Русская армия 1812 года

Архив Российской формы 18-20 в.

Часть 1

Обер-офицер и бомбардир гарнизонной артиллерии

Гарнизонная артиллерия была учреждена Петром I, который приказал выработать инструкции «как крепости содержать и где сколько чего что до артиллерии надлежит, и особливый анштальт (штаб)».

В 1809 году все крепости были разделены на большие (20), средние (14) и малые (15).

Всего накануне войны 1812 года значилось 69 артиллерийских гарнизонных рот. Артиллерийский гарнизон зависел от вооружения, которое было ближнего боя (противоштурмовое) и дальнего боя (противоосадное). Как правило, преобладала артиллерия ближнего боя. Кроме того, гарнизонные роты было определено содержать не только во всех крепостях, но и в местах, где хранились артиллерийские запасы, а также на пороховых заводах.

Бомбардирами Петр I называл себя и своих товарищей, из которых в 1697 году была сформирована бомбардирская рота. В крепостной артиллерии бомбардиры назначались отдельными командирами. Кроме просто бомбардиров имелись бом-бардиры-лаборатористы, бомбардиры-наводчики и бомбардиры-наблюдатели. Они должны были обладать знанием химии, острым зрением, а главное, быть смышлеными и расторопными.

Бомбардиры имели внешнее отличие в форме: галун на обшлагах мундира такого же цвета, как прибор, и трубочную лядунку (латунная коробка с запалами, крепившаяся на узкой белой портупее). Верх эполет у офицеров и погоны у нижних чинов черного сукна с нашитым из желтого гарусного шнурка номером роты.

Рядовой Одесского и унтер-офице Симбирского пехотных полков 

Одесский и Симбирский пехотные полки были сформированы в 1811 году в составе шести батальонов и включены в 27-ю пехотную дивизию генерал-лейтенанта Д.П. Неверовского. Четыре действующих батальона были отправлены с этой дивизией на присоединение ко 2-й Западной армии, запасные батальоны - во 2-й резервный корпус генерал-лейтенанта Ф.Ф. Эртеля.

2 августа 1812 года солдаты Неверовского самоотверженно приняли удар неприятельской конницы под Красным. Отразив свыше 40 атак кавалерийского корпуса маршала Мюрата и пройдя в общей сложности около 26 километров, семитысячный отряд Неверовского на целые сутки сумел задержать французов и помешал Наполеону внезапно обрушиться на Смоленск. Главнокомандующий 2-й Западной армией П.И. Багратион писал в донесении: «...примера такой храбрости ни в какой армии показать нельзя».

Бородинской битве предшествовал упорный бой за передовое укрепление русских - Шевардинский редут. С непревзойденным мужеством и героизмом около 15 тысяч воинов отражали натиск сорокатысячного корпуса наполеоновской армии. Бой окончился во славу русского оружия и сыграл большую, роль в подготовке русской стороны к генеральному сражению. На следующий день М.И. Кутузов сообщал: «С двух часов пополудни и даже в ночи сражение происходило жаркое весьма... войска не только не уступили ни единого шага неприятелю, но везде поражали его...» Последним уходил с редута батальон Одесского пехотного полка. Под Бородином, защищая Багратионовы флеши, полк потерял две трети своего состава.

За кампанию 1812-1814 годов Одесский и Симбирский пехотные полки получили боевые награды: им был пожалован «Гренадерский бой» и знаки на кивера с надписью «За отличие». Одесский полк имел красные погоны с цифрой «27», Симбирский - тёмно-зелёные с красной выпушкой и цифрой «27».

Фейерверкер армейской и канонир гвардейской пешей артиллерии 

Во время Отечественной войны 1812, года пешая артиллерия, как правило, употреблялась в боевой линии и для подготовки атак пехоты. В гвардейской артиллерии состояли две батарейных, две лёгких роты и две конные батареи; в полевой артиллерии - 53 батарейных, 68 легких, 30 конных и 24 понтонных роты. Как пешая, так и конная роты имели по 12 орудий.

Артиллеристы разделялись на фейерверкеров, бомбардиров, канониров и гандлангеров.

