Человек притягивает к себе все, что заложено в нем самом

Электроэнергия движется в теле человека по нервам, образующим сверхплотную сеть – нервную систему – которая охватывает каждую клетку тела. Движение электрического тока и движение нервного импульса в теле по сути одно и то же.

Лууле Виилма: нервная система

Современный человек разбирается в электротехнических системах лучше, нежели в нервной системе, хотя в принципе они одинаковы. Чем более развита нервная система, то есть чем более сложную информацию человек способен свести к простой, тем более сложную технику он способен изобрести… Искусством вычленения простой информации из сложной – а оно постоянно совершенствуется – владеет личность.

Личность умеет применить информацию на практике. Информация – это знания, которые нужно усвоить. Кто в учебе видит потребность, тот, приобретя базовое образование, без которого никуда, в дальнейшем будет осваивать знания выборочно. Кто расценивает образование как возможность проявить и продемонстрировать всем свой ум, тот в дальнейшем неизбежно продемонстрирует окружающим недуг, развившийся из-за нагромождения бесполезных знаний. А кто реализует приобретенные знания на практике, тот не тратит времени впустую. Его самореализация одновременно служит и проверкой знаний.

Нервная система регулирует деятельность всех систем организма человека и реакцию на изменение условий внутренней и внешней среды.

Основные функции нервной системы – получение, хранение и переработка информации из внешней и внутренней среды, регуляция и координация деятельности всех органов и органных систем. Структурной единицей нервной системы является нейрон (нейроны обеспечивают проведение нервных импульсов).

Нервную систему человека подразделяют по-разному. Анатомически она состоит из центральной нервной системы (включает головной и спинной мозг) и периферической нервной системы (обеспечивает связь центральной нервной системы с различными частями тела, а также включает нервные узлы и нервные сплетения, лежащие вне спинного и головного мозга).

Центральная нервная система состоит из головного и спинного мозга и их защитных оболочек. Самой наружной является твердая мозговая оболочка, под ней расположена паутинная, а затем мягкая мозговая оболочка, сращенная с поверхностью мозга. Между мягкой и паутинной оболочками находится подпаутинное пространство, содержащее спинномозговую жидкость, в которой как головной, так и спинной мозг «плавают».

Головной мозг состоит из трех основных структур: больших полушарий, мозжечка и ствола. Самая крупная часть мозга – большие полушария – содержат высшие нервные центры, которые составляют основу сознания, интеллекта, речи, понимания. Мозжечок в основном обеспечивает координацию движений. Ствол регулирует дыхание и кровообращение.

Спинной мозг находится внутри позвоночного столба (защищен его костной тканью), имеет цилиндрическую форму и покрыт тремя оболочками.

Периферическая нервная система обеспечивает двустороннюю связь центральных отделов нервной системы с органами и системами организма.

Вегетативная, или автономная, нервная система делится на симпатическую и парасимпатическую, регулирует деятельность непроизвольных мышц, сердечной мышцы и различных желез. Деятельность вегетативной нервной системы направлена на поддержание стабильного состояния внутренней среды организма (постоянной температуры тела, артериального давления).

Симпатическая нервная система стимулирует процессы, которые направлены на мобилизацию сил организма в условиях стресса (повышение частоты и силы сердечных сокращений, увеличение артериального давления и содержания сахара в крови, усиление притока крови к скелетным мышцам за счет уменьшения ее притока к внутренним органам и коже, расширение бронхов, зрачков, понижение тонуса желудочно-кишечного тракта).

Парасимпатическая система оказывает противоположное действие, способствует накоплению или восстановлению энергетических ресурсов организма (уменьшает частоту и силу сердечных сокращений, снижает артериального давление, стимулирует пищеварительную систему и т. д.). Обе системы функционируют непрерывно, но уровни их активности меняются в зависимости от ситуации.

Современный человек разбирается в электротехнических системах лучше, нежели в нервной системе, хотя в принципе они одинаковы. Чем более развита нервная система, то есть чем более сложную информацию человек способен свести к простой, тем более сложную технику он способен изобрести… Искусством вычленения простой информации из сложной – а оно постоянно совершенствуется – владеет личность.

Центром обмена веществ нервных клеток служит задняя доля гипофиза.

Напомню, что все, находящееся спереди, связано с чувствами, а все, расположенное сзади, – с волей.

Зависимость от желаний разрушает целостность соединительной ткани, связывающей нервные клетки между собой, то есть разрушает целостность нервной системы.

Беспокойство по поводу осуществимости желаний отрицательно влияет на способность нервных клеток к саморегуляции.

Чувство безысходности нарушает процесс самоочищения нервной ткани.

