Рыбак принес разорванную сеть, зеленую от ила, в бурых пятнах,

Когда небесный купол стал темнеть, и что-то говорил под нос невнятно...

«Опять нажрался! - буркнула жена, - А рыба где? Сиди теперь голодный!

А если б я пришла вот так - пьяна? К чему такой-сякой... мужик негодный!»

Вдруг смолкла, увидав его лицо, остекленевший взгляд и маску страха:

«Да что с тобой, скажи в конце концов?» - запричитала женщина, заахав.

«Дай выпить! Надо дух перевести... Налей рюмашку! Знаю, где-то прячешь!

Как вспомню, начинает все трясти! Да наливай, чего бутыль-то нянчишь?

Ну вот... Теперь, смотри, не проболтай, держи язык все время за зубами...

Находку эту оттащил в сарай, большую рыбу с голыми грудями...

Да вроде и не рыба, только хвост… Лицом пригожа, волосы волной...

Попалась в сеть, как начала там хлест, вся изогнулась рыбина дугой...

Сначала думал баба, ешкин кот! А тут на солнце чешуя блеснула...

Ну, я ее за косы до ворот... Всю сеть, гляди, изодрала акула!

И что теперь с ней делать не пойму?! Прислушался, тихонько вроде дышит...

Пойдем в сарай, один не подниму! Налей еще, а то внутри мурыжит!..



Темно тут, черт! А ну-ка, посвети..." В сарае на полу темнело тело...

Перекрестился: «Господи, прости! А ну-ка глянь, она не околела?»

«Да вроде нет, шевелится, жива...» «Ну, пусть лежит, облей ее водой...

Да и оставь ведро, где голова… Пошли отсюда спать уже домой...

А утром надо нам пораньше встать, как говорится, утром мудренее!

Спокойно все обсудим с тобой, мать, да и при свете все оно виднее...»

Всю ночь вертелся и не спал мужик, все мучился, обдумывал, кумекал:

«Ну что за баба, если есть плавник, ну что за рыба с титьками - калека!»



И только утро начало светлеть, на цыпочках один пошел к сараю,

Чтоб самому всю эту разглядеть: «Моя добыча! - думал, - Так считаю!»

Зашел и замер... женщина сидит, и волосы руками заплетает,

Огромными глазищами глядит и светится как Боженька святая...

«Ты кто?» - спросил, и вдруг увидел хвост, что та прикрыла аккуратно тряпкой.

Как безобразен был ее нарост и выпирал чешуйчатой культяпкой...

«Немая! - сделал вывод, осмелев, - Ну что глаза таращишь, не подохла?!"

«Русалка я!- сказала нараспев, - Дай мне водички, в горле пересохло...»

Мужик осел: «Еще и говорит!.. И что прикажешь мне с тобою делать?»

«Неси меня обратно! Хвост болит! Да торопись скорее, слышишь, челядь?

Предупреждаю - быть большой беде, вся рыба пропадет, наступит голод…

И хватит говорить о ерунде, здесь грязь такая и собачий холод...

Да радуйся, что я не померла! Что я сама случайно в сеть попала,

Что из помойного ведра вчера пила… Неси скорее, что-то я устала...»



Обратно к морю нес он на руках и всю дорогу обнимал русалку...

В его глазах дрожал слезами страх, и расставаться с нею было жалко...

«Прощай, рыбак!» - блеснул на солнце хвост, русалка отплыла подальше в море...

«Как глуп ты, - засмеялась, - как ты прост! Как испугался, что случится горе!

Ну, так и быть, скажу тебе секрет, ты мог бы стать счастливым и богатым!

Таких, как я, на свете больше нет! И я всегда была б с тобою рядом...»



С тех пор прошло примерно двадцать лет, рыбак состарился, давно не ходит в море…

И с грустью смотрит, не мелькнет ли след его русалки на морском просторе...