Сегодня много кричат о тотальном падении нравов и попирании семейных ценностей. И действительно - звезды порноиндустрии больше не являются персонами нон-грата, а возглавляют автопробеги, педофильские скандалы частотой уже затмили скандалы финансовые. Но те, кто восклицает - «куда катится мир!», даже не подозревают, в каком целомудренном обществе мы на самом деле живем.
Вот во времена античности мир таки падал в тартарары. Что было нормой для древних греков и римлян, повергло бы нас в шок. Итак, экскурс во времена античных нравов.

Пришел, увидел, поимел

Чтобы понять психологию людей того времени, надо ознакомиться с их мифами. Ибо своих богов греки и римляне писали с себя, так что поведение небожителей - это воплощение сокровенных желаний простых смертных. Греческие мифы - то, что детям до шестнадцати лет читать не рекомендуется. Секса, крови и жестокости там столько, что порнофильмы уровня XXX кажутся невинной передачей «Спокойной ночи, малыши!». Возьмем Зевса (у римлян - Юпитера), повелителя неба, грома, молний, ведающего всем миром. Этот сексуальный террорист изменяет направо и налево своей супруге Гере и руководствуется одним: оплодотворить все, что движется. Ради этого он готов стать хоть тушкой, хоть чучелом.

Он одинаково любит женщин и мужчин: в облике змея соблазняет Деметру и Персефону, в шкуре быка - Европу, под видом лебедя - Леду, прикинувшись орлом - прекрасного юношу Ганимеда, в облике муравья - Евримедусу, в качестве голубя - Фтию, в огненном обличье — Эгину, в качестве сатира - Антиопу, под видом облака - Ио, в облике ежика... нет, ежика, кажется, не было. Но даже подземный бункер, куда от этого маньяка спрятали Данаю, для него не преграда. Зевс превращается в золотой дождь, просачивается сквозь потолок и проникает в ее лоно. Ну а что вы хотите? У парня дурная наследственность: папа-богоед.

Его отец Кронос глотал своих детей, чтобы не свергли, и Зевс не был переварен лишь потому, что мудрая мама подсунула мужу вместо новорожденного камень, завернутый в пеленки. Впрочем, папа Зевса выкидывал штуки и похлеще. Поскольку его собственный отец Уран плохо обращался с мамой Землей, Кронос однажды сел в засаду у родительской опочивальни и в самый момент папиного оргазма махнул серпом по яйцам, отчекрыжив папаше самое дорогое. Детородный орган отца он бросил в море, благодаря чему на свет появилась прекрасная Афродита.

Да, разочарую прекрасных дам, уверенных, что богиня любви явилась из морской пены, нежной и ароматной, как немецкое средство «Бадусан». Все гораздо брутальнее. Вот что пишет на этот счет исследователь античной культуры Ганс Лихт: «В древнейшем источнике (Гесиод, «Теогония») недвусмысленно сказано следующее: «Долгое время член носился по морю, и вокруг него взбилась белая пена, исходившая из бессмертного члена, и в ней родилась Афродита». То есть детородный орган, отсеченный в момент полового акта, был полон семени, которое извергается теперь наружу, порождая Афродиту, в море и вместе с морем. Здесь нет и намека на морскую пену». А теперь на минуточку представьте, что для людей античного мира все это отнюдь не сказки. Это - история, столь же реальная, как для нас - татаро-монгольское иго. Древние греки не сомневались в подвигах Геракла и равнялись на богов во всем - от поступков до секса.

Никаких секс- меньшинств

Первое, что нас бы поразило в античном обществе, - отсутствие твердой сексуальной ориентации. Греки и римляне не делились на гетеросексуалов, гомосексуалов или бисексуалов - они были всесексуальны. Даже к зоофилии (от ритуальной до бытовой) они относились вполне терпимо, ибо ее не чурались и их сексуально озабоченные боги. Подтверждением чему могут служить мифы о Леде и лебеде, Минотавре, Тритоне, ненасытных козлоногих сатирах, кентаврах и уродливых кинокефалах - людях с собачьими головами. Все это - отголосок сексуальных контактов древних с представителями других биологических видов.

