Жанна Фриске помогает челнинской девочке бороться с раком

Певица Жанна Фриске, которая сражается сейчас с раком мозга, оказала материальную помощь двухлетней Амелии Галимовой из Набережных Челнов, также страдающей онкозаболеванием. Обе лечатся в одной клинике в Нью-Йорке. 40 тысяч долларов от Фриске стали полной неожиданностью для родителей девочки.
Напомним, в январе близкие известной певицы и актрисы Жанны Фриске выступили с официальным заявлением: у Жанны, недавно родившей первенца, - опухоль мозга. Экс-солистка «Блестящих» проходит курс химиотерапии в одной из лучших онкологических клиник мира - Memorial Sloan-Kettering в Нью-Йорке. Чтобы оплатить дорогостоящее лечение звезды, Первый канал и благотворительный фонд «Русфонд» провели акцию по сбору средств. К 30 января многочисленные поклонники певицы перечислили на её счет около 69 млн рублей. После оплаты оказанных Фриске медицинских услуг на счету осталось более 60 млн рублей. Из них 30 млн было решено зарезервировать на дальнейшее лечение Жанны, а оставшуюся половину певица с одобрения благотворителей передала на лечение детей с онкологическими заболеваниями.

Как сообщается на сайте «Русфонда», благодаря Жанне помощь получили восемь детей. Среди них - двухлетняя Амелия Галимова из Набережных Челнов. У малышки - рак сетчатки обоих глаз (ретинобластома). Врачам той же американской клиники, где сейчас лечится Фриске, удалось спасти девочке один глазик - левый. Сейчас он отлично видит, но Амелия должна каждые два-три месяца летать в США на обследование, чтобы исключить риск повторного заболевания. Понятно, что такие поездки обходятся недешево…

- Когда мне позвонили из фонда и сообщили, что Жанна Фриске решила передать часть собранных на её лечение средств нашей дочке, мы очень удивились! - поделился радостью с Интертат.ру отец Амелии Руслан Галимов. - Очередная поездка в США нам предстоит в апреле. И помощь Жанны нас буквально спасала. Если бы не эти деньги (семья получила 1,385 млн рублей), всё наше длительное лечение встало бы на полпути. Сейчас жена пытается списаться с родными певицы, чтобы договориться о встрече во время поездки в клинику и поблагодарить Жанну.

Руслан, так же как и его дочь, в детстве перенес ретинобластому, в результате полностью лишился зрения. Глава семьи Галимовых работает массажистом в Тукаевской ЦРБ, получает 11 тысяч рублей.

- Раньше мы возили дочку в американскую клинику на средства, пожертвованные жителями Набережных Челнов и всего Татарстана через соцсети, - рассказывает Руслан. - Тогда удалось собрать 6 млн рублей. За два года они закончились... И если бы не эти деньги, даже не знаю, что бы мы делали.

Руслан Галимов уверен, что американские врачи спасут певицу. А вот российским медикам он больше не доверяет, ведь два года назад они посоветовали ему отказаться от дочки.

- Страшный диагноз «рак сетчатки» Амелии поставили почти сразу после рождения. Нас направили в Казань, в ДРКБ. Там мы прошли первый курс химиотерапии. И одна уважаемая доктор заявила, что видеть наша девочка не будет, и посоветовала отказаться от нее. Я ответил: «От своих отказывайтесь!» и сразу забрал Амелию из больницы, - едва сдерживая гнев, вспоминает отец. - Потом повезли дочь в офтальмологическую клинику в Москву. И попали на прием к тому самому врачу, который 25 лет назад предписал удалить мне оба глаза. Такой же приговор она вынесла моей дочери! Только после этого я начал искать медцентры за границей. Возили Амелию в Германию, прошли там курс химиотерапии. Безрезультатно. А потом услышали про русского мальчика с таким же заболеванием, которому в США сохранили зрение...

По словам Галимовых, если результаты апрельского обследования дочки будут хорошие, то в следующий раз надо будет проверяться через полгода. И так - до 5-летия девочки. После этого возраста, по словам медиков, риска развития ретинобластомы у детей уже нет.

- Вся наша семья искренне желает Жанне поскорее выздороветь и вернуться домой, - переполняет благодарность Галимовых. - У неё очень доброе сердце - ей сейчас самой невероятно тяжело, а она помогает детям. Надеемся, за это ей воздастся втройне.