Без заголовка |
 | Автор четырёх опер, трёх балетов, 10 симфоний, 15 инструментальных концертов, многочисленных произведений камерной, вокальной, хоровой и инструментальной музыки, музыки к кинофильмам. Дебют в кинематографии у композитора состоялся в 1962 году в фильме «Вступление», снятого по произведениям Веры Пановой, затем была культовая кинолента «Вызываем огонь на себя», а за ней «Похождения зубного врача». Именно с этого фильма началась история создания «Сюиты в старинном стиле». В 1965 году режиссёр Элем Климов пригласил Шнитке поработать над его фильмом - «Похождение зубного врача». Композитор в музыкальный материал киноленты вставил три своеобразные композиции, которые не только были оркестрованы в стиле XVIII века, но и записаны с клавесином. Темы этих произведений Альфред позаимствовал из собственного сборника инструментальных пьес. |
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
Так кто же был до нас? И от кого произошли мы? И что останется от нас через 10 тыс. лет???
Cеть тоннелей и галерей
*Пустыня Сахара.*
Глубоко под ней, гораздо ниже песков, находятся тоннели возрастом
около 5000 лет. Они вырублены в скальной породе и представляют собой
сложную систему коммуникаций, общая протяжённость которых составляет
1600 километров. Неизвестный народ, сотворивший это чудо, извлёк на
поверхность земли 20 миллионов кубов камня! Задача едва ли
осуществимая даже для современной техники.
*Париж*
Сеть тоннелей и галерей под ним достигает 300 километров.
Строительство их было завершено значительно раньше Рождества Христова,
и лишь в средние века парижане стали спускаться в катакомбы, чтобы
хоронить в них покойников.
*Рим*
Здесь подземелья также использовались для захоронений. Однако
постройка их была завершена до начала нашей эры. Тоннели и галереи
вырублены в вулканическом туфе и простираются они на 500 километров.
Всего - более 40 независимых друг от друга катакомб.
*Неаполь*
Более 700 катакомб! Многие из них обустроены специальными помещениями
для хранения воды и пищи.
Во время Второй мировой войны данные катакомбы идеально подходили в
качестве бомбоубежищ. Возраст же их немыслим - 6500 лет.
*Мальтийский Гипогеум*
Он выдолблен в твёрдом граните между 3200 и 2900 гг. до н.э.
Протяжённость его установить сложно, ведь он уходит в глубины скальной
породы на несколько этажей, как если бы это была современная высотка
наоборот.
Под *Турцией* скрываются целые города.
Они тянутся на многие километры и уходят вглубь несколькими ярусами.
К примеру, под деревней Деринкую город занимает пять этажей. Нижний
этаж способен вместить 10 тыс. человек, а всего в помещениях могут
находиться 300 тыс. человек. Каждый уголок подземелий оборудован
вентиляцией. Археологи знают о 52 вентиляционных шахтах (самая
глубокая из них - 85 метров) и 15 тысячах входах в город.
И так можно продолжать и продолжать:
Индия, Иордания, Сицилия, Англия, Бельгия, Корея, Чехия, Германия,
Сирия, Палестина… (опять «Палестина»)
Только на территории бывшего *СССР* насчитывается более 2500
древнейших катакомб: *Крым, и Азербайджан*, *Грузия*.
Особенное место занимают катакомбы *Запорожья*.
Так, в урочище Каменная могила первые подземелья были построены в 14
тысячелетии до н.э.! Неправильно было бы думать,что катакомбы
представляют собой примитивные пещеры. Ни в коем случае! О сложности
подземной архитектуры говорит следующий пример.
В 1960 году абхазский музей предпринял работы по перевозке одного
подземного дольмена из Эшери в Сухуми . Сначала снимали «крышу» -
покровную каменную плиту. У крана не выдержали тросы. Пришлось
действовать двумя кранами. Вытянули-таки каменный монолит на
поверхность, и осталось дело за малым - поднять его на грузовик. Как
ни старались погрузчики, плита не поддавалась. Лишь через год домен
целиком перекочевал во двор музея, но и на этот раз случилась неудача.
Плиты не получилось подогнать в пазы, хотя изначально они
соприкасались друг с другом с точностью до десятых долей миллиметра.
Либо взять катакомбы в перуанских *Андах*.
Обнаружил их ещё XVI веке Франциско Пизарро, а серьёзные исследования
были проведены в 1971 году. Выяснилось, что подземные ходы выложены
массивными блоками, поверхность которых покрывает рифлёный рисунок.