Отчаяние из-за абсолютной невозможномсти достичь желаемого ведет к заболеванию нервной ткани.

Нервная система состоит из двух подсистем. Головной и спинной мозг образуют центральную нервную систему (ЦНС). Это управляющий центр, где обрабатывается и интерпретируется вся поступающая от внешних органов чувств информация. Реакция на каждый раздражитель также приходит от ЦНС.

ЦНС связана со всем телом посредством периферической нервной системы. Это сеть нервов, отходящих от спинного и головного мозга. Периферическая нервная система также делится на два подраздела: соматическую и автономную нервные системы. Соматическая нервная система передает сигналы к мышцам скелета. Эти мышцы контролируют осознанные движения. Автономная нервная система передает импульсы к железам, органам и мышцам сердца и пищеварительной системы, которые не находятся под сознательным контролем.

Периферическая нервная система осуществляет связь центральной нервной системы с кожей, мышцами и внутренними органами. В состав периферической нервной системы входят нервы, нервные узлы и нервные окончания.

В основе сложного строения нервной системы лежат простые первичные клетки, образующие центральную и периферическую нервную систему. К центральной нервной системе относятся головной и спинной мозг. Периферическая нервная система состоит из нервов, нервных узлов и нервных окончаний. Нервные узлы при их поражении можно определить на ощупь – они представляют собой плотные болезненные бугорки. Нервы – это шнуровидные волокна, связывающие органы с центральной нервной системой. Нервные волокна – это отростки нервных клеток.

Когда мы говорим о себе, что мы натянуты как струна, то и наши нервные волокна пребывают в натянутом как струна состоянии. Они сокращаются и раздражают мышцы, а те при очень сильном напряжении способны сжаться до состояния судороги. Так душа через физические симптомы тела дает знать о своем состоянии.

Напряжение в голове возникает от духовных проблем, иначе говоря, от мобилизации духовных сил. От него в мозге могут возникать спазмы, выражаемые в виде эпилепсии.

Бывают случаи, хоть и редко, когда пугающая информация вызывает у человека спазм диафрагмы, и, так как человек не может дышать, спустя четыре-пять минут повреждаются самые чувствительные ткани тела – клетки головного мозга, являющиеся все теми же нервными клетками. Повреждаются они из-за недостаточного снабжения кровью и кислородом, то есть отсутствия любви и свободы.

Отличие центральной нервной системы человека от аналогичной системы у животного состоит в том, что кора человеческого головного мозга обладает мыслительной функцией. Если человек правильно использует свои мыслительные способности, кора головного мозга у него в порядке. А при неправильном применении мыслительных способностей соответственно повреждается кора головного мозга, которую иногда шутливо называют серым веществом. Серое вещество коры головного мозга поражается более всего из-за беспрекословного следования догматической вере.

Кора больших полушарий головного мозга – слой серого вещества толщиной 1–5 мм, который покрывает полушария большого мозга человека. Эта часть головного мозга играет огромную роль в осуществлении психической, или высшей нервной деятельности человека. Благодаря двусторонним связям с нижележащими отделами нервной системы, кора может участвовать в регуляции и координации всех функций организма. У человека кора головного мозга ориентировочно составляет 44 % от объёма всего полушария. Площадь её поверхности достигает 1468–1670 см2.

Это полушутливое ласкательное название говорит о большем, нежели только о цвете коры головного мозга, по сравнению с белым веществом, расположенном ниже. Это говорит о том, что нормальное живое вещество не может быть абсолютно черным, ибо черный цвет присущ земле, то есть праху, мертвой ткани. Кто во всем остается человеком, тот видит мир в полутонах, и его развитие заключается в распознавании и изучении полутонов. Со временем он научается все более отчетливо распознавать отрицательную сторону хорошего и положительную сторону плохого. Он принимает все сущее таким, какое оно есть.

Когда животное еще молодо и не успело освоиться в жизни, его тянет к хорошему. К хорошему тянется такое же животное, засевшее в человеке. Поскольку же в материальной жизни не бывает только хорошего, то сопутствующее ему плохое превращает белое в серое. Старое животное удовлетворено, если имеет все необходимое для жизни. Это означает, что ядра серого вещества остаются целыми. Ядра серого вещества сообщаются с серым веществом головного мозга посредством бесчисленных нервных волокон, именуемых каналами.

Если человек любит животных, он изучает их повадки, одновременно распознавая животное в самом себе. Это говорит о том, что каналы головного мозга у него не заблокированы, а значит, не повреждены. Кто боится животных, тот из инстинкта самозащиты относится к ним враждебно, а потому не понимает, чему данное животное хочет его научить. Страх блокирует каналы. Враждебность разрушает каналы, из-за чего движимый злобой человек ведет себя, как животное. Сам он это отрицает, ведь если он терпеть не может животных, значит, не может терпеть и животное в самом себе.

