Жалеешь о глупостях, которых не смог сделать.
Так тебе, трус. Так и надо тебе, и надо тебе
уехать.
Искрятся блики в окне, и ты вспоминаешь в один момент
Что вот есть ты. И вот тебя, кажется, нет.
Может, и жить надо в таком себе подлеце,
Чтоб кривая оправа на моём лице, и
Кривое лицо, и кривые дорожки на каждом шагу.
Говоришь потом: - Нет. Понимаешь, я без тебя не могу.
Я бросаю курить и начинаю сам по себе тлеть.
Что-то ведь должно у человека гореть,
Что-то, чему гореть больно - должно ведь
Быть не как умирающий в снежной пустыне медведь.
Быть таким, чтоб в глазах был рассвет и закат,
И не знать слов на "не-", если без них никак.
Как катушки "Maxwell" с зажёванной пленкой по весне
на любимой песне.
Даже если перемотать - они крутятся, чёрт возьми, вместе.
Потом я стою у поезда, что скоро тебя отнимет,
Слышу голос твой и твоего отца, который вот-вот обнимет;
А мне не обнять. И суставами сцепки вагонов держу.
Поезд дёрнется так, что...
"Пока. Я тебе напишу."
Когда мы играем в твою игру,
Когда я чуть угадаю правила,
Ты говоришь, что я обманул,
Что я подглядывал.
Ты говоришь, будто я над тобой -
Когда я смеюсь - "неужели удача?!."
Но много ли смеха глотать твою боль?
Я так плачу.
Время царапнет твой живот стрелкой: "Рассказывай ей при встрече всё, что знаешь об этом мире!". Солнце ущипнёт тебя за мочку уха: "Целуй её, как хочешь жадно, держи за руки!". Музыка куснёт тебя в запястье: "Танцуй с ней, твою мать-мать-мааать!". Ковёр вздыбится до самых плеч: "Стой рядом и не отходи!". Всё это хором кричит: "Она и так всё знает, СДЕЛАЙ!"
А ты, сволочь такая, только стоишь и улыбаешься перед ней. Да? Улыбаааешься ведь... Сволочь (:
Больше не будет пьяные слез, детских грез.
Мне больше не нужно пить горькие капли "Гордость"
Никогда. Наконец это слово приобрело твердость.
А прочее - ерунда.
Я от тебя ухожу.
Оставляя тебе этот сверток из боли и кусочков живых сердец
Ничего, что я сейчас плачу и немного дрожу.
Пройдет.
Это просто ампутация чувств, а это и правда конец.
Я теперь чужой.
Я оставил ключи от двери, за ней целый мир из разбитых зеркал
И цивилизация злых собак. Боже мой, как я от них устал!
Еще больше, чем от того, что все время был сам на цепи.
Не провожай и за мной не ходи.
Мои следы тают, как снег весной, я сказал, не ходи за мной.
Я больше тебя не люблю.
А вскоре брошу пить и курить.
Этой ночью я перестал тобою болеть...
И не пытайся мне мстить.
Потому что я светел и свят, как тот самый сказочный ангел.
Но, если почувствую твои мысли - то снова достану плеть.
И тогда я тебя убью.