Дело в том, что данные тоннели вырублены в скалах на высоте 6770
метров и ведут они к океану под углом 14°. Иначе сказать, древние
строители позаботились даже о том, чтобы исключить скольжение при
проходе по тоннелям. Мало того! В указанных катакомбах были обнаружены
громадные каменные двери. При всём своём весе и кажущейся неуклюжести,
они закрывались абсолютно герметично и двигались почти без усилия
одним человеком.
Наконец, пора сказать об *Эквадоре*
Находка, сделанная там, в настоящее время засекречена, и никто из
иностранцев не имеет права доступа к ней. Однако во второй половине ХХ
века англо-эквадорская экспедиция успела сделать достоянием всего мира
такие факты, которые с трудом укладываются в голове.
Итак, в 1965 году в провинции Морона-Сантьяга аргентинец Хуан Морич
обнаружил подземный город, состоящий из тоннелей и галерей, которые
простираются не несколько сотен километров. Вход в город вырезан в
скале и имеет размеры, достаточные для въезда грузовой машины.
Каменные стены подземелий покрыты странной глазурью, словно когда-то
они были подвержены сверхвысокой температуре. Уже у самого входа
встречаются россыпи металлических и каменных фигурок, изображающих
различных животных. Если же продвинуться в самые глубины, то глазам
предстанет галерея крупных фигур, вылитых из золота. Чем дальше идти,
тем чаще будут встречаться огромные залы. В одном из залов находится
библиотека. В ней хранятся тысячи металлических пластин, испещрённых
письменами на неизвестном языке.
Сердцем же подземного города является зал, превышающий по размерам
футбольное поле. В центре зала стоит громоздкий стол и семь высоких
тронов. Материал, из которого они изготовлены, на земле не
встречается. По внешним признаком он походит на нечто среднее между
камнем и пластиком. Важнейшим же заявлением той экспедиции стали
следующие слова: подземелья обитаемы…
Мы должны признать, что знаем о своей планете и жизни на ней очень
мало. Человечеству нельзя зазнаваться. Подземные города пока лишь
наводят на предположения и домыслы.
Учёные осторожно выдвигают версии о том, что катакомбы строились для
спасения человеческой цивилизации от угрозы с воздуха...
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
Родители Андрея Цитрона познакомились в Одессе. Отец, Леви Цитрон, был
процветающим ювелиром из Голландии, одесского, впрочем, разлива. А
мать — Маша Кляйн — происходила из Польши. Вскоре семья переехала в
Париж, где 5 февраля 1878 года и родился мальчик Андрей. Отца своего
он помнил мало, ибо в 1883 году Леви Цитрон покончил с собой, оставив
семье немалые денежные средства и деловые связи.
Ребенок подрос, и одесская закваска, попавшая на парижскую почву,
должна была проявить себя обязательно! Проявилась она в 1889 году во
время Парижской международной выставки. Гвоздем экспозиции стала
построенная специально по такому случаю Эйфелева башня. И если многие
парижане иначе как «железным чудищем» новостройку не называли, то
двенадцатилетний Андре был ею буквально очарован. Решение было принято
моментально: «Хочу быть инженером!».
Андре Цитрон поступает в Парижскую политехническую школу и, получив в
1900 году диплом инженера, устраивается на фабрику братьев Эстен.
Фабрика специализируется на изготовлении деталей для паровозов.
Королевство явно маловато, и разгуляться негде.
В 1905 году умирает Мария Цитрон, оставив сыну крупное наследство, и
Андре решает пустить деньги в дело. Купив пакет акций у братьев Эстен,
он запускает в производство свое изобретение, — зубчатые «шевроновые»
шестерни, выдерживающие большую нагрузку. Изобретению сопутствует
коммерческий успех.
В 1909 году молодого талантливого инженера приглашают на должность
технического директора крупной автомобильной компании «Морс». Андре
развивает бешеную энергию, реорганизует производство, привлекает новых
людей. Дела компании резко идут в гору. Технический директор мчится в
Соединенные Штаты, где пристально изучает новинку, только что
введенную на заводах Генри Форда, — знаменитый конвейер. Потом
закупает несколько образцов американских автомобилей, доставляет их во
Францию, разбирает на мельчайшие детали. «Конвейер — это хорошо. Но
нет смысла производить на конвейере автомобили традиционной
конструкции. Надо разработать автомобиль, специально приспособленный
для выпуска на конвейере!».
Залог успеха: конструкция и — он демонстративно разбивает слово на
слоги — ор-га-ни-за-ци-я!