При каждом артиллерийском гарнизоне имелись школы, в которых канониры обучались грамоте, начальным основам арифметики. Выдержавшим установленный экзамен присваивался чин бомбардира (рядовой старшего класса). Самых способных из них производили в фейерверкеры. По степени знаний, опыту и боевым отличиям фейерверкеры подразделялись на четыре класса.

В Отечественную войну 1812 года русские артиллеристы покрыли себя неувядаемой славой, бесчисленны примеры их мужества и героизма. Французский офицер Винтурини вспоминал: «Русские артиллеристы были верны своему долгу... ложились на пушки и не отдавали их без себя». В день Бородинского сражения русская артиллерия сделала 60 тысяч выстрелов.

Рядовые пешей артиллерии носили мундир пехотного образца, но воротник, обшлага, обкладки фалд чёрные, с красной выпушкой. Погоны у пеших артиллеристов были красные, в армейских частях на них нашивали цифру или литеры из жёлтого шнура, обозначавшие принадлежность роты. Общим отличием для мундиров всей гвардии являлись басонные петлицы: на воротнике в два ряда, на обшлажных клапанах - в три. В гвардейской артиллерии киверным гербом служил орёл с арматурой из пушек и ядер, в армейской - гренада с одним огнём и двумя скрещенными пушками. Вооружены артиллеристы были только тесаками (полусаблями).

Обер-офицер и кондуктор Инженерного корпуса 

Инженерные войска предназначались для применения на войне всех современных военно-технических средств и исполнения наиболее сложных и ответственных работ (строительство крепостей и укреплений, крепостных стен и т.д.).

В 1802 году было принято «Положение об учреждении Инженерного департамента военного министерства», в котором говорилось, что офицеры обязаны год обучаться в инженерной школе и после экзамена получать свидетельство «с про-писанием тех только познаний, какие действительно будут знать основательно».

В 1804 году такая школа была открыта. Она заключала в себе кондукторское отделение для подготовки молодых людей к званию офицеров Инженерного корпуса и офицерский класс, ставший впоследствии основанием Инженерной академии. В Выборге, Киеве, Томске и других городах действовали также частные инженерные школы. В них преподавали математику, артиллерию, механику, физику, топографию, гражданскую архитектуру, рисование «ситуационных планов» и географических карт, полевую фортификацию.

В 1812 году вступило в силу «Положение о Полевом инженерном управлении», согласно которому к обороне были подготовлены крепости и пункты важного стратегического значения. Всего на западной границе Российской Империи состояло в штате 62 крепости. Наибольшее влияние на военные операции оказали Бобруйск, Брест-Литовск, Динабург и Якобштадт.

Кондуктора Инженерного корпуса (на правах юнкеров) носили форму строевых унтер-офицеров пионерных полков. Вооружены были тесаками и пистолетами. Офицеры тоже имели пионерную форму, но на воротнике и обшлажных клапанах - серебряные петлицы, эполеты были сплошь серебряные, шляпа с чёрным султаном, панталоны вместо серых - тёмно-зелёные.

Унтер-офицер и обер-офицер 2-го морского полка 

В России морская пехота основана в 1705 году, когда Петр I подписал указ о сформировании на флоте первого полка в составе двух батальонов по пять рот в каждом. Всего в полку было 1250 рядовых, 70 унтер-офицеров, 45 офицеров.

В 1812 году в русской армии было четыре морских полка и один (Каспийский) батальон. 2-й Морской полк состоял в 25-й пехотной дивизии и занимался обучением ополченцев в Петербурге и Новгороде. Командовал полком полковник А.Э. Пейкер. Осенью полк входил в состав десантного корпуса генерал-лейтенанта Ф.Ф. Штейнгеля. Посаженный на транспортные суда в Або, Гельсингфорсе (Хельсинки) и Выборге десятитысячный корпус был переправлен в Ревель (Таллин) и Пернов (Пярну) и в сентябре прибыл к оборонявшим Ригу русским войскам корпуса генерала И.Н. Эссена. Жители города, более двух месяцев находившиеся в осаде, были освобождены от неприятеля. 15 сентября корпус Штейнгеля подошёл к реке Экау и атаковал прусские войска. В октябре, накануне наступления П.X. Витгенштейна на Полоцк, корпус Щтейнгеля пришёл в Придруйск. В декабре в составе армии Витгенштейна участвовал в преследовании неприятеля за пределами России.