Злобная ненависть разрушает каналы так же, как человек губит животных.

Кто наносит животному удар – в мыслях или на деле – тот наносит удар соответствующему собственному нерву. Кто не дает животному еды, тот не дает достаточно крови и своему нерву, либо у того плохая кровь. Кто сажает животное в клетку, тот сажает в клетку и свой нерв. Кто не соблюдает личную гигиену, у того лимфа не очищает его нерв. Кто из злобы убивает животное, тот убивает в себе соответствующую нервную клетку, постепенно становясь все бесчувственней, равнодушней, неспособней к духовному росту, безжалостней. Но если человек высвобождает томящееся в плену его души животное, то есть раскрепощает свой характер, то его нарушенная нервная система может восстановиться.

Излишняя негативность человеческой мысли повреждает нерв прямо и в открытую. Нерв повреждается, например, в результате травмы, переохлаждения, перегрева – ожога либо острого химического отравления.

Излишняя позитивность человеческой мысли повреждает нерв своей скрытой негативностью, которая вызывает болезни. В качестве примера можно привести заболевание, которое, к счастью, встречается очень редко, – адренолейкодистрофия (АЛД). Речь идет о недуге, при котором происходит разрушение миелина, образующего оболочку белых нервных волокон. Именно разрушение миелина служит причиной многих нервных заболеваний. АЛД – болезнь мальчиков и юношей, которая начинается с разрушения центральной нервной системы и завершается медленной и мучительной смертью.

Миелин является липопротеидным веществом, образующим мякотную оболочку белых нервных волокон. Он выполняет роль изолятора и имеет защитную функцию. Если человек желает, чтобы жизнь была полностью и навсегда защищена, он стремится ее обезопасить. Как вы уже поняли, человек при этом всегда имеет в виду материальную защищенность. Если он при этом имеет семью и детей, то готов отдать жизнь – главное, чтобы застраховать все, что можно. Чем человек умнее, тем быстрее осознает, что материальное благополучие начинается с добрых человеческих отношений.

Адренолейкодистрофия – редкое наследственное заболевание, которое характеризуется нарушением обмена жирных кислот. При данном заболевании происходит аномальное накоплением длинноцепочечных жирных кислот, содержание этих кислот в надпочечниках, мозге и яичках может увеличиваться в 1000 раз. Длинноцепочечные жирные кислоты поступают с пищей и синтезируются в самом организме. Адренолейкодистрофия поражает в основном мальчиков 5–12 лет, заканчивается смертью пациента.

Если же человек жертвует всем, чтобы возвыситься в духе, у него недуг в первую очередь поражает головной мозг, а затем весь организм. Тот, кем жертвуют во имя достижения материальных ценностей, слаб духом, и у него прежде всего поражается мозжечок, который регулирует моторику тела.

Мозжечок расположен в затылочной части, именно там, где сильнее всего воздействие рассудочной воли: я знаю свои обязанности и хочу выполнять их. Покоряясь рассудочной воле, чтобы только выслужить звание хорошего человека и стяжать всеобщую любовь, человек навлекает на себя рассеянный склероз. Эта болезнь – превосходное средство защиты от непомерных требований, предъявляемых хорошими людьми.

Практически все болезни сопровождаются повышенной кислотностью – увеличением в организме количества скопившихся кислот. Кислоте свойственна энергия обвинения, то есть энергия злобы. Кислота символически выражает плохое. Чем больше плохого, тем выше кислотность. Человек должен бы из-за этого умереть, но не умирает. Почему?

Существует такое понятие – cтрессоустойчивость. О человеке, который из-за пустяка выходит из себя либо заболевает, говорят, что у него низкий порог устойчивости к стрессам. А о человеке с верблюжьим терпением говорят, что у него высокий порог устойчивости к стрессам. На самом же деле за его невосприимчивостью к стрессам кроется способность уравновешивать плохое и хорошее, а потому повышенная кислотность в его организме нейтрализуется увеличением щелочности. Человек не заболевает благодаря своей сдержанности. Долго ли он так продержится – это уже другой вопрос.

Повышение кислотности означает рост негативности, то есть плохого.

Повышение щелочности означает рост позитивности, то есть хорошего, вплоть до сверхположительности.