НОВЫЕ ВРЕМЕНА
Однако организацию массового производства автомобилей пришлось
отложить в долгий ящик, ибо в ящик сыграл весь устоявшийся
миропорядок. Ни одна страна не была готова к войне, а вот на тебе...
«Убили, значит, Фердинанда-то нашего!». Солдаты всех воюющих сторон
были убеждены, что «вернутся домой к листопаду». В том же было уверено
и армейское начальство всех сцепившихся стран, так что больших военных
запасов не оказалось ни у кого.
Андре Цитрон был одним из немногих, кто верно просчитал расклад сил:
преимущество Антанты в живой силе компенсировалось превосходящей
выучкой немцев и их способностью быстро перебрасывать войска с фронта
на фронт... Пат. Тупик. На горизонте вырисовывалась затяжная война на
истощение. И Андре Цитрон направляется в военное министерство: «Армии
катастрофически не хватает боеприпасов. Я берусь в трехмесячный срок
полностью обеспечить Францию боеприпасами!».
— Оставьте, это невозможно.
— Я это сделаю!
Пробивной характер и личная харизма Андре Цитрона делают свое дело. И
через три месяца на парижской набережной Жавель возникает завод,
производящий больше боеприпасов, чем вся остальная индустрия Франции,
вместе взятая. Благодаря этому армия Франции выстояла под натиском
военной машины кайзера. Андре Цитрона награждают орденом Почетного
легиона.
На продукции завода стоит фирменный знак: двойная «шевроновая»
шестерня и фамилия «Цитрон». Впрочем, французы ( а за ними и весь
мир) произносят ее несколько иначе: СИТРОЕН.
На своем заводе Андре Ситроен использует все то, что увидел у Форда в
Америке. Более того, он идет дальше своего учителя. Вот как описывает
журнал «Свой бизнес» фабрику Ситроена:
«Предприниматель использует любую возможность, чтобы сэкономить время.
Обед проходит в несколько смен в огромной столовой площадью 3000 кв.
м, где установлены десять рядов столиков. Меню одно для всех — от
рабочего до инженера. На прием пищи отводится 30 минут. При этом
каждой смене присвоен свой цвет, который сигнализирует о ее начале: на
столах меняются одноцветные скатерти и салфетки, а обедающие и
официантки надевают одноцветные повязки. Таким образом, обед
превращается в тщательно срежиссированное действо, экономящее каждую
рабочую минуту». Дальше — больше. «На всех предприятиях того времени
кассиры обходили рабочих и прямо у станков выдавали им зарплату. На
все уходило несколько часов. На заводе Ситроена выплаты делались в
нерабочее время. Расчет производился в суммах, округленных до десятков
франков, а остаток зачислялся на следующие месяцы. Наконец, как и в
столовой, была введена система разных цветов: талон определенного
цвета на получение денег принимался строго в определенном окошечке. В
результате на выдачу зарплаты 2500 рабочим-мужчинам тратилось около 10
минут, 2600 работницам — 15 минут».
Организация!
«УМОЛЯЮ, ПРИМИТЕ ЭТОГО ТИПА!»
Обеспечив боеприпасами армию Франции, Ситроен обращает взор в сторону
России — страны своих корней. Стратегические запасы империи были
полностью исчерпаны, армия истекала кровью без снарядов. Представители
России рыскали по всему миру в поисках оружия и боеприпасов, но либо
наталкивались на «самим не хватает», либо им пытались всучить
антикварный хлам.
Вспоминает российский представитель в Париже граф А .Игнатьев:
«Шнейдер (один из крупнейших французских фабрикантов оружия), как и
следовало ожидать, был настолько загружен французскими заказами, что
для изготовления наших снарядов привлек 69 мелких заводов и
мастерских, работавших из вторых рук. Сегодня у одних не хватало
металла, завтра для других требовались рабочие руки, а в результате
поставки снарядов задерживались из-за неодолимых, но предусмотренных в
каждом контракте «форс-мажор...».
Но тут на горизонте появился Андре Ситроен. Россияне, наученные
горьким опытом, решили, что речь идет об очередном ловкаче и пройдохе,
решившем погреть руки на военных заказах, и от предложений о встрече
отмахивались. Но Ситроен напоминал о себе снова и снова, он твердо
решил обеспечить Россию снарядами, в которых та испытывала нужду, как
бы она ни сопротивлялась.
Не было бы счастья, да несчастье помогло. Российской армии срочно
требовались снаряды со шрапнелью, а заказа на них никто и ни за
какие деньги не хотел принимать из-за его технической сложности.
