Майк Тайсон.

«За славой гоняется только маленький человек, к крупному слава сама приходит мимо его воли,  и слава – это не радость, а особая форма креста, бывает четырехконечный, бывает восьмиконечный, а слава – это крест бесконечный.»

(Сергиев Посад.)

«Творчество – это страсть, умирающая в форме.»

(Сергиев Посад.)

«Есть люди, от которых является подозрение в своей ли неправоте, или даже в ничтожестве своем, и начинается борьба за восстановление самого себя, за выправление  своей жизненной линии. Такой для меня Блок.

Блок для меня – это человек, живущий «в духе», редчайшее явление.»

(Сергиев - Пасад.)

«Жалость наживается с годами, потому что с годами наживается и опыт страдания».

(Переславль-Залесский.)

«Встреча с озером была счастьем, через это я вернулся к себе и понял, что озеро мне было, как икона молящемуся.»

(Переславль-Залесский.)

Сегодня белый день.  Небо,  земля,  деревья.  Побелели даже хрустальные слезы на  ветках: морозно.  И душа  - словно  белое поле, на котором  под снежным покрывалом восходят озимые…

Устроила себе праздник непослушания: высадила в горшки всю зелень, стоявшую на подоконниках в банках и склянках.  Ее оказалось много, заждавшейся этой минуты, с переплетными корнями и  бледнеющими  листьями.   Высаженная   встрепенулась благодарно,  задышала. 

За окном зима, у меня весна. Пусть будет так.

«Вера без дел мертва, а вера без любви -  зла, и есть, кажется, основа величайших злодейств.»

«Нужно, чтобы каждый человек, нашел  для себя лично возможность жить  жизнью высшей среди скромной и   неизбежной действительности каждого дня.

Для того, чтобы душа стала мудрой и глубокой, недостаточно  мельком взглянуть на вселенную в тени смерти или вечности,  в свете радости или в пламени красоты и любви. Такие минуты бывают в жизни каждого человека и оставляют его с пригоршней бесполезного пепла.  Недостаточно случая, - необходима привычка.

Гораздо важнее увидеть жизнь,  чем изменить ее, потому что она сама изменяется  с того мгновения, как мы ее увидели.»

и  в компенсацию  отсутствия на фотках из Греции и Киева

Вся  революция в дневниках Пришвина  -  внезапно расползающаяся от прикосновения зла материя жизни. Голодная обессилившая собака, обреченно  укладывающая свою голову на трамвайные рельсы;  вековые, в три обхвата,  парковые деревья, по которым весело стучат топоры «людей с короткой  мыслью»;  радость  от  того, что  человек, которого ты встретил ночью в узком переулке – не с револьвером, с книжкой: «слава тебе, Господи!  с книжкой человек не опасен, он друг мой!»

«Опустошение жизни за два месяца моего отсутствия в Москве ужасающее:  Москва теперь  совершенно умерший город».  1918год,  24 ноября

«Кто родился с жаждой свободы, тому не миновать рано или поздно, как необыкновенной бабочке, попасть  на иглу. Рано или поздно проколет сердце игла, и уже не возвратиться назад,  как ни бейся, к прежней глупой, но драгоценной свободе.  Пронзила игла, и трепещи крылышками, пока не умрешь.  Трепет крылышек пронзенного сердца – вот источник всех наших песен и мыслей о свободе. Но какие же это бывают песни…»

Воздух на улице - разбавленное водой холодное молоко.  Мелкий колючий снег  летит параллельно земле, кусает лицо,  пробирает  до самых потаенных уголков  души.  Прикрытый белым  халвичный разлом свежевспаханной земли, прикрытый белым зеленый озноб озимых.  Белый  на  узловатых серых  стволах яблонь, на последней отчаянной желтизне клена, на багряной   рябиновой грозди, на дрожащих  зеленых  яблоках.  Сорвать самое крупное,  обнять обеими  ладонями, поднести к лицу - и чувствовать, как  тает под пальцами снег,  как сладко пахнет уходящая осень…

27.10.2012

***

я сохранил бутылки света
в саду стоят бутылки света
теперь толпятся на окне
теперь играют на стене

я сохранил бутылки света

«Не  понимаю, какая это может быть новая  счастливая жизнь после войны, если после нее на волю освобождается такое огромное количество зла.  Зло – это рассыпанные звенья оборванной цепи творчества.  А сколько во время войны рассыпалось творческих жизней!» 

(Хрущево)

«На войне у меня чувство такое же, как в сибирской тайге:  оно меня давит, я беспомощен. Но в тайге я нахожу какого-то постоянного жителя, здесь нет обитателей, здесь все подавлены, так же, как и я.»

(Галиция)