Как часто в семье ребёнка воспринимают в качестве субъекта, у которого даже права голаса нет? Нет, конечно же, ребёнок может выразить своё согласие. Но вот есть ли у него право сказать «нет» вашим требованиям и не нарваться на ваше раздражение? «Какое он имеет право говорить мне «нет», если он зависит от меня: я его кормлю, пою, одеваю, всё, что ему хочется, даю, и если я что-то прошу сделать для меня, а он мне отказывает, то, конечно же, меня это злит! А кому это понравится?!».

Итак, ПРОСЬБА и ТРЕБОВАНИЕ. Равнозначны ли они? И готовы ли мы услышать от своих детей отказ в их исполнении?

Время принадлежит тому, кто в нем проживает. Ваше время принадлежит вам. Время ребёнка принадлежит ему. Вы оба как-то его ощущаете и планируете. Нарушая планы родителей, ребёнок часто вызывает в них раздражение. А вот когда родители нарушают планы детей, то они отказываются понять, что ребёнок тоже имеет право сопротивляться грубому вмешательству в его жизнь. Вы - не господин своему ребёнку, а он - не ваш раб.

Если просьба очевидно важная и безотлагательная, которая отражает возникшую внезапно ситуацию, то при наличии доброжелательной атмосферы в семье она ни у кого не вызовет протеста. Протест вызывают просьбы, которые как из рога изобилия сыплются на голову ребёнка или взрослого без учёта свободного времени у того, к кому вопрошаешь. Тогда просьба, в какую бы мягкую форму не была упакована, превращается в требование. Родитель или ребёнок может при этом говорить нежным, ласковым тоном, скрывая жесткую и не терпящую отказа подоплёку. Просящий при этом чувствует себя таким милым и заботливым, но при этом остаётся эгоистичным и категоричным. В случае отказа он наказывает другого обидой, манипулируя на чувстве вины.

Неуважение к чужому времени - самая распространённая проблема в семьях. Среда воспитывает детей. И рыба гниёт с головы. Поэтому если ребёнок не считается с вашим временем, требователен и настойчив в своих бесконечных «безотлагательных» просьбах, то пора честно и пристально взглянуть на себя самого. И ответить на вопрос: «Как часто я сам без спроса и согласования нарушаю планы ребёнка? Как часто я нарушаю свои с ним договорённости? Как часто я нарушаю его пространство и уединение? Настаиваю ли я на том, чтобы у ребёнка не было от меня никаких тайн?». Кстати, последний вопрос чаще всего ставит родителей в тупик, когда я его им задаю. Иногда слышу: «Я обязан знать о ребёнке всё! Иначе он может попасть в дурную компанию. И как я вовремя среагирую на появление у него вредных привычек?!». Я понимаю родительскую озабоченность. Но я так же знаю, что нарушение личных границ ребёнка приводит к ещё большей дистанции между вами и не способствует установлению доверительных отношений.

Подрастая, ребёнок учится планировать свою жизнь. Он выстраивает приоритеты, с которыми вы можете соглашаться или не соглашаться. Но если у ребёнка появляется цель, которая выработана не вами, а им самим, то как бы вы к ней не относились, это личное дело именно ребёнка. Иначе, если вы отнимите у ребёнка мечту, навязав ему своё видение его будущности, то даже если ребёнок безропотно, как вам показалось, согласится на это, он потеряет внутреннюю мотивацию к действию. У него не будет воли, из него уйдёт Дух стремления, он станет обесточенным и безвольным. Ему потребуется руководство и вечное понукание, как ослу, перед которым держат морковку. И тогда родители уже не замечают, что купили эксклюзивное право постоянно и безапелляционно вмешиваться в жизнь ребёнка. И цена такого послушания - его счастливая жизнь.

Такие родители словно проживают параллельно со своей жизнью ещё и жизнь ребёнка. И у них возникает чувство усталости от возложенной на себя добровольной ноши. Они ругаются, негодуют на это, называют ребёнка иждивенцем, которому только «дай», а самому ему ничего не нужно. Но они не видят очевидной причины, приведшей к его этому. Но даже если причина найдена и названа, они не соглашаются с тем, что свобода сделала бы их ребёнка и самостоятельным, и ответственным. Они возмущенно восклицают: «Если бы я ему предоставил свободу, то он вообще бы ничего не делал, а так хоть из-под пинка, но делает же!!!».

Если у вас уже заготовлены четкие ответы на все случаи жизни, и остался только один, последний, нерешенный вопрос: «Как надежно внедрить свои убеждения в голову своему ребенку, да так, чтобы он при этом стал эдаким биороботом, с энтузиазмом и радостью выполняющий безропотно, но воодушевлённо, ваши команды, приказы и установки?» -, то в моем лице вы не найдете того, кто расскажет вам, как этого достичь. Я не смогу дать вам удовлетворительного ответа на этот вопрос ни на семинаре, ни на личной консультации.

Все изменения вашего семейного уклада, ваших с ребенком взаимоотношений начинаются с пересмотра тех жизненных установок, которые привели вас в ситуацию, которой вы стали тяготиться. Ответственность и целеустремленность ваших детей есть отражение ваших собственных качеств. Но даже они не могут отразится в детях без искажения, если в семье дети лишены свободы самовыражения. 

Как сделать так, чтобы дети исполняли свои обещания: убирали свои игрушки, вовремя занимались учебной деятельностью, исполняли действия, которые вы совместно планируете на день, неделю, месяц и, при этом, вы не испытывали бы раздражения на их безответственность и на свою родительскую несостоятельность?

Я рекомендую родителям составлять общественные договора совместно с детьми. Выделите немного времени в свой выходной день. Обсудите с детьми план на неделю. Включите в этот план их обязательства и, что наиболее важно, и свои собственные по отношению к детям. Важно!!! Договор не должен быть односторонним, то есть включающим в себя только детские обязательства. Детям проще справляться со своими обязательствами, если они осознают, что родители тоже несут ответственность перед ними в рамках общего договора.

Позвольте детям совершать действия в том режиме, который не ограничивает их свободы, но не спешите за них устранять «разруху», которая после их действий возникает. Включите свою просьбу убирать за собой в «общественный договор», объясняя это тем, что они также не обязаны убирать что-то за вами. Это их ответственность за совершенные действия, а так как вы будете убирать за ними, то в это время у вас не будет времени заняться с ними совместными делами.

Сразу же после уборки, вы планируете вместе с ними что-то сделать совместное, именно то, что именно детям интересно. Это двухсторонний договор, где есть ожидания как со стороны детей, так и со стороны вас самих: дети исполняют пункты договора и получают взамен то, что им интересно. Чаще же всего требования родителей имеют односторонний характер: в договоре есть только обязательства детей перед родителями. Именно такие договоренности не работают и вызывают естественное сопротивление детей следовать им.

Кроме того, скажу, что чаще всего, даже если между детьми и родителями и возникают двухсторонние договоры, где родители обещают, со своей стороны, исполнить нечто важное для детей после того, как те сделают нечто важное для родителей, то родители с легкостью нарушают свою часть договора, прикрывая своё нежелание объяснениями причин, почему они не смогли этого сделать. Если родители, раз от раза, поступают подобным образом, то учат своих детей не исполнять своих обязательств и искать удобные отмазки, то есть ловчить. Детей не проведёшь. Они умеют различать обманы и так же учатся обману на примере родительской безответственности. Не исполнение договора может быть оправдано только ситуациями непреодолимой силы: смерть, тяжкая болезнь или стихийные бедствия.

Когда мне родители говорят, что с детьми заключают договоренности, но те всё равно их обманывают, то я предлагаю родителям проанализировать свои действия и честно ответить себе на вопрос: «Сколь часто я не исполняю взятых на себя обещаний в отношении детей?» И выясняется, что родители не видят в нарушении своих обязательств ничего зазорного, оправдываясь тем, что они устают от работы и хотят отдохнуть. Они уверены, что дети их поймут и простят. И дети понимают их, прощают и поступают так же, как родители, то есть не видят ничего зазорного в неисполнении своих обещаний. Но! Родители в ответ не находят сил понять и простить детей так же, как те сделали это по отношению к ним самим, раздражаясь на них за то, что те необязательны. Родители обвиняют детей в лени, не замечая, что те лишь отражают родительские поведенческие стереотипы.

