Несколько лет тому назад я в какой-то газете прочла совершенно уникальное размышление. Кое-что из этого было мною записано. Нужно, чтоб эта цитата была в дневнике:
... каждый из нас реализует свой выбор относительно объектов внешнего мира и относительно себя самого. Свобода бывает потребительская и творческая... Политические и экономические свободы могут быть в большей или меньшей степени обеспечены механически, системой социальных противовесов и гарантий. Творческая - только ценой личного усилия, часто через жертву, отказ от вещей, через независимость от социальных благ.
Вся аскетическая традиция основана на парадоксе: чем значительней внешние ограничения, тем выше степень внутренней свободы. В сущности, каждый из нас оплачивает право выбора на более высоком уровне отказом от выбора на предыдущем (и наоборот). Следовательно, свободный человек почти неуязвим, так как не боится расстаться со свободой более низкого порядка. У него меньше трагедий, он редко грустит и почти не тоскует. Он вполне готов "век свободы не видать" ради собственной внутренней свободы.
Реальным правом выбора обладает лишь тот, кто готов в любой момент оплатить своеволие. Известный афоризм "бесплатный сыр бывает только в мышеловке" имеет к природе человеческой свободы самое прямое отношение. В конце концов (в начале начал) наша история запущена искажением Божия замысла, и по сравнению с этой ценой все иные ценности - чепуха и "пух лебяжий".
...каждый из нас свободен только до тех пор, пока не отождествляет себя с какой-то определенной идеей, ценностью, пока колеблется и не кладет свою жизнь на алтарь (кого? чего?- никогда доподлинно не бывает известно), пока не становится семантически ясным, морально устойчивым, открытым перед товарищами и беспощадным к врагам.
И кстати:
несколько этюдов о счастье.
Забор дощатый. За забором два иль три
воспоминанья притулились возле беседки старой.
Так врачует осень.
Здесь в прошлые года сидел старик,
курил махру и говорил, что гроздья
рябины, в перемать, ему всегда
напоминают кровь.
Тускнел Георгий,
и с каждым годом становилась гимнастерка,
белее и белей.
Но этот опыт -
не опыт вовсе, а скорей начало
бродячей жизни, ведь забор дощатый
не охранял нас даже от собак бродячих...
Святой Георгий!
Как колдует осень!
И листья ластятся, как нежные щенки,-
язык шершав, а плоть хрупка.
Язык шершав, и плоть хрупка,
ты не прочнее мотылька, рапятого на поздних травах.
Как он летел, как ты рыдал
как шел в атаку тот солдат,
как жадно властвует закат
над рыжей осенью и ржавой...
"Дым есть житие сие", - говаривал один из самых пронзительных русских святых Нил Сорский, - сладкий и горький осенний дым.
А. Полонский