Морские полки имели форму егерского образца, но выпушки не красные, а белые, амуниция и кивера гренадерские, но без султанов. У 2-го Морского полка погоны белые с цифрой «25», что соответствовало номеру дивизии, в которой полк состоял. Будучи сформирован на гренадерском положении, полк имел «Гренадерский бой».

Валтрнист 1-го егерского полка 

Среди музыкальных инструментов, употреблявшихся в русской армии, кроме флейт, барабанов и литавр были валторны, которые использовались для подачи сигналов. Звуки валторны внушали воинам настроение торжественности, значимости предстоящих испытаний.

В Отечественную войну 1812 года оба действующих батальона 1-го Егерского полка состояли в 1-й Западной армии, 4:м корпусе генерал-лейтенанта А.И. Остермана-Толстого, в 11-й пехотной дивизии. Запасной батальон был отправлен в корпус генерал-лейтенанта П.X. Витгенштейна. Командовал полком полковник М.И. Карпенков.

1-й Егерский полк отличился в контратаке против 13-й дивизии Дельзона, потеснившей гвардейских егерей и захватившей мост через реку Колочу. Дружные усилия солдат этого полка привели к полному разгрому дивизии Дельзона, после чего противник более не отважился действовать против правого крыла наших войск и ограничился лишь перестрелкой. М.И. Карпенков во главе полка, удерживая переправу через Колочу, был сильно контужен. За проявленное геройство произведён в генерал-майоры. Полк сражался под Тарутином, гнал неприятеля до Вязьмы, освобождал Дорогобуж, одержал победу у Соловьевой переправы. В период заграничных походов участвовал во многих сражениях. В марте 1814 года вступил в Париж.

За военные действия 1812—1814 годов полку были пожалованы знаки на кивера с надписью, «За отличие» и звание гренадерского. При общей егерской форме полк носил жёлтые погоны с цифрой «11». Обмундирование валторниста имело те же отличия, что у батальонных барабанщиков.

Обер-офицер Гвардейского флотского экипажа 

Гвардейский флотский четырехротный экипаж был сформирован в 1810 году из команд придворных яхт, учебных судов Морского кадетского корпуса, а также из особо отличившихся нижних чинов судовых команд.

В 1812 году экипаж состоял в 1-й Западной армии, 5-м корпусе гвардейской пехотной дивизии. Командовал Гвардейским флотским экипажем капитан 2-го ранга И.П. Карцев. В ходе Отечественной войны экипаж участвовал в работах по укреплению военных лагерей, в том числе Дрисского, устройству мостов, минировал и уничтожал взрывами переправы. Часто роты Гвардейского флотского экипажа работали вместе с понтонными и пионерными ротами.

В августе 1812 года измученная и уставшая русская армия продолжала отступать на восток. Быстрота и порядок отступления во многом зависели от исправности дорог и переправ, в чем немалое участие проявили гвардейские моряки.

За военные действия в 1812-1814 годах Гвардейскому флотскому экипажу было пожаловано Георгиевское знамя с надписью «За оказанные подвиги в сражении 17 августа 1813 г. при Кульме».

Обер-офицеры Гвардейского флотского экипажа (лейтенанты и мичманы) носили тёмно-зелёный мундир с белой выпушкой по воротнику и обшлагам; золотое шитьё на стоячем без скосов воротнике и рукавных клапанах изображало якорь, перевитый тросами и канатом. По краям воротника и обшлажных клапанов нашивался золотой галун. Вне службы носили вицмундир с золотыми петлицами на воротнике и клапанах обшлагов. Шинель армейская, но с тёмно-зелёным воротником. Оружие при вицмундире - кортик с белой костяной рукояткой и золотым прибором на чёрной поясной портупее, в строю и на параде носили офицерскую полусаблю с вызолоченным эфесом на чёрной лакированной перевязи через правое плечо.