Односторонние договора, к которым склонны большинство родителей, выглядят как бесконечная череда дел, которыми родители нагружают своих детей. Заканчивается одно дело и без поощрения возникает новая куча дел. Ребёнок устает от этой вереницы, повторяющейся карусели обязательств и начинает всячески сопротивляться, пытаясь вырваться из замкнутого круга каждодневности, не приносящей удовлетворения. В этом случае даже похвала перестаёт срабатывать, как мотивация к действию. И тогда начинается борьба между родительским «надо» и детским «не хочу», которое, порой, даже не осознаётся, но чувствуется, как сопротивление противоестественному ходу событий.

Если же вы будете действовать в рамках договора, то раздражение уступит место спокойствию, так как в случае неисполнения обязанностей со стороны детей, вы будете понимать, что рано или поздно они поймут выгоды быть обязательными. Все происходит вполне естественно: в случае неисполнения детьми своих обязательств, вы не исполняете свои по отношению к ним. Это честно. И это дети усваивают быстро и без сопротивления. Тогда неисполнение ваших обязательств по отношению к детям вызовет такую же ответную реакцию со стороны детей. И это справедливо. И тогда обе стороны понимают, что договариваясь, необходимо трезво оценивать свои силы и не раздавать легковесных обещаний, исполнить которые не в силах. Это обоюдная ответственность.

Беспокойство возникает из-за страха, что, играя в одностороннюю игру, дети вас не слушаются. Этот страх вызывает раздражение на себя самого, как на человека, не справляющегося, как вам кажется, со своими обязанностями воспитателя. Вы не можете понять, из-за чего, раз от раза, терпите фиаско и не видите иного выхода, как «закручивать гайки» в отношениях с детьми, принуждая их действовать с абсолютным послушанием. В этом случае вы либо добиваетесь полного послушания, но ломаете волевой стержень ребёнка, либо включаетесь в бесконечную борьбу за послушание, что в равной степени изматывает и вас, и ребенка, нанося ущерб вашим взаимоотношениям.

Подчас, родители, попав в круговорот борьбы с детьми либо мучаются совестью, испытывая вину за то, что, так же, как и их родители, совершают день ото дня насилие над детьми, которое с содроганием помнят ещё со времен своего собственного детства, либо, что случается чаще, даже не замечают губительной стороны таких взаимоотношений, так как действуют по образцу собственных родителей, считая, что именно строгость в отношении их самих сделала из них достойных людей. Последние даже не замечают, что совершенно недостойно проявляются, нарушая на каждом шагу собственные обязательства перед людьми, но, при этом, каждому встречному предъявляют свои претензии, когда их самих обманывают. Этот самообман чреват тем, что семья превращается в поле брани за власть.

Общественный договор в рамках семьи снимает напряжение между её членами и помогает воспитать в детях уважение к другим людям, вступающим во взаимоотношения с ними. Договор - верный путь к пониманию своих обязанностей, как части общей целостности системы договорных отношений любого сообщества. Через договор легко постигается наука быть ответственным за свое слово, обещание и дело. Живя в рамках договора, дети самостоятельно учатся создавать такие взаимоотношения, которые учитывают интересы всех сторон, когда все члены сообщества играют по правилу «выиграть-выиграть». Они легко распознают тех, кто не склонен играть в игры по честным правилам, которые впитали с детства. Они избегают строить с такими людьми длительные отношения. Воспитание в рамках договора делает их прозорливыми, что оберегает их от реальности проживать в режиме самообманов.

Я спрашиваю человека, могу ли я совершить некое действие, не нарушит ли оно его покой... Мой вопрос обходят молчанием. Тогда я совершаю действие, а потом вижу слёзы обиды у человека, не пожелавшего мне ответить. Я опять задаю вопрос: «Что происходит?». И в ответ слышу упрёк в том, что я не проявила деликатность: не догадалась не совершать действие, которое нарушило его покой. Я сразу же чувствую свою вину за то, что обидела другого.

Но! Стоп! Что происходит? Моё уважение к чувствам другого имело посыл в виде интереса к этим чувствам: именно поэтому я задавала вопрос о возможности совершить действие, интересуясь, не нарушит ли оно его покой. И теперь слышу упрёк в отсутствии деликатности. Моё Эго внутри меня возмущено…

Иногда даже объяснений не слышу. А слышу произнесённое сквозь слёзы эмоциональное: «Всё нормально!». Я, конечно же, понимаю, и мой собеседник понимает, что происходит… Между нами стоит стена, разделяющая нас. Моё Эго противится обнять человека, чтобы утешить его. Оно уязвлено манипулированием, которое слишком очевидно ему. Поддавшись Эго, я наказываю другого за его проявленный в отношении меня эгоизм. Я - судья человеку. А домочадец из близкого становится чужим. Единство распадается на два эгоистических лагеря, ведущих друг с другом войну без правил...

Я часто и сама ставила окружающих перед необходимостью удовлетворить мои скрытые желания, не высказывая их напрямую, чтобы затем обвинить их в недогадливости... Что заставляло меня ожидать от людей чуткости в распознавании моих тайных желаний? Я хотела почувствовать свою важность: если догадался, значит, я важна для него; если не догадался, то нет поводов верить в его любовь ко мне. Какая часть меня ждала от мира удовлетворения невысказанных желаний? И для чего исследовать во внешнем то единство, которое только сердцем познаётся?

В чистоте сердца нет хитрости. Это Эго всё время пытается ставить мир на колени: ему нужны подтверждения любви. В чистоте сердца нет потребности манипулировать другими через чувство вины и страдать от их чёрствости. В чистоте сердечной есть естественная простота в выражении своих просьб. Высказывая другим свои ожидания, я освобождаю себя от страданий, не прибавляю огорчений окружающим, не отягощаю их грузом вины передо мной…

В чистоте сердца есть мудрость не упрекать людей, манипулируя на их совести… В нём живёт Любовь. И эта любовь безыскусна: она не играет на чувствах других, чтобы получить тепла и нежности сверх того, что уже имеет в избытке… Разрыв связи с той частью, где живёт любовь, вынуждает меня становиться на паперть мира, прося, как нищенка, любви земной, преходящей и суетной в вечных доказательствах её неоспоримости...

Как же это важно напоить ребёнка в детстве любовью, чтобы в его душе всегда пребывал неиссякаемый источник нежности к себе. Этим источником легко делиться с миром без страха, что самому будет мало. Скаредность в чувствах появляется у того, кого воспитывали скупцы, боящиеся перелюбить.