Для античных язычников секс не был грехом ни при каких обстоятельствах. Наоборот - это бесценный дар богов. Это они сделали человека сексуально всеядным, и в знаменитом диалоге «Симпосий» Платона сказано, как это было. Зевс при создании человека сразу опирался на три пола: мужчину, женщину и муже-женщину (андрогина). Каждый пол он разделил пополам - вот почему те, кто произошел от изначального мужчины, ищут свою половинку в виде мужчин, кто произошел от изначальной женщины - предпочитают женщин.

И лишь от андрогинов повели свой род мужчины, любящие женщин, и женщины, любящие мужчин. Так что любовь к своему полу естественна и богоугодна в Элладе и Древнем Риме. Даже специальных слов, соответствующих нашим «гей» или «лесбиянка», у них не было. А вот личное имя Педофил - было. И древние греки не видели в нем (как и в самом явлении) ничего предосудительного.

Платоническая любовь

Расхожую современную шутку про то, что «педофил отличается от педагога тем, что первый любит детей по-настоящему», древние греки вряд ли бы оценили. Педофилия и педерастия являлись важнейшей частью интеллектуального, духовного и физического становления юноши. Методом воспитания, санкционированным государством.

По достижении двенадцатилетнего возраста каждый греческий подросток должен был обзавестись старшим наставником, который оказывал бы ему всяческие знаки внимания, дарил подарки, восхищался его красотой и наставлял во всех мужских доблестях, действуя как опекун, советник, друг, тренер и сексуальный партнер. Младший в таких парах именовался «аитом» - слушателем, а старший - «эйспнэлом», вдохновителем. И для мужчины считалось нарушением долга не привлечь к себе юношу, а для юноши позором - не удостоиться такой дружбы.

Кстати, тем, кто выражение «платоническая любовь» считает синонимом любви без физического контакта, любопытно будет узнать, что как раз по Платону высшее проявление любви - это гармоничное слияние духовного начала и физических тел наставника и ученика. «Платоническая любовь» - это любовь гомосексуальная. Греки считали гомосексуальную любовь более возвышенной и глубокой, нежели расслабляющая и изнеживающая мужчин любовь к женщинам.

Мир древней Эллады - это мужской мир. Женщина в нем - существо низшее, неспособное удовлетворить интеллектуальные запросы мужчин. Она пригодна лишь для деторождения и плотских утех. Тогда как юношам открыты высокие помыслы, вот почему лишь с ними возможны высокие отношения. Прекрасный юноша для грека всегда предпочтительней прекрасной женщины.

Недаром Платон в «Протагоре» пишет: «Юношеский цвет двенадцатилетнего мальчика приводит меня в радость, но предпочтительнее мальчик лет тринадцати. Тот, кому четырнадцать, - еще более сладостный цветок Эротов, и еще прелестнее тот, кому только исполнилось пятнадцать.

Шестнадцатый год - это возраст богов, а желать семнадцатилетнего - удел не мой, а Зевса...» Ему вторит Стратой: «Меня не прельщают ни роскошь волос, ни курчавые локоны, если они произведены не природой, а усердием искусства. Нет, мне мила густая грязь на мальчике, который только что из палестры, и нежный блеск его тела, увлажненного свежим оливковым маслом. Мне сладостна любовь без прикрас, а искусственная краса - дело женской Киприды». Никто бы не смог переубедить древнего грека в воспитательной пользе педерастии, ибо именно из педерастов, по их мнению, вырастали лучшие защитники отечества. Ведь влюбленный в своего партнера не бежал от врага, а яростно сражался за возлюбленного до самого конца.

И это чистая правда. Сформированный в Фивах элитный Священный отряд, состоящий из 150 любовных пар, героически проявил себя на полях сражений и полностью полег в битве при Херонее. Наконец, любой в Элладе знал, что гомосексуализм - полезен для здоровья. Знаменитый Гиппократ был двумя руками за гомосексуальные связи, ибо «взрослым мужчинам они несут молодость и здоровье, а мужественность и другие положительные качества взрослого мужчины через его семя передаются подросткам».