Снова дадим слово графу Игнатьеву:
«В конце концов Бакэ, жалуясь на преследование его депутатами, указал
мне на трения по поводу какого-то Ситроена.
— В палате из-за него мне не дают покоя. ... Говорят к тому же, что
отец его — выходец из вашей Одессы. Настоящая фамилия его — Цитрон.
Окажите мне услугу, примите этого типа. Быть может, вам удастся
всучить ему ваши злосчастные шрапнели?».
ВСЕПОБЕЖДАЮЩАЯ УВЕРЕННОСТЬ
Сам Игнатьев поначалу отнесся к Ситроену и его планам весьма скептически:
«В мой кабинет вкатился энергичным шагом маленький человек лет сорока
в безупречной черной визитке, с маленькой ленточкой Почетного легиона
в петлице...
— Андре Ситроен! — назвал себя вошедший, оглядываясь вокруг себя
быстрым беспокойным взглядом сквозь пенсне. Под рукой он держал
громадную картонную папку для придачи себе, как мне было показалось,
более солидного вида. ...Без всяких обычных для французов длинных фраз
и комплиментов он разложил передо мной лист ватманской бумаги. — Вот
тут, в левом нижнем углу, этот небольшой малиновый квадрат обозначает
мой завод шарикоподшипников, филиал его уже успешно работает в Москве.
А вот это, — он обвел пальцем громадный розовый прямоугольник, — это
законтрактованная мной земля. Я предлагаю построить на ней большой
завод по всем правилам современной техники и для этого жду только
получения крупного заказа. Дайте мне ваше задание, и через шесть дней
я представлю детально разработанный проект.
«Сладки твои речи, — подумал я, — а вот как покажу тебе чертежи
нашей шрапнели, так ты тут и скиснешь». И я тут же передал Ситроену
документацию.
...Точно в условленный день и час маленький человек с большой папкой
снова вошел в мой кабинет.
— Вот мое предложение, — спокойно, но с всепобеждающей уверенностью
заявил Ситроен, разложив передо мной план местности. — Сегодня у нас 9
марта. К 1-му августа завод будет построен.
Зная, что российские представители не раз страдали из-за
недобросовестных партнеров, Ситроен предложил необычный ход. Чтобы
русские имели полное представление о ходе работ, он стал ежедневно
подробно фотографировать строительную площадку и передавать фотографии
Игнатьеву.
Ровно через четыре месяца, как и обещал Ситроен, снаряды с его завода
пошли на фронт. И качество его продукции было высочайшим — без единого
процента брака!
К концу 1915 года снарядный голод в российской армии был преодолен. В
1916 году, не в последнюю очередь благодаря Ситроену, Россия получила
такой запас боеприпасов, который не смогла опустошить даже в Великую
Отечественную.
Организация!
ВОЗВРАЩЕНИЕ К ЭЙФЕЛЕВОЙ БАШНЕ
Война, наконец, окончилась. Теперь Ситроен мог вернуться к
осуществлению своей давней мечты — массового производства дешевых и
практичных автомобилей. На всякий случай Андре решил посоветоваться со
своим давним знакомым графом Игнатьевым. Услышав из уст опытного
дипломата, что как минимум десять мирных лет Европе гарантированы,
промышленник поделился своими планами:
« А что бы вы сказали, если бы я предпринял поход против этого
господина?» — и он указал на противоположный берег Сены, где дымились
трубы автомобильного завода Рено».
Вскоре ситроеновский конвейер заработал на полную мощь. Его машины
привлекали покупателей баснословно низкой по тем временам ценой —
всего 20 тысяч франков.
Он тратил кучу денег на рекламу. Однажды ночью весь Париж обомлел,
увидев, как Эйфелева башня на всю свою высоту светится огромной
надписью — «Ситроен» (125 тысяч электрических лампочек, самый большой
рекламный щит в истории человечества). Он буквально фонтанировал
своими идеями и «доводил до ума» чужие. Именно Ситроен сделал
стандартом автомобилестроения цельнометаллические кузова, моторы на
«плавающих» подвесках, покрытие кузова быстросохнущей нитрокраской,
дизельные двигатели для грузовиков и автобусов.
Вершиной его таланта автомобилестроителя был легендарный
переднеприводной автомобиль «Траксьон авант», выпускавшийся
практически без изменений с 1934 по 1959 год и пользовавшийся бешеной
популярностью.
Ситроен полностью реконструирует свои заводы, намереваясь ежедневно
производить тысячу автомобилей. Он позволяет себе расслабиться — весь
Париж полнится слухами о том, что знаменитый промышленник за день
проиграл в казино миллион франков.