«Хочу», - кричит мне моё разгневанное Эго и тут же подсовывает на утверждение мысль о том, как это преступно предавать себя. Видимо, под понятием «Я», которое негоже предавать, оно мнит совокупность своих суетных земных хотелок… Оно пытается отождествить меня с ними, чтобы я уж наверняка не трепыхалась...
А что, если каждое из желаний рассмотреть отстраненно так, словно и не мои они вовсе? Я смотрю на них созерцательно и не нахожу в них того смысла, ради которого стоило бы убивать свою жизнь, прорвавшись в очередное своё воплощение.
За каждым из желаний обнаруживается либо похоть обладания, либо удовольствие быть на высоте социальной пирамиды, которая всенепременно выстраивает свои шаткие городушки…
Вот, например, я хочу построить дом. Ну, почему именно в «крутом» месте? И оказывается: в этом желании скрывается жажда признания себя успешным человеком, а не каким-нибудь лохом, способным построить жалкую сараюшку в каком-нибудь Богом забытом уголке… Стоп! Стоп! Неужели только этим наполнено моё желание так вдруг заделаться селянином?
Или я хочу купить машину… Ну, почему именно BMW или Mercedes, или… А, впрочем, у ЭГО рамки тщеславных амбиций безмерны. И вот я уже готова влезть в кредит, отдавая то, что украсило бы иной радостью мой текущий день… Не машину я хочу как средство передвижения. Не надо врать! Я хочу засветить свой несуществующий уровень «крутышки», чтобы оказаться поближе к тому олимпу, где сидят такие же пустышки, поднаторевшие в надувательствах общественного мнения.
Или я хочу уйти от мужа. Ну, надоело мне терпеть от него боль унижений и обид, которые на поверку оказываются такими же химерами, как и всё остальное. «От себя не убежишь» - старо, как мир… И всё равно бежим, наступая на грабли собственного тщеславия. Разве проблема в муже? А может быть в морде, по которой так и хочется ударить… А порой, и бьют ведь!
Сменив платье, я примеряю перед зеркалом новый образ себя. Сменив мужа на другого человека, образ которого и меня делает дюже значительной, я пытаюсь восполнить в себе те качества за счет другого человека, до которых не тешу себя надеждой дотянуться - не в этой жизни…
Отсвет чужого огня обжигает моё воспалённое ЭГО, которое мчится без оглядки за миражами, вместо того, чтобы сдать свои укрепленные редуты без боя и со смирением, в котором заключена личная сила, сложить свои знамёна и выйти на встречу со своей сутью.
Неужели не хочется узнать, затем ли я пришла на Землю, чтобы менять дома, машины, мужей, платья, вкусно есть, уютно спать, прячась в комфорте от дискомфорта познания себя?
Смирение как принятие жизни без борьбы во славу ЭГО - свойство удивительно ценное… Как только я смиряюсь и истинно, глубинно принимаю то, чему сопротивляюсь, ситуация выправляется наилучшим для меня образом и часто совсем не так, как я полагаю. Что наводит меня на мысль: мои «хочу» - это скудный арсенал тех великих возможностей, которые мне припасла Вселенная.
Так когда я себя предаю? Тогда ли, когда не ведусь на окрики ЭГО: «Я хочу и точка!!!» - или тогда, когда забываю о своем предназначении? Неужели так приспичило насладиться суетой бега от желания к желанию, по пути сметая всех, кто стоит на моём пути? Или всё же стоит остановиться и прислушаться к пульсации вечности?
Я снимаю розовые очки, через которые смотрела на мир, пытаясь разглядеть в нём подтверждение идей, взятых напрокат, чтобы заглушить голос Вечного Зова… Я снимаю увеличительные стёкла страхов и отважно уплываю вдаль, навстречу неизвестности, что бескрайним океаном плещется во мне.
Вот, чему я хочу научить детей. Это единственное наследство, достойное того, чтобы его открыть и передать - мой опыт. Но он не для того, чтобы бездумно ему следовать. Он - источник вдохновения плыть к собственным берегам.

Недавно перечитывала А. Нилла про его школу в Саммерхилле... Мне так грустно стало, что прекраснейшие педагоги планеты, в том числе и наши - Шаталов, Зайцев - говорят о воспитании свободой, а мир не прозревает, не слышит этих очевидных истин.
Сначала страдают в детстве, а потом, вырастая, становятся такими же узурпаторами свободы для своих детей. Вот я и думаю, порой, а не безнадёжны ли и мои попытки пробудить этот мир от спячки? Что, если мои попытки спасти детство от деструктивности так же тщетны?! Я не могу смотреть на школьников, возвращающихся из школы - у меня школа во дворе. И я каждый день задаюсь вопросом: «Неужели родители этих детей не видят их явной подавленности, которая кричит через тело, глаза, их расторможенность, агрессивность, либо тоску, которую я почти физически чувствую?!».
И от этой родительской упёртости и слепоты мне становится, порой, пронзительно больно. Так и хочется крикнуть всем: «Очнитесь!!! Что вы делаете с детьми, якобы, из лучших побуждений!» Вот даже первый комментарий под статьей... Опять о школе и о возврате тюрьмы советского разлива! Когда прочитала, даже противно стало. Показалось, что я, как Дон Кихот, борюсь с ветряными мельницами, а они, знай, перемалывают в муку избитые и никому не нужные истины и не замечают, как под жернова кидают жизни собственных детей! Вы не слышите, как хрустят их косточки, а их души безмолвно кричат, так как явно кричать они уже не могут: их всё равно никто не услышит?! И это первое, что они узнали, родившись на свет. Когда же мир очнётся от морока, наведённого на людей?!!!
Сейчас сижу в комнате у Лиски... Она играет на фортепиано так, что у меня по телу бегут мурашки. Я понимаю, что так играть можно только если чувствуешь глубину чужих миров. Я плачу... Какое счастье видеть, что ребёнок, выросший в свободе, столь красиво видит мир вокруг. Они другие. Я их знаю немало. Другие по мироощущению - для них мир полон возможностей и неисчерпаем в этом. Для них мир - это пространство игры, а земное воплощение - это загадочное и захватывающее путешествие! Я сама так живу и потому мне хочется рассказывать об этом, видя как тоскливо проживает свои жизни большинство...
Что страшного в свободе, которую вы боитесь предоставить своим детям?! Запреты и тотальный контроль – вот что провоцирует детей на распущенность. Цепная собака никогда не станет вам другом...
По правилу Парето надо, всего лишь, перевалить рубеж 20 процентов, чтобы изменения всего человечества были уже необратимыми. Я верю, что только выросшие в свободе дети изменят мир к лучшему. Не сегодняшние политики - нет! Я была долгое время рядом с людьми-политиками, чтобы полностью разочароваться в этой идее. Мир спасёт не красота, которая, как абстракция, никого спасти не может. Мир спасут дети, впитавшие красоту этого мира, впитавшие без насилия и принуждения ее впитывать. Если бы я не верила в это, я не смогла бы даже начать этот проект.
Мне написали, что мою группу называют сектой. Если это и секта, то секта свободных людей))) Это здорово! Только бы эту свободу не перекрыли бы на законодательном уровне.

Мне приснился удивительный сон. Я оказалась в пространстве, густо заселенном масками. То есть, маски были на людях, но люди не воспринимались как нечто живое, так как импульсы чувств, которые можно было бы улавливать через «невербалику» лиц, имели заглушку на выходе - маску.
Происходят события, смысл которых я не могу уловить. Я стараюсь их понять, обращаюсь к окружающим, но натыкаюсь на маски презрения, высокомерия, разочарования, удивления, что я настолько глупа… на маски равнодушного отстранения, говорящего лишь о том, что я надоедаю им чем-то несущественным, недостойным их снисхождения до моего мелочного любопытства. Я переживаю целую гамму чувств от осознания своего ничтожества и несовместимости с этим обществом. Я возбуждаюсь от нервного напряжения и почти задыхаюсь...
В воздухе не витает никаких вопросов, кроме моих. Всем всё предельно ясно, кроме меня. Рождается неприятное ощущение, что я единственная, кто не понимает, что происходит. Или же все осознают, что это знание излишне, но, по каким-то непонятным мне причинам, не озвучивают этого…
Я не знаю, что делать, как быть, ищу выход и не нахожу его. Просыпаюсь от ужаса вся в поту…
На меня накатывают воспоминания. С самого раннего детства я наяву переживала не раз подобные состояния чужеродности. Я до сих пор боюсь людей, которые прячутся за масками равнодушия, или ложного осуждения, или явного высокомерия, чтобы скрыть своё непонимание происходящего с единственной целью: защитить себя от боли разочарования. Разочарования собой. Разочарования людей в них.
Я вспомнила, как меня тоже пронизывал этот страх. И я изображала из себя всезнайку. Сколько же времени пропадало в тщетных поисках нужной информации! Страшно было спросить, попросить помощи, разоблачить своё неведение! Однажды я всё же отважилась поднять руку и озвучить свой вопрос профессору. Это вызвало такой шквал смеха в аудитории, будто я сказала несусветную глупость, известную даже младенцу! Ошарашенная, я оглядывалась, осознавая, что вокруг меня смеются люди, которые меньше меня знают ответ. «Интересный вопрос», - сказал профессор - «Я рад, что хоть кто-то осмелился его задать…».
Это был невероятный по силе жизнеутверждающий опыт и разоблачение иллюзии, что я живу в мире, где все и всё знают… все, кроме меня. Не бояться быть глупым и иметь жажду знаний, подкрепленную смелостью - упоительная роскошь умного человека. Спасибо всем вам, кто не боится обнажать себя в незнании и непонимании чего-либо из ложного стыда или страха разоблачения своего незнания, публично задавая мне вопросы.
Как-то, придя с прогулки, четырёхлетняя дочка рассказала о том, что какая-то тётя её укорила, что она не знает чего-то, что «положено» знать ребёнку в её возрасте. Я спрашиваю Лизу: «И что же ты ответила тёте?». «Я сказала этой тёте, что не знать не стыдно». А сколько раз я слышала от взрослых, в удивлении вопрошавших своих детей: «Как! Ты этого не знаешь?!». Словно незнание чего-то, это самое ужасное, что есть на свете.
Стыдя ребёнка за то, что он чего-то не знает, взрослые убивают в ребёнке Творца. Так, двойка в школе вырабатывает стойкий страх обнажить свое незнание, которое лишь указывает путь в направлении поиска неизвестного. Как часто вы смеётесь над несведущими при ребёнке? Этот смех несется отовсюду, порождая в детях панику. Не верите? Наберите в поисковике «стыдно не знать» и поймёте о масштабах такой разрушительной идеи.
«Не стыдно не знать, стыдно не учиться» - фраза, полюбившаяся современным педагогам, также разрушительна для познавательного инстинкта, потому что замешана на чувстве стыда. Стыд многие педагоги считают мощным мотиватором к учебе. Вы тоже так считаете?