Правда, были и ограничения. Гомосексуализм - удел свободных граждан, рабы не имели права вступать в связь со свободнорожденными мальчиками. Не приветствовалась и мужская проституция - считалось, что торгующий собственным телом за деньги легко отречется и от общих интересов государства. Рим, перенявший от эллинов сексуальные обычаи, также был весьма лоялен к гомосексуализму. Эдуард Гиббон, английский историк 18 века, говоря о первых пятнадцати императорах, констатирует, что «Клавдий был единственным, чей вкус в любовных отношениях был полностью естественным». Все остальные сожительствовали с мальчиками. Более того, император Адриан, страстно влюбленный в грека-подростка Антиноя, после того как тот утонул, официально обожествил его и воздвиг ему статуи по всей империи.

Закон суров

И тем не менее ни древних греков, ни древних римлян нельзя назвать адептами свободной любви. У них существовали жесткие правила сексуального поведения.

Римский гражданин мог предаваться любым сексуальным забавам с женщинами, мужчинами и подростками. Но - при соблюдении двух условий. Первое: в интимных отношениях с партнером он всегда должен доминировать. Быть активным, а не пассивным. Пассивная роль в анальном сексе считалась позором, так как гражданин становится «женоподобным» и, утратив свое virtus (мужество, доблесть), оказывается бесполезным в гражданском и военном отношении.

В армии пассивный гомосексуализм считался преступлением, уличенного в нем солдата просто забивали палками. На гражданке же тех, кому нравилось исполнять пассивную роль, презрительно именовали «кинедами» или «патикусами», опуская их юридический статус ниже плинтуса. Подобно проституткам, гладиаторам и актерам пассивные гомосексуалисты не имели права голоса на выборах, а также не могли представлять себя в суде.

Второе правило: предмет сексуального вожделения гражданина должен стоять на более низкой социальной ступени, чем он. Это диктовалось чисто экономическими причинами: чтобы появление незаконнорожденного сына того же ранга не подвергало опасности наследственные права законного потомства. Если оба правила соблюдались, никто и никогда не укорял римлянина в его сексуальных пристрастиях.

Камасутра для рабов

Сексуальная жизнь семейных пар была в Древнем Риме достаточно пресна. Хотя в римском доме открыто говорят о сексе, ничего не скрывая от подрастающего поколения. Зачастую жена и муж, удалившись в спальню, даже не задергивают полог над кроватью. Все могут видеть акт соития хозяина и хозяйки - вплоть до домашней прислуги, которая продолжает спокойно прибираться до дому.

Однако на отношения мужа и жены в постели накладывался ряд ограничений. Жене никогда бы не пришло в голову попросить мужа доставить ей оральные ласки. Равно как об этом не попросил бы ее и муж. На оральный секс между равными в Древнем Риме существовало табу. Скажу больше - за это лишали гражданства.

Свободный римлянин мог получать наслаждение, но не доставлять его. Это считалось постыдным и неприличным. Зато на рабов, вольноотпущенников и неграждан это табу не распространялось. А посему древнеримский гражданин, как и древнеримская гражданка, могли получить свое, прибегнув к услугам низших по рангу.

Они могли позвать раба или рабыню, отправиться за недоступными ласками в ближайший бордель, но никак не получить их от законного супруга.
Как пишет в свой замечательной книге «Один день в Древнем Риме» археолог и историк Альберто Анджела, «римляне были просто зациклены на рте. Для них рот - нечто благородное, почти священное. Это социальный инструмент, потому что люди говорят, обращаются друг к другу, обмениваются информацией, произносят речи а следовательно, он должен быть чистым и неоскверненным. В сенате же рот вообще становится политическим инструментом.

Поэтому (...) обвинить сенатора в том, что он занимался оральным сексом, назвать его Fellator - значит нанести ему тяжкое оскорбление. Это было равноценно обвинению в измене за то, что он осквернил рот, имеющий столь важную функцию на службе обществу». В этом ключе любопытно выглядит скандал Клинтон - Левински, едва не стоивший президенту США его кресла. Наделенный нешуточной властью человек дал себя удовлетворить орально своей подчиненной.