Но расслабился он очень не вовремя. Великая депрессия подкосила сбыт
автомобилей. Может быть, Ситроен и преодолел бы экономические
трудности, но тяжело заболела, а затем и умерла его любимая дочь.
Это подкосило Андре Ситроена окончательно. Он умер 3 июля 1935 года.
Однако к этому времени его имя уже навсегда вошло в историю мирового
автомобилестроения.
|
|
Без заголовка |
И.Н.Крамской. Портрет Н.А.Некрасова, 1877 г.
Николай Алексеевич Некрасов воспевал Карабиху!
Опять она, родная сторона,
С её зелёным благодатным летом,
И вновь душа поэзией полна…
Да, только здесь могу я быть поэтом!
После хлопот, связанных с временным прекращением выхода «Современника», Николай Алексеевич с облегчением едет в Карабиху. Он не только здесь отдыхал и много работал, но и принимал друзей. В усадьбе гостили А.Н. Островский, М.Е. Салтыков-Щедрин, Д.В. Григорович, А.Н. Плещеев,. а также родственники и знакомые. Щедрин и Островский навещали тут Некрасова дважды.
А.Н. Островский, М.Е. Салтыков-Щедрин, Д.В. Григорович, А.Н. Плещеев (слева направо).
Была среди гостей племянница петербургского знакомого поэта А.П. Жилина, М.И. Вилькен (Ушакова), которая вспоминала позднее о поездках на тройках, домашнем спектакле, богатой обстановке. Однако шестнадцатилетняя девушка не видела главного — литературных трудов поэта.
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
Сюзанна Валадон, 1885 г., в шляпе, купленной Тулуз-Лотреком. (Библиотека Маргерит Дюран)
Мало кто знает Сюзанну Валадон, которая потрясла мир искусства рубежа веков своими смело очерченными обнаженными телами. Артистка цирка, мать-одиночка и арт-модель, ставшая художником, Валадон проложила уникальный путь через Прекрасную эпоху и создала множество работ, столь же ярких и честных, как и ее жизнь.
Валадон происходила из крайней нищеты. Родилась Мари-Клементина Валадон в 1865 году в Бессин-сюр-Гартем, деревне в сельском сердце Франции. Ее мать, Мадлен, была овдовевшей служанкой, у которой уже была дочь.
Согласно официальным записям, ребенок был крещен Марией-Клементиной Валадон 23 сентября 1865 года.
|
|
Без заголовка |
Александр Солженицын разочаровался в прозе Бориса Пастернака, Владимир Набоков считал романы Федора Достоевского «безвкусными», а Иван Гончаров даже судился с Иваном Тургеневым из-за плагиата.
Иван Гончаров критиковал почти все произведения Ивана Тургенева. Он считал, что идеи для романов «Дворянское гнездо», «Отцы и дети», «Накануне» и «Дым» Тургенев позаимствовал из гончаровского «Обрыва». В 1860 году писатели даже устроили третейский суд. На нем цензор Александр Никитенко и критики Павел Анненков, Александр Дружинин и Степан Дудышкин постановили, что романы Тургенева оригинальные. Гончаров вердикт суда оспаривать не стал, но произведения оппонента критиковал до конца жизни. Особенно много — в своих мемуарах «Необыкновенная история».
По моей рукописи или по переданному ему моим слушателем тщательному описанию прочитанного мною Тургенев, как по узору, вышивает свой узор, с другими красками, и иногда цветами, меняя расположение самых цветов, иногда листьев, вставляя кое-какие свои — и потом осмысливая моею же идеею. <…> Он так разбросает и рассует выбранные им сцены, разговоры, выражения, что сначала и я сам не узнаю в розницу того или другого взятого у меня места… <…> Недаром Белинский сказал однажды при нем про меня: «Другому его романа («Обыкновенная история») стало бы на десять повестей, а он все в одну рамку уместил!» И Тургенев буквально исполнил это, наделав из «Обрыва» «Дворянское гнездо», «Отцы и дети», «Накануне» и «Дым» — возвращаясь не только к содержанию, к повторению характеров, но даже к плану его! А из «Обыкновенной истории» сделал «Вешние воды»!