Дочка, подрастая, всё чаще говорит «нет» нашим совместным семейным затеям.
Сегодня муж говорит мне:
- Слушай, а это нормально, что ты ей разрешаешь игнорить наши совместные дела?
Я:
- А ты считаешь нормальным заставлять её делать то, что она не хочет? Ей есть чем заняться: её интерес лежит в другой плоскости.
- Я это воспринимаю как эгоизм и отчуждение, бездушие какое-то… Мне становится неуютно от того, что я не интересен дочери…
- Поговори об этом с Лизой, если тебя это волнует. Я не хочу быть между вами передаточным звеном.
- Она мне сказала, что не хочет тратить своё время на то, что ей не интересно, что ей даже на свои дела времени не хватает…
- ))))))
- Так ты за неё!!!?
- Я за то, чтобы каждый из нас занимался тем делом, которое вызывает внутри восторг, и честно говорил друг с другом, озвучивая свои интересы… и своё нежелание быть втянутым в те дела, которые не интересны.
- Тогда можно я завтра вместо… займусь своими делами?
- Даже нужно!))))
- )))))) Я понял))))))
Так развалилось наше совместное мероприятие. Но все отчего-то счастливы)))

Труд, не окрашенный осмысленностью, целеполаганием и желанием превращается в бессмысленную трату времени. Такой труд становится тяжким грузом ради получения одобрения, высокой оценки или зарплаты. Делает ли такой труд человека счастливым?
Трудиться с удовольствием, получая собственное удовлетворение от труда, вот чему я учила свою девочку. Именно такой подход оказался наиболее эффективным. Она умеет много и упорно трудиться, потому что её деятельность окрашена интересом и смыслом. Её захватывает сам процесс, а не гипотетический результат.
Если не научить ребёнка строить внутреннюю мотивацию с опорой на себя, то он не научится самостоятельно выставлять цели, не возводя их в ранг сверхзадачи. Цель жизни - сама жизнь. Любая неудача происходит из-за сверх мотивации и движения к сверхзадаче, создающей перенапряжение, которое делает невозможным концентрацию на радости текущего момента. В итоге проигрыш по всем статьям: и цель не достигнута, и удовольствие от процесса упущено. Отсюда вытекает сам собой страх своих желаний. Этот страх глушит внутреннюю мотивацию. И человеку ничего не остается, как следовать внешним ориентирам и ценностям. Это приводит к потери понимания себя и к депрессии. После этого всякий труд будет тяжким.
Я всегда спрашиваю не о том что сделал или не сделал ребёнок и какой результат при этом получил. Я спрашиваю: «Какое удовольствие ты испытал от себя в этом процессе, от других, которых ты в этот процесс позвал, от мира, который ты преобразовал своими действиями?» Так рождается радость жизни, в которой труд становится потребностью, увеличивающей эту радость.
Так, Лиза хотела играть на саксофоне и в итоге стала в 12 лет лауреатом международного конкурса. Она хотела заниматься языками и в 14 лет уже свободно владеет английским и знает японский на уровне выпускника восточного факультета. Она с удовольствием осваивает приемы тхеквондо, выходя с тренировок взмыленной, но довольной. Она постоянно исследует свои возможности, изобретая все новые и новые задачи, успешно с ними справляясь. В основе её деятельности лежит удовольствие от жизни и от себя.
Ребёнок легко научится тому, к чему у него есть внутренняя тяга. Научить детей радоваться жизни - в этом и состоит задача родительского наставничества.

Если не научить ребёнка наблюдать за собой, различая и осознавая свои чувства, то он не научится извлекать из своих поступков уроки, смысл которых будет ускользает от его понимания…
Если ребёнок не научится из наблюдений за собой извлекать собственные уроки, то потребность узнать причину своих переживаний заставит его прибегать к чужой интерпретации схожих чувств.
Опираясь на чужую интерпретацию своих чувств, ребёнок проживает чужой урок, усвоив который, он начинает разворачивать своими действиями чужую реальность. Эта реальность войдет в противоречия с его чувствами, усугубляя внутренний конфликт между собственными неусвоенными восприятиями и чужими, взятыми на веру.
Привычка прибегать к усвоению чужих уроков уводит человека в сторону от проживания собственного предназначения, от понимания своей сути. И тогда сосущая тоска не даст насладиться ему любым моментом своей жизни. Причину этой тоски человек, непривыкший к осознаниям, гонит от себя, боясь оставаться наедине с собой. Он начинает привязываться к людям и событиям, отвлекающим его от размышлений.
На мой взгляд, только наблюдение за собой и понимание переживаемого с опорой на внутренний голос, помогает человеку не заблудиться в лабиринте чужих мнений. Сомнения в собственной интуиции, говорит лишь об отсутствии опыта слышать свой внутренний голос, полностью ему доверяя.
Если ребёнок привыкает прислушиваться к мнению взрослых, он рано или поздно начнёт испытывать растерянность, разрываясь между желанием услышать себя и желанием постичь чужую истину.
Чужая истина кажется верной, только если доверяешь другому больше, чем себе. Такое доверие рождает иллюзию ясности, которая объясняет причину внутренней тоски, но при этом не освобождает от неё. Если не помочь ребёнку разобраться в себе, то он продолжит поиск такого авторитетного источника, который ответит на все его вопросы. Так можно сделать ребёнка рабом добровольно избранных учителей.
Став рабом чужих мнений и убеждений, человек теряет понимание «КТО Я» и «ДЛЯ ЧЕГО Я». Он впадает в иллюзии и, думая, что он живёт, спит наяву. Он и детей воспринимает словно понарошку. Он относится к ним как к куклам, для которых он кукловод. Он даже не понимает, как травмирует детскую психику, потому что для понимания нужны живые чувства и умение их различать. Вот поэтому, когда у ребёнка спрашиваешь: «Что ты хочешь?», ребёнок искренне произносит, задрав голову в небо, где на фоне облаков различимы лица его земных Богов, мамы и папы: «Мам, пап, чего я хочу?!!!».
Приятно, видимо, ощущать себя Богами. Спящие Боги-марионетки, не осознающие себя игрушкой в руках сильных мира сего, населяют просторы Земли. Они рождают новых Богов, которых с рождения усыпляют, чтобы насладиться игрой в куклы.
Когда я сама очнулась от спячки, я с радостью обнаружила, что примкнула к армии людей, пусть и немногочисленной, которые не готовы усыплять сознание своих детей. Они пришли для наслаждения этим миром и не забыли, кто они и для чего. Они помогают своим детям разворачивать собственные миры. Они - родители-наставники, а не кукловоды.