Штаб-офицер и унтер-офицер Лейб-гвардии Егерского полка 

Егерские полки комплектовались из охотников, отличавшихся меткой стрельбой, и действовали нередко независимо от сомкнутого строя в местах «наиудобнейших и авантажнейших, в лесах, деревнях, на пассах». Егерям вменялось в обязанность «в амбускадах (засадах) тихо лежать и молчание хранить, имея всегда перед собой патрули пешие, впереди и по сторонам». Егерские полки служили также для поддержки действий легкой конницы.

В 1812 году лейб-гвардии Егерский полк состоял в 1-й Западной армии, в гвардейской пехотной дивизии. Командиром полка был полковник К.И. Бистром. На Бородинском поле против лейб-егерей действовала дивизия Дельзона. В этом бою даже писари хватали ружья убитых товарищей и шли в сражение. Бой вырвал из рядов полка 27 офицеров и 693 нижних чина. Командир 2-го батальона Б. Рихтер за проявленное мужество получил орден св. Георгия 4-го класса. В сражении под Красным лейб-егеря пленили 31 офицера, 700 нижних чинов, захватили два знамя и девять пушек. Преследуя неприятеля, захватили еще 15 офицеров, 100 нижних чинов и три пушки. За эту операцию К.И. Бистром получил орден св. Георгия 4-го класса. Полк имел боевые награды: серебряные трубы с надписью «За отличие, оказанное в сражении при Кульме 18 августа 1813 г.», Георгиевские знамена с надписью «За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России в 1812 г.». Кроме того, ему был присвоен «Егерский поход» на валторнах.

При общей егерской форме лейб-гвардии Егерский полк имел офицерское шитье в виде прямых петлиц, выпушки и погоны оранжевого цвета. Вооружены егеря были несколько укороченными ружьями со штыками и штуцерами с кортиками, которые полагались лучшим стрелкам.

Обер-офицер Белозёрского пехотного полка 

Белозерский пехотный полк был сформирован в 1708 году.

В 1812 году два действующих его батальона состояли в 1-й Западной армии, во 2-м корпусе генерал-лейтенанта К.Ф. Багговута, в 17-й пехотной дивизии. Командиром полка был подполковник Е.Ф. Керн.

Полк доблестно сражался при Красном, Смоленске, Дубине, Бородине. Отличились белозёрцы и в Тарутине, разгромив авангард неприятельской армий. Русская армия, организовав оборону на рубеже реки Нары, не только не пустила войска Наполеона в глубь страны, но и обеспечила себе выгодные позиции для перехода в контрнаступление. М.И. Кутузов писал: «Отныне имя его (села Тарутино., - Н. I3.) должно сиять в наших летописях наряду с Полтавою, и река Нара будет для нас так же знаменита, как и Непрядва, на берегах которой погибли бесчисленные полчища Мамая. Покорнейше прошу... чтобы укрепления, сделанные близ села Тарутина, укрепления, которые устрашили полки неприятельские и были твёрдою преградою, близ коей остановился быстрый поток разорителей, грозивший наводнить всю Россию, - чтоб сии укрепления остались неприкосновенными. Пускай время, а не рука человеческая их уничтожит; пускай земледелец, обрабатывая вокруг их мирное своё поле, не трогает их своим плугом; пускай и в позднее время будут они для россиян священными памятниками их мужества...» За оказанное отличие в сражении под Вязьмой командир полка Е.Ф. Керн был произведён в генерал-майоры. Бой за Вязьму длился около десяти часов. В нём участвовало 37 тысяч французов и 25 тысяч русских. Французы потеряли более шести тысяч убитыми и ранеными, две с половиной тысячи пленными, оставили город и спешно отступили к Дорогобужу. Участвовал полк также в заграничных походах.

При общей пехотной форме полк имел белые погоны с цифрой «17».

