КАСЬЯН И СЛАВЯНСКИЕ БОГИ

Странное представление о святом Касьяне как о некоем почти демоническом существе уходит корнями в дохристианские представления, в которых конец зимы традиционно связан с различными масленичными обрядами и встречей весны. А весна - свет, солнце, добро обычно в народной мифологии противопоставляется зиме, темноте, злу. Возможно поэтому, а может вследствие других позабытых причин, 29 февраля считалось праздником (вероятно, одним из нескольких в течение года) одного из воплощений Чернобога - Кащея. Созвучие Кащей-Касьян стало основой переноса характера и черт славянского божества на православного святого.

Чернобог

Чернобог - соответственно имени темная сторона в дуальном мире белого и черного божеств. При этом злое божество удостаивалось своеобразного поклонения наравне с добрым. Чернобога просили о помиловании, об усмирении злых сил, о примирении. Следует заметить, что Чернобог и Белобог - фактически одни из старейших обитателей славянского пантеона, зародившиеся на заре времен. У них еще нет специализации по метанию молний или выращиванию урожая, они - изначальное воплощение хаоса и порядка, положительных и отрицательных сторон жизни. В определенном смысле Белобог и Чернобог соответствуют китайской традиции инь-янь и их противоборство носит такой же смысл - нет одного без другого и в каждом есть начало противоположности. В некоторых мифах парочка предстает творцами, созидателями мира.

В сохранившихся описаниях идолов Чернобог предстает мрачным стариком с посохом в руке. Его окружают могилы, муравьи, пауки, вороны и разные страшные рожи. Чернобог властвует над миром мертвых, повелевает обитателями навьего мира (навь - злая и темная сторона света в противоположность яви).

Христианство наложилось на представления о Чернобоге и Белобоге достаточно естественно - Белобог стал просто Богом, а Чернобог превратился в сатану, дьявола, черта. Так что в итоге Чернобог-Кащей, а за ним и Касьян стал весьма противоречивым персонажем - с одной стороны святой, с другой - демон.

Стрибог

Естественное развитие мифологии трансформировало общую божественную силу под названием Чернобог в более конкретное и занимающееся строго отведенным делом божество Стрибога (и не только в него). Стрибог входил в число семи важнейших славянских божеств и являлся повелителем ветра. При этом он в большинстве случаев составлял оппозицию Даждьбогу, являясь темным, разрушающим, губительным божеством - но все же необходимым для мира.

Стрибог выглядит как старик с посохом с грозным взглядом исподлобья, помимо насылания ветров и ураганов в ряде легенд и сказок он также распоряжается смертью - насылает мор на людей и скот, и, вследствие уже только этого, предстает доовльно злым божеством. Неизвестно, был ли у Стрибога собственный праздник (наверняка был), но почему бы не предположить, что подходящим временем для такого праздника является конец февраля-начало марта, когда холодные зимние ветра сменяются более мягкими и несущими долгожданное тепло.
В поздних мифах есть любопытное утверждение, что Касьяну подчинены ветра, которые он держит на запорах. И по мере необходимости именнно Касьян спускает ветра на землю. Это дает основание предположить, что, возможно, образ Касьяна вобрал в себя довольно много дохристианских верований, связанных со Стрибогом.

Кащей

Эволюция божеств Чернобога и Стрибога в славянском пантеоне породила фигуру Кащея-Кощея. Кащей предстает перед нами уже в виде сформировавшегося повелителя Нави как некоего подземного царства, мира мертвых. Развитие мифологичесих представлений в сторону усложнения и детализации потребовало этакого злого царя, темного властелина. (Что там говорить, мы и сейчас от "черных шлемов" тащимся.) Размытый образ Чернобога воплощается в Кащее в бога холода, зимы, тьмы, зла - и в качестве логического завершения - бога смерти.

Кащей - опять же старик с посохом, в черной одежде, с белой седой головой и бородой, иногда - с атрибутами, указывающими на его статус правителя. (И по сию пору мы изображаем Кащея с короной на голове, во дворце, с челядью и прислугой). Есть свидетельства, что Кащею приносились жертвы, в том числе человеческие.

Представления о Кащеевой смерти, что на кончике иглы, а игла в яйце, а яйцо в утке, а утка в зайце, а заяц в сундуке, а сундук на дубу - это чудесная возможность современным мифотворцам искать и находить удивительные параллели с любыми мифологическими идеями. Тут и Великая утка, нырявшая в море за яйцом мироздания. И Ковчег-матрешка, вмещающий неизвестные измерения. И Первое яйцо, из которого высидели белый свет. И Мировое древо, подпирающее ветвями небосвод со звездами. Была бы фантазия, и подходящая теория найдется. Уж больно увлекательна пережившая века идея о возможности смерти для самой смерти - вот и мусолим инструкцию о нахождении Кащеевой иглы так и сяк, вдруг отыщется тайный смысл.

Кащея на Руси обязательно вспоминали в последние дни февраля. В ночь, когда февраль переходит в март, старославянские ритуалы предписывали раздавить в руке сырое яйцо птицы, что символизировало конец Кащея - конец зимы и холода. Особо суеверные давили яйца, снесенные несушками на Рождество - чтобы морозов в марте не было. Сомнительно, чтобы массовый перевод хорошего продукта имел сколь-либо серьезное влияние на погоду. Но кто знает, началось же глобальное потепление...