Такое мировоззрение формирует картину мира, где человек встроен в пространство и время как часть целого. Это гармоничная личность, воспринимающая себя как нечто ценное и уникальное, имеющее отличие от других, но ощущающее единство с ними.
Либо такой человек был изначально воспитан с ощущением внутреннего достоинства, либо эту ценность себя самого постигал постепенно, освобождаясь от психотравмирующих ситуаций предшествующего опыта. Это гармоничные люди, воспринимающие других как иных, но не враждебных себе. Умение видеть в себе все плюсы и минусы помогает таким людям видеть и в других достоинства и недостатки, не отвергая того, что неприемлемо для самого человека.
Есть понимание и принятие мира не идеальным, а таким, каков он есть во всём его многообразии. Этим людям свойственно дружелюбие. Мир воспринимается как поле игры, куда они помещены в силу своего рождения. Мир благополучен с точки зрения возможностей для реализации того предназначения, которое в этом путешествии человек реализует. Этот мир полон возможностей, но не проблем. Проблемы воспринимаются как задачи, которые интересно решать.
По данным психологов, таких людей не более 10% от живущих на Земле. Поэтому меня радует, что в числе моих подписчиков их оказалось добрая половина))) Если это действительно так, а не является отражением знания смысла модных тенденций «просветления», воспринятых на уровне ума, а не экзистенциального опыта, то можно надеяться, что воспитание детей этими людьми будет протекать мягко в условиях осознанного развития в них природного потенциала.
Именно таким родителям очень легко будет справиться с самообразованием. Их выбор будет основан не на страхе перед школой и отвержении «пороков» системы. В основе их выбора будет лежать желание дать детям качественное образование в условиях свободы выбора, самовыражения, с учётом их интересов, потребностей и способностей. Есть вероятность, что образование не будет подчинено подгонке детей под личные амбиции взрослых с подменой их ценностей и целей на родительские.

Такие люди формируются под влиянием равнодушной, контролирующей и строго регламентированной среды, которая описана в предыдущей статье: http://lubovs.nethouse.ru/articles/165120 «Я НЕ В ПОРЯДКЕ + ДРУГИЕ В ПОРЯДКЕ».
Только в отличие от детей предыдущего типа, они в силу своей природы или сопутствующих обстоятельств вышли на ярко выраженный протестный уровень, выражающийся в игнорировании требований в форме скрытой или явной борьбы за своё право иметь свободу.
Если такие дети слышат от взрослых рассказы об опасностях общества, населённого быдлом, взяточниками и ворами, то в их представлении образ мира формируется, как опасная и неблагонадежная среда. В таких семьях практикуется запрет водить друзей в дом. Друзей тщательно подбирают, девушек критикуют. Сближение на уровне чувств для таких детей постепенно становится невозможным. Именно таких людей описывает Лакан. Как-то он спросил у своего пациента: «Что вы чувствуете?». И получил парадоксальный ответ: «Дайте подумаю».
Они не умеют распознавать сигналы собственного тела, то есть выводить их на осознанный уровень. Они бегут к специалистам за советами по поводу своего питания, самочувствия. Даже дожив до преклонных лет, не могут полагаться на свои эмоции для того, чтобы увидеть очевидность причин, вызвавших их.
Так и живут они без чувств, никому не доверяя и всё подвергая сомнению. Они строят отношения с близкими тоже по сценарию насилия, только не над собой, а над окружающими. Они изводят жен/мужей/детей придирками, унижая их достоинство и презирая их за то, что они никогда не станут им равными. Они высокомерны, ироничны, саркастичны, вечно подтрунивают, высмеивают, критикуют всё подряд, осуждают.
Они склонны нарушать нравственные законы, получая бессознательное или осознанное удовольствие от чужих страданий: это компенсирует боль их глубоко запрятанного внутреннего ребёнка. Старость родителей таких детей страшна. Либо они оказываются совершенно брошенными, либо «обласканными» такой заботой, от которой лучшим решением был бы побег в дом престарелых.
Дети таких родителей обычно пополняют ряды тех, кто в ходит в группу «Я НЕ В ПОРЯДКЕ + ДРУГИЕ НЕ В ПОРЯДКЕ».
Повезёт, если эти дети встретят на своём пути доброжелательного наставника, компенсирующего психотравмирующие ситуации семейного уклада. Если таким наставником становится школьный учитель, то школа будет спасением для такого ребёнка от озлобленности на весь мир. Самообразование в такой семье может превратиться в пытку для ребёнка, и из него может вырасти совершенно неадаптивный социопат.

Такие люди склонны к самопожертвованию ради других. Они не видят ценности своей жизни, если она не подчинена идее служения. Они либо не знают о наличии своих желаний, либо не следуют им, считая, что реализация личных потребностей - это проявление эгоизма. Поэтому они живут с ощущением долга перед обществом и несут бремя ответственности за весь мир.
Отвержение себя формируется под влиянием контролирующего воспитания, когда потребности ребёнка игнорируются и подчиняются тем целям, которые для него выстраивают взрослые. Родители загоняют ребёнка в строгие рамки долженствований. Пока ребёнок не задает вопросов, не мешает, не плачет, пока здоров, взрослые не занимаются им. У ребёнка создаётся впечатление, что он нежеланен.
Контролирующие родители постоянно транслируют ребёнку свои убеждения, считая их единственно верными. Они постоянно говорят о том, что ему надо стать успешным, чтобы оправдать их надежды. Если ребёнок проявляет радость открытий и с этой радостью бежит к родителям, то не слышит поддержки. Чаще всего родителей не интересует то, что вдохновляет детей. Им важнее то, сделаны ли уроки и какие оценки в дневнике. Должен быть повод гордиться ребёнком. А гордиться можно только явными школьными успехами. Увлеченность ребёнка, выходящая за рамки школьной программы, воспринимается как блажь.
Такие дети очень рано на бессознательном уровне понимают, что они сами по себе никому не интересны. Любовь можно только заслужить. Но порой цена такой любви слишком велика, потому они выбирают жить либо без любви, либо в отвержении себя в поисках любви внешней, компенсирующий их чувство ненужности. Они жертвуют собой ради других, ожидая или требуя взамен благодарности, заменяющей им чувство любви. Такие люди склонны к самоубийству через вредные привычки, нежелание лечиться. Они бессознательно уходят в болезни, порой неизлечимые, либо хронические. Это связано с тем, что в них неосознанно сидит потребность во внимании, закрепившаяся с детства: именно тогда, когда заболевали, они видели со стороны родителей подобие любви и нежности. Их дети также часто болеют: это порочный круг. Больной ребёнок требует повышенного внимания, и именно в такой ситуации родитель переживает бессознательную реализацию жертвенного начала, заложенного в нем с детства.
Вырастая, такие дети становятся гиперопекающими, контролирующими родителями. Их дети вырастают инфантильными, безвольными.
Инфантильные дети не умеют встраиваться в общество. Поэтому обучение вне школы усугубляет проблемы такого воспитания, что наносит ещё больший вред ребёнку.
Таким родителям (Я НЕ В ПОРЯДКЕ + ДРУГИЕ В ПОРЯДКЕ) либо надо пересматривать своё отношение к самому себе и своим методам воспитания, либо отдавать детей в школу, где они смогут получить навыки выживания в обществе. Конечно, на полную коррекцию надеяться не приходится, но, по крайней мере, ребёнок получит азы адаптации к социуму.

