Мой знакомый Михаил Абир, работающий на израильском радио, прислал:
"Историю эту лучше читать сидя, а то можно упасть. Поделился приятель, который в Израиле занимается медицинским туризмом. Работы у них навалом: медицина, процветающая на постсоветском пространстве, клиентов поставляет исправно.
Так вот: был у них один дядечка, из одной бывшей советской республики. Болезнь у него была неприятная, что-то вроде скоротечного Альцгеймера, когда человек стремительно глупеет и теряет разум. В буквальном смысле. О лечении на родине речи и не шло, там местные эскулапы про такую болезнь и не слыхали. Предлагали даже лечиться от язвы желудка, ну, чтобы было за что деньги брать.
В Израиле ее тоже вылечить не могут, но могут сильно замедлить течение. То есть подарить человеку еще несколько лет относительно нормальной жизни, не баклажаном. В общем, он приехал, провели ему курс лечения, дали лкарства, и болезнь действительно стала протекать медленнее. Его отправили домой с условием, что через определенное время вернется на контрольный осмотр.А, чуть не забыл. Он уже соображал к тому времени не ахти, так что дали ему документы на 100-процентную инвалидность и даже выправили специальную бумагу для службы безопасности аэропорта Бен-Гурион. Они известны своей доставучестью и в бумаге было написано, чтобы сотрудники службы безопасности ему вопросов не задавали, а беседовали только с сопровождающим. Он, де, адекватно эти вопросы воспринимать не может.
Ну, вот, прошло два года, он вернулся. Профессор, светило из светил, его осмотрел, убедился, что болезнь хоть и медленно, но, увы, прогрессирует. И так, по настроению, по ситуации с ним беседует. И говорит:
- Вам нужно понять, что будут определенные ограничения, что придется кое-что в жизни поменять.
Пациент: И работу бросить?
Врач (с некоторым удивлением): А вы работаете?
Пациент: Да!
Врач: Это, наверное, работа связана с инвалидностью? Что-то несложное?
Пациент (пожав плечами): Да все та же, на которой я всю жизнь трудился!
Врач (уже предчувствуя недоброе): А кем же вы трудитесь?
Пациент: СУДЬЕЙ!
Врач (икнув от ужаса): Кем-кем?
Пациент (даже слегка обидевшись, что, мол, тут удивительного): СУДЬЕЙ!!!
Когда профессор слегка оправился от шока, он первым делом спросил:
- А как же вы, а что же это, это же решения надо принимать?
На что больной грустно кивнув ответил:
- Да, есть момент, тяжеловато, поэтому я СТАРАЮСЬ УГОЛОВНЫЕ ДЕЛА НЕ БРАТЬ!
То есть бывает, что и уголовные к нему попадают. Видимо профессор самообладание имел недюжинное, если вместо того, чтобы свалиться в обморок попытался продолжить разговор:
- А как же вы туда добираетесь?
А дядька этот не то, чтобы в городе, не то, чтобы в больнице, в собственной квартире может заблудиться. И везде должен передвигаться с сопровождающим. И все продолжая улыбаться (это один из симптомов болезни), он и говорит:
- А меня жена на работу в суд отводит, а там секретарь, такая опытная, она мне помогает дела разбирать.
Пациент уже ушел, улыбаясь. Уже несколько раз в кабинет под разными предлогами заглядывали сотрудники, а профессор все сидел, держался рукой за стакан холодной воды, который ему принесли, смотрел в потолок и шевелил губами. Никак в его израильской голове не укладывалось, как человек с таким диагнозом может кого-то судить. Ему, бедолаге, невдомек, что система судопроизводства на постсоветском пространстве как раз наличия мозгов не требует совершенно. Там другие средства в ходу. Можно в кресло судьи хоть тыкву посадить хэллоуинскую и результат не изменится.
Так что, друзья и коллеги, поосторожнее в судах."Баклажаны