ВэВэ заместитель начальника, баба лет сорока, но это во времена моей мамы - сорок лет - конец жизни, сейчас - самый расцвет. Не замужем, но была, дочь учится в МГУ, квартира, Лексус, шмотки с лейблами, великолепная ухоженная фигура и лицо двадцати пятилетней, а еще татушка в самом неприличном месте - впервые такое видел в центре попы - губы- половинка на одной половинке, половинка на другой, а узнал я о ней совершенно случайно...
Был корпоратив, блять знаю, что повторяюсь, но не я такой - жизнь такая. Выпили, я начал веселить народ - единственный мужчина это как еще одна должность, только без зарплаты, насрать, что я начальник отдела! "Ой, лампочка перегорела, ой, что-то в телефоне щелкнуло, ой..." Суки, хочу быть тупой бабой!
Но веселить, это не в контактах копаться, это я люблю - потравить байки, поприкалываться, постебаться. ВэВэ как всегда нашла интересную только ей тему :
- Италия, там я хотела бы жить, особенно Флоренция - просто сказка! Согласен со мной?
- Нет, Флоренция не мой город.
- А какой же твой?
- Сиена.
- И чем тебя так она поразила?
- Она мрачная, строгая, там охуительная площадь на которой я один раз пролежал целый день, слушал людей, смотрел в небо и еще купил вот эти охуительные туфли.
(Вэвэ сморщила свой носик, но не перебила, хотя в начале пыталась - пожалуйста, без мата - на работе согласен, но после 18.00 я свободный человек. Не могу сказать, что ненормативная лексика доставляет мне наслаждение, это скорее как атрибут праздника - вино, сигарета, красивая женщина и неотредактированная речь)
А туфли действительно были зачетные - бежевые легкие из мягкой кожи и под джинсы и под светлые брюки.
- Туфли нравятся, а Сиена - нет. Она не красивая.
- А Флоренция, как легкомысленная шлюха.
- И галерея Уффици?
- Был, видел, впечатлен, но мы говорили о городах.
Спорили- спорили, она предложила посмотреть ее фотки из Италии, какую-то башенку во Флоренции, пошли в е кабинет. А дальше как в кино - она сидит в кресле перед монитором, я на подлокотнике. В какой-то момент она повернулась - я нагнулся, наши лица оказались в миллиметре друг от друга и она меня поцеловала, честно - ошалел, ну не рассматривал я ее как объект, нет в принципе, хороша... я бы ее... но в натуре...
Я отшатнулся.
- Дверь закрой, - сработал рефлекс начальник-подчиненный послушно закрыл дверь, повернулся, а она уже в одном белье на своем кожаном диване.
"Блять до чего же неприятно на кожаном диване жопой", - я уже просчитывал позы, ну, да херовый из меня романтик. Подхожу к ней, а она(вот что значит опыт) - расстегивает мне джинсы, вынимает член, одевает на него презерватив(явно не по размеру, неприятно стянул), снимает трусы, поворачивается ко мне спиной, встает на диван коленями, упирается руками в спинку и я уже в ней - все это за 2-3(!) секунды. Мне остается только взять ее за мои любимые косточки и трахать периодически зажимая ей рот рукой, когда она пытается стонать. За дверью было слышно, каждое слово, наших девчонок, адреналин выпрыгивал из каждой клеточки. В голове носились воспоминания ее злого, высокомерного лица. И я входил все с новым и новым ожесточением, нет я не трахал ее, я ее имел. А тут еще эта чуть заметная тату. "Хочу в задницу" - пронеслось у меня в голове, обслюнявил пальцы и вошел. Она в этот момент кончала, я чувствовал по сокращающимся мышцам влагалища, поэтому не сразу осознала, а когда поняла, попыталась вырваться, но я держал крепко, она прошептала:"больно". "Это мне сука, больно было, когда ты меня при всех опускала. Ну, что заумная сука, имели тебя так когда-нибудь, ничего будет, что вспомнить".
- Потерпи, сейчас, - вслух произнес я и кончил так, как будто никогда не кончал до этого. Сердце билось, в голове, члене, яйцах, животе... Презерватив угрожающе надулся, я вышел и мы упали на диван пытаясь отдышаться.
- Прости, я увлекся, просто ты - супер, - безотказная ложь. - Мне еще никогда не было так классно! - А вот это правда. Через две минуты, она уже стояла одетая, держа в руке кулек из бумаги.
- Туда положи, - я осторожно снял презерватив.
Через пять минут, она за столом пила вино, а я придумав отмаз - свалил домой.
Так я поимел наше начальство.
