Оазиса ценность не только вода, 
не тени деревьев вокруг череда, 
травы шелковистой зелёный ковёр, 
но, прежде всего, уходящий простор.

Куда ни посмотришь: повсюду песок,

над ним раскаленного неба кусок.
В пустыне что небо, что солнце – одно
громадное жёлтое сверху пятно – 
белёсое небо в горячих лучах
пылает жаровней на вечных углях.
Жара иссушает и плавит вокруг.
Но вот за границей деревьев есть круг, 
в котором прохлада в любую жару 
тебя овевает, как бриз поутру.
Но взгляд подыми – и увидишь мираж, 
что маревом спит над песками, как страж, 
колеблется воздух струями жары 
с рассветным лучом до закатной поры.
Здесь умерло всё или движется вспять,
лишь солнце заходит и всходит опять.
С рассветом пустеют от тварей пески, 
жара опоздавших сжимает в тиски, 
не выживет в них даже утренний след, 
лишь ночь выдаёт жизни льготный билет.
В барханах вчерашние нивы лежат, 
в струенье песка слышу я водопад,
скелет саксаула – мне отзвук дубрав,
пески затеняющий вместо купав.
Любая пустыня – оазис «вчера», 
и, может быть, где-то сегодня пора 
покрыться барханами сочной траве, 
безжалостно вытянув жребий в игре 
бездушной природы с самою собой, 
бросающей силы явления в бой, 
верша катаклизмы без устали недр, 
круша наши жизни с младенческих лет.
Так рушатся судьбы, завязнув в песках, 
крушатся надежды, рассыпавшись в прах, 
любовь умирает без ласки воды, 
ломается счастье в пространстве беды.
Хочу, чтоб оазис в моей жил душе, 
но нынче об этом мечтать мне вотще, 
пустыня с годами сжимает кольцо 
плеяды седых в моём сердце жильцов.

 

 

 Везде пески. - К. Бальмонт

Музыка - Корабли пустыни

Фото Оазис Убари. Ливия