Был в своем праве. Живи Клинтон в античное время, ему не пришлось бы ни извиняться перед супругой, ни платить адвокатам. Зато Левински не превратилась бы в знаменитость и миллионершу, а оказалась бы на одной ступени с рабами и проститутками. Двери приличных домов закрылись бы перед ней навсегда...

Ручная работа

Христианские теологи и священники веками пугали рукоблудников дурдомом и кладбищем, утверждая, что онанизм приводит к слабоумию, слепоте, желудочным судорогам, поносу, чахотке и эпилепсии. А греки видели в мастурбации отдушину. Онанизм снижал, по их мнению, количество изнасилований, число незаконнорожденных и самоубийств по поводу неразделенной любви, поэтому дело полезное.

Они обожали изображать такие сценки на вазах, а в их языке имелось поразительно много слов для отражения этого понятия, включая поэтичные «петь свадебную песнь рукой» и «сражаться рукой с Афродитой» К слову, руку греки для этой цели предпочитали использовать левую (ближе к сердцу).

И не стеснялись делать это на людях. В частности, яркий представитель философской школы киников Диоген Синопский (тот, что жил в бочке, а точнее, в пифосе - здоровенном глиняном сосуде для зерна). Призывая на площади сограждан довольствоваться малым и отрешиться от страстей, дабы вкушать безмятежную радость бытия, он частенько задирал тунику и начинал мастурбировать, сопровождая действо мудрой сентенцией: «О, если бы я мог так же просто, потирая живот, избавиться от голода и нужды».

Женщины в этой сфере не отставали от мужчин. В спальне каждой гречанки имелись приспособления, именуемые баубонами или олисбами. Эти фаллоимитаторы изготавливали повсеместно, но лучшими считались самоудовлетворители из города Милет, откуда они шли на экспорт по всей Ойкумене. Ими женщины гордились и частенько обменивались между собой.

Так, в шестом мимиямбе Геронда, озаглавленном «Две подруги, или Доверительный разговор», девушка Метро сетует, что у ее подруги Коррито был замечательный олисб, но она, не успев им воспользоваться, передала его своей подруге Евбуле, а та еще кому-то, а жаль - ведь Метро очень хотела бы заполучить этот инструмент, поскольку сделал его искусный мастер.

Верность - понятие относительное

По свидетельству Еврипида, греки первыми из древних народов начали соблюдать принцип единобрачия, полагая, что вводить в дом множество жен - обычай варварский и недостойный благородного эллина. Но при этом супружеская измена во времена античности распространялась лишь на женщин. Измена жены сурово осуждалась, и муж имел полное право убить ее любовника, а иногда и ее саму. На измену мужа и наличие у него множества наложниц общество закрывало глаза.

Как пишет Ганс Лихт, «греческому общественному мнению были неизвестны доводы, воспользовавшись которыми, можно было бы осуждать мужчину, уставшего от вечного однообразия супружеской жизни и ищущего отдохновения в объятиях умной и очаровательной куртизанки или умеющего скрасить повседневную рутину беседой с хорошеньким юношей». И нельзя не признать, что в этом греки были более нравственны, нежели мы, так как они признавали наличие у мужчины склонности к полигамии и действовали не тайком, а в открытую.

Посему поэтами восхвалялся идеал понимающей женщины, не мешавшей любовным похождениям мужа. К примеру, грек был в полном праве даже завалиться с друзьями в компании девочек к себе домой - супруге в этом случае полагалось проявить скромность, удалиться в женскую часть дома и терпеливо дожидаться окончания пирушки. В Спарте измена фактически приветствовалась.

Это небольшое и воинственное государство было кровно заинтересовано в преумножении числа крепких телом и духом воинов. Более того, спартанские мужья в возрасте могли препоручать свои супружеские обязанности выбранным ими мужчинам помоложе, так как каждый из них одинаково распоряжался и своими детьми, и чужими.
В Риме законы Августа предусматривали строгую кару за нарушение супружеской верности, за прелюбодеяние с чужой женой, однако за конкубинат, за связь с наложницей, мужчин не наказывали.

Ну и, конечно же, каждый мужчина античного мира имел полное право посещать публичные дома. Ведь связь с проституткой изменой вообще не считалась.