У человека предельно сдержанного содержание в организме кислот и щелочей может превышать норму в несколько раз, но если они между собой сбалансированы, то это не проявляется в виде заболевания до тех пор, пока у человека не лопнет терпение. Когда же терпению приходит конец, человека охватывает отчаяние, ибо он так и не смог достичь заветного душевного покоя. Чем чаще человек добивается вожделенных благ, тем выше щелочность в его головном мозге.

С точки зрения химии, нарушение баланса в сторону щелочности означает, что содержащиеся в миелине жиры вступают в реакцию с содержащимися в организме щелочными металлами, в результате чего образуется мыло. Мыло вымывается из организма жидкостями, и нервные волокна остаются без изолятора. Эту болезнь можно рассматривать как короткое замыкание в электросети, которое начинается в мозге и распространяется по всему организму.

Содержащийся в миелине жир называют основополагающей жировой тканью. Она столь важна, что даже если человек умирает с голоду, жир этот не расходуется. Это означает, что хоть жизнь и важна, но еще важнее сохранять, умирая, мыслительные способности. Ибо кто умирает мыслящим человеком, тот возрождается таким же мыслящим человеком. До самой последней возможности жизнь старается сохранить в человеке божественное триединство. А при адренолейкодистрофии сверхценные жиры головного мозга свариваются в обычное мыло. Если бы хорошие родители не стремились обеспечить ребенку хорошую жизнь, если бы предоставляли ему возможность самостоятельных действий, подобной беды удалось бы избежать.

Помогая себе, мы не можем творить большего блага для кого бы то ни было, ибо творим подлинное благо.

Говоря о чувствах и чувствительности, мы подразумеваем нервную систему – систему, принимающую информацию, направляющую ее и объективно на нее реагирующую. Когда нервная система в порядке, информация поступает, на некоторое время задерживается и уходит. За это время человек успевает поумнеть. Происходит это благодаря тому, что полученные знания он применяет на практике. Знания, подкрепленные практикой, являются разумными.

Нервная система состоит из нервных клеток. Нервная клетка – нейрон – состоит из клеточного тела и отростков. Тела всех расположенных в головном мозге клеток плюс белое вещество образуют ядра серого вещества центральной нервной системы. Отдельно взятая нервная клетка выглядит, словно дерево, у которого имеются корни, ствол и крона, состоящая из больших, малых и малюсеньких веток, к которым крепятся листья либо иголки.

Все нервные клетки головного мозга вместе взятые выглядят, как старое дерево с очень густой кроной, у которого ветки не проглядываются, а виден лишь толстый слой листвы. Подобно тому, как дерево легче всего распознать по листве, так и человек легче всего распознается по его мыслям.

Нейрон – основная единица нервной системы, передающая электрохимические нервные импульсы по телу. Это клетки, которые способны принимать, кодировать, обрабатывать, передавать и хранить информацию, реагировать на различные раздражения, устанавливать контакты с клетками органов и другими нейронами.

Таким образом, листва необходима для узнавания дерева, тогда как в пересчете дерева на деньги она абсолютно несущественна. То же происходит и с рассудительностью, которую ни во что не ставят, когда дело доходит до оценивания. Чем больше человека оценивают, тем больше отростков отламывается от нервных клеток, подобно тому, как с дерева срывают листья, и человек гибнет как личность.

Более длинные отростки нервных клеток на вид похожи на древесный ствол с разветвляющимися большими и малыми корнями. Таким стволом является наш спинной мозг, расположенный в позвоночнике. Длина отростков может достигать более метра. Отростки, напоминающие бахромчатые корешки, служат рецепторами, реагирующими на раздражения, которые доводятся до каждой клетки тела.

Инстинктивная, она же животная, реакция на информацию, то есть раздражитель, происходит через глубинные ядра серого вещества. Усвоенная информация, приводящая в действие человеческое мышление, поступает в кору головного мозга.

Спинной мозг – это часть центральной нервной системы, который расположен в позвоночном канале и простирается от уровня нижнего края большого затылочного отверстия до межпозвоночного диска между I и II поясничными позвонками. Вверху спинной мозг переходит в ствол головного мозга, внизу заканчивается мозговым конусом.

У человека сильного нервная система подобна дубу – она мощная и одновременно хрупкая.

Деревья бывают разные. Такими же разными бывают у людей и нервные клетки. Чем меньше дерево гнется, тем сильнее оно должно быть, чтобы его не сломал ветер. Дуб – символ энергии силы – неподвластен житейским бурям, однако теряет при этом немало тонких веток с листвой.

