На улице было сыро и промозгло холодно, поэтому, войдя в квартиру, Зое захотелось сразу скинуть с себя влажное драповое пальто и холодные сапоги, тем более, что левым она черпанула воду из лужи, куда наступила сослепу, провалившись по щиколотку. Вода проникла через молнию и добавила остроты ощущений от погоды, и без того не радовавшей москвичей.

Сегодня был один из тех дней, точнее ночей, когда Зоя могла позволить себе быть самой собой – утром ее дочь ушла и вернется только завтра после работы. Сегодня Зоя может шутить, смеяться, позволить себе выпить немного вина, громко кричать, когда ее будет ублажать в постели Валентин, ее начальник, ее любимый мужчина, ее бог… и ее палач, но об этом она старалась не думать, пряча неприятные мысли в самый дальний уголок сознания.

С тех пор, когда она нашла эту работу, когда они с Валентином познакомились, в жизни Зои появились сначала малюсенькие светлые промежутки, потом они расширялись и увеличивались. Потом это стали эпизоды счастья, правда, приправленные толикой горечи, но это было счастье, когда он ласкал ее тело, шептал ей нежности, дарил ей ни с чем не сравнимые интимные ощущения во время близости, на которую Зоя согласилась далеко не сразу.

Она называла его ласковым и смешным именем Валик, от оклика Валька, только нежнее. А он называл ее Зая или Заяц и изображал волка из «Ну, погоди!». Он, действительно, чем-то напоминал ей этого волка: такой же хулиганистый, так же курил папиросы, почему-то не переходя на сигареты. Валентин был предприимчивым и сообразительным, как герой из мультика, но вот волчье в нем было что-то и от тех волков, что уходят через флажки во время облавы. Это Зою слегка пугало, когда она вглядывалась в его глаза, но и добавляло сугубо мужского обаяния и брутальности образу ее любимого.

Валентин переехал к ним сразу после кончины Зоиного первого мужа, алкоголика и неряхи, пустого с ее точки зрения мужчины, Юрика. Его она не любила, а замуж выскочила, чтобы дать дочке фамилию и заодно иметь помощь в семье, так сказать, мужскую руку в доме.

Вот Юрик почему-то любил ее дочку, а Валентин, как и она сама, только терпел, как никчемушный придаток к ней, шикарной и умной Зое. Юрик вечно возился с девчонкой, рассказывал ей сказки, сочинял стихи, книжки читал, если был трезв и разбирал написанное в книгах. Носился с ней в детский сад, потом на собрания в школу. В общем-то, Зоя была ему даже благодарна за то, что он максимально избавил ее от хлопот и забот о ненавистном ребенке, об этом вечном напоминании о своей трагедии. Юрик прожил ровно столько, сколько было нужно, чтобы вырастить ее дочь, и смылся на тот свет из-за нелеченного (а кто же его будет лечить-то?) цирроза печени и, как это красиво написали врачи, терминальной стадии хронической алкогольной болезни, выражающейся в острой печеночной недостаточности. Короче, от водки он помер, от водки! Туда ему и дорога!

На кухне Зоя вытащила из сумок продукты, пачку салфеток и бумажные полотенца, разложила по местам, и принялась готовить ужин на двоих. Сегодня можно было изобразить что-то и повкуснее, а то обычно из-за этой проглотки приходилось и им с Валиком обходиться обычными макаронами с котлетами. Сегодня был сотворен салат из крабовых палочек, кукурузы и ананасовых кубиков из баночного компота. Это сочетание особенно ценил Валентин, хотя можно было положить и простые яблоки, а вместо кукурузы использовать вареный рис, что было бы гораздо дешевле и сытнее. Но этот ужин ведь был почти что праздничным.

На второе она запекла нежнейшее мясо под луковым одеялом и сырным покрывалом, оно получилось сочным, благодаря качественному майонезу, а запах от этого блюда заполнил всю ее небольшую квартирку. Ну, и на гарнир без всяких изысков она сварила картошку и истолкла ее в пюре, но вместо картофельного бульона в этот раз добавила в блюдо молоко, да не простое, а шестипроцентное, чтобы было вкуснее, а еще масла сливочного для аромата.

