Мне пальмы не нужны.
Верни меня России, Боже!
Мне иволга родимой стороны
Всех райских птиц сейчас дороже.

(13 февраля 1936 г.)

Ровно через сто лет со дня рождения и через шестьдесят лет после смерти впервые в России прозвучало имя замечательного поэта и человека - Павла Петровича Булыгина. Официально оно впервые было произнесено в Москве в Музее книги Российской государственной библиотеки на выставке «Поэты русской эмиграции», открывшейся 16 февраля 1996 г.

Павел Петрович Булыгин прожил на этом Свете - на нашей Земле - всего сорок
лет, но каких!!!

- родился Павел Булыгин 23 января (5 февраля) 1896 г. во Владимире;

- в 19 лет окончил Александровское высшее военное училище в Москве;

- в 20 лет прошел с молодежью Лейб-гвардии «мясорубку» сражений на реке Стоход и под Владимиром-Волынским, где получил первое в своей жизни ранение;

- в 22 года он - в Добровольческой армии, участвовал в Корниловском Ледяном походе, затем возглавил одну из попыток спасения Царской семьи, попал в Екатеринбургскую тюрьму, совершил побег из нее, пробрался в Крым, где организовал охрану Ее Императорского Величества Марии Федоровны и других лиц императорской фамилии;

- в 23 года поличному распоряжению Вдовствующей императрицы Марии Федоровны отправился в Сибирь для выяснения истинного положения Царской семьи. В Омске по приказу адмирала А.В.Колчака стал помощником и телохранителем следователя по особоважным делам Н.А.Соколова;

- в 24 года Булыгин навсегда покинул Россию, уйдя из Владивостока вместе с сербским подразделением союзнических войск в Европу вокруг Азии;

- в 28 лет, убедившись в окончательной гибели идеи монархии, покинул Европу и почти десять лет жил в Абиссинии (Эфиопии);

- в 38 лет встал во главе группы переселенцев-старообрядцев, вывез их из Прибалтики в Южную Америку' и создал русскую деревню в девственных лесах Парагвая;

- скончался Павел Булыгин через две недели после своего сорокалетия, 17 февраля 1936 г.

Но это канва жизни гвардейского офицера, с молодых ногтей воспитанного в традициях искренней преданности монархии.


Жизнь - это призрак-экспресс,
Ночь прорезавший жутко огнями;
Жизнь - лучистая тайна небес,
Купол, затканный весь жемчугами;
Жизнь - постылая сказка старух
Под тоскливый напев непогоды;
Жизнь есть, закаляющий дух,
Бой жестокий с людьми и природой.
Жизнь - угрюмый седой монастырь,
Кипарисом пропахшая келья,
Жизнь - безбрежная водная ширь.
Жизнь - борьба и зевота безделья.
Жизнь - мечта, только встретиться с ней
Тот, кто к цели стремится упрямо,
Жизнь - сплетение разных путей...
Дай Бог силы, идущему прямо.

Москва, 1915 г3

Это стихотворение было написано девятнадцатилетним юнкером Александровского военного училища и посвящено одной из кузин. Может быть уже в училище молодой человек осознал программу своей жизни?! Павел Петрович с детства писал стихи о своем любимом Владимирском крае, родном доме, Муромских лесах, в которых он рос. Он, безусловно, был большим лирическим поэтом, просто не успевшим во всю мощь развернуть свой талант.