У человека, пережившего житейскую бурю и в ней закалившегося, нервная клетка в силу разросшейся соединительной ткани лишается способности удерживать нормальным образом информацию. Происходит это в тот самый момент, когда у человека кончается терпение и он решает, что с него хватит. Он делается бесчувственным, даже если речь идет о ребенке. У него испорчены нервы из-за всего того, что ему довелось повидать в окружающем материальном мире, а повидать довелось то, чего он видеть не желал. Внешне сильный человек слаб внутренне, потому он стремится к спокойной жизни. Ни ветра, ни бури он не выносит – как в прямом, так и переносном смысле.

У человека самолюбивого нервная система похожа на березу. Она устойчива и целеустремленна, хотя цели частенько и бывают запутанными.

Береза – это символ личности. Кто желает стать личностью, тот самолюбив. Личность, как и самолюбие, легко переносит житейскую бурю, под стать березе. Ветки у березы так просто не сломаешь. Если растущие по соседству дубы весьма похожи друг на друга, то березы, независимо от их породы, могут сильно отличаться одна от другой. У одной ствол похож на белую свечу, у другой с трудом отыщешь на коре белое пятнышко. Береза – дерево своеобразное еще и потому, что на ней заводятся ведьмины метлы.

Ведьмина метла являет собой энергию прокручивания в голове мертвых, безжизненных мыслей. Это энергия бессмысленных, пустых мыслей. Если вы хотите узнать, каким образом в человеческом мозге возникает очаг болезни, выберите некую ведьмину метлу и понаблюдайте за ней с ранней весны до поздней осени.

Эмоциональный мозг: КАК мы принимаем решения

Активность наших дофаминовых нейронов показывает, что чувства не являются просто отражениями жестко прописанных животных инстинктов. Корни человеческих эмоций кроются в предсказаниях очень легко адаптирующихся клеток мозга, которые постоянно меняют свои настройки для того, чтобы лучше отражать реальность. Каждый раз, когда вы совершаете ошибку или сталкиваетесь с чем-то новым, ваши мозговые клетки начинают меняться.

Значение дофамина было открыто случайно. В 1954 году два нейробиолога из университета Макгилла Джеймс Олд и Питер Милнер решили вживить электрод в самый центр мозга крысы. Точное расположение электрода в значительной степени зависело от счастливой случайности: в то время география мозга оставалась тайной. Но Олдсу и Милнеру повезло. Они ввели иглу прямо рядом с прилежащим ядром — частью мозга, которая вырабатывает приятные эмоции. Когда вы едите кусок шоколадного торта, слушаете любимую песню или смотрите, как ваша любимая команда выигрывает первенство по бейсболу, своим счастьем вы обязаны именно прилежащему ядру.

Мозг и эмоции

Но Олдс и Милнер довольно быстро обнаружили, что слишком сильное удовольствие может быть фатальным. Они поместили электроды в мозг нескольких грызунов, а затем пустили по каждому проводу слабый ток, приведя таким образом прилежащее ядро в состояние постоянного возбуждения. Ученые заметили, что грызуны утратили интерес ко всему. Они перестали есть и пить, утратили интерес к сексуальному поведению. Крысы просто съеживались в углах своих клеток, замерев от счастья. За несколько дней все животные погибли. Они умерли от жажды.

Потребовались десятилетия кропотливых исследований, но в результате нейробиологи узнали, что крысы пострадали от избытка дофамина. Стимуляция прилежащего ядра вызывала большой выплеск нейротрансмиттера, из-за чего крысы впадали в экстаз. На людей похожим образом действуют наркотики: подсевший на крэк наркоман, только что принявший дозу, ничем не отличается от пребывающей в электрической неге крысы. Мозг обоих существ ослеплен удовольствием. Эта фраза вскоре стала своеобразным допаминовым клише — химическим объяснением секса, наркотиков и рок-н-ролла.

Но счастье — не единственное чувство, вызываемое дофамином. Сейчас ученым известно, что этот нейротрансмиттер помогает регулировать все наши эмоции — от только зарождающейся любви до самых тяжелых форм отвращения. Это наиболее ходовая нервная валюта нашего мозга — молекула, которая помогает нам выбрать один из вариантов. Увидев, как дофамин работает в мозгу, мы сможем выяснить, почему чувства способны даровать нам столь глубокие прозрения. Хотя Платон пренебрежительно отзывался об эмоциях как об иррациональных и ненадежных — «дикая лошадь души», — в действительности они отображают огромный объем невидимого глазу анализа.

В наибольшей мере наше понимание дофаминовой системы основывается на результатах новаторских исследований Вольфрама Шульца, нейробиолога из Кембриджского университета. Он любит сравнивать дофаминовые нейроны (те нейроны, которые используют дофамин для коммуникации) с фоторецепторами на сетчатке, фиксирующими проникающие в глаз лучи света. Так же как процесс зрения начинается с сетчатки, процесс принятия решений начинается с колебаний дофамина.

