Воин Евгений Родионов получил отказ в канонизации
Представители Русской Православной Церкви сомневаются в возможности канонизации рядового Евгения Родионова, обезглавленного боевиками в чеченском плену за отказ снять нательный крестик и принять ислам. «Нет никаких документальных сведений об обстоятельствах смерти человека. Все рассказы, которые существуют в развернутом или сжатом виде, есть всего лишь умопредставление людей на эту тему», – сказал секретарь синодальной комиссии по канонизации святых протоиерей Максим Максимов в интервью, опубликованном 14 января 2010 г. в газете "Комсомольская правда".
Причины отказа в канонизации – отсутствие документальных подтверждений о факте мученичества этого человека. Для канонизации, по словам о. Максима Максимова, необходимы ответственные свидетели гибели солдата, а они убиты. В настоящее время единственный живой свидетель, который может рассказать о смерти солдата, это его мать, но она не присутствовала при его гибели, «поэтому свидетелем может быть названа условно».
«Я вот так же, как вы сейчас мне вопросы задаете, у нее спросил: "Откуда известно, что сын принял смерть именно так?" Она сказала, что это общая, типологическая ситуация со всеми русскими воинами, попавшими в плен и убитыми. Но Церковь не может опираться на типологические свидетельства», – отмечает секретарь комиссии по канонизации. По его мнению, так можно поставить вопрос о канонизации тысяч погибших в Чечне солдат. «А почему нет, если вопрос типологический? Или вы меня будете уверять, что все солдаты – христиане и знают, за что умирают?» – задает вопрос священник.
Напомним, что лет пять назад мама воина мученика Евгения Родионова Любовь Васильевна (см .илл.) поделилась с главным редактором «Русского Вестника» Алексеем Сениным своими горестями: «Родина, границы которой мой сыночек защищал в Чечне (а Женя был пограничником), приняла его тело неласково. Я и мой сын жили в Московской области, в Подольском районе, в поселке Курилово. Его жителей хоронят на административном кладбище у храма Вознесения Господня. Тамошний молодой священник, о. Александр Филиппов, недавно бывший профессиональным массажистом, отказался отпевать моего сына без оплаты. Соседи сжалились над нами (денег у меня после Чечни совсем не было), заплатили ему 300 рублей, только тогда он совершил обряд отпевания. Впоследствии у него погиб брат, который сейчас похоронен в двух метрах от дверей храма Вознесения Господня, рядом со священнослужителями этого храма. Отношения мои с этим священником не сложились. Он ненавидит меня за прямоту, за то, что к Жене на могилу приезжают и приходят люди со всей России, от Дальнего Востока до Прибалтики, из бывших советских республик - Украины, Казахстана и из стран далеких - Америки, Германии, Франции (см. илл.). С 1997 года он не однажды предъявлял мне претензии в том, что я приглашаю священников послужить панихиду на могиле, не согласовывая с ним. Его раздражает, что он остается в стороне от поминовения убиенного солдата. Приезжают днем и ночью, священники и военные, генералы, и очень много детей, часто целыми классами. В храм они почти не заходят, потому что он всегда, кроме воскресенья, закрыт. Мне больно за Церковь, которая уничижается недостойными служителями. Примеров тому знаю предостаточно, о чем очень скорблю»:
http://expertmus.livejournal.com/48573.html
Для справки: рядовой воинской части 2038 Назранского погранотряда Евгений Родионов 1977 г.р. 13 февраля 1996 г. вместе с Андреем Трусовым, Игорем Яковлевым и Александром Железновым был послан дежурить на КРП, в 200 м от заставы, который представлял собой обыкновенную будку без света, без связи, без какой-либо огневой поддержки…. Во время их дежурства на боевом посту была остановлена машина скорой помощи под управлением бригадного генерала Руслана Хайхороева, в которой перевозили оружие. При попытке досмотра солдаты были захвачены в плен. Офицеры из Калининградской обл. слышали крики солдат, звавших на помощь, но не посмели покинуть заставу. Командованию они доложили, что «солдаты дезертировали из части»… Уже 16 февраля Любовь Родионова получила телеграмму, что ее сын, Евгений Александрович Родионов, «самовольно оставил часть, и командование просит ее принять меры для возвращения сына на службу». Телеграмма была послана, когда боевики уже начали пытать захваченных в плен Евгения Родионова и его однополчан: принуждали одного пленного пытать другого, подвешивали на дыбе, морили голодом. Все это мучители заставляли описывать в письмах домой, чтобы родители быстрее собрали необходимую сумму для выкупа. Евгений писать наотрез отказался, сказав, что денег у них собрать негде, да и сердце у мамы больное - может не выдержать такого известия. Тем временем федеральные войска вплотную подошли к Бамуту, и за день до его сдачи с пленными решено было покончить. 23 мая 1996 г. Евгению Родионову и его сослуживцам было предложено снять нательный крест и принять ислам. После их отказа Евгению отрезали голову, остальных расстреляли. Матери Евгения Родионова, 9 мес. разыскивавшей сына, боевики передали видеокассету с записью его казни.
