«В туалет — на улицу, а мыться — в Курбатовские бани». История дома на Сурикова, в котором была общага гостиницы «Ангара»

А в начале прошлого века там находилась типография, в которой печатали газету «Восточное обозрение».

 

Дом № 11 на Сурикова выглядит крохотным, но довольно аккуратным. Со стороны улицы Гаврилова он облокотился на кирпичный трехэтажный дом, а с другой, вдоль Сурикова, у него, как козырек на кепке, торчит небольшой пристрой. Он окрашен в небесно-голубой — под цвет резных наличников. Под боком у дома дрыхнет на солнышке, свернувшись в клубок, старый лохматый пес. Он, кстати, совершенно не обращает внимания ни на прохожих, ни на шум машин. Видно, что живет он тут давно и уже привык к городской суете.

 

Поначалу на стук в дверь никто не реагировал. Мы уже подумали, что уйдем ни с чем, как вдруг дверь скрипнула и отворилась. На пороге появилась высокая седовласая женщина и строго посмотрела на нас через очки. 

— Говорить ничего не буду, не хочу. Устала, — с порога сказала женщина. Мы заверили собеседницу, что много времени у нее не отнимем, она сказала, что сейчас к нам выйдет, но захлопнула дверь.

Мы на секунду подумали, что больше эту женщину мы не увидим. Принялись беседовать с кошкой, которая на диалог шла охотно. Через некоторое время вернулась и ее хозяйка, накинув на себя большой пушистый халат. Сразу предупредила, что фотографировать не надо.

Оказалось, что женщину зовут Галина, ей, как она говорит, уже «восьмой десяток», но по внешнему виду этого не скажешь: женщина очень хорошо выглядит и довольно активна. Наша собеседница говорит, что в этом доме живет уже 46 лет. Из старожилов кроме нее здесь больше никого и не осталось.

— Квартиру эту мне дали в 1977 году. Я тогда жила в Жилкино, работала в первом домоуправлении на Российской, 13, там сотрудникам предоставляли служебное жилье. Мне досталось на Сурикова. Со временем я его приватизировала, так что теперь оно мое, — пояснила Галина.

 

Она вспоминает, что в те годы в этом небольшом с виду доме было четыре квартиры: две — в соседской половине, две — в той, где сейчас она и живет.

 

— В одной из квартир на нашей половине находилось общежитие от гостиницы «Ангара». Это до меня еще. В нем было две комнаты, в которых жили девчонки-официантки. Потом они выехали, домоуправление забрало квартиры под себя, под служебное жилье, в которое я и заехала. В двух других комнатах жили две бабушки. Не знаю, чем они занимались в молодости, как-то не интересовалась никогда, но при мне они были уже совсем старенькие. Одна через некоторое время умерла, а другую забрали дети. Квартира освободилась и отошла домоуправлению. Позднее эти две комнаты дали мне под расширение, — рассказывает Галина.

Как и на многих старых домах в Иркутске часть резьбы утрачена

— Работы шли целый год. Нас «выгнали», тут всё огородили и всё-всё переделали, — отмечает женщина.

— Это, получается до, во время или после того, как СССР развалился?

— Ну 32 года назад это было, вот и считайте. Знаете, да я даже и не заметила, как он распадался. Как было трудно, тяжело, как было нечего есть. Я этого не помню. У нас хорошо всё было, — отвечает Галина.

После капремонта в доме на Сурикова, 11 появился и теплый туалет, и своя ванная. Довольно своевременно, потому что к тому моменту Курбатовские бани уже закрылись. Долги годы комплекс пустовал, пока не превратился в руины. Реконструировать их под пятизвездочный отель со spa-комплексом в 2020 году взялась компания Эн+.

— Все старые жильцы, которые помнят бани, были в обмороке, когда их грохнули. Сейчас че там настроили, я не знаю, даже не хожу туда, не смотрю, чтобы не расстраиваться. Красиво, говорят, всё, но я говорю: «Нет, это не то, что было». Мы как-то старые к старому тяготеем. Оно на вид богато, наверное, но не знаю, насколько прочно. А вот когда старые бани разбивали, это же был ужас. Они шаром стены долбили-долбили, а разбить не могли, вот так было построено, на совесть. Но всё равно ведь сломали, — негодует пенсионерка.