Роман Бориса Пастернака «Доктор Живаго» получил противоречивые отзывы критиков. За эту книгу писателя наградили Нобелевской премией. Однако в СССР роман восприняли негативно — и не только политики. Книгу на специальном заседании обсудили и раскритиковали члены московского отделения Союза писателей. Позже в СССР даже появилась крылатая фраза: «Пастернака не читал, но осуждаю». Анна Ахматова собиралась «схватить карандаш и перечеркивать страницу за страницей крест-накрест», а Александр Солженицын и вовсе пришел к выводу, что Пастернак не умеет писать прозу.
«Доктора Живаго» я действительно получил из рук Копелева в виде еще самиздата, в конце 1956-го или в начале 1957-го. Я начал читать, и начало мне показало, что автор просто не умеет прозу писать. Какие-то реплики, ремарки в диалогах несусветные. Какая-то неумелость. И вообще я не почувствовал в этой книге ни большой мысли, ни движения, ни реальных картин. Я действительно был разочарован, и надо сказать, что и с годами я не сильно изменил свое мнение об этой книге.
Корней Чуковский поддерживал социалистов еще со времен первой русской революции 1905 года. Писателя даже судили за «оскорбление величества» и критику властей. Революцию 1917 года он тоже принял положительно: верил, что коммунисты смогут наконец построить свободное и счастливое общество. А роман Евгения Замятина «Мы» Чуковский посчитал клеветой на советское общество. Автор книги, по мнению писателя, путал идеологию СССР с фурьеризмом — утопическим учением Шарля Фурье.
Роман Замятина «Мы» мне ненавистен. Надо быть скопцом, чтобы не видеть, какие корни в нынешнем социализме. Все язвительное, что Замятин говорит о будущем строе, бьет по фурьеризму, который он ошибочно принимает за коммунизм. А фурьеризм «разносили» гораздо талантливее, чем Замятин: в одной строке Достоевского больше ума и гнева, чем во всем романе Замятина.
Иван Бунин воспринял Октябрьскую революцию и Гражданскую войну как трагедию. В 1920 году он покинул страну и вскоре поселился во Франции. Там Бунин много писал, публиковал статьи. Он критиковал советское общество, его политику и, конечно, новую литературу за «убогий» язык, натуралистичные бытовые подробности, нравоучительные сюжеты. А Исаака Бабеля и вовсе считал «удивительным мерзавцем».
Кончил перечитывать рассказы Бабеля «Конармия», «Одесские рассказы» и «Рассказы». Лучшее — «Одесские рассказы». Очень способный — и удивительный мерзавец. Все цветисто и часто гнусно до нужника. Патологическое пристрастие к кощунству, подлому, нарочито мерзкому. Как это случилось — забылось сердцем, что такое были эти «товарищи» и «бойцы» и прочее! Какой грязный хам, телесно и душевно! Ненависть у меня опять ко всему этому до тошноты. И какое сходство у всех этих писателей-хамов того времени — например, у Бабеля и Шолохова. Та же цветистость, те же грязные хамы и скоты, вонючие телом, мерзкие умом и душой.
Достоевский был одним из самых нелюбимых писателей Владимира Набокова. Он писал: «Безвкусица Достоевского, его бесконечное копание в душах людей с префрейдовскими комплексами, упоение трагедией растоптанного человеческого достоинства — всем этим восхищаться нелегко». Роман «Братья Карамазовы» — «разросшуюся пьесу» — Набоков критиковал за излишнюю, по его мнению, психологичность и множественные обращения к христианским ценностям.
Внимательно изучив любую его книгу, скажем «Братья Карамазовы», вы заметите, что в ней отсутствуют описания природы, как и вообще все, что относится к чувственному восприятию. Если он и описывает пейзаж, то это пейзаж идейный, нравственный. В его мире нет погоды, поэтому как люди одеты, не имеет особого значения. Своих героев Достоевский характеризует с помощью ситуаций, этических конфликтов, психологических и душевных дрязг. Описав однажды наружность героя, он по старинке уже не возвращается к его внешнему облику. Так не поступает большой художник… <…> Роман «Братья Карамазовы» всегда казался мне невероятно разросшейся пьесой для нескольких исполнителей с точно рассчитанной обстановкой и реквизитом: «круглый след от мокрой рюмки на садовом столе», окно, раскрашенное желтой краской, чтобы все выглядело так, словно снаружи сияет солнце, и куст, поспешно внесенный и с размаху брошенный рабочим сцены.
|
|
Без заголовка |
Александр Солженицын разочаровался в прозе Бориса Пастернака, Владимир Набоков считал романы Федора Достоевского «безвкусными», а Иван Гончаров даже судился с Иваном Тургеневым из-за плагиата.