Такой тип людей формируется под влиянием родителей, входящих в группу «Я В ПОРЯДКЕ + ВЕСЬ МИР НЕ В ПОРЯДКЕ».
Такие люди во всем сомневаются. Они остро переживают своё недостоинство и страдают от того, что мир по отношению к ним крайне враждебен. С раннего возраста такие дети получают урок ненависти, отвержения. То, что они видят чужое благополучие в виде глянцевых картинок СМИ, подкрепляет их уверенность в том, что они не достойны лучшего.
Они ненавидят себя, окружающих. Смыслом их жизни становится поиск идеальной любви. Но так как они не любят себя и мир воспринимают как враждебную территорию, то замечают в мире только негатив, притягивая его к себе, как магнитом. Поэтому взаимоотношения с людьми у них окрашены в драматические тона. Они постоянно находят подтверждение тому, что мир дерьмо или то, что они сами не заслуживают иной участи.
Они уверены, что образование бесполезно, так как не ум играет в жизни решающее значение, а богатые родственники, связи или везение, которого они не достойны априори. Они убеждены, что никогда не станут богатыми честным путём, потому часто склонны нарушать закон. У них нестабильная психика, что делает их неудобными для совместного проживания. Склонны к домашнему насилию. Охотно вступают в отношения с представителем группы «Я НЕ В ПОРЯДКЕ + ДРУГИЕ В ПОРЯДКЕ». Так создаются пары по типу «садист-мазохист».
Такие родители даже не рассматривают альтернативы школьному образованию. Агрессивно реагируют на любую информацию о семейном образовании. Активно противятся новым идеям. Школу вспоминают либо в идеалистических тонах, если она была для них спасением от тирании семьи, либо ненавидят её, но своим детям осознанно желают пройти эту «школу жизни», считая что именно она их «закалила» и научила давать отпор. Для детей таких родителей действительно школа может стать спасением.

«В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые ищут виноватых», «в мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время жалуются», «в мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время чего-то ждут» - и это говорит мать, дождавшись финала своей воспитательной стратегии?))))
В гротескной форме в статье, что я привожу ниже, представлены три типичных сценария воспитания и развития детей: вседозволенность, тотальный контроль и отстранение от проблем ребёнка. Я же говорю о том, что самым действенным механизмом развития ребёнка является способность родителей, как можно раньше, помочь ребёнку найти свои дарования, ответив на вопрос «Кто Я?» и «Для чего Я здесь?». Затем необходимо научить ребёнка развить свои обнаруженные дарования, ответив на вопрос «Как?»: как я могу раскрыть свой жизненный потенциал? И главная задача родителя и состоит в том, чтобы научить ребёнка навыкам, как самому идти к своей цели, вырабатывая стратегию её достижения.
Вы, взрослый человек, читающий эти строчки, знаете как это делать? Нет? Тогда ваша жизнь разворачивалась по одному из трёх сценариев, описанных в статье, что выше. Если вы знаете ответ на вопрос «КАК?» и прошли собственный путь от понимания «Кто я и зачем Я?», то вы сможете эти знания передать и своим детям. Ни одно учение, впитанное через теорию, не дает столь сочных плодов, как то, что усвоено на практике.
И, если вы не знаете «КАК?», то пора начать своё самообразование прежде, чем эти навыки прививать своим детям. И к какому типу людей ваши дети однажды себя отнесут: живущих счастливо или вечно ищущих виноватого, жалующихся на свою судьбу, или чего-то вечно ждущих от других людей, зависит именно от вас, родителей.
А вот и сама статья, которая натолкнула меня на эти рассуждения:
"Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот. Буду ему с трех лет твердить: "Милый! Ты не обязан становиться инженером. Ты не должен быть юристом. Это не важно, кем ты станешь, когда вырастешь. Хочешь быть патологоанатомом? На здоровье. Футбольным комментатором? Пожалуйста. Клоуном в торговом центре? Отличный выбор". И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный, лысеющий клоун с подтеками грима на лице и скажет: "Мама! Мне тридцать лет! Я клоун в торговом центре! Ты такую жизнь для меня хотела? Чем ты думала, мама, когда говорила мне, что высшее образование не обязательно? Чего ты хотела, мама, когда разрешала мне вместо математики играть с пацанами?"
А я скажу: "Милый, но я следовала за тобой во всем, я была альфа-мамой! Ты не любил математику, ты любил играть с младшими ребятами". А он скажет: "Я не знал, к чему это приведет, я был ребенком, я не мог ничего решать, а ты, ты, ты сломала мне жизнь" - и разотрет грязным рукавом помаду по лицу. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: "Значит так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые ищут виноватых. И если ты этого не понимаешь, значит ты идиот". Он скажет "ах" и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.
***
Или не так. Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот. Буду ему с трех лет твердить: "Не будь идиотом, Владик, думай о будущем. Учи математику, Владик, если не хочешь всю жизнь быть оператором колл-центра. Гуманитарные, че? В наше время таких дурачками называли". И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный, лысеющий программист с глубокими морщинами на лице и скажет: "Мама! Мне тридцать лет. Я работаю в Гугл. Я «впахиваю» двадцать часов в сутки, мама. У меня нет семьи. Чем ты думала, мама, когда говорила, что хорошая работа сделает меня счастливым? Чего ты добивалась мама, когда заставляла меня учить математику?"
А я скажу: «Дорогой, но я хотела, чтобы ты получил хорошее образование! Я хотела, чтобы у тебя были все возможности, дорогой». А он скажет: «А нахрена мне эти возможности, если я несчастен, мама? Я иду мимо клоунов в торговом центре и завидую им, мама. Они счастливы. Я мог бы быть на их месте, но ты, ты, ты сломала мне жизнь», - и потрет пальцами переносицу под очками. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: "Значит так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время жалуются. И если ты этого не понимаешь, значит ты идиот". Он скажет "ох" и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.
***
Или по-другому. Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот. Буду ему с трех лет твердить: "Я тут не для того, чтобы что-то твердить. Я тут для того, чтобы тебя любить. Иди к папе, дорогой, спроси у него, я не хочу быть снова крайней". И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный, лысеющий режиссер со среднерусской тоской в глазах и скажет: "Мама! Мне тридцать лет. Я уже тридцать лет пытаюсь добиться твоего внимания, мама. Я посвятил тебе десять фильмов и пять спектаклей. Я написал о тебе книгу, мама. Мне кажется, тебе все равно. Почему ты никогда не высказывала своего мнения? Зачем ты все время отсылала меня к папе?".
А я скажу: "Дорогой, но я не хотела ничего решать за тебя! Я просто любила тебя, дорогой, а для советов у нас есть папа". А он скажет: "А нахрена мне папины советы, если я спрашивал тебя, мама? Я всю жизнь добиваюсь твоего внимания, мама. Я помешан на тебе, мама. Я готов отдать все лишь бы хоть раз, хоть раз, понять, что ты думаешь обо мне. Своим молчанием, своей отстраненностью ты, ты, ты сломала мне жизнь", - и театрально закинет руку ко лбу. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: "Значит так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время чего-то ждут. И если ты этого не понимаешь, значит ты идиот". Он скажет "ах" и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет."
Автор: Светлана Хмель

