют на начинающуюся болезнь того, кто непосредственно за ними ухаживает, в этом случае они как бы берут на себя часть заболевания, так сказать, жертвуют собой ради хозяина.

Причины появления негативной энергетики.

Причиной возникновения негативной энергетики в квартире может быть целенаправленное наведение порчи на жилище или его обитателей, которое сопровождается появлением в квартире предметов, которые вы в нее не приносили, например, иголок в дверных косяках, оконных рамах и в мягкой мебели, а также вообще любых предметов неизвестного происхождения.  источник

Еще одна причина - расположение квартиры в так называемой «черной дыре». Это определяется очень просто. Энергетика дома негативная, если у вас, несмотря на то, что вы живете выше второго этажа, в квартире нет сотовой связи, и для того чтобы позвонить по мобильнику, вам надо выходить на лестничную площадку.

Следующая причина - проживание в квартире человека, постоянно одолеваемого черными мыслями, или частые визиты того, кто откровенно желает вам зла. В этом случае негатив имеет свойство накапливаться, а потом давить на жильцов помещения, провоцируя их на скандалы, неадекватные поступки и на болезни.

Также причиной плохой энергетики может быть смерть человека, который до этого очень долго и тяжело болел. Вообще, серьезные и затяжные болезни, сопровождаемые жалобами, слезами и стонами, очень портят ауру дома.

Поэтому чистить квартиру лучше сразу, как только человек выздоравливает, не дожидаясь, пока негативная энергетика плотно впитается в стены. Да и во время болезни неплохо бы сжигать веточки высушенного зверобоя, окуривая им все помещения, это, в том числе, способствует выздоровлению больного. Так же в данном случае хорошо использовать и пучки сушеного шалфея - его дым избавляет помещение от темных сущностей.

                  

Как очистить квартиру от негатива

Василий Андреевич Тропинин (19 (30 марта) 1776 — 3 (15) мая 1857, Москва) — русский живописец, мастер романтического и реалистического портретов. Автор, в отличие от романтических портретистов, старался подчеркнуть типичность героев. Но в то же время он симпатизировал им, что выливалось в изображении внутренней привлекательности. С этой же целью Тропинин пытался не показывать явную социальную принадлежность людей.

источник

Василий Андреевич Тропинин родился в селе Карповка Новгородской области в семье крепостных графа А. С. Миниха. Сразу отметим, что указанный год рождения оспаривается некоторыми искусствоведами. В качестве такового они называют 1780 год.

Общее негативное отношение историков к русскому крепостному рабству выразилось в формировании ряда стереотипов, рисующих мир крепостных как нечто сплошь «беспросветное». Действительно, «света» в нем было мало, крепостная зависимость не украшала Россию, но, между тем, в самом «сообществе» крепостных не было никакой однородности — там существовала своя социальная иерархия. И в этой иерархии отец Тро-пинина занимал довольно высокое место.

Будучи управляющим у Миниха, он в конце концов за свои добросовестные труды получил личную свободу — правда, семья его при этом осталась крепостной. Его сын смог получить начальное образование — в новгородской «народной школе», куда его отдал Миних и где он учился четыре года.

В начале 1790-х годов у юного Тропинина сменился хозяин. В качестве приданого он перешел в собственность графа И. Моркова, женившегося тогда на дочери Миниха, Наталье Антоновне. Надо сказать, что отец Тропинина, видя снедавшую сына с детства страсть к рисованию, просил Моркова отдать его в ученики к живописцу, на что получил категорический отказ. Вместо этого юношу отправили в Петербург учиться на кондитера. Произошло это в 1793 году.

В искусствоведческой литературе этот поступок Моркова оценивают по-разному — и по большей части, довольно жестко, представляя Моркова каким-то махровым крепостником и самодуром. Такая «социальная» трактовка вряд ли корректна. Забегая вперед, скажем, что «Салтычихой в штанах» граф никогда не был и всегда относился к Тропинину с большой симпатией.