В начале 1970-х, еще будучи студентом-медиком, Шульц заинтересовался этим нейротрансмиттером из-за роли, которую он играет в возникновении симптомов паралича при болезни Паркинсона. Он изучал клетки в мозгу обезьяны, надеясь понять, какие из них участвуют в контроле за движениями тела. Но он не смог ничего обнаружить. «Это был классический случай неудачного эксперимента, — говорит он. — Как ученый я был глубоко разочарован».

Однако после многолетних исследований Шульц заметил кое-что странное в этих дофаминовых нейронах: они начинали возбуждаться прямо перед тем, как обезьяне давали награду — к примеру, кусочек банана. (Награды использовались для того, чтобы заставить обезьян двигаться.) «Сначала мне показалось маловероятным, чтобы одна клетка могла отражать такой сложный объект, как еда, — рассказывает Шульц. — Вроде бы для одного нейрона это слишком много информации».

После нескольких сотен экспериментов Шульц начал верить полученным данным: он понял, что случайно обнаружил в мозгу примата механизм поощрения в действии. В середине 1980 годов после публикации ряда знаменательных статей Шульц решил разобраться в этой схеме. Как именно одной клетке удавалось отражать поощрение? И почему она возбуждалась до того, как награда была дана?

Эксперименты Шульца были довольно простыми: он проигрывал громкой звук, ждал пару секунд, после чего вливал в рот обезьяне несколько капель яблочного сока. В ходе эксперимента Шульц исследовал мозг обезьяны с помощью иглы, измерявшей электрическую активность внутри отдельных клеток. Сначала дофаминовые нейроны возбуждались только в тот момент, когда в рот обезьяны попадал сок. Клетки реагировали на саму награду.

Однако, как только животное поняло, что звук предшествует появлению сока — для этого потребовалось всего несколько попыток, — те же нейроны начали возбуждаться при появлении звука, а не самого сладкого приза. Шульц назвал эти клетки «предсказывающими нейронами», потому что их больше заботило предсказание появления награды, а не само ее получение. (Эту цепочку можно бесконечно удлинять: например, сделать так, что дофаминовые нейроны будут реагировать на свет, который предшествует звуку, который предшествует соку, и т. д.).

Как только эта простая схема была освоена, дофаминовые нейроны обезьяны становились очень чувствительны к малейшим вариациям в ней. Если предсказания клеток оказывались верными и награда появлялась вовремя, у примата происходил краткосрочный выплеск дофамина, возникало чувство удовольствия от того, что он был прав. Однако если схема нарушалась — если звук проигрывался, но сок не поступал, — дофаминовые нейроны обезьяны снижали свою активность. Это явление называется сигналом ошибки предсказания. Обезьяна расстраивалась из-за того, что ее предсказания о соке не реализовались.
В этой системе интерес представляет все, связанное с ожиданиями.

Дофаминовые нейроны постоянно порождают схемы, основанные на нашем опыте: если А, то В. Они выучивают, что звук предвещает появление сока или что свет предвещает появление звука, который предвещает появление сока. Хаос реальности превращается в модели взаимозависимостей, позволяющих мозгу предвидеть то, что произойдет дальше. В результате обезьяны быстро усваивают, когда ожидать сладкой награды.

После того как механизм клеточных прогнозов оптимизирован, мозг начинает сравнивать предсказания с тем, что происходит на самом деле. С той минуты, как обезьяна привыкает ожидать сока после определенной последовательности событий, ее дофаминовые клетки внимательно следят за развитием ситуации. Если все идет по плану, дофаминовые нейроны обеспечивают короткую вспышку удовольствия. Обезьяна счастлива. Но если ожидания не оправдались — если обезьяна не получает обещанного сока, — дофаминовые клетки объявляют забастовку. Они немедленно посылают сигнал, сообщающий об их ошибке, и перестают выделять дофамин.

Мозг устроен таким образом, чтобы усиливать шок от этих ошибочных предсказаний. Когда он сталкивается с чем-то неожиданным — например, с точкой на радаре, не вписывающейся в привычную схему, или каплей сока, которая не появляется вовремя, — кора мозга сразу обращает на это внимание. За несколько миллисекунд мозговые клетки поглощены сильной эмоцией. Ничто не может заставить мозг сосредоточиться так, как удивление.