Ночные бабочки

Недостатка в домах терпимости и проститутках не знали ни Древняя Греция, ни Древний Рим. На продажную любовь античный мир смотрел без предрассудков. Дело нужное, полезное, прибыльное. Причем весьма выгодное для госбюджета.

Публичные дома находились в Греции под надзором городских должностных лиц, а содержатели публичных домов обязаны были выплачивать ежегодный налог государству. Римляне к посещению борделей относились примерно так, как мы к посещению общественных уборных. Шел, прижало, зашел, вышел.

При этом жена могла запросто подождать мужа в таверне напротив и даже попросить его особо не торопиться. Нам это кажется диким. Для римлян - совершенно нормальным. Ведь прелюбодеяния они в этом не усматривали. Прелюбодеем муж становился только тогда, когда он занимался сексом с равной себе.

А остальное - как справить нужду, как почистить зубы. Поэтому римская матрона запросто могла, скучая, грызть персик у себя в комнате, в то время как в соседней ее муж с дикими криками вовсю резвился с рабыней или рабом. И ее совершенно не шокировало, что вечером он отправлялся вместе с приятелями спустить пар в ближайший бордель. Борделей же (они назывались лупанариями) в Вечном городе было как грязи, и все они работали по принципу конвейера, которому позавидовал бы сам Генри Форд.

Для ускорения обслуживания клиентов и автоматизации процесса оказания секс-услуг владельцы лупанариев ввели даже специальные жетоны - спинтрии. Они изготавливались из бронзы, реже - из кости, и напоминали монеты. На одной ее стороне изображался половой акт, на другой стояла цифра. Изображенная на спинтрии поза соответствовала оказываемой проституткой услуге за этот жетон, а цифра - то ли цену, то ли номер кабинки.

По этому поводу у историков нет единого мнения. При этом цена была смехотворна. В среднем - 2 асса, как бокал дешевого вина. Широко была распространена и детская проституция. В Риме процветали целые фермы тружеников и тружениц секс-индустрии, владельцы которых покупали малолетних рабов и воспитывали детей-сирот для занятий проституцией. Их сексуальное использование было разрешено законом, за что исправно платились налоги в казну. Причем изнасилование сутенером рабыни или раба было ненаказуемо.

В Риме законы августа предусматривали строгие кары за нарушение супружеской верности, но каждый мужчина античного мира имел полное право посещать публичные дома. ведь связь c проституткой изменой вообще не считалась.

Размер имеет значение...

Изображение фаллоса на улицах античных городов встречалось едва ли не чаще, чем в наши дни слово из трех букв на заборе. Фаллос боготворили. Ему поклонялись. Греки ставили перед храмами и домами квадратные колонны с мужской головой и эрегированным половым органом, которые, на их взгляд, охраняли дороги, границы и ворота. Римляне предпочитали огромные каменные члены, которые устанавливались на площадях, улицах, перед входом в дома и таверны.

Они вырубались на стенках портиков, на мостовых, висели над детскими колыбелями, печами хлебопеков, были неотъемлемой частью пейзажа садов, полей и огородов. Бронзовые фаллосы (а зачастую целые связки из них) с бубенчиками внутри подвешивались к потолку жилища или у входа. Они назывались «тинтиннабулами» и звенели, если к ним прикасались.

А прикасался к ним каждый, кто проходил мимо, ибо в противном случае он рисковал лишиться удачи и здоровья. А все потому, что люди античности верили, что эрегированный член - страшная сила. Он был для них символом процветания, достатка, изобилия, плодовитости и плодородия. Символом победы, богатства и успеха в делах. Кроме того, фаллосу как источнику семени и жизни приписывалась магическая способность отгонять беды, несчастья и отпугивать злых духов. И если христианин, столкнувшись с чем-то страшным и неведомым, в наши дни воскликнет «с нами крестная сила!», то древний римлянин с той же целью призывал бы силу фаллическую.

Поэтому первое, что получал в дар от своих родителей древнеримский мальчик, были погремушка в виде члена и фасцинум - каменное, бронзовое или выполненное из кости изображение фаллоса, которое он носил на шее как амулет, иногда добавляя к нему для надежности еще и изображение фиги, кукиша - древнего символа полового акта. А в жизни древние римляне, как и греки, отдавали предпочтение члену скромных размеров.