В Великой войне боевое крещение Павел Булыгин примет на реке Стоход, где была "положена молодежь гвардейских полков" и чудо оставшись живым, вышел с ранением. За этот бой Булыгин был награжден орденом Св. Анны 4 степени с надписью "За храбрость". Грянула революция и от солдатского комитета Запасного батальона Лейб-Гвардии Петроградского полка, Булыгин получает "патент на контрреволюционера".
В Новочеркасске, где формировалась Добровольческая армия, Павел Булыгин был уже в декабре 1917 г. Под командованием Л.Г.Корнилова он прошел весь 1 Кубанский поход, был контужен, ранен, но жив. Раненого его вывезли в Новочеркасск.
По выздоровлении Булыгин предпринял безумную попытку спасения Государя Императора и его семьи из екатеринбургского плена. Однако, возглавленный Павлом отряд гвардейской молодежи, набранной в Москве, попался на большевистскую провокацию. В результате Булыгин оказался в Екатеринбургской тюрьме, откуда ему вскоре удалось бежать.
В своей книге «Убийство Романовых» Павел Петрович писал: «Возвратясь из Екатеринбурга, я посетил Вдовствующую императрицу во дворце Харакс в Крыму, чтобы сообщить обо всем слышанном мною относительно судьбы Царской фамилии, находящейся в большевистском плену. Я был ошеломлен тем полностью беззащитным состоянием, в котором нашел дворец Вдовствующей императрицы. Крым в тот самый момент был оставлен немцами на сомнительную милость большевиков, рассадником которых были Севастополь и Симферополь. Поэтому я, с совершенным почтением, уверил Ее Величество, что скоро вернусь в Харакс с охраной, и был счастлив услышать ответ Императрицы: «Я всегда знала, что Булыгины преданы мне». 
Есаул А.А.Грамотин о периоде его встречи и сотрудничества с Лейб-Гвардии Петроградского полка капитаном П.П.Булыгиным вспоминал:
«От командира дивизиона я получил приказание прибыть в Крым и войти в связь с офицером Л.-Гв. Петроградского полка П.П.Булыгиным. Я знал, что в Крым послан для того, чтобы поступить в формируемый там отряд охраны Лиц Императорской фамилии, инициатором создания которого был неизвестный мне капитан Булыгин...
Я был назначен в «Харакс», где пребываю Государыня Императрица Мария Федоровна, совместно с семьей Великой княгини Ольги Александровны, жившей в отдельном флигеле дачи «Харакс». Капитан Булыгин был старшим в нашем Харакском отряде...».

Но вскоре, по личному распоряжению Вдовствующей императрицы, Булыгин и выбранный им в сопровождающие из охраны дворца Собственного ЕИВ Конвоя есаул А.А.Грамотин отправляются в Сибирь - через Черное море, Турцию, Грецию, Францию, Англию, Красное море, Индийский океан, Японию, Владивосток - в ставку адмирала А.В.Колчака «для выяснения истинного положения Царской семьи». На Юге России и на Западе, в Европе, никто не мог даже предположить, что Государь с семьей могут быть расстреляны. В это никто не верил. Не хотели верить. Просто отказывались верить.
К этому времени, в штабе Верховного Главнокомандующего в Омске уже точно знали, что Царская семья вместе со всеми оставшимися при ней приближенными
расстреляна, и начатое «Дело № 20 об убийстве Царской семьи» ведет следователь по особо важным делам Н.А.Соколов. Приказом адмирала А.В.Колчака капитан Булыгин и есаул Грамотен поступили в распоряжение генерала М.К.Дитерихса и были прикомандированы к следователю Соколову, став его помощниками и «телохранителями».
Конец 1919 г. и начало-середина 1920 г., проведенные Булыгиным в Сибири, похожи на хорошо скроенный современный триллер. Здесь было все: интриги, погони, предательства, стрельба, попытки ареста и «счастливый исход» из родной страны под чужим именем. Все это П.Булыгин описал в книге «Убийство Романовых. Достоверный отчет», посвященной им своему старшему другу и начальнику Н.А.Соколову, перед кончиной которого Павел Петрович покинул Европу и выехал в Абиссинию (Эфиопию). Причем практически все упомянутые авантюрные приключения находят документальные подтверждения в наших российских спецхранах.
Затем путь Павла Бупыгина лежал в Данию, где в это время уже обосновалась Вдовствующая императрица Мария Федоровна. Ее Императорское Величество
отправляла Булыгина в Сибирь, и теперь последний обязан был перед ней отчитаться, вручив доклад следователя Н.А.Соколова о результатах расследования15. Судя по всему, Мария Федоровна приняла от Павла Булыгина скорбный доклад, однако, принять самого Соколова у несчастной матери просто уже не хватало мужества.
Джон Стюарт в своей статье «Правда о смерти царя - правда о страданиях России» заметил: «Когда Мария Федоровна вернулась в свою родную Данию, Великий князь Дмитрий Павлович, к которому она благоволила, явился к Соколову, чтобы доставить его к ней на датской королевской яхте. Однако в последний момент пришла телеграмма от дочери императрицы Ольги Александровны: «Уговорите Соколова и Булыгина не приезжать». Назначенная встреча была бы слишком болезненна для императрицы. Мария Федоровна не могла заставить себя встретиться с человеком, который принесет ей столь неоспоримые ужасные известия. Она никак не могла смириться с мыслью, что оба ее сына и внуки мертвы. Однако она пожертвовала 1000 фунтов стерлингов на продолжение расследования»16.