Этот быстрый клеточный процесс начинается в крошечной области в самом центре мозга, богатой дофаминовыми нейронами. Нейробиологам уже несколько лет известно, что этот участок, передняя поясничная кора (ППК), задействован в определении ошибок. Когда дофаминовые нейроны делают ошибочное предсказание — когда они ожидают сока, но не получают его, — мозг порождает особый электрический сигнал, известный как негативность, связанная с ошибкой. Этот сигнал исходит из ППК, так что многие нейробиологи называют это место областью «О черт!».

Значимость ППК предопределена самим устройством мозга. Подобно орбитофронтальной коре ППК помогает обеспечивать связь между тем, что мы знаем, и тем, что чувствуем. Она расположена в точке пересечения двух разных способов мышления. С одной стороны, ППК тесно связана с таламусом — областью мозга, которая отвечает за направленное осознанное внимание. Это значит, что если ППК встревожена каким-то фактором — например, неожиданным ружейным выстрелом, — она может сразу же сосредоточиться на соответствующих ощущениях. Она заставляет человека фиксировать неожиданные события.

Подавая сигнал тревоги сознанию, ППК одновременно посылает импульс в гипоталамус, регулирующий важные аспекты физических функций. Когда ППК обеспокоена какой-то аномалией — например, неправильной точкой на экране радара, — ее беспокойство немедленно переводится в соматический сигнал и мышцы готовятся к действию. За несколько секунд частота сердцебиения увеличивается и в кровь вбрасывается адреналин. Эти физические ощущения заставляют нас реагировать на ситуацию немедленно. Посредством учащенного пульса и влажных ладоней мозг сообщает нам, что медлить нельзя. С этой ошибкой предсказания нужно разбираться немедленно.

Но ППК не только следит за ошибочными предсказаниями. Она также помогает запоминать, чему дофаминовые клетки только что обучились, чтобы быстро адаптировать ожидания к новым условиям. Она усваивает уроки реальной жизни, следя за оперативным обновлением нейронных цепочек. Если, согласно предсказанию, сок должен был появиться после звука, но этого так и не произошло, ППК проследит за тем, чтобы в будущие предсказания были внесены соответствующие коррективы. Краткосрочное ощущение преобразуется в долгосрочный урок. Даже если обезьяна не знает, что именно запомнила ППК, в следующий раз, когда она будет ждать струи сока, ее мозговые клетки окажутся наготове. Они точно знают, когда появится приз.

Это ключевой аспект принятия решений. Если мы не сможем использовать прошлые уроки для будущих решений, нам придется бесконечно повторять собственные ошибки. Если хирургическим образом удалить ППК из мозга обезьяны, поведение примата станет сумасбродным и неэффективным. Обезьяны больше не смогут предсказывать появление награды или разбираться в окружающем мире.

Исследователи из Оксфорда провели изящный эксперимент, выявивший это нарушение. Обезьяна держала джойстик, который двигался в двух направлениях: либо снизу вверх, либо вокруг своей оси. В каждый конкретный момент только одно из этих движений приводило к получению награды (кусочка еды). Чтобы сделать эксперимент еще интереснее, ученые изменяли направление, за которое полагалась награда, через каждые двадцать пять попыток. Обезьяне, привыкшей поднимать джойстик для получения награды, теперь нужно было изменить свою стратегию.

Что же делали обезьяны? У животных с неповрежденной ППК это задание не вызывало никаких проблем. Как только они прекращали получать награду за поднятие джойстика, они начинали поворачивать его в другом направлении. Проблема быстро решалась, и обезьяны продолжали получать еду. Однако обезьяны с удаленной ППК демонстрировали важный поведенческий дефект. Когда их переставали награждать за перемещение джойстика в определенном направлении, они все еще могли (в большинстве случаев) изменить траекторию его движения, как нормальные обезьяны. Однако они не могли продолжать пользоваться этой успешной стратегией и скоро начинали двигать джойстик в том направлении, которое не приносило им награды. Они были не в состоянии понять, как постоянно получать еду и как извлечь из ошибки долгосрочный урок. Так как эти обезьяны не имели возможности усовершенствовать свои клеточные предсказания, простой эксперимент приводил их в состояние безнадежного замешательства.

Люди с генетической мутацией, приведшей к сокращению числа дофаминовых рецепторов в ППК, страдают от схожей проблемы: совсем как обезьяны, они по большей части не способны учиться на негативном опыте. Этот, казалось бы, мелкий недостаток имеет большие последствия. К примеру, согласно исследованиям, люди с такой мутацией имеют гораздо больше шансов попасть в зависимость от наркотиков и алкоголя. Так как им сложно учиться на своих ошибках, они совершают одни и те же ошибки снова и снова. Они не могут изменить свое поведение, даже если оно вредит им самим.

