Иногда хочется быть такой женщиной-женщиной:

Звенеть браслетами, поправлять волосы,

а они чтоб всё равно падали,

благоухать Герленом, теребить кольцо,

пищать "Какая прелесть!", мало есть в ресторане,

"мне только салат".

Не стесняться декольте, напротив, расстёгивать

совсем неслучайно верхнюю пуговичку.

Привыкнуть к дорогим чулкам, и бюстгальтеры покупать

Только "Лежаби".

Иметь двух любовников, легко тянуть деньги,

"ты же знаешь - я не хожу пешком", "эта шубка бы мне подошла"...

Не любить ни одного из них.

"И потом в гробу вспоминать Ланского".

 

 А иногда хочется быть интеллигентной дамой,

Сшить длинное чёрное платье, купить чёрную водолазку,

Про которую Татьяна Толстая сказала,

Что их носят те, кто внутренне свободен.

Если курить, то непременно с мундштуком,

И чтоб это не выглядело нелепо.

Иногда подходить к шкафу, снимать с полки словарь,

чтоб только УТОЧНИТЬ слово,

говорить в трубку: "Мне надо закончить статью, сегодня звонил редактор",

Рассуждать об умном на фуршетах,

А на груди и в ушах чтоб старинное серебро

С розовыми кораллами или бирюзой.

Чтоб в дальнем кабинете по коридору налево

сидел за компьютером муж-учёный, любовь с которым

продолжалась бы вечно.

Чтоб все говорили "Высокие отношения".

Чтоб положив книжку на прикроватный столик,

перед тем, как выключить свет в спальне,

он замечал: "дорогая, ты выглядишь бледной.

Сходи завтра к профессору Мурмуленскому.

Непременно".

 

А иногда просто необходимо быть

Холодной расчётливой сукой.

И большой начальницей,

Чтоб все в офисе показывали пальцем

И так и говорили новеньким:

Она холодная расчётливая сука,

Пойдет по трупам.

Ну, зачем так грубо?

И зачем же сразу "по трупам"?

А вы, девушка уволены...

"Кажется я ясно ставила задачу",

Называть красивых секретарш

"дурочками"

прямо в глаза.

Не потому что дурочки,

а потому, что красивые.

Топ-менеджерскую зарплату

Тратить на элитную косметику,

И чтоб золотых карт миллион,

С сумасшедшими скидками...

Коллекционировать современное искусство,

Развешивать его

По голым стенам в кабинете

И в огромной пустой квартире,

Где на сушилке на кухне

Одна чашка, одна ложка

И две табуретки

у барной стойки.

Говорить мужчине:

Жалкий неудачник,

То есть нет, - лууууууузер.

Утвержать, что мастурбация

дело всенародное, и спать с котом,

("он же член семьи!"),

которого кормит домработница.

А иногда хочется быть такой своей для всех

В доску.

С короткой стрижкой,

И красить волосы, губы и ногти оранжевым,

И ходить в больших зелёных ботинках,

С индийской сумкой-торбой,

С наушниками в ушах,

С верёвочками на запястье,

Всё время везде опаздывать,

Вопить в курилке:

"Я такую кофейню открыла!",

"Вы пробовали холотропное дыхание? Отвал башки!"

И чтоб аж дым из ушей.

Захлебываться от впечатлений,

Не успевать спать,

Собираться на Гоа

В феврале.

Сидеть в офисе за "маком",

Вокруг чтоб всё увешано

разноцветными стикерами

с напоминаниями: "придумать подарок Машке",

"напомнить Витьке про ужин в среду",

"купить новые лыжи".

На рабочем столе чтоб фотографии детей

В бассейне и в океане,

Портреты собаки лабрадор (почившей)

и бородатого мужчины в странной жёлтой шапочке.

Быть всю жизнь замужем

за одноклассником,

Который за двадцать лет, представьте,

так и не выкинул

ни одного фортеля.

Да ещё и мирится со всеми этими

друзьями, вечеринками, транжирством

и немытой посудой.

"Ты заедешь за мной в восемь?"

"Конечно, зая".

 

А иногда хочется побриться налыску,

И повязать платочек,

Вымыться в бане хозяйственным мылом,

Но пахнуть какими-нибудь

Травками,

Полынью там или мятой.

Научиться молиться,

Читать жития святых,

Соблюдать посты,

Назвать сына Серафимом,

Подставлять, хотя бы мысленно,

другую щёку.

"Ты этого хотел. Так. Аллилуйя.

Я руку, бьющую меня, целую".

Излучать доброжелательность

и чтоб ненатужно так

сиять от внутренней гармонии.

Принести из церкви святую воду в баллоне,

поставить её в холодильник,

и когда муторно на душе

умываться ею.

И советовать мамашам,

Что если у ребёнка температура,

достаточно просто сбрызнуть,

и чтоб это действительно помогало.

 

  А ещё ужасно хочется пойти в официантки,

Купить накладные ресницы и полное

собрание сочинений

Дарьи Донцовой.

Научиться ходить на каблуках.

Флиртовать с посетителями,

чтоб они больше

оставляли на чай.

Говорить: а вот попробуйте ещё "карпаччо",

уж очень оно у нас замечательное.

Ходить в кино,

копить на машину.

Бросить бармена,

закрутить с поваром-итальянцем,

висеть на доске почёта,

как работник, раскрутивший максимальное число лохов

на дорогое французское вино,

которое они сроду не отличат

от крымского.

Пить сколько хочешь горячего шоколада

из кофе-машины,

и уже разлюбить греческий салат.

А что мы имеем на деле?

Пока только чёрную водолазку...

(Автор - Полина Санаева polina-polinka)

(Автор графики Владимир Шорохов)
 

---

Годы идут, годы движутся,
Челюсть вставлена, трудно дышится.
Гляну в зеркальце-одна кручина:
Шея в складках, лицо в морщинах.
Туфли куплю - в журнале копия,
Носить не могу - плоскостопие,
Вдаль не вижу, вблизи как безрукая -
Не то дальнозоркая, не то близорукая.
И слух стал немного ниже:
Пошлют подальше - иду поближе.
Нам Пушкин пел очень упорно:
Любви все возрасты покорны,
Мол, и в старости на любовь есть сила.
Но я вам скажу: не тут-то было!
Хочу кокетничать - глазки в пол,
А лезу в сумочку, где валидол.
К мужчине в объятья хочется броситься
Да мешают очки на переносице.
И память стала низкого качества -
Зачем легла к нему - забыла начисто.
Одно утeшение со мной повсюду:
Я хуже, чем была, но лучше, чем буду!

(Автор Нина Петренко)

 

Когда я стану бабушкой...
Когда-то я стану бабушкой,
Седой и корявой старушкой
В засаленном старом фартучке,
С привязанной к попе подушкой.
И, ползая неуверенно,
Себе помогая клюшкой...
Нет, нет, я совсем не уверена,
Что буду такой старушкой.
С зажатой в зубах сигареткой,
С блестящей серёжкой в ухе
Я буду старой кокеткой
На зависть другим старухам.
Я буду внучке подружкой,
А внуку - партнёршей в танце.
Я буду смотреть порнушку
И сочинять романсы.
Я расскажу своим внукам,
Пока им ещё не известно,
Что жизнь - занятная штука,
Что жить - так интересно.
Я их научу смеяться
В голос, а не украдкой,
Я их научу держаться
За жизнь эту мёртвой хваткой.
И как-то снежной зимою,
Свой коньячок попивая,
Устало глаза прикрою,
Скажу: «Неплохо жила я!"
(Ирина Рыбакова/Серова)