Ах, какой она предвкушала вечер! Валик должен был уже придти с минуты на минуту, и Зоя побежала в ванную к зеркалу, чтобы подправить макияж и прическу. Когда замок на входной двери щелкнул, она была уже прекрасна и свежа.

И мужчина получил полное удовольствие от своей женщины: и еда, и забота, и классный секс. Он всегда от женщин получал, что хотел. А еще он использовал Зоины недурные умственные способности для достижения своих целей. Сначала Зоя, ослепленная своей влюбленностью и яркостью положительных эмоций, легко согласилась на должностной проступочек, потом на более значительное нарушение, а потом ее любимый объяснил дамочке популярным языком, что они уже по самые уши повязаны, что терять уже нечего, поэтому надо идти дальше и урвать для себя побольше.

И еще на один момент особенно упирал Валентин, на тот факт, что в бизнесе он не один. Он многозначительно поднимал палец в потолок и напоминал, что если его дело сорвется, и он не сможет расплатиться со всеми «ними», то ему кирдык, который Валик изображал, проводя ребром ладони поперек шеи. И что он надеется только на нее, на его звездочку и рыбку, умничку и просто вот самое ценное золото, на бриллиант его сердца, на Зою.

Ни одна влюбленная женщина не смогла бы устоять против такого натиска, не устояла и Зоя. Ведь она впервые в жизни любила кого-то, да еще и считала, что любима своим избранником. Ну, а сочетаться браком теперь же не обязательно, правда? Свобода нравов, свобода выбора… Зачем ей эта «очередная» печать в паспорте? Только формальность… Мы же любим друг друга, значит, мы друг другу доверяем!

И Зоя радостно соглашалась с прогрессивными взглядами спутника на совместную жизнь.

А завтра будет завтра, вот когда оно, это завтра, заявится, тогда и будем разбираться с завтрашними проблемами. Сегодня же их нет! И Зоя отдыхала, как могла.

***

Сегодня Вероника позвала Олега на обход своей палаты сама, потому что вчера Клара перенесла ее обход с положенной ей пятницы на четверг. Олег быстро расправился со своими делами, записал к Валерьянычу своих и чужих больных, и они с Вероникой пошли смотреть ее больных.

В палате снова было жарковато, но о той вони, что была изначально, уже не вспоминалось. Вероника старалась докладывать анамнез и динамику покороче, чтобы Олег быстрее проводил осмотр пациенток.

Сначала ему показалось, что он ошибся или ему привиделось. Олег тряхнул головой, но стигматы на запястьях Вероники никуда не исчезли. Она старалась изо всех сил его отвлечь, прятала запястья под длинными рукавами водолазки, которые специально вытащила за обшлага рукавов халата, надеясь, что яркие фиолетовые с багровыми разводами гематомы никто не заметит.

Еще вчера их не было, Олег это точно помнил, потому что она пришла в кофте с коротковатым рукавом, у модниц это называется три четверти что ли, и руки были на виду. А сегодня вот эта картина.

Когда они вышли из палаты, Олег решился задать вопрос:

- Вик, а что с твоими руками? Что за синяки на запястьях? Тебя кто-то побил, что ли?

- Нет, меня никто не бил, - слишком быстро ответила ординатор, - я вчера попала в аварию. Ну, это я так называю, - добавила она, когда собеседник охнул и приостановился.

- Что с тобой произошло? – не отставал друг.

- Даже стыдно говорить, - засмущалась Вероника, - вчера по дороге к дому я решила срезать путь по газону и не заметила приоткрытый канализационный люк и чуть не упала в него. Точнее, я туда провалилась, но какой-то прекрасный незнакомец вытащил меня оттуда за руки. А кожа у меня всегда была чувствительной, вот и синяки. Но, спасибо, все уже давно в порядке.

- Не болит? – посочувствовал Олег.

- Ну, трогать больновато, но кости целы, функция кистей рук сохранена…

- Подожди, а ноги? Ты же и ноги, наверное, поранила или хотя бы ушибла?