Рядовой 20-го и унтер-офицер  21-го егерских полков 

В 1812 году в русской армии было 50 егерских-полков. Егеря действовали в бою рассыпным строем, в основном против неприятельских офицеров, отличались меткой стрельбой. Вот как писал о мужестве и героизме русского унтер-офицера егерского полка майор французской артиллерии художник Фабер дю Фор (события происходили под Смоленском): «Среди вражеских стрелков, засевших в садах на правом берегу Днепра, один в особенности выделялся своей отвагой и стойкостью. Поместившийся как раз против нас, на самом берегу за ивами и которого мы не могли заставить молчать ни сосредоточенным против него ружейным огнём, ни даже действием одного специально против него назначенного орудия, разбившего все деревья, из-за которых он действовал, он всё не унимался и замолчал только к ночи. А когда на другой день на переходе на правый берег мы заглянули из любопытства на эту достопамятную позицию русского стрелка, то в груде искалеченных и расщепленных деревьев увидали распростёртого ниц и убитого ядром нашего противника унтер-офицера егерского полка, мужественно павшего здесь на своём посту». Бригадным командиром 20-го и 21-го Егерских полков был генерал-майор И.Л. Шаховской. Оба полка состояли в 1-й Западной армии, 3-м корпусе генерал-лейтенанта Н.А. Тучкова, в 3-й пехотной дивизии.

При общей егерской форме 20-й полк имел жёлтые погоны, 21-й - светло-синие с цифрой «3». В апреле 1813 года 20-му Егерскому полку были пожалованы знаки на кивера с надписью «За отличие», тогда же за отличие обоим полкам был пожалован «Гренадерский бой».

Рядовой и обер-офицер 1-го пмонерного полка 

Пионерами именовали до 30-х годов XIX века солдат сапёрной части инженерных войск.

В 1812 году было два пионерных полка (всего 24 роты), имевших организацию подобно пехотной: полк из трёх батальонов, батальон из одной инженерной и трёх пионерных рот. В инженерной роте - одинаковое число сапёров и минёров. Роты 1-го Пионерного полка распределены были в 1-ю Западную армию, на Аланд и в крепости Бобруйск, Динабург, в Ригу, Свеаборг. Чтобы надежно прикрыть главные силы отступающей русской армии, от 1-й и 2-й армий был образован общий арьергард под командованием генерал-лейтенанта П.П. Коновницына. Под Царево-Займищем арьергард принял бой, успешному исходу которого содействовали храбрость и находчивость воинов 1-го Пионерного полка, которые «при быстром наступлении неприятеля, под сильными выстрелами, с особенным мужеством и неустрашимостью, с быстротою зажгли мост... остановили тем неприятельскую армию и спасли через то наших ретирующихся егерей, которых неприятель намеревался отрезать».

Рядовые Пионерного полка носили обмундирование пехотного образца, но воротник, обшлага и обкладки фалд мундира чёрные, с красной выпушкой по наружному краю. Рукавные клапаны тёмно-зелёные с красной выпушкой. Герб на кивере у сапёрных и минерных взводов - металлическая Гренада «о трёх огнях», у пионерных рот -  «об одном огне». Пионеры были вооружены пистолетами и тесаками. Мундир офицеров был из более тонкого, чем у рядовых, сукна тёмно-зелёного цвета. Вместо погон им полагались эполеты с широким однорядным витком, обтянутым фольгой и тонкой сеткой цвета металлического прибора.

Кадет и штаб-офицер 1-го кадетского корпуса 

Кадетские корпуса в России представляли собой учебно-воспитательные заведения, в которых дети дворян и военнослужащих получали первоначальное образование, перед тем как стать офицерами. Слово «кадет» означает «младший». Впервые Кадетский корпус был открыт в 1732 году по инициативе генерал-фельдмаршала Б.К. Миниха. В программу учебного курса входило изучение русского и иностранных языков, риторики, математики, истории, географии, юриспруденции, морали, геральдики, рисования, чистописания, артиллерии, фортификации; из физических занятий - фехтование, верховая езда, танцы и солдатская экзерция (фронт). Корпус готовил молодых людей к службе не только военной, но и гражданской. Его воспитанниками в XVIII веке были А.П. Сумароков, М.М. Херасков, преподавателем - Я.Б. Княжнин. В 90-е годы директором Кадетского корпуса был М.И. Кутузов. К приёму в Кадетский корпус допускались дворянские дети девяти-десятилетнего возраста, пребывание их там длилось почти 10 лет.

В 1797 году корпусу было дано наименование 1-го Кадетского. Его офицеры пользовались старшинством на один чин против армейских.