На сегодняшний день написано около 160 икон, посвященных воину-мученику Евгению , которые уже есть в 26 храмах России. В 1997 г. по благословлению Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II была издана книга «Новый мученик за Христа воин Евгений». Книгу-житие «Слово о солдате» написал и издал настоятель Свято-Духовского храма с. Вольное Новомосковского благочиния иерей Георгий Ханов (Днепропетровск). Игумен Кирилл, настоятель муромского Спасо-Преображенского мужского монастыря Владимирской епархии также ходатайствовал о канонизации. 10 августа 2002 г. освящен полковой храм в честь воина Евгения Мелитинского на территории Алтайского погранотряда, в Акташе, настоятель которого о. Варлаам написал первую икону «Воина Евгения, в Чечне убиенного». Именно в этом храме алтайских пограничников произошло одно из первых чудес. 20 ноября 2002 г., как сообщил о. Варлаам, «один из солдат, рядовой Андрей Зяблицкий, верующий человек, прочитавший жизнеописание Евгения Родионова и проникшийся особой любовью к его личности, держал в руках храмовую икону с изображением св. мученика Евгения-воина . Молебен и крестный ход снимали на видеопленку,- и прямо во время съемок крестного хода икона в руках солдата замироточила. Миро истекало из нижней перекладины креста в руках воина». 21 октября 2008 г. воин Евгений Родионов прославлен в лике мучеников как местночтимый святой Астраханско-Енотаевской епархии.
В интервью газете «Русский вестник» мама Евгения сообщила о свое встрече с о. Максимом Максимовым весной 2003 г.: «По форме беседа эта напоминала допрос. Молодой человек, по возрасту годящийся мне в сыновья, выспрашивал меня о том, с какими словами умирал мой сын, хвалил ли он Господа или ругал своих убийц? И есть ли этому свидетели? Отвечаю: есть. Пусть отец Максим, ежели не струсит, едет в Чечню к боевикам, и адреса известны - Бамут, Ачхой-Мартан, и спрашивает их. Мой сын, погибая, не думал о том, будут его канонизовать или нет…».
Протоиерей Александр Шаргунов в беседе на радио «Радонеж» 8 февраля 2004 г. заметил в этой связи: «Интервью священника Максима Максимова о канонизации воина Евгения Родионова, которое он дает ответственному редактору «Церковного Вестника», мягко говоря, вызывает у меня недоумение. Создается впечатление: автор убежден, что ему позволено говорить все что угодно от лица Церкви только потому, что он является секретарем Синодальной комиссии по канонизации. В самом деле, не может не поражать уровень рассуждений собеседников. Священник Максим Максимов рассуждает, что воина Евгения Родионова новомучеником нельзя назвать, во-первых, потому, что, цитирую: «надо определенно заявить, что эпоха новомучеников и исповедников Российских, как бы мы ее ни растягивали, уже закончилась. Мы можем провести границу по 1970-м, в крайнем случае, по 1980-м годам, когда в мир иной отошли последние исповедники, вышедшие из лагерей. Когда Евгения Родионова причисляют к новомученикам и исповедникам Российским, происходит очевидный подлог: в современной истории России это совершенно иной период». Получается, что гонения на Церковь кончились, новых мучеников больше не будет.
Не может быть, между прочим, речи о прославлении, скажем, убиенных Оптинских иноков или убиенного ваххабитом иерея Игоря Прозина, или протоиерея Анатолия Чистоусова, замученного в Чечне. Книга Апокалипсиса вообще закрыта, наступило принципиально новое время! Очевидно, эпоха тысячелетнего царства... Не хочется верить, что о. Максим исповедует такую откровенную ересь. Такое впечатление, что он не понимает, что пишет! Но кроме этого, возникает более простой вопрос: неужели секретарь комиссии по канонизации не знает того, что известно каждому семинаристу. Само название «новомученики» мы восприняли с XVI, XVII, XVIII, XIX веков в связи со страданиями на Балканах греческих и сербских христиан, которых убивали только за то, что они отказывались похулить веру во Христа и принять магометанство (между прочим, как мы видим, буквально то же, что было с воином-новомучеником Евгением!). Если следовать логике о. Максима, то и наших новых мучеников и исповедников Российских нельзя назвать таковыми».
Кстати, при канонизации новомучеников в той же комиссии РПЦ вопрос об их чудесах даже не поднимался…
источник - ![[info]](http://stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
abelomorov