У Кащея кроме смерти в яйце была еще одна приметная черта - он "чах над златом". И вспомните, как обычно этот процесс изображают - старичок над сундуками, в руках ключи... Возможно, ключи были одним из предметов, присущих Кащею (не обязательно от злата, может быть от некоего нашего варианта ящика Пандоры?) Во всяком случае, трактовка этимологии имени Кащея допускает весьма разумное толкование, почему это было так. И когда православный пантеон стал завоевывать умы славянских язычников, естественно именно Кащея под личиной святого Касьяна "поставили" на стражу ворот ада (ведь вот же, и ключи у него уже есть). Получился этакий полуязыческий вариант Святого Петра, только сторожащего другие ворота.

Интересно, что мифы католичества создали ворота и старика с ключами возле рая (то есть вход в вип-зону только по пропускам). А вот православные возвели ворота в диаметрально противоположном направлении (выход из тюрьмы только с чистой совестью после отсидки).

Дед Мороз

Вспомним, что празднование нового года на Руси вплоть до XV века происходило не в сентябре, не в декабре, а 1 марта. И эти древние новогодние ночи, соответственно, не обходились без проводов Кащея - старика с белой бородой и посохом. Бога холода и смерти следовало выгнать до следующей зимы. Ничего не напоминает? Новый год, проводы некоего старичка с посохом... Получается, что это лютый Кащей предстает нам на празднике в виде милого и любимого детьми Деда Мороза.

Сложно сказать, был ли собственно Дед Мороз - Бог замерзшей воды, ледостава и мороза как такового - придуман раньше или позже божества смерти. Скорее, они оформлялись в некие цельные образы параллельно. Но определенное перенесение обязанностей по смене года от Кащея к Морозу налицо. Во всяком случае, все мы с детства помним, что старый год = старый дед, который с наступлением нового года уходит. Это соответствует представлениям о "кончине" Кащея с приходом весны, но никак не объясняет исчезновение Мороза, который, наоборот, только лютовать начинает в январе. Провожаем-то, получается, все же Кащеюшку...

Вий

Есть еще одно славянское божество, прямо соотносящееся с Касьяном. Это Вий или Ний. Да-да, тот самый, о котором еще Гоголь писал. Вий - бог подземного мира, посмертный судья. Разумеется, и этот бог - старик, но с очень важной и узнаваемой приметой - глаза Вия закрыты длинными веками, поднять которые он сам не в состоянии. А если уж их подняли, от взгляда Вия не ускользнет ничего из жизни смертного. В былинах и записанных в глубинке сказках время от времени встречаются упоминания о старце со столь длинными веками (ресницами и бровями), что их обладатель ничего не видит. То это муж змеи - матери чуда-юда, то незначительный на первый взгляд персонаж в ночном кошмаре богатыря, то слепой отец Святогора. Ясно, что это очень древний образ, связанный с землей (иногда из нее выходящий, часто живущий где-то очень глубоко) и загробным миром.

В загробном мире у Вия очень важная функция - он судья, и в каком-то смысле независим от прочих божественных сущностей. Вий определяет местонахождение душе в загробном мире, может призвать к ответу любую нечистую силу, которая ему повинуется, но в то же время Вий является несомненным "игроком" темной, навьей стороны. 

Касьян или прямо, или опосредованно перенял у Вия способности необыкновенного взгляда. Касьянов взгляд страшил крестьян веками настолько, что в последний день зимы считалось опасным выйти на улицу до полудня. Взор Касьяна способен проникнуть в душу и мгновенно понять все темные и светлые стороны этой души, а значит - беспристрастно судить о том, чего заслуживает этот человек. 

Миф о том, что Касьян - сторож адских ворот, можно понимать буквально и несколько примитивно. Но фактически функции Вия-Касьяна оказываются шире банального присмотра за грешниками и нечистью. Он не только сторожит тех, кто уже попал в ад, он еще и выискивает тех, кто туда не попал, хотя должен был бы. Вспомним милый эпизод из детской сказки - Василиса принесла к злой родне череп, который испелил плохих теток некими лучами из глазниц. (Да-да, это похоже на бластеры из глаз инопланетного робота, а еще на гамма-лучи из мумии египетского фараона, а еще на лазерное оружие пришельцев из будущего - я всю эту галиматью тоже читала, но здесь мы не об этом.) Череп - несомненный символ Кащея, обладающего к тому же убийственным взглядом. И он не просто судит, он еще и исполняет смертный приговор (его обоснованность обсуждать не будем).

Кто же такой Касьян?

Мысленно прогулявшись по галерее с портретами славянских богов, понимаешь, что фактически народный Святой Касьян не имеет никакого отношения к Иоанну Кассиану Римлянину, который собственно и стал Святым Касьяном в православной традиции. О нет, наш народный Касьян - это бессмертный старик, сторожащий адские ворота; грозный судья, чьего взгляда боятся и живые, и мертвые; суровый святой, находящийся на тонкой и зыбкой границе света и тьмы, зла и добра; странный образ, соединивший язычество и христианство.

Вещагина Анна
Литература: «Введение в язычество славян», Д. Гаврилов, А.Наговицын, http://www.arya.ru/biblio/iggeld/slav-god.htm