Окружающая среда формирует в ребёнке интерес к информационному полю среды и, в конечном счете, его тягу этой информацией воспользоваться.
Препятствием к восприятию информации является неспособность различать языковые единицы: звук, слово, предложение, сообщение. Чтобы развить в ребёнке этот навык, необходимо много с ним разговаривать в темпе, соответствующем его возрасту. Если речь взрослых сбивчива, нелогична (перескоки с темы на тему, предложения не закончены и бессвязны), то ребёнок при адаптации к такой среде испытывает психологическое напряжение, ведущее к торможению развития желания слушать.
Если информационная среда перенасыщена эмоциями раздражения и агрессии, то психика ребёнка выстраивает защитный механизм, и он словно «глохнет». «Ты меня слышишь?!», - кричит рассерженный взрослый, пытаясь привлечь внимание ребёнка. Он не слышит, в нём зреет страх перед средой, где ему угрожают расправой. Это срабатывает его природный защитный механизм. Происходит перенос его страха на весь информационный языковой поток. Ребёнок боится воспринимать всё, что исходит от эмоционально нестабильного взрослого. Он может взять информацию только в спокойной обстановке, где уму напрямую не угрожают.
Вот почему так важно, развивая в ребёнке навыки восприятия информации, вначале создать вокруг него прочную эмоционально дружественную среду. В пространстве этой среды происходит естественный процесс взаимообмена информацией. Ребёнок - не пассивный слушатель. Его тоже следует активно слушать. Так возникает обоюдный интерес. Взрослый, погружаясь в мир ребёнка, узнает его природу, наклонности, приоритеты, интересы, желания. Тогда не надо будет хаотично метаться в поисках развивающих сред, игрушек, занятий, пособий…
Вы - наблюдатель. Именно из этих наблюдений вы выносите очень важные сведения о том, кто к вам пришел. Его пришествие окрашивает вашу жизнь смыслом и превращается для вас в питательную развивающую среду. Она развивает и вас, вскрывая те драмы и праздники, которые вами были пережиты в детстве. Такое восприятия себя и ребёнка снимает в вас напряжение что-то недодать, упустить, сделать неправильно. Вы дадите ему всё необходимое и соответствующее его естеству, если просто начнёте наблюдать и создавать эмоционально стабильную обстановку.
Это не значит, что вы должны подавлять свои негативные эмоции. Если они в вас появляются во взаимодействии с ребёнком, то вполне возможно: они вскрывают в вас тот психотравмирующий пласт, который вы носите в себе с детства. Исследуйте свои эмоции и находите те причины, которые их включают.
Не бойтесь быть несовершенным родителем. Вместе с ребёнком вы духовно развиваетесь, гармонизируя свой внутренний мир. Это помогает вам выстраивать отношения с внешним миром, приобретая новые навыки общения, лишенные личной драмы.

Обладая навыками самообразования, человек, находясь в рамках любой системы, сам себя обучает. Он не ждёт, когда в него впихнут структурно разложенную кем-то информацию. Он из потока разрозненной информации сам создаёт структуру, которую самостоятельно обрабатывает с целью практического применения.
Если в человеке не сформирована способность самостоятельно вырабатывать целеполагания, основанные на внутренней мотивации, то самообразование становится не возможным. Теряется смысл познавательной деятельности, что приводит к тому, что человек начинает хаотично и бессистемно заниматься всем, чем угодно, перескакивая с одного вида деятельности на другой, ни один из них не завершая.
Внимание такого человека не может сосредоточиться на текущем моменте и ускользает в область прошедших или будущих событий. Он либо залипает в прошлом, страдая от нереализованности своих идей, либо уносится вдаль к грядущему, сооружая воздушные замки будущего успеха. Ничто его не увлекает надолго, так как его ЭГО требует постоянной поддержки окружения и оценки результатов его деятельности. Низкая оценка или отсутствие к нему внимания лишает интереса продолжать начатое.

Поэтому, даже определившись с целью, но не имея внутренней мотивации, человек каждый раз сбивается с курса, ведущего к цели, и легко отвлекается на задачи, которые не являются для её достижения приоритетными.
Постепенно внутри человека вырастает саморазрушающее и обесценивающее отношение к себе. Таков процесс формирования человека, считающего себя неудачником. Чтобы заглушить в себе самоосуждения, человек направляет усилия на удовлетворение нужд тех, кто даст ему высокую оценку. Так как единственной его мотивацией является оценка со стороны, он становится заложником идеи жертвенной любви. Единственной его целью становится провозглашаемая им идея сделать счастливыми родителей, жену/мужа, детей, друзей. С таким внутренним наполнением человек способен получать только такое образование, которое ведёт к удовлетворению нужд сообщества, а не его самого. Он поглощает знания без внутреннего осмысления. Его мышление становится догматичным. Им управляет предвзятость. Он не способен воспринимать информацию, не согласующуюся с ранее усвоенной и принятой им на веру. Такую информацию он активно оспаривает, видя в ней расхождения с той, что считает единственно верной.
Такой человек любит рассуждать на отвлечённые темы, философствовать, привлекая к себе внимание. Его действия не подчинены логике целеполагания. Рассуждения имеют вид «высоких абстрактных материй». Он ждёт, когда его научат, поэтому подвержен влиянию разного рода Учителей и Гуру, авторитетность которых общепризнана.
Мышление такого человека инертно и не поспевает за темпом подачи учебного материала, который пытается перевести в свои догматичные образные представления. Адекватное восприятие утеряно, и человек становится предвзятым. Когда темп образного мышления человека медленнее того темпа, с которым поступает информация, его внимание соскальзывает со смысловой составляющей новых знаний, теряется нить повествования, и знания в итоге приобретают фрагментарность. Отдельные фрагменты не удаётся обобщить, и тогда остаётся только одно - зазубрить. За выученными формулировками человек не видит целостной картины явления и его процессов.
Итак, самообразование становится успешным, если ребёнок обладает внутренней мотивацией, ведущей к цели, выработанной им самим. Он имеет мышление, способное оперировать не только готовыми образами материального мира, воспринимаемого непосредственно в текущем событии, но способен абстрактно мыслить, то есть иметь достаточно развитое воображение. Скорость его реакций на интеллектуальные раздражители сопоставима или превышает темп разговорной речи.

Все психологические компоненты самоанализа так или иначе строятся на знании себя: своих сильных и слабых сторон. Вот главное, чему надо научить своего ребёнка. Научить слышать себя: различать эмоции и чувства как отклик на внешние раздражители. Такой психологической грамотности не хватает даже взрослым, когда они не могут разобраться в сути своих внутренних реакций на внешний мир. Вот от этого все страдания, поиски смыслов жизни.
Самоанализ - великая вещь. Без этих навыков приходится о себе самом же искать информацию где-то. Не смешно ли? Или о том, чтобы узнать своего ребёнка и то, как с ним взаимодействовать, взрослые люди бегут за помощью к специалистам, понимая, что все люди разные. Кто, как не сам человек, может разобраться в себе лучше, чем чужой человек, даже если он и психолог? И кто, как не мать, может понять своего ребёнка лучше, если способна разобраться в себе и владеет навыками самоанализа?
Тогда отпадает необходимость всяческого рода руководств и методик, укладывающих живого человека в прокрустово ложе усреднённости. И есть видение того, что требуется конкретно вашему ребёнку для развития его сильных качеств. Я научу вас на семинарах тому, каким образом самостоятельно, на основе наблюдения за ребёнком, выявить его способности и, согласуясь с ними, выработать образовательные стратегии, нацеленные без напряжения сделать учёбу эффективной.
Этому стоит посвятить и свои силы, и время: ваш ребёнок приобретёт ценные знания себя и самостоятельно научится выстраивать собственные стратегии для достижения своих жизненных целей.

С чего начинается осознанное родительство? С одного ли желания иметь детей?

Осознанное родительство начинается с момента постижения взрослым понимания «кто Я», когда выстраивается понимание самого себя без самообманов, лжи и лицемерия, с четкого распознавания своих собственных желаний и потребностей. В этом случае знакомиться с ребёнком становится интересно. Ему можно передать с самого его рождения навыки познания кто он, каков он, как чувствует мир, как его познаёт, чего он хочет и к чему стремится, каковы его способности и таланты, где и в чём источники его удовольствия, энергии и комфорта.

Такому родителю постепенно удаётся вывести ребёнка на понимание КАК он может реализовать свои потребности и таланты, сформировать в нём социальную компетенцию, когда он в совершенстве овладевает способностью играть в ролевые социальные игры по принципу «выиграть-выиграть».