Иван Гончаров критиковал почти все произведения Ивана Тургенева. Он считал, что идеи для романов «Дворянское гнездо», «Отцы и дети», «Накануне» и «Дым» Тургенев позаимствовал из гончаровского «Обрыва». В 1860 году писатели даже устроили третейский суд. На нем цензор Александр Никитенко и критики Павел Анненков, Александр Дружинин и Степан Дудышкин постановили, что романы Тургенева оригинальные. Гончаров вердикт суда оспаривать не стал, но произведения оппонента критиковал до конца жизни. Особенно много — в своих мемуарах «Необыкновенная история».
По моей рукописи или по переданному ему моим слушателем тщательному описанию прочитанного мною Тургенев, как по узору, вышивает свой узор, с другими красками, и иногда цветами, меняя расположение самых цветов, иногда листьев, вставляя кое-какие свои — и потом осмысливая моею же идеею. <…> Он так разбросает и рассует выбранные им сцены, разговоры, выражения, что сначала и я сам не узнаю в розницу того или другого взятого у меня места… <…> Недаром Белинский сказал однажды при нем про меня: «Другому его романа («Обыкновенная история») стало бы на десять повестей, а он все в одну рамку уместил!» И Тургенев буквально исполнил это, наделав из «Обрыва» «Дворянское гнездо», «Отцы и дети», «Накануне» и «Дым» — возвращаясь не только к содержанию, к повторению характеров, но даже к плану его! А из «Обыкновенной истории» сделал «Вешние воды»!
Роман Бориса Пастернака «Доктор Живаго» получил противоречивые отзывы критиков. За эту книгу писателя наградили Нобелевской премией. Однако в СССР роман восприняли негативно — и не только политики. Книгу на специальном заседании обсудили и раскритиковали члены московского отделения Союза писателей. Позже в СССР даже появилась крылатая фраза: «Пастернака не читал, но осуждаю». Анна Ахматова собиралась «схватить карандаш и перечеркивать страницу за страницей крест-накрест», а Александр Солженицын и вовсе пришел к выводу, что Пастернак не умеет писать прозу.
«Доктора Живаго» я действительно получил из рук Копелева в виде еще самиздата, в конце 1956-го или в начале 1957-го. Я начал читать, и начало мне показало, что автор просто не умеет прозу писать. Какие-то реплики, ремарки в диалогах несусветные. Какая-то неумелость. И вообще я не почувствовал в этой книге ни большой мысли, ни движения, ни реальных картин. Я действительно был разочарован, и надо сказать, что и с годами я не сильно изменил свое мнение об этой книге.
Корней Чуковский поддерживал социалистов еще со времен первой русской революции 1905 года. Писателя даже судили за «оскорбление величества» и критику властей. Революцию 1917 года он тоже принял положительно: верил, что коммунисты смогут наконец построить свободное и счастливое общество. А роман Евгения Замятина «Мы» Чуковский посчитал клеветой на советское общество. Автор книги, по мнению писателя, путал идеологию СССР с фурьеризмом — утопическим учением Шарля Фурье.
Роман Замятина «Мы» мне ненавистен. Надо быть скопцом, чтобы не видеть, какие корни в нынешнем социализме. Все язвительное, что Замятин говорит о будущем строе, бьет по фурьеризму, который он ошибочно принимает за коммунизм. А фурьеризм «разносили» гораздо талантливее, чем Замятин: в одной строке Достоевского больше ума и гнева, чем во всем романе Замятина.
Иван Бунин воспринял Октябрьскую революцию и Гражданскую войну как трагедию. В 1920 году он покинул страну и вскоре поселился во Франции. Там Бунин много писал, публиковал статьи. Он критиковал советское общество, его политику и, конечно, новую литературу за «убогий» язык, натуралистичные бытовые подробности, нравоучительные сюжеты. А Исаака Бабеля и вовсе считал «удивительным мерзавцем».
Кончил перечитывать рассказы Бабеля «Конармия», «Одесские рассказы» и «Рассказы». Лучшее — «Одесские рассказы». Очень способный — и удивительный мерзавец. Все цветисто и часто гнусно до нужника. Патологическое пристрастие к кощунству, подлому, нарочито мерзкому. Как это случилось — забылось сердцем, что такое были эти «товарищи» и «бойцы» и прочее! Какой грязный хам, телесно и душевно! Ненависть у меня опять ко всему этому до тошноты. И какое сходство у всех этих писателей-хамов того времени — например, у Бабеля и Шолохова. Та же цветистость, те же грязные хамы и скоты, вонючие телом, мерзкие умом и душой.