- Да, и ноги немного… На коленках и щиколотках, - призналась Вика.

Олег впал в глубокую задумчивость. Даже если предположить, что девушка говорит правду, и она на самом деле была вытащена из канализации за руки, хотя глубина этих люков такая, что это маловероятно, то щиколотки ног она поранить не могла, зато стопы поломать, колени ссадить, даже сломать ноги могла. Он заикнулся было осмотреть ее травмы, но получил столь жесткий отказ, что быстро ретировался и замял разговор.

***

На крыльце офиса стоял крупный высокий круглолицый мужчина, он курил и в задумчивости поглядывал на свою камеру наблюдения, висящую на торце здания. На приближающийся звук мотоциклетного рыка он повернулся и поприветствовал байкера поднятой ладонью.

- Привет, братишка, что тебя привело к дяде Сёме на этот раз? – круглолицый улыбнулся, и его глаза скрылись в лучиках разошедшихся морщинок, а мясистые губы широко растянулись в стороны.

Парень слез с байка и запарковал его рядом с автомобилями, снял шлем, и тоже поприветствовал друга рукопожатием и объятиями с яростными похлопываниями по спине.

- Привет, Сёмыч! Ну, что же может привести к тебе бедного Олежку, кроме как просьба последить за его деффками!

- Ты, давай, проходи в офис, а то я тут уже подмерз, однако, - пригласил Семён.

Семён Матвеевич Якушин был другом обоих братьев Лодыгиных, собственно, он был другом Игоря, старшего брата, а уж Олег прибился к их компании чуть попозже, когда дорос до первого спортивного снаряда в «качалке», где ребята занимались своей физической формой.

После службы в рядах вооруженных сил и горячих точек Семён покинул ряды доблестной армии в звании подполковника и кандидата наук по психологии – там, где он служил, многие имели возможность и доучиться, и защитить ученую степень. Он создал своё частное охранное агентство, где теперь работали такие же, как он, вояки в запасе и еще грамотные сыщики. Деятельность у сотрудников ЧОПа была разнообразная, и если что-то надо было расследовать частным путем, то силы со средствами у Семёна имелись, как и соответствующие разрешения и лицензии.

В кабинете Семён прошел и водрузил себя на большущее начальственное кресло, стоявшее за массивным письменным столом, на котором жил своей жизнью новый ноутбук и стоял раритетный телефонный аппарат, еще с дисковым набором. Сёма это чудо техники специально оставил для того, чтобы посетители и заказчики охранных услуг удивлялись такой древности, да еще к тому же аппарат вполне сносно работал.

Олег плюхнулся на стул и сразу закинул ноги на угол переговорного столика, придвинутого вплотную к письменному столу начальника.

- Вот как ты был шантрапой, так и остался, - укорил его хозяин кабинета, - скинь свои копыта со стола!

- Да, ла-а-адна-а-а, - протянул Олег, делая обиженный вид. – Сёмыч, выручай, брат! У меня как всегда герла одна странная попалась. Но тут уж не про измены речь, а именно про странности.

- Давай, выкладывай, кто она, где она, и зачем тебе она, - Семён никогда не отказывал Олегу пронаблюдать за его девицами, потому что и самому было интересно, это, во-первых, а во-вторых, ему самому так было спокойнее. Сёма давно считал Олега за младшего брата, как и Игоря за родного.

- Значица, так. Зовут Вероника Юрьевна Ляпишева, ординатор первого года кафедры терапии нашего института. Крайне замкнутая и скрытная, ни с кем в близкий контакт не вступает, ни с кем из ординаторов не дружит. Утверждает, что у нее есть одна старинная подруга, и что мать работает бухгалтером, точнее в бухгалтерии, а кем работает, ей, видите ли, не интересно.

- И что, отказалась в кафешку и киношку идти с тобой? И на последнем ряду в темноте потискать ее не вышло?

- Ага, - грустно подтвердил Олег.

- И только-то? И из-за отказа скрытной девицы ты решил потревожить старика Якушина? Не верю, брат, совсем не верю. Что еще произошло?