У ППК имеется и еще одна важная особенность, которая в полной мере проясняет ее значение: в ней содержится много клеток очень редкого типа, известных как веретенообразные нейроны. В отличие от остальных клеток нашего мозга, обычно являющихся короткими и кустистыми, эти мозговые клетки длинные и тонкие. Они есть только у людей и человекообразных приматов, и это позволяет предположить, что их эволюция была связана с более высоким уровнем познания. У людей примерно в сорок раз больше веретенообразных клеток, чем у любых других приматов.

Странная форма веретенообразных клеток обусловлена их уникальной функцией: их антенноподобные тела могут передавать эмоции через весь мозг. После того как ППК получает информацию от дофаминовых нейронов, веретенообразные клетки используют свою скорость — они передают электрические сигналы быстрее любых других нейронов — для того, чтобы вся остальная кора головного мозга оказалась сразу же пронизана этим особым чувством. В результате незначительные колебания одного вида нейротрансмитеров играют большую роль в управлении нашими действиями, подсказывая, какие чувства в нас должно пробудить увиденное.

«Скорее всего, в 99,9 % случаев вы даже не подозреваете о выбросе дофамина, — говорит Рид Монтагью, профессор нейробиологии в университете Бейлор. — Но при этом в 99,9 % случаев вы руководствуетесь информацией и эмоциями, которые он передает в другие части мозга».

Теперь мы можем приблизиться к пониманию удивительной мудрости наших эмоций. Активность наших дофаминовых нейронов показывает, что чувства не являются просто отражениями жестко прописанных животных инстинктов. Эти дикие лошади вовсе не своевольны. Напротив, корни человеческих эмоций кроются в предсказаниях очень легко адаптирующихся клеток мозга, которые постоянно меняют свои настройки для того, чтобы лучше отражать реальность. Каждый раз, когда вы совершаете ошибку или сталкиваетесь с чем-то новым, ваши мозговые клетки начинают меняться. Наши эмоции крайне эмпиричны.

Рассмотрим, к примеру, эксперимент Шульца. Когда он изучал своих жаждущих сока обезьян, он обнаружил, что всего лишь после нескольких экспериментальных попыток нейроны обезьян прочно усвоили, когда ожидать награды. Нейроны достигли этого, непрерывно анализируя новую информацию и превращая негативное чувство в полезный урок. Если сок не поступал, дофаминовые клетки адаптировали свои прогнозы. Обманешь меня единожды — стыд тебе и позор. Обманешь меня дважды — стыд и позор моим дофаминовым нейронам.

Тот же процесс постоянно происходит в мозгу человека. Укачивание в транспорте в значительной степени является результатом ошибочных дофаминовых предсказаний: возникает конфликт между типом происходящего движения — например, непривычный наклон лодки — и типом ожидаемого движения (твердая, неподвижная земля). В этом случае результатом могут стать тошнота и рвота. Но спустя немного времени дофаминовые нейроны начинают исправлять свои модели движения, именно поэтому морская болезнь обычно бывает временной. После нескольких ужасных часов дофаминовые нейроны корректируют свои предсказания и обучаются ожидать легкого покачивания морской волны.

Полное разрушение дофаминовой системы — при котором нейроны не способны исправлять свои ожидания с учетом реальности — может привести к психическому заболеванию. Корни шизофрении пока что остаются тайной, но одна из причин, видимо, состоит в избытке определенных типов дофаминовых рецепторов. Это делает дофаминовую систему гиперактивной и неконтролируемой, так что нейроны шизофреника не могут делать убедительные предсказания или соотносить свое возбуждение с событиями в окружающем мире. (Большинство нейролептических препаратов уменьшают активность дофаминовых нейронов.)

Так как шизофреники не могут распознавать реально существующие схемы, они начинают воображать неверные. Поэтому шизофреники часто становятся параноиками и оказываются подвержены совершенно непредсказуемым перепадам настроения. Их эмоции утрачивают связь с событиями в реальном мире.Деструктивные симптомы шизофрении помогают осознать необходимость и точность дофаминовых нейронов.

Когда эти нейроны работают должным образом, они служат ключевым источником мудрости. Эмоциональный мозг без труда понимает, что происходит и как извлечь из ситуации максимальную выгоду. Каждый раз, когда вы испытываете радость или разочарование, страх или счастье, ваши нейроны занимаются перестройкой своей цепи, анализируя, какие сенсорные сигналы предшествовали эмоциям. Этот урок затем помещается в память, так что в следующий раз, когда вам придется принимать решение, ваши мозговые клетки будут наготове. Они уже научились предсказывать, что же произойдет дальше.

Джона Лерер "Как мы принимаем решения"