Достоевский был одним из самых нелюбимых писателей Владимира Набокова. Он писал: «Безвкусица Достоевского, его бесконечное копание в душах людей с префрейдовскими комплексами, упоение трагедией растоптанного человеческого достоинства — всем этим восхищаться нелегко». Роман «Братья Карамазовы» — «разросшуюся пьесу» — Набоков критиковал за излишнюю, по его мнению, психологичность и множественные обращения к христианским ценностям.
Внимательно изучив любую его книгу, скажем «Братья Карамазовы», вы заметите, что в ней отсутствуют описания природы, как и вообще все, что относится к чувственному восприятию. Если он и описывает пейзаж, то это пейзаж идейный, нравственный. В его мире нет погоды, поэтому как люди одеты, не имеет особого значения. Своих героев Достоевский характеризует с помощью ситуаций, этических конфликтов, психологических и душевных дрязг. Описав однажды наружность героя, он по старинке уже не возвращается к его внешнему облику. Так не поступает большой художник… <…> Роман «Братья Карамазовы» всегда казался мне невероятно разросшейся пьесой для нескольких исполнителей с точно рассчитанной обстановкой и реквизитом: «круглый след от мокрой рюмки на садовом столе», окно, раскрашенное желтой краской, чтобы все выглядело так, словно снаружи сияет солнце, и куст, поспешно внесенный и с размаху брошенный рабочим сцены.
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
Очень странная вещь - опера. Совершенно искусственный, придуманный жанр, где люди зачем-то поют то, что можно сказать, причём поют не естественными, а специально "сделанными" голосами. Где всё противоречит реальности, жизненной правде и здравому смыслу. Читать далее
|
|
Без заголовка |
Еще со школьных уроков истории нам известно то, что многие правители совершали непростительные ошибки. Иногда слова и действия глав государств стоили им уважения своего народа. Но есть те, кто несмотря на ошибки, без которых не обошелся ни один правитель, сумели войти в историю как поистине мудрые и эффективные правители. Те, кто побеждал в войнах, расширял территорию российского государства, развивал образование, экономику, международные отношения и прочее. Именно их правление внесло огромный вклад в развитие России и стало главным символом той или иной эпохи в отечественной истории. Предлагаем вашему вниманию 10 самых успешных правителей нашей родины.
Иван III, Годы правления с 1462 по 1505 год.
«Собиратель земли русской», именно он собрал вокруг Москвы разрозненные княжества северо-восточной Руси и другие земли, а еще при нем состоялось знаменитое стояние на Угре, после чего монголо-татарское иго окончательно спало с русского государства
Все годы правления Иван III объединял русские земли вокруг Москвы. Благодаря ему в состав России вошли много территорий разрозненных княжеств. Кстати, именно с его подачи был введен в обиход термин «Россия». При Великом князе московском прекратилась власть ордынского хана, длившаяся практически 250 лет. После этого Русь стала независимой и начала проводить самостоятельную политику.
Иваном III были заложены правовые основы единого законодательства, чтобы не было места для феодальной раздробленности. В те годы не каждая страна Европы имела такое достижение. Великий князь утвердил символом России двуглавого орла, который использовался в гос символике Византии и Римской империи. Также при нем заложилась база архитектуры Кремля, который и сейчас является визитной карточкой столицы.
Серия сообщений "история":
Часть 1 - История нашей планеты.
Часть 2 - Мультмедийная карта войны. Как это было.
...
Часть 28 - История России. Ссылки.
Часть 29 - «Парад побежденных» прошел в Москве 17 июля 1944 года. Видео.
Часть 30 - Чем прославились самые успешные правители России: Иван III, Петр I, Иосиф Сталин, Владимир Путин и другие.
|
|
Без заголовка |
|
|
Без заголовка |
Лето — это маленькая жизнь… Пусть она, эта маленькая жизнь, у вас в этом году будет счастливой или хотя бы спокойной. И неважно где вы проведете это лето — на море, на даче, на работе. Пусть все будет в радость… А сейчас наша очередная небольшая летняя фотоподборка снимков любимых актеров. Если хоть капельку она вас обрадует, уже хорошо…
Этот снимок сделан летом 1977 года. Владимир Высоцкий и Марина Влади на острове Косумель , недалеко от мексиканского полуострова Юкатан (Мексика). Чего их туда занесло?
В то лето Марина Влади снималась в фильме «Тайны Бермудского треугольника», а Высоцкий сопровождал ее.
Из письма Владимира Высоцкого своему близкому другу, актеру Ивану Бортнику: Читать далее
|
Метки: артисты |