- Вчера на обходе я увидел страшенные синячищи на запястьях, а она такую пестню мне спела, ну, прямо пестню пестнь, блин. Говорит, что это она в приоткрытый люк канализации рухнуть решила случайно, а ее, заметь, тоже абсолютно случайно выхватил из рук смерти совершенно чужой прохожий дядечка с офигенно крепкой хваткой. Вот от этого и синяки остались. А еще она повредила щиколотки! Прикинь, Сёмыч! Падая в люк, она себе щиколотки повредила! Как? Ка-а-а-ак? Ну, вот даже с моей богатой фантазией я не могу представить себе механику этого процесса.

- Ну, да, странные травмы, да и объяснение забавным не назовешь.

- Вот и я про то, - в задумчивости подтвердил Олег.

- Лады, а ты ее хоть сфоткал исподтишка?

- А то! Канешна! Давай шнур, скину тебе на комп.

Пока Олег возился с техникой, Семён позвонил по телефону и сказал несколько слов. Через пару минут в кабинет вошел невысокого роста щупленький мужчина с бородкой и усами на невыразительном блеклом лице.

- Вот исходные, вот портрет, - сообщил этому типу Семён, распечатав картинку на цветном принтере. – Справитесь, доложите. Вопросы есть?

Невзрачный уверенно кивнул и удалился так же молча, как и пришел.

- Всё, за твоей теперь будет хвостик ходить и смотреть в оба. Закатись через недельку или две, когда уже можно будет хоть что-то сказать.

- Сёмыч, а сколько с меня рублей-денег? Ты сразу сказать сможешь, чтобы я рассчитывал с дежурствами, сколько мне их брать дополнительно?

- Нет, Олег, пока сумму сказать не смогу даже приблизительно. Я же не знаю, что там выявится при наблюдении. Пока мы на свои поработаем, а там будет видно. Но ты не дрейфь, байкер, не обдеру тебя, ты ж не липка, - и Семён улыбнулся, лукаво прищуривая глаза. - Да, я бы, будь моя воля, с тебя денег бы вовсе не брал, но люди за даром работать не хотят почему-то, а сам я «хвостом» не хожу, я головой работаю.

- Уже за одно только это спасибо тебе, брат!

- Да, пожалуйста! Заходи, если что!

- Тада, я пошел, пока, друг! – и Олег встал с удобного стула, еще раз посмотрел на друга и, помахав ему рукой, удалился.

Через пару минут Семён услышал рев мотора отъезжающего от офиса байка. Он откинулся в кресле и завел руки за голову, как всегда делал, когда ему что-то было не понятно, и надо было это обдумать.

Не понравилась ему ситуация вокруг этой красавицы. Не за такими девицами их пускал Олег раньше, все были обыкновенными, понятными и простыми. Ну, изменяли они Олегу направо и налево, ну имели кто долги, кто детей, а кто и мужа законного. Но это всё были понятные обыкновенные ситуации. А вот чтобы девушку, красивую девушку, посадили на цепь страха так крепко, что она даже ни в кино не пошла, ни в кафе, такого он еще не наблюдал.

Чутьё Семёна никогда не обманывало, а здесь он сразу почуял неладное, потому и медлить с заданием не стал. Тут и ему было интересно всё узнать.

Серия сообщений "ВСЁ ПРОЙДЕТ":

Роман. Продолжение романа "Тигрёнок с лилией"

Часть 1 - ВСЁ ПРОЙДЕТ. Пролог.
Часть 2 - ВСЕ ПРОЙДЕТ. Глава 1.
...
Часть 8 - ВСЕ ПРОЙДЕТ. Глава 7.
Часть 9 - ВСЕ ПРОЙДЕТ. Глава 8.
Часть 10 - ВСЕ ПРОЙДЕТ. Глава 9.
Часть 11 - ВСЕ ПРОЙДЕТ. Глава 10.
Часть 12 - ВСЕ ПРОЙДЕТ. Глава 11.
...
Часть 41 - ВСЕ ПРОЙДЕТ. Глава 40.
Часть 42 - ВСЕ ПРОЙДЕТ. Эпилог.
Часть 43 - Правила для фотографа, позволяющие сделать снимок интереснее