Большое мужское достоинство считалось у них непрактичным, неэстетичным и даже комичным. В чем несложно убедиться, бросив взгляд на античные статуи. Между ног у них болтается отнюдь не чудо размером XXL, а прибор, для изучения которого нужны пинцет и лупа. Практически детский размер. Древние считали, размер - не главное. Главное - любовный жар и способность оплодотворить. И полагали, что для этого чем короче прибор - тем лучше.

Аристотель писал, что короткий член имеет массу преимуществ: выглядит краше, семени приходится преодолевать меньшее расстояние, а посему оно вернее достигает цели. Логика! Исключение составлял театр. В Вечном городе стали пользоваться спросом представления акробатического секса - своеобразный аналог современной кинопорнухи.

Актеры на сцене пытались поразить зрителей своими невероятными позами, посрамлявшими Камасутру, а зрители - разглядеть все в деталях. Поэтому в этих шоу (показанных в перерывах между классическими комедиями и трагедиями) ценились актеры с огромными пенисами. Ведь их можно было разглядеть даже с дальних рядов. К гигиене члена античные люди относились трепетно. Регулярно мыли, умащивали маслом, а перед исполнением физических упражнений подвергали его инфибуляции, а именно: натягивали крайнюю плоть на головку и перевязывали лентой, чтобы, упаси боже, не повредить. Так что античный фитнес-зал выглядел гораздо забавней современных: толпа голых мужиков - и у каждого член с бантиком.

Прекраснозадая богиня

Если говорить о каноне женской красоты, то вкусы древних греков и римлян были близки вкусам нынешних кавказцев. Они ценили пышных блондинок. И чтобы быть конкурентоспособными со светловолосыми германскими рабынями, женщины изобрели много хитроумных рецептов. В ход шли парики, лимонная кислота, шелуха лука, молоко и даже известь. А поскольку светлая блестящая кожа, по мнению мужчин, свидетельствовала не только об аристократизме, но и о страстности, женщины старались не загорать и умывались козлиным и ослиным молоком.

Однако чтобы прослыть секс-бомбой, требовалось большее. Был нужен невысокий лоб, прямой нос и большие выпуклые глаза, причем расстояние между глазами должно было быть не менее величины одного глаза, а рот - в полтора раза больше глаза. Кроме того, были необходимы широкие бедра, мощные ляжки, грудь, укладывающаяся в мужскую ладонь или чуть более того, и слегка нависающий выпуклый живот.

Эти формы считались совершенными, так как служили гарантией плодовитости. Огромное внимание уделялось ягодицам. У греков на этот счет вообще был явный пунктик. Они боготворили Афродиту Каллипигу - Афродиту Прекраснозадую, построили ей специальный храм и регулярно проводили в ее честь состязания для выявления лучшей каллипиги Эллады. Эти конкурсы красоты женских попок пользовались невероятной популярностью во всех греческих полисах, филейная часть возбуждала греческих мужчин явно больше женских грудей. Кстати, привычный нам символ сердца, пронзенного стрелой, родом из Древней Греции. Но он не имеет ни малейшего отношения к сердцу анатомическому. Это стилизованная часть женской задницы, а пронзающая его стрела является одним из древнейших фаллических символов.

Выводы делайте сами... Вторым греко-римским пунктиком в области сексуально-эстетических предпочтений была волосяная растительность. Они ее на дух не переносили, считали ужасно неэстетичным признаком варварства. Причем везде - и на ногах, и под мышками, и в области гениталий. Их идеалом была женщина с гладко выбритым лоном, и мужчин нисколько не заботило то, какими муками это достигается. И тут женщинам можно только посочувствовать.

Так, комедиограф Платон говорит о «выщипываемых рукой кустах мирта», а согласно Аристофану, женщины часто использовали для этой цели зажженный светильник или горячую золу. Красота требует жертв. Хотя бы в этом мы с античным миром едины.

Автор Дмитрий Лычковский
http://bealpha.com/