Осознанный родитель не проецирует на ребёнка свой опыт и своё понимание жизни, минимизируя опасность ДЕПРИВАЦИЙ.

http://lubovs.nethouse.ru/articles/162284

Подготовка ребёнка к успешному обучению включает в себя удовлетворение его природных потребностей в соответствии с его сенситивными периодами, во время которых формируется способность воспринимать и запоминать определённую информацию. У каждого ребёнка свой «график» сенситивных периодов, который невозможно вычислить, а можно только отслеживать, наблюдая за тем, чем стремиться заниматься малыш.

Если в сенситивные периоды не удовлетворять потребности ребёнка, то нарушения могут быть необратимыми. Страдает мышление, память, внимание, работоспособность и установление контактов. Длиться сенситивные периоды могут от одного-двух дней до нескольких месяцев. К крупным относятся периоды восприятия порядка, сенсорного развития, восприятия мелких предметов, развития речи, крупной и мелкой моторики. Упущенные возможности этих периодов в дальнейшем трудно восполнимы, что влияет на возможности успешного обучения. Подробнее о таких периодах можно узнать из книги Монтессори «Помоги мне сделать это самому».

http://cs539301.vk.me/u167113807/docs/1d008a0fc63b...O4oBtILc43iEEqt68QcqfAPHCAPHhh

Серия сообщений "Психология":

Альтернативные взгляды на психологию: -обучения; -воспитания; -диагностики.

Часть 1 - Манипулирование сознанием
Часть 2 - Все (или почти все) о конфликте
...
Часть 13 - СОЦИАЛЬНАЯ КОМПЕТЕНТНОСТЬ ЛИЧНОСТИ
Часть 14 - ДЛЯ ЧЕГО НУЖНА ВНУТРЕННЯЯ МОТИВАЦИЯ?
Часть 15 - ВАЖНОСТЬ ЗНАНИЯ СЕНСИТИВНЫХ ПЕРИОДОВ
Часть 16 - Общественный договор и целеполагание
Часть 17 - Образование: для чего и зачем?

Серия сообщений "Психосоматика":

Избавления болезней тела.

Часть 1 - Психосоматика
Часть 2 - Психология болезней
Часть 3 - ВАЖНОСТЬ ЗНАНИЯ СЕНСИТИВНЫХ ПЕРИОДОВ

Я уже говорила о том, как важно сформировать в ребёнке внутреннюю мотивацию реализации своих познавательных потребностей. Важность этого момента столь велика, что, пожалуй, остановлюсь на нём ещё раз по просьбам своих читателей.

Формирование внутренней мотивации начинается с выявления познавательных потребностей ребёнка. И здесь роль родителей неоценима, особенно на первых этапах развития малыша. Чем бы ребёнок ни занимался, важно наблюдать его поведенческие реакции. Можно увидеть те его интересы, которые вызывают в нём эмоциональный отклик. Так, например, я очень рано заметила тягу своего сына к различного рода механизмам. Я купила ему слесарные инструменты, паяльник, построила в его комнате во всю стену верстак, отдавала ему на откуп всю выбывшую из строя домашнюю технику. Так, он уже в 10 лет починил мне микроволновую печку. Он, буквально, вырос под машинами в гараже автомастерской, что и определило его будущую профессию, которая теперь приносит ему не только доход, но и радость. Правда, его увлечение съедало время подготовки для домашних заданий и, конечно же, страдала его школьная успеваемость. Лиза же была избавлена от временных ограничений школы и могла свободно реализовывать свои интересы.

Когда ребёнок созреет до возможности целенаправленно и планомерно приступить к обучению, важно продолжить свои наблюдения за процессом его интеллектуального развития. У школьников мало времени остаётся на выявление интеллектуальных предпочтений: основное время посвящается изучению готовой, структурно обработанной информации и её воспроизведению, точность которого и оценивается. На домашнем обучении за счёт сокращения времени на учебный процесс у ребёнка появляется возможность в спокойной обстановке, без спешки, испробовать себя в различной деятельности, переворошить множество источников, чтобы выявить самому круг своих предпочтений. Ребёнок избавлен от гнёта бесконечных ежедневных проверок, которые вынуждают заниматься не тем, что нравится, а тем что навязано школьной программой, в том временном режиме, который ограничивает его свободу выбора. Вы замечали, что, чаще всего, каждый предметник в школе считает свою дисциплину самой важной и предъявляет к каждому ребёнку повышенные требования к знаниям, без учёта интересов самого ребёнка?

Занимаясь самообразованием, ребёнок избавлен от возможности строить свои приоритеты на основании личного обаяния учителя, который, порой, способен подменить ценности самого ребёнка на свои ценности за счёт своего авторитета. Когда ребёнок самостоятельно определяет круг своих интересов, то происходит естественное его погружение в ту область знаний, которая будоражит его любопытство. Расширение и углубление знаний делает его компетентным, а это формирует в нём чувство собственного достоинства: ребёнок удовлетворён результатами поиска новых знаний, что вдохновляет его на дальнейшее развитие в избранной области. С ростом интеллектуальной компетенции, увеличивается его внутренняя стойкость перед лицом критики: он способен видеть в ней рациональное зерно, помогающее восполнить упущенное, либо учится распознавать уязвлённость критикующего. Так закладывается основа ещё одного важного качества - СОЦИАЛЬНАЯ КОМПЕТЕНЦИЯ.

Внутренняя мотивация - это стремление удовлетворить своё любопытство в той области знаний, умений, навыков, которые затрагивают выявленные и осознанные интересы, способности, склонности и таланты. Внутренне мотивированный человек реализует свои цели, а не цели, навязанные ему социумом. Сам процесс деятельности приносит удовлетворение. Жизнь такого человека осмысленна и наполнена творческой, интеллектуальной и духовной радостью. Ему уже не надо стремиться к эфемерному счастью, которое возможно где-то за горизонтом сегодняшнего дня и связано с идеей достижения конечной цели. Счастье осознаётся ежесекундно и ежедневно в процессе деятельности, приносящей радость.

Внутренне мотивированный человек осознаёт личную ответственность за собственные решения, так как каждый его шаг спровоцирован не извне, а изнутри. У него нет тяги свои неудачи списывать на тех, влиянию которых он был подвержен на этапе своего выбора. Его не пугают ошибки. В них он видит источник постижения нового, неизведанного, непознанного, неосвоенного. Ошибкам он радуется, как возможностям восполнить пробел в своём развитии. Внешне мотивированный человек, наоборот, панически боится ошибок: в них он видит своё поражение на фоне более успешных людей. В нём рождается страх не оправдать чужих надежд и собственное желание соответствовать социальному шаблону жизненного успеха, а потому он всячески избегает ошибок, что тормозит развитие, или преуспевает в сокрытии ошибок, становясь на путь самооправдания и самообманов.

Серия сообщений "Психология":

Альтернативные взгляды на психологию: -обучения; -воспитания; -диагностики.

Часть 1 - Манипулирование сознанием
Часть 2 - Все (или почти все) о конфликте
...
Часть 12 - Как мы добиваемся желаемого
Часть 13 - СОЦИАЛЬНАЯ КОМПЕТЕНТНОСТЬ ЛИЧНОСТИ
Часть 14 - ДЛЯ ЧЕГО НУЖНА ВНУТРЕННЯЯ МОТИВАЦИЯ?
Часть 15 - ВАЖНОСТЬ ЗНАНИЯ СЕНСИТИВНЫХ ПЕРИОДОВ
Часть 16 - Общественный договор и целеполагание
Часть 17 - Образование: для чего и зачем?

Серия сообщений "Создание позитивного мышления":

-Собраны ссылки на интересные статьи по данному вопросу; -изложена собственная позиция автора дневника по данному вопросу (размышления).

Часть 1 - О внутренней свободе
Часть 2 - О честности
...
Часть 32 - Отключите внутреннего оптимизатора!
Часть 33 - СОЦИАЛЬНАЯ КОМПЕТЕНТНОСТЬ ЛИЧНОСТИ
Часть 34 - ДЛЯ ЧЕГО НУЖНА ВНУТРЕННЯЯ МОТИВАЦИЯ?
Часть 35 - Общественный договор и целеполагание
Часть 36 - Образование: для чего и зачем?