В 1922 г. негус Эфиопии Хайле Селассие проехал по Европе, приглашая русских специалистов - и военных, и штатских - на службу в свою страну. Большим преимуществом для нашей эмиграции была христианская вера этой страны, хотя и, более чем, своеобразная.
Когда встал вопрос об отъезде из Европы, П.Булыгин выбрал Абиссинию скорее всего не случайно. Минимум двое его знакомых еще в 1922 г. перебрались сюда по зову негуса. Ими были Лейб-Гвардии Уланского Его Величества полка полковник А.Н.Фермор (1886-1931), как и Булыгин, чудом вышедший живым из боев наСтоходе и прошедший Ледяной Корниловский поход, а также старший лейтенант Российского императорского флота А.И.Бенклевский (1880-1934), в Гражданскую войну служивший у адмирала Колчака.
В начале 1934 г. Булыгины окончательно покинули Абиссинию и выехали в Прибалтику. Здесь начался последний и самый загадочный период деятельности
Павла Петровича: он возглавил группу старообрядцев - переселенцев из России через Латвию и Литву в Парагвай. Для всех, знавших блестящего гвардейского офицера Булыгина, стало полной неожиданностью его согласие выступить в качестве ходока от староверов!
Вполне возможно, что в Риге Булыгин встретил кого-нибудь из знакомых по Владимиру или Гороховцу, и те, зная его порядочность, умение общаться с людьми,
энергичность и честность, предложили Павлу Петровичу возглавить новое дело.
И еще одна немаловажная деталь. В 1927 г. правительством Парагвая был приглашен на службу военный инженер Владимир Александрович Башмаков. Окончив курс Инженерного института в Лозанне, Башмаков до Великой войны служил «инженером по урегулированию русла реки Оки». В годы Великой войны Владимир Александрович воевал артиллеристом на Галицийском фронте. Одним из первых он прибыл на Дон в Добровольческую армию. Прошел Ледяной поход, сражался на Юге России. В 1920 г., будучи тифозным больным, эвакуировался с последними эшелонами войск Врангеля из Крыма. Попал в Сербию, где работал на прокладке новых железнодорожных линий. В Парагвае Башмаков заслужил особую благодарность как участник войны с Боливией, во время которой осуществил сооружение моста в Гран-Шако25. Последние годы Башмаков занимал должность директора Общественных работ.
Владимир Александрович вполне мог быть знаком с семьей Булыгиных еще во Владимире (их семьи состояли в дальнем родстве), мог встретить Павла Булыгина на реке Стоход и, наверняка, они были рядом в Ледяном походе, так как оба находились при ставке генерала Л .Г.Корнилова. Естественно предположить, что когда Павел Петрович получил предложение возглавить группу переселенцев в Парагвай, он принял его, зная, что в этом государстве уже живет и работает Башмаков. Когда же Булыгин прибыл в Асунсьон, именно Башмаков мог представить его Президенту страны.
П.Булыгин не только познакомился с Асунсьоном, но и подружился с Президентом Парагвая Эйсебио Айалой, заручился его согласием принять русских староверов, поддержать их переселение, выделить им земли и кредиты для создания колонии.
Из письма вдовы поэта:
«Павлуша строил колонию для русских переселенцев и этому делу отдавал всю свою душу и больше. Он, благодаря дружбе с очень добрым и уютным Президентом страны получил весь материал (доски, кирпичи, цемент, гвозди, инструменты, тес для крыш и т.д.) даром, под свою подписку и честное слово заплатить министерству «когда-нибудь потом». Землю для колонии он для «своих» мужиков тоже получил даром. Колония, созданная Павлушей, была чудесная. Была уже главная улица, почта, лавка, стояли уже кое-какие избы, лес вокруг выкорчевывался. Когда я после смерти моей мамочки приехала, я была просто изумлена, что все было достигнуто за короткий срок. А мужики?... С самого начала видела я, что за улыбками внешними они хотели все больше и больше вытянуть из Павлуши - жадные были. А как они себя показали после ухода Павлуши из жизни - напишу потом. Горько и больно все это вспоминать... Он был в последний год обманут в своих идеях и достижениях. Он был - и остался - рыцарем прежних времен, бесконечно добрый, очень верующий, щедрый, не смотря на нашу бедность тогда. С Президентом и мужиком он оставайся самим собой, свободен во всем. Он был верен тому, во что он верил до смерти. Он был «барин» в лучшем смысле этого слова, заботливый, добрый к нижестоящим. Поэтому - идеалист, что еще сказать? Таких нет больше на свете!».
В письмах вдовы есть один любопытный эпизод:
«Кто-то повалил крест - большой, дубовый, - который Павлуша поставил при въезде в его колонию. Я помню, как он сник как-то, а я старалась его уговаривать... Крест восстановили, но... Павлуши не стало очень скоро после этого...».
Видимо, Павел Петрович предчувствовал, что с ним может случиться нечто подобное, поскольку еще в 1921 году написал:

А в пыли у дороги
Упавший деревянный крест лежит.
И Ангел в трепете к кресту приник,
Узнав Поверженный Скорбящий Лик...
1921 г.

Павел Булыгин скончался 17 февраля 1936 г. в 10.30 от кровоизлияния в мозг. Нужен был священник и, естественно, гроб для захоронения.
Однако несчастье никогда не приходит в одиночку. В день смерти поэта в Асунсьоне произошел очередной государственный переворот, в ходе которого был смещен друг П.П.Булыгина и В.А.Башмакова - Президент Парагвая Эйсебио Айала. Дом Булыгиных находился на окраине столицы, в квартале «Вилла Мора», в восьми километрах от центра, в котором селились в основном русские (сейчас это один из фешенебельных районов столицы). В городе с раннего утра началась перестрелка. Ехать в центр, где находилось русское кладбище и церковь при нем, было опасно. Журнал «Часовой» в своем некрологе отметил:
«17 февраля во время переворота в Парагвае, в Асунсьоне, В.А.Башмаков... был смертельно ранен и скончался 23 февраля после тяжких мучений. Это единственный русский, погибший в эти тревожные дни... И смерть настигла его при исполнении долга перед скоропостижно скончавшимся другом П.П.Булыгиным. Он поехал засвященником и гробом, несмотря на советы не выходить из дома...»30.
На русском кладбище Асунсьона могилы П.П.Булыгина и В.А.Башмакова находятся рядом... На надгробии могилы Башмакова написано следующее изречение из Евангелия:
«Больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя».


Статья представляется с сокращениями по статье родственницы П.Булыгина - Максимовой Т.С. "Воскрешенное имя" в альманахе "Белая армия. Белое дело"
№ 18. 2010 год.
 

Серия сообщений "Забытые лица России":
Часть 1 - АЛЕКСЕЙ ЕФИМОВИЧ ВАНДАМ (ЕДРИХИН) (1)
Часть 2 - АЛЕКСЕЙ ЕФИМОВИЧ ВАНДАМ (ЕДРИХИН) (2)
Часть 3 - «ЗАЧЕМ НАМ ПОРУЧИК, ЧУЖАЯ ЗЕМЛЯ»
Часть 4 - СУДЬБА НАУКИ И УЧЕНЫХ В СССР. РУССКИЙ "СТЕЛС"
Часть 5 - СУДЬБА НАУКИ И УЧЕНЫХ В СССР. КАСПИЙСКИЙ МОНСТР.
Часть 6 - "Каспийский монстр"
Часть 7 - Конструктор Р. Е. Алексеев
Часть 8 - Павел Петрович Аносов
Часть 9 - Баронесса де Боде (часть 1)
Часть 10 - Баронесса де Боде (часть 2)
Часть 11 - Наука воевать бригадного генерала Ивана Турчанинова
Часть 12 - «Дело создания боевой ракеты считаю наиважнейшим…»
Часть 13 - ГОРДОСТЬ ОТЕЧЕСТВА: Забалканский первопроходец
Часть 14 - Оплачь сынов своих, Россия...
Часть 15 - Сегодня 130 лет со дня рождения писателя Александра Грина
Часть 16 - Графиня Екатерина Николаевна Игнатьева
Часть 17 - Забытые лица России. Александр Ксаверьевич Булатович
Часть 18 - Поэт Белого дела Иван Савин
Часть 19 - Баронесса Юлия Петровна Вревская.
Часть 20 - Лидия Виссарионовна Зверева - первая летчица России.
Часть 21 - ВОСКРЕШЕННОЕ ИМЯ: ОФИЦЕР И ПОЭТ ПАВЕЛ БУЛЫГИН - ВЕРНЫЙ РЫЦАРЬ РОДИНЫ