Он гладил её руками и трогал ноги,
Со щёк вытирая слёзы дрожащим пальцем.
Он был для неё спасеньем, как, впрочем, многим,
Был мягким и тёплым, как зимнее одеяльце.
Он знал, что сказать, чтоб она улыбалась снова,
Он знал рычаги, управляя её желаньем.
Союз этот ею принят был за основу,
Она поддавалась любому его влиянью.
Он этим гордился, либидо стремилось выше,
Она проживала дни под его присмотром.
То ночью с вином под луной на просторах крыши,
То дома с какао под кино-ночным просмотром.
Он гладил её руками и трогал ноги,
Но слёзы её катились по подбородку.
Он был для неё спасеньем, как, впрочем, многим…
Тем самым топил, как пробоины топят лодку…
Таня Домарева