Во время Отечественной войны 1812 года форма одежды 1-го Кадетского корпуса была следующая: мундир тёмно-зелёный, двубортный, с красными обшлагами и клапанами. У офицеров по воротнику, клапанам и обшлагам золотое кольцеобразное шитьё, у кадет - золотой галун. Шляпы у офицеров были без галуна, с двумя серебряными кистями, кокардой, золотой петлицей и плюмажем из чёрных перьев. Офицеры носили золотые эполеты. При смотрах и парадах офицеры и кадеты надевали кивера с золоченым или медным гербом, изображающим полусолнце и двуглавого орла. Вооружены были шпагами и тесаками. Портупеи носили через плечо: офицеры под мундиром, кадеты - сверху. Шинели серые, с красным воротником.

Обер-офицер и рядовой Бутырского пехотного полка 

Бутырский пехотный полк был учрежден 29 ноября 1796 года.

В 1812 году оба действующих его батальона состояли в 1-й Западной армии, 6-м корпусе генерала от инфантерии Д.С. Дохтурова, в 24-й пехотной дивизии. Командиром полка был майор И.А. Каменщиков.

В Бородинском сражении полк вместе с другими полками дивизии отличился у батареи Раевского. В архивных документах есть запись: «Майор Каменщиков, находясь при полку во время сражения и командуя оным, с особым усердием и деятельностию исполнял деланные ему поручения и при отходе пробился на штыках сквозь неприятельскую кавалерию, несмотря на сабельную рану в левое плечо, хорошими распоряжениями устраивал воинских чинов полка и поощрял оных к храбрости и неустрашимости, за что удостаивается к награждению орденом св. Владимира с бантом».

За Бородинское сражение Бутырскому полку были пожалованы Георгиевские трубы. Имел он и другие награды: Георгиевские знамена с надписью «За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России в 1812 г.» и знак на кивер с надписью «За отличие».

При общей пехотной форме рядовые Бутырского полка имели белые погоны с цифрой «24». Амуниция состояла из ранца чернёной телячьей кожи, в середине его прикреплялась жестяная манерка (походная металлическая фляжка с привинчивающейся крышкой в виде стакана). Тесак носили на перевязи через правое плечо, в лопасть перевязи вставлялись ножны тесака и штыка. Офицеры помимо кивера и треугольной шляпы носили фуражку, такую же, как у нижних чинов, но с козырьком без номера и литеры на околыше.

Батальонный барабанщик Лейб-гвардии Семёновского полка 

В 1812 году три батальона лейб-гвардии Семёновского полка состояли в 1-й Западной армии, 5-м корпусе гвардейской пехотной дивизии. Командиром полка был К.А. Криденер. Обладавший исключительным мужеством, он пользовался любовью и уважением солдат. Список личного состава полка украшали имена П.Я. Чаадаева, который за отличие при Бородине был произведён в прапорщики, И.Д. Якушкина и М.И. Муравьева-Апостола, находившихся при батальонном знамени. В походных записях поручика полка А.В. Чичерина читаем: «Мечта отдать жизнь за сердце Отечества, жажда сразиться с неприятелем, возмущение вторгшимися в мою страну варварами, недостойными даже подбирать колоски на её полях, надежда вскоре изгнать их, победить со славою - всё это поднимало мой дух». Жизнь молодого офицера оборвалась под Кульмом.

26 августа 1813 года лейб-гвардии Семёновскому полку были пожалованы Георгиевские знамёна с надписью «За оказанные подвиги в сражении 18 августа 1813 г. при Кульме». В каждом полку русской армии были полковой, три батальонных и 48 ротных барабанщиков. Барабан являлся строевым, сигнальным и маршевым инструментом. Его звук поднимал боевой дух солдат перед сражением, подбадривал на марше, сопровождал воинов на параде. Барабанщики выбивали марши: «по караулам», «обыкновенные», «колонные», «похоронные», а также бой-сигналы: «под знамя», «честь», «поход» и т. д. В Преображенском, Семёновском и Измайловском полках был свой особый бой-сигнал «Гвардейский поход».

При общей гвардейской форме Семеновский полк имел светло-синие воротники с красной выпушкой и петлицы из жёлтой тесьмы. Барабанщики на плечах носили особые накладки - «крыльца» - по цвету погон. Рукава и оба борта мундира в гвардии были расшиты жёлтой тесьмой.